На хлипеньком мосту пожали кот с собакой лапы
2 сентября 2022 г., 12:56
День у Дениса не задался с самого утра, начиная с того, что никто его не разбудил и, следовательно, позавтракать перед насыщенным событиями днем уже не представлялось возможным. В своем мире он в основном и держался за счет утренней еды, предпочитая лучше покемарить лишние полчаса вечером, чем впихнуть в себя наспех сделанный сэндвич. Так регулярные приемы пищи после пробуждения вошли в привычку, что уже без них он чувствовал себя раздраженным и заведомо уставшим. А сегодня, как назло, слишком много всего важного должно было произойти, чтобы чувствовать себя полудохлой амебой.
Ворвавшийся в комнату Мебиус, увидев мирно дрыхнущего парня, грубо стащил с того одеяло и, разумеется, Денис не счел нужным проснуться после сего пренеприятнейшего жеста. Уговоры и несильные потряхивания тоже моментально улетели в корзину под названием «полный провал». Почему же? Да просто кто-то всю ночь напролет проклинал одного грубияна, параллельно пытаясь что-то еще анализировать и прикидывать, как ему жить дальше. А еще ноющий копчик не позволял забыть о себе, посылая лучи боли по всему телу всякий раз, стоило только банально шевельнуть чем-нибудь. Поэтому задремать парень сумел, стоило только солнцу явить свои лучики миру.
- Денис, вставай, пока прошу по-хорошему.
Скрюченный на кровати таракан, ныне названный Денисом, что-то пробурчал несуразное, но даже не подумал просыпаться. Тогда Мебиус, сгребя бога в охапку – благо комплекцией он был подтянутой, а Денис же сам был чуть ли не вдвое меньше, – понес соню в ванную прямо в том, в чем тот заснул. Прибыл в место назначения, и, в последний раз не увенчав попытки успехом, разжал руки над водой, что юноша упал плашмя, создав взрывной звук от удара с поверхностью, словно кто-то пустил пулю из дробовика. И вот тогда-то парень проснулся.
- С ума сошел?! - завопив Денис, всплыв на поверхность. Он до жути напугался и еще не отошел от внезапно нахлынувшего шока, пытаясь понять, какой залетной птицей он оказался в купальне.
- Это я должен злиться! У тебя скоро встреча с ангами, а ты только глаза открыл! - брови на красивом лице сошлись у переносицы. Маг явно был не в добром расположении духа, но парню некогда было гадать, в чем причина негодования, когда он сам был не в лучшем настроении.
- Это я что ли еще виноват? Разве меня не должны были разбудить, раз такое важное мероприятие ожидается? - упрекнул он Мебиуса, недовольно осматривая прилипшую к телу ткань. - Одежду жалко. Дерьмо, такую дороговизну испортил!
- Тебя не это сейчас должно беспокоить. Приведи себя в порядок, у нас нет времени.
После резко брошенных слов маг вышел, а парень так и остался стоять посреди ванны. Какая муха его укусила? Денис-то в чем виноват? Мог бы и пораньше прийти, раз боялся, что он не будет готов в срок. А если причина в другом, тут уж парень не виноват и умывает руки, нечего на нем отыгрываться!
Закрыв поплотнее за собой дверь, Мебиус запрокинул голову и неудобно уперся хвостом в деревяшку. Вышло достаточно грубо. Какой позор, Главенствующий анг, что так кичится своей хваленой собранностью, не смог себя контролировать. Мужчина сам не понял, почему разговор с воином не давал ему покоя, но когда решил больше не забивать себе голову ни к чему не приводящими думами, осознал, что всю ночь размышлял над его словами. Сам того не желая, разозлился на паренька, который, в общем-то, ни в чем не виноват. Он сам был всему виной, а злость на несоответствие своих завышенных ожиданий действительности выместил на мальчишке. А еще он тревожился. Боялся, что и он, и Гувалерен смогут привязаться к этому странному человеку, и тогда, в случае чего, маг просто не решится пожертвовать им на благо воина.
Все это время он жил только ради своего опекаемого, пытаясь пробить для того место к трону, уже давно вынашивая многоэтапный план, который на протяжении нескольких лет плавно воплощал в жизнь. Но тут появился Денис, и тогда маг решил, что проблему можно решить гораздо быстрее. А для этого нужно набраться терпения и хладнокровия, которого, впрочем, у анга и так было не занимать.
Дверь неожиданно открылась, и в связи с внезапным исчезновением опоры анг неуклюже завалился набок в попытке удержать равновесие. Можно было бы с этого рассмеяться, вот только парень сам был смешно завернут в огромное полотенце, да и настроение как-то не располагало к веселью. Зато Мебиус не сдержал улыбки, пряча ту за складками длинного рукава. Он только было собрался с мыслями, чтобы извиниться, но Денис все еще на него дулся.
- Одежду мне выдай, а то эту ты благополучно утопил, - швырнул он сырой сверток прямо в мага, проходя мимо, а тот на автомате-то и поймал.
По пепельному сюртуку поползло огромное мокрое пятно, и маг решил, что заслужил его. Странно еще, что не в лицо кинул. Гувалерен бы вообще за такое сразу убил, даже Мебиуса. Получив заслуженную кару, волшебник направился следом за мальчишкой. Еще будет время извиниться за все, что он сделал и только планирует совершить.
