Джек, сын сквиба

Джек подозревал, что однажды этот момент настанет, но не знал, что так скоро. Он встретил её. Ту самую. Вероятно, единственную. Чёртову лестницу, движущуюся и при этом без перил! В тот самый миг, когда некто одноногий в кабинете Защиты орал, плюясь слюной: "ПОСТОЯННАЯ БДИТЕЛЬНОСТЬ!!!", тот человек, для которого этот совет был бы более чем актуален, не мог его получить. Потому что валялся на больничной койке и ожидал восстановления кости. "Чёрт, а вот со щитом я, пожалуй, перестарался. Кто без меня Файри-то накормит?" ... "А тут в целом уютно." ... "Боже, как же скучно." ... "О, ещё одного с урока полётов на мётлах принесли! Бедняга" ... "Интересно, а на сквибов вообще любые зелья действуют, или только некоторые? А на магглов? Приворотное, говорят, действует, значит, по идее можно и эту костесращивающую дрянь было бы в маггловские больницы завезти... А что, если все эти шаманы-шарлатаны на самом деле тайные волшебники-целители" ... "Хоть бы навестил кто! Что ж так скучно-то, а?" ... "Блин, да что со мной не так? Ведь мог же друзей завести. Может, не шугал бы так Колина с этим его Гарри Поттером, может, он пришёл бы... Я б его отправил ящерку покормить." ... "Интересно, почему Джинни в тот раз так разозлилась на меня? Надо было спросить." ... "А она ничего..." ... "Интересно, кто из Дурмстранга приедет на этот турнир. Жаль, Фритдис и Офи ещё мелкие." ... "Сейчас бы музыку послушать" ... "О, ещё один с полётов на метле. Тут всегда такой урожай?" ... "Надо бы Файри грелку обновить." ... "Выпустите меня отсюда!!!"

***

Колин и Джек спешили на урок ухода за волшебными существами и оба немного опаздывали. На Джеке под мантией Хогвартса была надета огнеупорная форма Дурмстранга - ну просто на всякий случай. – Ну, и что я пропустил? Как новый препод? – Профессор Грюм? Занятный тип. Показывал непростительные заклинания... – Это какие? – Применишь к человеку - сядешь в тюрьму с дементорами. Смертельное, болючее и контроль над разумом. – Ого! – Ага. А потом стал на нас их применять, для тренировки сопротивляемости. – Неплохо. То есть он уже сидит в тюрьме? – Сидит! Только не в тюрьме, а в кабинете. Кстати, с тебя сочинение по Непростительным заклинаниям. – Хорошо, спасибо. И слушай, Колин.. – А? – Если со мной что-нибудь случиться, покормишь мою ящерку? – Не вопрос, покормлю. Только что с тобой случится-то? Никак влезть во что-то надумал? – Не, это я так. Ну, знаешь, например, с метлы свалюсь... – А-аа... Понял. Буду кормить, конечно, только инструкции оставь. – Оставлю. Сам пока по шпаргалкам. – Знаешь, что, Джек? – Что? – Мне иногда кажется, что ты не настоящий гриффиндорец. – ... Мне иногда тоже. Есть у нас и погриффиндористей. – Да, вот знаешь, а Гарри Поттер с самого первого курса... Было что-то очень успокаивающее в том, что некоторые вещи совершенно не изменились. Будто и не было года отсутствия. Вернее, полутора лет по сути. Иногда в такие моменты Джеку казалось, что ему снова одиннадцать. Разве что тогда, два года назад, обвинение в недостаточной "гриффиндористости" его бы обидело, а сейчас... Сейчас он не был уверен, что факультеты Хогвартса и тем более Кубок школы хоть что-то значат для него. Ну, то есть, он понимал, что "десять баллов Гриффиндору" - это похвала. Например, за то, что не позволил соплохвосту сожрать сородича. Но профессора Хагрида, который казался в уходе за соплохвостами ещё беспомощнее, чем маленькая Энни - за плащеносной ящерицей, Джек при всём желании не мог уважать. Просто не получалось. Поэтому похвала от него Джека не радовала, да и заслуженной он её не считал. Соплохвосты при таком подходе обречены, он был в этом уверен. А факультет? Ну... Мало приятного в том, что твои старания на занятиях сегодня будут завтра обесценены каким-нибудь олухом, который, скажем, невовремя попался на глаза мистеру Филчу или подрался со слизеринцем. Причем этот олух будет тебе даже незнаком. Какой тогда смысл вообще стараться? Однажды на уроке зельеварения Джек случайно перелистнул сразу две страницы учебника и выполнил пункт от инструкции к другому зелью. Вообще-то он помнил, что рубиновая пыль не входит в состав Уменьшающего зелья. Но ему было недалеко за ней тянуться и он даже не задумался - что, если это не он неверно помнит инструкцию, а что-то с самой инструкцией? Зелье мгновенно закристаллизирлвалось, как давно забытый на полке мёд, и Джек даже не смог вынуть из котла лопаточку. – Скорджифай, – голос профессора Снейпа был не только язвительным, но и ужасно усталым. Занятие было вечерним. – Скажите, Адамс, – спросил зельевар, лениво растягивая слова, – Вы тупой? Джек, который уже успел осознать фейл со страницей, почесал в затылке и ответил: – та похоже, что да. Брови профессора переместились так высоко, что его лицо стало казаться вдвое длиннее. – Двадцать баллов Гриффиндору, Адамс, – ошарашил он всех присутствующих, – и, разумеется, сочинение об уменьшающем зелье ко вторнику. За ужином разгорелся спор - верно ли поступил Джек, что добыл для своего факультета двадцать баллов, или неправильно, что стерпел оскорбление. Занятно то, что сам Джек в споре не участвовал. Он вообще был удивлён, каким вниманием оказалась окружена эта безделица. Интересно ему было другое: – Ребята, вопрос такой. А какой смысл в нашей системе баллов, если учителя выставляют и снимают их совершенно от балды? – спросил он, пытаясь вклиниться. – "От балды" начисляет только Снейп, – безапелляционно заявил мальчишка с первого курса (уж не брат ли Колина Криви? Похож), и обсуждение вернулось к личности профессора. Джек забил. Ему уже не было особо любопытно. Он допил чай и отправился в спальню - кормить Файри и отжиматься. Сочинение списать он решил попозже, как-нибудь в понедельник или вроде того. Перед сном он немного пофантазировать о том, каким мог бы быть идеальный Хогвартс, если бы у Джека была власть всё в нём переделать. Засыпал умиротворённый.