К чему приводит смена одной шестерёнки

      — Всё собрал? — мужчина скрестив руки прислонился к дверному проëму.       — Кажется… — я ещё раз пробежалась глазами по списку, первым же пунктом которого был солнцезащитный крем. Нет, я всë-таки не была альбиносом. Цвет волос и глаз достался от деда. Это я выяснила, полистав семейный альбом. Однако, это не меняло того, что сгораю я на солнце за несколько минут.        Всё ещё чувствуя на себе взгляд Караса, я тяжело вздохнула. Видимо разговора не избежать…       — Если ты всё собрал, может, поговорим? — словно услышав этот вздох спросил мужчина. Я молча поднялась с пола и села на кровать, взглядом призывая его сделать то же. Стоит ли рассказать ему?       — Я считал, что ты стал намного спокойнее после поступления в ЮЭЙ, но видимо это не так, — начал мужчина, сев рядом.       — Я… Я в последнее время творю всякую дичь, а потом у меня в голове не укладывается, как я вообще мог до такого додуматься… — говорила я честно, только умалчивала часть информации, не предназначенной для чьих-либо ушей, — Тот побег… Был глупостью. Я внезапно осознал, что герой может погибнуть в любой момент. Я боюсь этого. Очень. Боялся это признать. Но, все-таки, что-то во мне рвëтся, когда я вижу, что кто-то находится в опасности. И в итоге я просто мечусь между этими двумя чувствами…       Я замолкла, подбирая слова. Да… Я ужасно боялась умереть снова. Оттого и страшно было менять ход сюжета. Так я хотя бы знала, откуда стоит держаться подальше. Правда пока мне это не сильно то помогло. Это чувство словно включает автопилот…       — Помнишь, почему мы отдали тебя именно в ту секцию?       — Что? — я непонимающе уставилась на него.        — На секцию без причуд, — пояснил Карас, — Видимо не помнишь. Это была единственная секция, где ты не смог бы использовать причуду и вредить себе. Ты сначала очень не хотел туда ходить, но потом тебе понравилось. Я был счастлив, думал, что ты и дальше будешь заниматься спортом без причуд…       — И я хотел… Параллельно с учëбой… Но судьба распорядилась иначе, — ответила я, намекая на некую травму, из-за которой Хиро ушëл из большого спорта.        — Я виноват перед тобой. Это из-за меня ты тогда попал в ту аварию…       — Но! Я же сам не проверил ролики по-хорошему…       — Нет, ты был несобран из-за меня. Мы тогда поссорились из-за…        — Из-за того, что ты пытался найти врача, который сделает меня беспричудным, — на автомате ответила я, — Я до сих пор немного зол.       — Больше такого не повторится, обещаю. Я не буду вставать между тобой и твоими мечтами, а ты пообещай, что будешь беречь себя, — отец Хиро взял меня за руки и просительно заглянул в глаза.       — Ладно… Постараюсь… — ответила я, — Я уже опаздываю. Подвезëшь?        — Пойду выгоню машину, — улыбнулся мужчина и вышел. Несколько секунд я смотрела на закрывшийся за ним дверь, а после пробормотала «Что это было? "       Откуда я могла знать, что травму Хиро получил из-за неисправности роликов? И эта ссора… Отец Хиро ни разу не упоминал её… Я взялась руками за голову и согнулась, словно хотела сжаться в комочек.       — Я схожу с ума? Нет, это тело Хиро. Следы оставленные его душой… Но почему я вижу эти воспоминания только кусочками?       Немного подумав, пришла к выводу, что это даже хорошо. Сойди на меня лавина его воспоминаний, то я точно свихнулась бы. Однако, это объясняло некоторые моменты в моём поведении, которые я никак не могла понять. В эти моменты тело действовала как действовал Хиро, а не как велит моя душа.        — Миясора, вставай. Мы приехали. Я с трудом разомкнула глаза. Надо мной стоял учитель Айзава.        — Уже? — удивилась я потягиваясь        — Конечно. Ты же всю дорогу проспал, — ответил он, — Как ты вообще уснул в таком шуме?       На самом деле первые пол часа я притворялась спящей, чтобы никто не лез ко мне. Видимо потом действительно уснула. Всё ещё позëвывая, я вышла из автобуса следом за мужчиной. Место нашей остановки было на возвышенности, с которой открывался красивый вид на лес и горы. Прикрыв ладонью солнце, я попыталась отыскать взглядом лагерь. Бесполезно…       — Э-э-эй, Стëрка! Давно не виделись! — послышалось сзади. Я осторожно обернулась. Помню, первое их появление произвело на меня не самое хорошее впечатление…       — Наши глаза сияют в темноте и зажигаем мы везде! Мы милые и сильные крошки! Мы дикие-дикие кошки! — словно чирлидершы, две взрослые женщины произнесли кричалку и встали в позу. Нет, моё отношение не изменилось даже после того, как я узнала их получше. В этот момент они казались совершенно несерьёзными. Взрослым казался лишь мальчик рядом с ними.       