***
Простор зала, в который Мебиус привел Дениса, потрясал воображение. В красоте он сильно уступал ночному саду, но и служил совершенно для других целей. Огромное прямоугольное пространство было залито дневным светом, что струился из таких же прямоугольных окон, длинный овальный стол прямо по центру занимал чуть ли не половину комнаты. Судя по количеству седых мужчин самых разных возрастов, парень решил, что дворец не страдает от нехватки королевских ангов. Меби пояснил, что так якобы решения принимаются действительно большинством, а не трое стариков собрались в кружочек и что-то там порешали. Кроме того, в случае опасности дворец окажется самым защищенным местом в королевстве с таким числом опытных волшебников. От пестрых нарядов и обилия камней у парня зарябило в глазах. Тут что, показ мод? Каждый пытается перещеголять другого? И от толпы, как у него всегда и бывает, разболелась голова, а в глазах помутнело, что пришлось собрать все свои немногочисленные жопные и икроножные мышцы, чтобы не упасть. - Меби, я не смогу, - он впился в руку Верховного анга и неуверенно посмотрел тому в глаза. Мебиус предусмотрительно огляделся и еле заметно склонился к товарищу по предстоящей пьесе. - Денис, мы это уже обсудили. Твоя роль тут маленькая – просто сиди с невозмутимым лицом и говори, как репетировали. Понял? - Ох, что-то живот прихватило… - Не глупи! - отмахнулся маг и решительно вывел парня во главу стола. Разговоры сразу стихли, анги расселись по кругу и внимательно уставились на опустившегося на стул Дениса, который отчаянно пытался унять дрожь в ногах, представляя каждого сидевшего в зале каким-нибудь опоссумом. Как-то в детстве бабушка посоветовала представлять людей животными, когда тот будет волноваться, и такая практика помогала вплоть до сегодняшнего момента. А вдруг он запнется и забудет слова? А вдруг его обман раскроется? Его тогда убьют? Не успел он продолжить самобичевание, как Меби, что сидел на соседнем месте, резво поднялся. - Я, Мебиус, Верховный анг Короля и страны Као, собрал вас всех здесь, чтобы сообщить радостную весть. Небеса услышали наши молитвы и направили на землю бога, который станет посредником между этим миром и миром Высшим. Бог поклялся оберегать нас и направлять на путь истинный, покуда воля небес будет благоволить нам и... - Мебиус, как ты можешь проявлять такое открытое неуважение к богу, говоря перед ним самим за него же? - недовольно проскрипел анг, сидящий напротив Мебиуса. Маг еле сдержался, чтобы не съязвить. В последние дни он и впрямь стал сентиментальнее. Кригвин был старше Верховного анга практически на двадцать лет. Он был самым сильным магом в королевстве и уже был готов занять главенствующий пост, но тут появился юнец из ниоткуда и проявил себя во всей красе, превзойдя даже самых опытных ангов в мастерстве. Он сразу же не понравился Кригвину, и на то были причины. В нем таилось что-то странное, таинственное. Не мог простой ребенок обладать силой, способной превзойти ангов, которые постигали магическое искусство на протяжении всей своей жизни. А когда буквально через пару месяцев этот мальчишка занял желанное место, о котором мужчина грезил всю свою жизнь, ради которого спину рвал, изнуряя тело сильными заклинаниями, возненавидел его всей душой и сердцем. И теперь каждый раз пытался унизить или тыкнуть носом в любую крохотную оплошность. - Что ж, я был груб, - лучезарно улыбнулся Мебиус, от улыбки которого Кригвин скривился, а Денис почувствовал резко накатившее волнение. - И признаю свою ошибку. Маг развернулся к так называемому богу и низко склонился перед ним, изящно отставив ногу. Парень же испугался еще сильнее. Зачем он извиняется?! Надо было сказать, нет, он должен был сказать, что богу неприемлемо разговаривать с простыми смертными, а не втягивать в их личную конфронтацию! - Простите ли Вы мою дерзость? - спросил тот, не поднимая головы. - Меби, я... - от волнения парень вновь сошел с формального тона, породив шепоток со стороны ангов. Кригвин довольно улыбнулся, увидев, как напряглись мышцы спины молодого анга, и застыл в ожидании, что же будет дальше. Сейчас ведь сам бог на глазах у всех собравшихся унизил самого Мебиуса! Ради этого стоило было так долго мучиться, терпя этого заносчивого ублюдка. Заметив общий настрой, Денис осознал, что совершил ошибку, и если он не хочет на этом прекрасном моменте поставить жирную точку в их плане, нужно действовать, спрятав свои неуверенность и дискомфорт как можно глубже. Иначе он и сам подставится, и мага в придачу с собой ко дну прихватит. Поэтому, собрав всю храбрость в кулак, парень довольно спешно поднялся. Ножки стула противно заскрипели по каменным плитам, заставив окружающих замолчать. Мебиус озадаченно взглянул на него исподлобья. - Я признателен Меби за его усердную работу, - четко выговорил парень, а маг даже выпрямился от удивления. Он что, специально его еще раз так назвал? - Однако никак не могу понять царившего здесь недовольства. Человек не достоин, чтобы его имя произносил Бог, но я сделал исключение, потому как признаю его удивительную силу. Этот смертный должен быть мне благодарен, ибо его я так нарек. Денис высокомерно – насколько мог – обвел взглядом всех присутствующих и начал гадать, стоит ли ему сесть или еще постоять для колорита. Старики одобрительно закивали, и у парня сложилось такое впечатление, что они только и делают, что все время кивают. Кригвин состроил противную гримасу, а Мебиус же одобрительно еле заметно похлопал его по руке. Вроде все не так ужасно, как казалось. - Так что же бог намерен делать? - спросил какой-то старичок, и парень возликовал. Наконец-то они достигли сценария. - Боги послали меня на землю, ибо недовольны происходящим. Их голос уже давно не достигает этих земель, и в ярости они наслали засуху на все живое. - Но почему они не слышат нас? - Сердце этой страны погрузилось в хаос, оно отгородило этот мир от гласа богов. - Что еще за сердце страны? - Уважаемый бог имеет в виду дворец, - Мебиус состроил такое страшное выражение лица, словно не понять этого мог только дурак, и больно активный анг прикусил язычок, а парень тем временем продолжил. - Я собираюсь вновь вернуть эту связь, пока она не утратилась навеки, пока это еще возможно. Я выберу того, кто сможет разогнать эти тучи скверны, что смогом нависли над вашей страной. Я сам изберу следующего правителя этой страны. После этих слов начался реальный бардак. Анги повскакивали со своих мест, принявшись всем скопом орать нечленораздельные фразочки, которые терялись в огромном голосовом потоке. Они размахивали руками, брызгая слюной, и походили тем самым на пациентов лечебницы, у которых одновременно начался приступ. Кто-то возмущался о принципах престолонаследия, кто-то твердил о традициях, кто-то пытался протолкнуть своего кандидата на престол. Но гам был бессовестно прерван громким хлопком по столу. - Как вы смеете проявлять столь открытое неуважение перед богом?! - Мебиус говорил спокойно, но в его голосе читалось что-то такое устрашающее, что Денис ни за что не захотел бы с ним спорить в данный момент. – Вы еще смеете называть себя королевскими ангами? Кому вы вообще служите? Разве не этой стране? Устроили беспорядок прямо во время переговоров. Милостивые боги послали нам единственный шанс на спасение, а вы еще смеете оспаривать их решение? Разве прежде нам не нужно думать о благополучии граждан, а не о каких-то там устаревших традициях? Разве не видите, куда они привели страну? Да она рушится прямо на наших глазах, наследника все еще нет, боги разгневаны! Разве мы в праве что-то еще тут обсуждать? Мужчины стыдливо опустили глаза. Никто не мог возразить столь убедительному убеждению. Время шло, анги молчали, а Денис мысленно молил их ускориться. Он ужасно хотел есть, что грозное бурчание грозилось наполнить эту кромешную тишину своим истошным воплем, а тогда сразу станет понятно, что никакой он не бог. От Мебиуса тоже не ускользнул сей факт, заметив, как парень отчаянно пытается не сложиться пополам. - На сегодня все. Богу нужно заняться делами, - Мебиус решительно хлопнул в ладоши, магическим образом приглушая свет в зале, что обозначало завершение собрания, и галантно протянул парню руку. Тот с благодарностью принял помощь, и они поспешно удалились, после чего зал заседаний вновь наполнился шумом. Лишь только Кригвин задумчиво смотрел вслед еле стоящему на ногах божеству.***
Вопреки всем опасениям, обед с наследниками прошел намного глаже, чем предостерегал маг. Да и Денис, наконец, был сыт, плотно перекусив перед званным обедом, чтобы не наброситься на еду на глазах окружающих, как голодный волк на кролика, терзая острыми зубами мягкую плоть, пробуя дурманящий вкус крови. То ли Меби слишком утрировал, то ли принцы хотели произвести хорошее впечатление, что каждый из кожи вон лез, чтобы ему понравиться. Здесь же парню вообще не пришлось ничего говорить, он просто сидел и слушал нескончаемые разговоры наследников о своих планах, если они станут правителями, старательно пытаясь не заснуть. Как он понял, самыми ярыми активистами были только трое из... пятнадцати? присутствующих. На самом деле их намного больше, но прямые права на трон имеет только это трио, которые сидели прямо напротив бога за другим концом стола. Гвиней был самым старшим сыном, родившимся от союза почивших короля и первой королевы, а потому являлся главным претендентом на престол. Он был амбициозен и самолюбив, зачастую слишком импульсивен. С самого детства он знал, что рожден быть королем, унаследовав от матери властолюбие. Ему всегда нравилось руководить людьми, распоряжаясь чьими-то жизнями. Только от него зависело, умрет сегодня человек или продолжит влачить свое жалкое существование в надежде прожить еще пару дней. Это чувство походило на охотничий азарт, или на азартные игры, когда, окунувшись с головой, уже невозможно выбраться из этих сетей. И появившийся бог мог подарить ему желаемое – заполучить весь мир, где он будет кукловодом, а все остальные – его игрушками. Гамир родился через два года после старшего брата. Он был любимым маменькиным сыночком, королева в прямом смысле сдувала с него пылинки, привязав свое чадо к себе насколько это возможно. Когда мальчику было пять лет, из очередного военного похода отец привел во дворец плененную принцессу. Она была так прекрасна, точно распустившийся холодной зимой первый бутон в саду, что юный принц влюбился в ту без памяти. Но боготворил он ее до тех пор, пока не родился он – ребенок, из-за которого мать страдала несколько лет подряд так сильно, что каждую ночь мальчик слышал ее слезы. И тогда любовь переросла в ненависть. Он ненавидел красавицу за терзания матери и за утерянную любовь отца. Гамир знал о существовании наложниц, но, поскольку был мал, не понимал, что они нужны лишь для удовлетворения физического желания. Он просто считал их такими же подданными своего отца, и даже королева никогда не воспринимала их как что-то серьезное. Лишь только одну женщину она возненавидела всей душой, потому что та стала единственной, у кого получилось украсть сердце короля. Когда принцесса умерла, Гамир знал, что это мать ее убила. Уж слишком женщина была весела в те дни. И даже стало казаться, что ненависть к принцессе с ее чадом поутихла. С годами он начал забывать лицо той, в кого безумно влюбился еще ребенком, пока однажды не встретил мальчика, как две капли воды похожего на свою мать. Он смотрел лицом матери на повзрослевшего Гамира своими равнодушными фиалковыми глазами, чем лишь напомнил ему о том, какими всеразрушающими бывают ненависть и предательство. С тех пор принц всячески старался испортить жизнь своему сводному братцу, но тот был непоколебим. Он оказался слишком сильным противником, которого невозможно было сломить как морально, так и физически. Сколько раз его закрывали в холодных подвалах, сколько раз били и измывались, не давали еды и воды, а он все продолжал жить, словно таракан. А когда появился Мебиус, стало намного труднее изводить парня. Семь же лет назад он вообще покинул дворец, прибившись к армии короля, как если бы это что-то могло изменить. Гамир не понимал, искал ли Гувалерен спасения в таком своеобразном побеге, или же дело было в чем-то другом, но он почувствовал явное облегчение, когда тот, наконец, пропал из его поля зрения. Встречаясь с ним еще пару раз после этого, он старался вести себя как можно более надменно, но воину было все равно. И это стало скучным. А когда появился этот рыжеволосый бог со взглядом загнанного олененка, Гамир подумал, что будет весело немного с ним поиграть. Геральда королева родила за полгода до своей смерти. Мальчик вырос очень тихим и послушным ребенком, не поддавшись влиянию алчной матери, и больше всего на свете он ценил знания, а не богатства, алкоголь и разврат. Для него информация была буквально всем. Многие важные шишки постоянно выстраивались в очереди в надежде получить от него совет, что принц завоевал высокую репутацию у знати. Он изучил все книги, свитки и скрижали в этой стране, какие только смог найти. Хоть он и был молод – всего-то двадцать два года, – но с его умом не мог сравниться ни один здешний мудрец, проживший втрое больше. Его уже нечем было удивить, пока не появился этот странный паренек, назвавшись богом. Его-то Геральд и решил изучить в ближайшее время. В попытках сдержать отчаянно рвущийся наружу зевок, Денис отвел голову вбок и заметил, что рядом с тремя братьями сидела прекрасная девушка. Она была спокойна и безучастна, не пыталась даже и слова вымолвить, просто сидела статуей, разве что изредка отправляла в рот кусочки мелко нарезанных фруктов. Парень понял по цвету глаз, что она тоже королевских кровей, но все же решил уточнить у рядом сидящего Мебиуса, которого тоже пригласили на обед. - Меби, - тихо шепнул парень, привлекая к себе внимание. Маг скосил глаза в его сторону. - Что это за девушка рядом с принцами? - Гелинора, принцесса. Что, тоже понравилась? - усмехнулся Мебиус, а Денис слегка смутился. - Даже богу постижимо желание? - Прекрати нести бред, - спешно отрезал он и отвернулся. Вот до чего может довести простое любопытство. Парень уже хотел было на стенку лезть от скуки, если бы не случившийся дальше курьез, который просто перевернул с ног на голову все то, к чему он так стремился. Когда старший сын решил произнести тост, двери в зал неожиданно распахнулись, и на пороге появился тот, кого Денис хотел бы не видеть всю оставшуюся жизнь. - Не хотел отвлекать от еды, но мне нужен этот бог.***
Всю ночь и практически весь день Гувалерен находился в прострации. Его мысли были где-то далеко, но он даже не пытался сосредоточиться. Во время тренировки он отдавал повторяющиеся приказы, бывало, подолгу зависал на одном месте и буравил взглядом пустоту, что даже его подчиненные были несколько взволнованы и озадачены подобным поведением. Было слишком непривычно видеть мужчину таким рассеянным. Обычно сконцентрированный и чересчур серьезный, главнокомандующий был словно не в себе, банально летая в облаках. Распустив отряд, воин шумно вздохнул и опустился на каменное ограждение. Со лба сорвалась маленькая капелька пота и второпях побежала вниз, словно партизан через лагерь врага, но была безжалостно остановлена злым дядей-рукавом. Уперев руки в колени, мужчина безвольно опустил голову. То ли солнце слишком ярко светило, то ли мысли были слишком глубокими и оттого отяжеляли голову. Вдруг он увидел чьи-то подошедшие ноги, обтянутые грубой военной обувью. - Гувалерен, что с тобой происходит? - спросил командир, по привычке сложив руки на груди. - Ты сам не свой, как вернулся во дворец. - Что, тоже считаешь, что мне здесь не место? - Ну, видя тебя в таком состоянии... - Можешь не продолжать, - отрезал воин и откинулся назад, перенеся вес тела на руки. Позолоченная крыша дворца виднелась невдалеке от тренировочного плаца. - Лучше скажи мне, Миран, что здесь такого хорошего? - Ну, мне сложно судить, - пожал тот плечами, проследив за взглядом товарища по оружию, и опустился рядом с Гувалереном. - Я же не был рожден почившим королем, да и лучшей жизни не знал. Только и умею, что воевать да прикрывать твой зад. Но ты вырос в этом месте, тебе и отвечать на свой вопрос. - Раздражаешь. Вечно говоришь урывками. Так сложно на вопрос прямо ответить? - Так я и ответил, - издевательски бросил командир, а Гувалерен лишь языком цокнул. - Почему задумчивый такой, стряслось что? - Да так, одна букашка мысли занимает. Не бери в голову. - И чем же тебе помешало насекомое?! - Идиот, - рявкнул воин, но скорее устало, нежели сердито. - Человек он. Стали бы меня насекомые волновать? - Это странно, потому что для тебя люди хуже насекомых, вот я и удивился. Тебя впервые кто-то волнует. Ну, кто она? - Она? - Да перестань! Разве ты не о прекрасной женщине думаешь? - Ты хоть сам слышишь, как абсурдно это звучит? - А что не так-то? Ты уже давно не ребенок, но женщины тебя не интересуют. Ты сильный, красивый, обладаешь авторитетом, да и между ног у тебя все в лучшем виде. В конце концов, ты главнокомандующий! Казалось бы, что еще нужно, как не мягкое тело, ждущее каждую ночь? Но за все наше десятилетие, проведенное вместе, я ни разу не видел желания в твоих глазах. Разве такое бывает? - Ты что, как и Мебиус, решил меня жизни учить? - Просто душе за тебя неспокойно, - выдохнул Миран, увидев гнев в фиалковых глазах. - Ну кто я такой, чтобы советы тебе давать? Просто жалкий товарищ, что вечно вытаскивает твое беззаботное тело из самого пекла сражений. Воин поднялся и молча ушел, оставив Гувалерена одного. И тот был впервые огорчен, что рядом никого не было. Он так долго хранил все в себе, борясь с внутренними противоречиями и мыслями, что захотел поделиться наболевшим. Но Мебиусу воин не мог этого рассказать, а Миран ушел. Вот привычка у Гувалерена вечно отталкивать от себя людей, что протягивают руку помощи, хотя таких, на самом-то деле, на пальцах одной руки сосчитать можно. Оставшись неудовлетворенным, он вновь захотел посетить свой укромный уголок, который прошлой ночью осквернил этот недобожок. Поймав себя на том, что снова возвращается мыслями к этому человеку, воин раздраженно пригладил растрепанные волосы. Он так сильно ненавидел этого незнакомца, но даже себе не мог объяснить причину. Уж слишком тот напоминал маленького противного змея, который своей красотой и лестью запросто может погубить любого, кто встанет на его пути, а Гувалерен больше всего ненавидел двуличных и таинственных людей, ведь обычно подобные скрывают от окружающих свои гнусные намерения. Так мало того, он еще и посмел нарушить гармонию таинственного сада своим присутствием! Хотел заляпать своими грязными и лживыми руками самое святое, что можно было найти в этом ужасном месте, наполненном фальшью, безнравственностью и бесконечными предательствами. Направляясь в свое укромное местечко, воин случайно краем уха услышал знакомые голоса, что доносились из приоткрытой двери трапезной. Король в свое время любил устраивать пиры со знатью, где все только животы набивали да сплетничали, и это казалось настолько отвратительным, словно не было других достойных способов проводить досуг. И Гувалерен никогда не отличался любопытством, предпочитая избегать любых контактов с королевской кровью. Он уже хотел было уйти, как взгляд обожгли золотые волосы, что на секунду мелькнули в дверном проеме. Внутри все перевернулось. Необъяснимое чувство накрыло мужчину, что он захотел лишь одного – всеми силами запереть и сломать обладателя этой прекрасной шевелюры. Быстрым шагом подойдя к двери, воин легонько потянул ее на себя за круглую ручку, что та безоговорочно подчинилась. Войдя в зал, он поймал на себе возмущенные, даже пренебрежительные взгляды принцев, взволнованный принцессы и лишь два удивленных – Мебиуса и этого змея. - Не хотел отвлекать от еды, но мне нужен этот бог. Стоило только открыть рот, как главнокомандующий вновь ощутил на себе эти взгляды, прямо как в детстве. Презрение. Ненависть. Надменность. Им в этом адском месте пренебрегали даже незаконнорожденные, которые, по сути, не имели даже толики того, чего добился сам Гувалерен. Они вели себя, подобно стае диких животных. Если слабак не встанет на сторону сильнейшего, то его просто так же сотрут с лица земли как таких же слабых, как он сам. Но если получится преодолеть все трудности на своем пути, то кто знает, может, и самому хиленькому под силу стать вожаком? - Как жалкий воин посмел заявиться на королевский обед? - Гвиней аккуратно крутил в руке бокал с алкоголем и даже не думал скрывать враждебность. Гувалерен помнил еще с детства этот властный взгляд, который легко мог унизить кого угодно. Но только не его. - На королевский обед без короля? Как по мне, так это просто сборище наследников. - Что, сирот, сдохнуть захотелось? - глаза принца залились яростью, и он невольно поддался вперед. - Надеюсь, ты не забыл, что всего лишь пес на службе у королевства, и я могу оторвать твою наглую голову в любой момент! - Пока я приношу эти бумажки, - воин достал из солдатских плотных штанов свитки о капитуляции, которые все время носил с собой, и довольно сильно потряс ими, словно это была какая-то использованная туалетная бумага. - Даже первый наследник не сможет меня убить. Он уверенно подошел к столу и, с силой впечатав в стол бумаги, схватил рядом лежащий нож, изначально предназначавшийся для разрезания жесткого мяса. Даже не удосужился протереть о лежавшую рядом салфетку и воткнул в стопку, с азартом наблюдая за реакцией Гвинея. Воин никогда не боялся ни своих братьев, ни их власти. Он с детства научился противостоять им, отвечая на издевательства холодным равнодушием. «Что нас не убивает, то делает сильнее» – так он и жил. Но шли годы, Гувалерен взрослел и становился все бесстрашнее и, если можно так выразиться, наглее. Жизнь в вечных сражениях и смерти напрочь выбила из него всякую слабость, закалила характер. Он перестал что-либо чувствовать, кроме зияющей пустоты там, где у человека должна быть душа. Всегда лез в самое пекло и всегда возвращался живым. Подчиненные подумывали, что их главнокомандующий искал смерти, но что-то отчаянно не позволяло покинуть ему этот мир. И с каждым новым днем его лицо становилось все безжизненней, да и сам Гувалерен уже давно не считал себя частью этого мира. Он не чувствовал страха, радости или наслаждения, лишь ярость и презрение почти ко всему живому. Он словно был ходячей машиной для убийств без предохранителя. Но не воин выбирал такую судьбу, он лишь пытался выжить в этом грязном мире. - Ты прав, из тебя получился хороший палач для королевства, - не мог не согласиться Гвиней. - Но ты всего лишь мусор, который должен выполнять то, что ему велят. - Я уже давно не ведусь на подобные речи, - хищно оскалился Гувалерен, пожирая того глазами сверху вниз. - Приберегите их для своих братьев. Быть может, они и смогут напугаться, трусливо подгибая ножки. - А ты до сих пор не научился манерам, - принц плотно сжал губы, инстинктивно сжимая рукоять стоявшего у ножки стула меча. Денис, принимающий до этого момента ровным счетом никакого участия в беседе, понял, что пора нарушить это вето, иначе, чувствует жопка, прольются реки крови, и довольно обильные. Он резко встал, заставив всех присутствующих обратить на себя внимание. Мебиус, что был всегда наготове остановить появившегося Гувалерена, растерянно захлопал глазами. Ситуация, которую, как казалось, он старался держать под контролем, окончательно вышла из-под его руководства. Уж вмешательства апатичного паренька он не предвидел. - Думаю, обед на этом заканчивается, - бог еле заметно кивнул головой, вроде как в знак уважения, и на негнущихся ногах засеменил к выходу, остановившись у самых дверей. - Разве ты не нуждался во мне? Воин с секунду стоял на месте, а потом молча покинул трапезную, увлекая за собой юношу. Мебиус должен сам разобраться с последствиями. Это послужит ему уроком. Как только пара отошла на приличное расстояние, зайдя в какую-то подсобку, Денис сбросил с себя маску невозмутимости. Круто развернувшись на сто восемьдесят, он чуть было не врезался в еще не остановившегося воина. - Черт, ты что вообще творишь?! На кой я тебе понадобился?! Сам же предупреждал держаться подальше, а теперь что?! - Просто разозлился от одного лишь твоего вида. - Что ты... - задохнулся парень от возмущения, но, на мгновение закрыв глаза, попытался взять себя в руки. Вдох-выдох. Вдох-выдох. - Специально мне жизнь усложняешь? - О, куда уж мне с самим богом тягаться, - вроде и насмешка, но сказал он это с таким каменным лицом, что Денис еще больше взбеленился. Какое тут к черту спокойствие? - Послушай меня всего лишь один раз. Ты не хочешь видеть меня здесь, и это естественно. Я же всем своим существом мечтаю вернуться обратно. И Меби помогает мне в этом, но ты... - парень ткнул пальцем в мускулистую грудь. - Активно нам препятствуешь. - Я тебе не верю. Терпеть не могу тебе подобных, наполненных фальшью и мерзкими желаниями. - А я презираю таких самоуверенных и твердолобых, как ты. Думаешь, раз сильный, то можешь делать все, что душе угодно? - Ну, оторвать тебе руки с ногами не доставит особых проблем. - Господи, - Денис отступил на шаг и устало растер лицо. – Какие же вы все одинаковые… Здесь каждый думает, что он самый хитрый и сильный, а на деле просто пытается подлым образом выжить. Мне хватило пару дней, чтобы это понять. Но тебе подобные живут здесь десятки лет! Знаешь, на этом нелепом обеде я понял одну вещь: сильнейшие пытаются задавить своим авторитетом слабых, а те, в свою очередь, стараются стать их пешками. Но ты... Это что-то. Этакий бунтарь-одиночка, который пытается своими действиями что-то доказать, потому что слишком слаб... Не успел Денис договорить, как мужчина резко поддался вперед и, схватив за ворот накидки, оторвал парня от пола, больно впечатав в стенку. От удара головой тот даже на время потерял дар речи, почувствовав, как из легких вышибли воздух. Глаза, полные ярости, были так близко, словно пытались прожечь хрупкое тело, испепелить его полностью, стереть с лица земли. А Гувалерен злился. Нет, он был просто в бешенстве. Да кто он такой, этот сопляк, что посмел назвать его слабаком? Воин каждый свой день, каждую секунду своего существования работал над собой, пытался стать несокрушимым. И еще никому не удалось сломить его! А тут червяк, который его даже не знает, посмел назвать его бессильным? И, логично, он взбесился, вот только не мог понять, что именно вывело его из себя. То, что его назвали слабым, или то, что эта горсточка костей видит ту слабость, которую, как казалось, воин давно сумел спрятать от посторонних глаз, даже от великого анга? - Ты тут, случаем, не сдохнуть решил? - О, нет, что ты! Я решил прожить долгую и счастливую жизнь назло таким, как ты... - хрипло просипел парень. Натянутая ткань неприятно сдавливала шею, что кислород с трудом поступал к мозгу. Только всевышнему известно, что бы тут случилось, если бы вновь не появился маг, который словно чувствовал, когда Денису угрожала опасность в виде одного разъяренного бугая. Увидев столь непривлекательную картину, а точнее подвешенного и прижатого к стенке юношу взбешенным Гувалереном, Мебиус поспешил схватить воина за плечо и, не без помощи магии, отцепить клеща от парня. Второй, коснувшись ногами пола, чуть было не упал, но благо успел схватиться за руку помощи, то есть ногу. - Ради всех богов, что вы тут устроили?! А если бы кто увидел? - Но никто же не увидел! - рявкнул Гувалерен, зло отбрасывая от себя чужие руки. Он еще не смог прийти в себя, жилки на его шее активно пульсировали, а ноздри то раздувались, то вновь сжимались. - Тебе не хватило столь опрометчивого поступка во время обеда, что решил окончательно уничтожить остатки здравого смысла подобным образом? Знаешь, чего мне только стоило успокоить наследных принцев? Они ведь теперь думают, что из-за тебя бог, которого ты только что к стенке прижимал, разгневался на них! И теперь каждый будет вынашивать план мести для тебя! Ты хоть понимаешь, что натворил? - Эй, Мебиус, у меня такое чувство, словно мы вернулись в детство, - уголки губ воина приподнялись, обнажая клыки, больше напоминая оскал животного, нежели человека. - Почему мне кажется, что после долгой разлуки ты только и делаешь, что поучаешь меня? - Поговорим с тобой позже, - Мебиус взял Дениса за запястье, но Гувалерен в мгновение ока накрыл их руки своей. - Не пытайся сбежать от меня. - Я не пытаюсь, и даже наоборот безумно хочу обсудить с тобой все детали в мельчайших подробностях, но сначала я должен переговорить с уважаемым богом, которого ты, по неизвестным мне причинам, ни во что не ставишь. Так что просто успокойся и приходи, как остынешь. Анг решительно отцепил руку воина и, подтянув к себе на всякий случай ничего не говорящего парня, направился в свой кабинет. Уж там-то их точно никто не услышит, ведь это единственное место во дворце, которое маг мог считать безопасным, ведь за заклинание, что поглощало все звуки, он заплатил сполна. Как только пара достигла укромного места, у Дениса, наконец, прорезался голос. Он вырвал свою руку и, пройдясь пару раз туда-сюда вдоль кабинета, плюхнулся в кресло. Мебиус спокойно примостился за стол. - Почему мне кажется, что ты ничего не предпринимаешь? - свирепо потянул парень, заламывая пальцы. - Этот псих сводит меня с ума! - Дай мне чуть больше времени. Ты же знаешь, я раньше с подобным не сталкивался. Если поспешим, то можем совершить непоправимую ошибку. - Но что насчет этого Гилари... Ой, да не важно, как там его! Он же специально всю мою конспирацию рушит! Ты сказал, что он нужен мне, но этот придурок только и делает, что все портит! - Я же обещал, что поговорю... - Когда, Меби? Когда? Я не понимаю, нет, я не знаю, что мне делать! Я напуган, растерян, я... Я просто не знаю, что мне делать! - Денис нервно растер руками лицо и глаза, на которых начали выступать слезы. Его голос предательски задрожал, но он смог побороть нахлынувший поток чувств. - Я даже не представляю, сколько еще смогу притворяться, не знаю, хватит ли у меня сил... Понятия не имею, что буду делать, если все раскроется, а я так и не смогу попасть домой. Ведь все тайное рано или поздно становится явным. - Именно поэтому тебе и нужен Гувалерен. Только такой беспристрастный человек сможет защитить тебя. - Или убить. Он же ненавидит меня всеми фибрами своей черной души! Как, ну как он согласится?! Да он первый побежит рассказывать, как только узнает, кто я такой! Он ведь не поверил, что я бог. Да ты и сам это уже понял... - Денис, потерпи еще немного. Обещаю, я сделаю все возможное, чтобы он согласился.***
Гувалерен очень долго не мог прийти в себя. Его мысли не могли избавиться от всего, что было связанно с этим незнакомцем. Он злился. Почему, прагарас возьми, этот парень может говорить все, что взбредет в голову? Почему он делает вид, что знает Гувалерена? Почему он такой бесстрашный в своих словах? Почему он встал именно на пути у воина? И почему постоянно мелькает перед глазами, действуя на нервы? Почему? Почему?! Стукнув кулаком по спинке скамьи, на которой лежал, мужчина попытался успокоиться и сделать несколько глубоких вздохов. Он не должен портить свое излюбленное место скверными мыслями. Если возникла проблема – нужно от нее избавиться. Что там Мебиус говорил? Прийти к нему, как остынет? Ну вот и прекрасно, воин готов говорить. Поднявшись, он решительно направился к своему бывшему опекуну. После разговора с парнем из другого мира анг крепко так и основательно засел за государственные дела. Его очень волновал непослушный воин, поэтому маг пытался занять себя работой, иначе он сам пойдет на его поиски. Он уже думал, что тот сегодня не придет, так как день давно сменила ночь, но неожиданный стук в дверь разогнал нагнетающую тишину кабинета. - Войди, - анг быстро сменил удивление на строгость. Дверь отворилась, и в помещение зашел воин. - Не помню, чтобы ты когда-либо стучался. - У меня нет желания слушать твои бессмысленные речи, - мужчина прошел в центр кабинета и плюхнулся в кресло, закинув ногу на ногу и сложив руки в замок. - Тогда что ты здесь забыл? - Издеваешься? - начал закипать воин. - Ты сам сказал мне прийти, и вот он я! - Не похоже, что ты привел свои мысли в порядок. - Не нужно рыться в моей голове! Раз пришел, значит, пришел! Тем более это ты жаждал поговорить со мной. - Ну, раз ТЫ здесь, то говорить больше хотел не я. - Мебиус, не нужно этого делать. Ты же знаешь, что я плохо контролирую свой гнев. - Ладно-ладно, я все понял! - анг примирительно поднял руки, не желая понапрасну вступать в бессмысленную перепалку. - Ты прав, у меня есть, что сказать. - На твое счастье, я весь во внимании. - Ты же понимаешь, что произошедшее сегодня тебе просто так с рук не сойдет. - Переходи к сути. Знаешь ведь, что я не переношу все эти отступления. - Наследные принцы, мягко говоря, недовольны твоей выходкой. Ты их очень оскорбил своей небрежностью. Но ты ведь и сам знал, что исход будет таковым. На что ты рассчитывал, что собираешься делать? - Ну, я планировал отправиться за море... - Опять сбегаешь? Пойми, ты не можешь и дальше продолжать жить, постоянно убегая! - Я ни от кого никогда не сбегаю, - зло, медленно выплевывая каждое слово, проговорил Гувалерен. - Это остальные бегут от меня. - Тогда что это, если не побег? Попытка найти себя? Бред. - Мне комфортно жить сражениями. Просто я нашел то, в чем хорош. - Гувалерен, - тяжело вздохнул анг, поднимаясь из-за стола. - Ты больше всего на свете ненавидишь ложь. Ты никогда не обманываешь, потому что тебя особо-то не заботят последствия и реакция людей. Но почему ты вечно только и делаешь, что лжешь самому себе? - Как ты можешь знать наверняка? Опять своей магией в мозгах копаешься? - Нет необходимости, потому что я и так все прекрасно вижу. - Как я помню, мы уже проходили через подобные разговоры бесчисленное количество раз. Я же предупреждал не лезть в мою душу. Не пытайся узнать больше, чем я того сам желаю, иначе я не прощу этого даже тебе. Но ты и сам все знаешь, так что говори то, ради чего я сюда пришел. - Ты больше не можешь ничего не делать. Если продолжишь игнорировать своих братьев, то никогда не добьешься авторитета не только во дворце, но и в этом мире. Ты должен понимать, что я не заставляю тебя приковывать себя к этому месту. Даже будучи в нынешнем положении, ты никогда не сможешь обрести свободу и независимость, о которой так мечтаешь. - И что же ты предлагаешь? – устало вздохнул Гувалерен, понимая, что Мебиус не будет Мебиусом, если не будет ходить вокруг да около вместо того, чтобы говорить по существу. - Ты знаешь, что я достаточно влиятельный в этой стране, но моя власть не такая уж и всемогущая... - Хочешь сказать, что мне нужен этот божок, я прав? - Он выбрал удачное время для появления. Сейчас все решения будут крутиться вокруг него, пока не назначат нового короля. - Ты же помнишь, что я никогда не буду сражаться за этот глупый титул. Ближе к сути. - Просто защищай его, будь постоянно рядом, стань его правой рукой, говори от его имени. Тогда ты сможешь заслужить уважение в глазах окружающих. - Я так привык видеть презрение в их глазах, что меня стало это устраивать. - Смотри шире! - воскликнул Мебиус, на эмоциях начав двигаться в пространстве в хаотичном порядке. - Люди будут считать, что бог выбрал тебя, потому что ты достоин быть избранным, следовательно, сами небеса благословили тебя на любые свершения! Окружающие просто не смогут игнорировать сей факт. А когда добьешься нужного отношения к себе, сможешь стать тем, кем пожелаешь, сможешь делать то, что захочешь! Ну разве это не прекрасно? - Звучит заманчиво. - И это все? - разочарованно потянул анг. - Для кого я только что тут распинался в длинной речи? Но, знаешь, достаточно и того, что ты согласился. - Я еще думаю, - отрезал Гувалерен, мысленно осознавая масштаб проблем, в которые его собираются втянуть. Маг всплеснул руками и опустился пятой точкой на стол, прямо на важные документы. Сколько еще потребуется времени на уговоры? Нужно действовать быстро, пока еще получается сохранять видимость поисков перед Денисом, да и пока этот ребенок не начал шибко импонировать. - Хотя бы попробуй! Если не пойдет, тогда будем уже думать, как поступить дальше. - Договорились, - кивнул воин, хотя скорее для галочки. Прошло два дня. Денис беззаботно валялся на кровати и плевал в потолок. Все это время он вынужден был провести в четырех стенах, как настаивал Мебиус. Вроде как «изобразить обиженное божество». Но на третий день он уже был готов от скуки на стенку лезть. Кроме Меби, который забегал к нему пару раз, да и то на пять минут, никто больше не наведывался скоротать время. Слуги, приносящие еду, были не в счет. С ними даже поговорить было невозможно, те молчали, как партизаны. Хотя оно и верно, не каждый жалкий смертный рискнет обратиться к богу. Грело душу лишь то, что этот псих, наконец-то, согласился охранять парня. При таком раскладе к нему ни один в здравом уме не подойдет! И это было как раз парню на руку. Хотя сам факт близости этого полоумного не сулил никакой радости, но Денис был готов вытерпеть любые испытания, лишь бы вернуться туда, где ему самое место. Некому было заметить, как парень медленно сгорал изнутри. Никогда в жизни ему еще не было так тяжело, как сейчас. Никакие издевательства и изнуряющие будни не могли сравниться с лютым страхом перед неизвестностью, и самым ужасным для парня оказалось именно то, что он не мог распланировать свое будущее. В том мире он знал, как пройдет его день, и что следует ожидать от следующего. Здесь же он чувствовал себя совершенно беспомощным, скрывая под улыбчивой маской рвущиеся наружу слезы и отчаяние. Денис боялся, что может просто никогда больше не вернуться домой, допускал подобные мысли, и за это корил себя еще сильнее. Он просто больше не мог находиться наедине с самим собой, иначе мысли просто поглотят его с головой, что он просто сойдет с ума.***
После разговора с Мебиусом Гувалерен несколько дней размышлял над решением, и в итоге пришел к выводу, что стоит попробовать принять предложение. Все же это шанс, наконец, сбежать из этого проклятого места, который воин просто не мог позволить себе так бездумно профукать. Закончив со своими боевыми делами, он решил на время распустить армию – так ему будет легче сконцентрироваться на своем новом деле. Получив в сотый раз с утра от анга кучу наставлений, он решил, что пора действовать. Нашел комнату, в которой остановился божок, и, по привычке, без стука толкнул дверь. Воин скептически поднял бровь, когда взору представилась довольно забавная картина: парень лежал на спине на кровати, задрав ноги на стенку, что длинная манта задралась, оголяя стройные ноги, а сам корпус был по пояс спущен с кровати. Округлив от неожиданности глаза, завидев незваного гостя, Денис резко попытался подняться, однако лишь неуклюже свалился прямиком на пол. - Черт, стучаться не учили?! - раздраженно вякнул парень, тяжело поднимаясь на ноги. Ну почему в этом мире он вечно что-нибудь себе да отбивает? - Да вы с Мебиусом стоите друг друга. - А он тут вообще при чем? И что ты тут забыл? - Сам будто не знаешь. Теперь я вынужден всюду следовать за тобой. - Вот же радость какая. - Мне тоже не в удовольствие. - Рад, что мы это выяснили. И что теперь? Может, за ручки возьмемся? – парень со скучающим видом залез обратно на кровать и вернулся в изначальное положение. - Тебе весело? - Блин, безумно! Готов от радости кипятком писать. - Оставь подробности при себе. Надеюсь, ты помнишь главный пункт договора. - За кого ты меня принимаешь? - насупился Денис, бросив на мужчину укоризненный взгляд. - Ты меня охраняешь, я хорошо о тебе отзываюсь, проще пареной репы. И вообще, сейчас-то ты что тут забыл? - Ты глухой? Или я неясно выразился? - начал закипать воин, но в последний момент взял себя в руки. Закрыл глаза и сделал глубокий вдох. - Я теперь твоя тень. - Ну уж спасибо, мне не нужно устрашающее отражение вдвое больше меня самого. И так зеркал избегаю, а так совсем уж отчаюсь... - По-твоему, мне заняться больше нечем, нежели с тобой нянчиться? Гувалерен захлопнул за собой дверь и в два шага оказался почти вплотную с парнем, нависая над тем валетом. - Слушай сюда, - мужчина склонился так низко, что, казалось, еще немного, и они соприкоснутся носами, как целующиеся кролики. Но, естественно, никакими поцелуями тут даже и не пахло. - Я не намерен повторять дважды. Я не просто какой-то там телохранитель, я главнокомандующий королевской армии. Семь лет я безвылазно провел на войне, и если ты думаешь, что у меня осталась хоть капля жалости, тогда поспешу тебя огорчить. Я убью любого, кто встанет у меня на пути, будь то ребенок, или сам бог – для меня нет разницы. И я согласился на эту сделку, потому что сам того захотел, и буду делать свое дело, покуда сам того хочу. Не думай, что я не смогу причинить тебе вред, потому что как раз это у меня получается лучше всего. Он с секунду смотрел парню в широко распахнутые глаза, в которых плескалось море, а потом, опомнившись, резко разогнулся в спине. Хоть Денис и чувствовал нарастающее раздражение, однако не смог обличить его в слова. Все-таки мужчине удалось его напугать. Он прекрасно осознавал, что в охранники ему приписали самого настоящего психа, который спокойно сможет оттяпать голову кому угодно, стоит только чихнуть в его сторону. А парень теперь до дрожи в коленях боялся смерти. Он каждый день, оставаясь наедине, вспоминает это беспомощное чувство, когда водная толща давит на тебя, словно прессует, вытягивая и выжимая из тела жизнь. Он постоянно чувствует этот холод, обвивающий каждую клеточку с ног до головы, это состояние, когда легкие полностью заполнены водой, это удушающее чувство, когда с ужасом осознаешь, что не можешь сделать ни вздоха. Денис не был уверен, что у них с этим придурком вообще получится построить хотя бы хлипенький мост взаимовыгоды, но он был готов сделать, что угодно, лишь бы не умереть от рук Гувалерена.