Я почувствовала кожей какое-то напряжение. Кота откровенно пялился на меня. Мальчик, не смотри на меня так! Сзади уже тарахтел Мидория. Я отвела взгляд и стала слушать инструкции. Конечно, никто не стал доставлять нас до места. Некоторые ребята ринулись тут же к автобусу. Я прикрыла лицо рукой, осознавая, что за п*#₽ц нас ждёт в лесу.        Резко земля под ногами поднялась. К слову, после этого пришлось долго отплëвываться, ибо закрыть рот в этот момент я не додумалась. Слушала ли я слова учителей? Конечно нет. Я и так знала, что будет дальше…       Однако к чертовщине, что вылезла из леса, когда мы приземлились, я не была готова. Одно дело видеть это на картинке, другое — встретить вживую. Существо было в два, а то и три человеческих роста.       — Прошу остановись, зверь… — первым в себя пришëл Кода (что не удивительно, ведь его причуда связана с животными), — Успокойся и вернись туда, откуда пришëл!       Но зверь не послушался. Он занëс лапу над парнем. Почему всё стоят? Они всё ещё в оцепенении?        — Коджи! — вскрикнула я, повалив парня с ног. Когти зверя просвистели над нашими головами, а через секунду зверь уже превратился в груду грязи.       — Нам стоит быть осторожнее. Если бы не Миясора, неизвестно что было бы с Кодой, — сообщила всем Момо.       — Да не… Тут заслуга Мидории, Шото, Бакуго и Ииды, — ответила я встав, — Стоит поторопиться. Будет хорошо, если успеем до темноты.       — Что?! — тут же воскликнули одноклассники.       — Гора, на которую нам указали, довольно далеко. Если мы часто будем встречать нечто подобное, то скорость нашего передвижения заметно снизится, — начала я, но, поймав на себе шокированные взгляды, осеклась. Им же сказали, что за три часа доберëмся…       — Кхм… Предлагаю не разделяться, а двигаться всем классом, чтобы никто не потерялся, — перевела я тему. Впереди у нас будет трудный день…       — Мина, осторожно!        Девушка выскочила из-под зверя, и я со спокойной душой выпустила его лапы из причудного захвата. Многие уже устали. Мы двигались, как мне казалось, уже более четырëх часов. Грязные и голодные. Казалось, что не устали только Мидория, Иида, Тодороки и Бакуго. Они продолжали быть основными разрушителями грязевых чудищ. Я сняла очки — они запачкались так, что почти ничего не было видно. Попытка протереть их низом рубашки не привела ни к чему хорошему. Грязь лишь размазалась по стеклу ещё сильнее уменьшив видимость.       — Миясора! Киришима! Бегите! — послышался чей-то вскрик. Куда? Зачем? Почему? Я не успела ответить ни на один из этих вопросов, как очередной грязевой монстр ухватил меня за ногу и швырнул куда-то в сторону.       Приземлилась мягко — в грязь. Но стоило начать пытается подняться, как почва начала проседать под руками и ногами. В похожей грязи я в детстве оставила сапог. Ухватиться было не за что, звать на помощь — некого. Я попыталась схватиться за ветку ближайшего дерева. Она засветилась голубым светом и начала нагибаться вниз. И когда мне оставалось до неё около 20 сантиметров, она обломилась и рухнула на меня. Выругавшись, я ухватилась за неё одной рукой, второй же изобразила движение, словно поднимаю гантели. Ветка засветилась и поднялась над болотцем. Грязь долго не хотела отдавать мне мои ноги, потом пыталась оставить себе на память хотя бы кроссовки, но я всё равно вылезла в обуви. Немного раскачавшись, я спрыгнула на твëрдую почву и, хлюпая грязью в кроссовках, поплелась на голоса одноклассников.       Спустя ещё несколько часов, мы, наконец, добрались до лагеря.       — «Чуть больше двух часов» как же… — протянул Серо.       — Умираю с голоду… — с той же интонацией ответил Киришима.       — Да захлопнитесь, — буркнула я, — И без вас тошно.       Живот взвыл, напоминая о том, что последним приëмом пищи был завтрак. Но это было не самое тяжкое. Я как никогда мечтала о душе. Мои белые волосы были сейчас того же цвета, что и грязь из которой состояли звери. Кожа безумно чесалась от пыли. А одежда была настолько грязной, что об неё было бесполезно вытирать очки.       — Хи-хи-хи, если честно, я думала вы подойдёте гораздо позже, — передразнила нас Пикси-боб. Для меня это стало последней каплей.       — Ладно, вы заставляли нас сражаться, но в болото то макать зачем?! — взбесилась я, активно жестикулируя. Грязь полетела в стороны, что вызвало неодобрительный гомон у одноклассников.       — Миясора, у тебя кровь из носа идёт, — одëрнул меня Шото.       — Чëрт, теперь я ещё и в крови заляпался, — с досадой фыркнула я, обнаружив несколько пятен на рубашке.       — Хи-хи. Ну уж прости, — хихикнула женщина, — Вы очень легко расправлялись с моими земляными зверями. Вы, ребятки, настоящие тигры. Особенно вы четверо. Она показала на Мидорию, Бакуго, Тодороки и Ииду.        — А меня вы выбрали своей постоянной целью? — спросила я недовольно приподняв бровь. Грязевые звери Пикси-боб постоянно нападали именно на меня, словно мои белые волосы были для них как красная тряпка для быка.        — Но ты ведь тоже имел не меньший опыт, однако не бросался в бой как они. Мне хотелось посмотреть на твои способности, вот я тебя и провоцировала, — расстроено протянула она. Не использовал?! Дамочка, я столько раз останавливала лапы твоего монстра причудой! Тебе этого мало что ли?       — Мне даже не терпится узнать, какими вы будете годика через три! Если что, я вас первая приметила! — набросилась женщина на квартет сегодняшних активистов.        — Мандали, она всегда была такой… Гиперактивной? — спросил учитель Айзава вторую «кошку».       — Она немного торопится… — развала плечами брюнетка, — Просто у неё замужний возраст, а мужа нет.       — Сори, тëть Пикси-боб, но вы для нас староваты, — съязвила я. А что? Я имею право на обиду! Я выгляжу так, словно только что вытащила машину из грязи!       — Ах ты! — тут же разозлилась женщина.       — Кстати об этом, — подхватил инициативу Изуку (со словами «Ничего не кстати» была принята неудачная попытка заткнуть его), — Я давно хотел спросить… Чей это ребёнок?       При этих словах он указал на Коту. Мальчик явно был не доволен таким вниманием.       — О, это мой племянник, — ответила Мандали, и подозвала его, — Кота! Иди, поздоровайся. Следующую неделю ты будешь жить с ними.       Мальчик угрюмо подошëл к Мидории. На попытку представиться он ответил мощным ударом в пах. Я до этого никогда не получала удара в эту зону (до недавнего времени она в принципе не была настолько уязвима), но от одного вида этой картины там похолодело.       — Ах ты сорванец! Зачем ты ударил Мидорию прямо в пах?! — тут же заругалась Мандали. Шото уже подал скрючившемуся на земле Изуку кусок льда. (Стоп, а разве это было в оригинале?)       — Меня не тянет тусоваться с кучкой недогероев, — ответил Кота. В этот момент он был очень похож на Бакуго.        — Ну… В какой-то степени он прав, — протянула я, взяв себя пальцами за подбородок.        — О чëм это ты? — удивилась Момо.        — У нас ведь даже лицензий пока нет. Мы и вправду «недогерои», — усмехнулась я, запустив пальцы в волосы.        — Возьмите свои вещи из автобуса. Как только распакуетесь в своих комнатах, приходите на ужин в столовую, — объявил Айзава-сенсей, — затем можете принять ванную, а там отбой. Настоящий летний лагерь начнëтся завтра.       Я закончила разбирать вещи и переоделась — идти в столовую в том, что представляло собой комок грязи было как минимум не воспитанно. Лицо и руки вымыла в туалете. Когда я спустилась в столовую, людей там пока было немного. Зато было много разной еды. Украв со стола поднос, я набрала себе всего понемногу и выскользнула на улицу. Через минут 5-10 там станет очень шумно, а у меня побаловала голова. Изничтожив всё, что было на подносе, я блаженно растянулась под деревом. Вечерние звуки леса поражали своим умиротворением. Их нарушили чьи-то шаги.       — Что ты здесь делаешь? — это был Кота.        — Ну привет, засранец маленький, — я рывком села, — Что, и меня без детей попытаешься оставить, за то что я на улицу вышел?       На мою шутливую интонацию мальчик только нахмурился.       — Там душно, а у меня голова болит, — объяснила я, поняв, что не стоит шутить.       — Ты променял спорт на ЭТО? — спросил мальчик, презрительно указывая на здание. Было приятно, что из всех ребят он говорил более ли менее нормально именно со мной. И, кажется, я даже знаю причину…       — Узнал меня значит… — мягко усмехнулась я, — Фанат спорта? Тогда должен знать, что ушëл я из-за травмы.        — Просто видел тебя как-то по телику пару лет назад, фыркнул мальчик.       — А стать героем… Мою маму не смог спасти герой. И сам погиб. Я тогда услышал, что работай он там не один, то всё остались бы живы, — ответила я, — И я подумал… Может, если я стану героем, пусть даже не очень хорошим, но это помогло бы спасти многих людей и героев…       Я замолчала. Сейчас во мне говорил Хиро. Это были его настоящие чувства?        — Кстати, классный удар, — сказала я, шутливо стукнув собеседника по плечу, — Может тебе самому в герои пойти?       — Не трогай меня! Ты грязный! — вскрикнул Кота, отстраняясь. Я усмехнулась, привстав.       — Ты чего? Не подходи!       — Заобнимаю, и будешь такой же грязный, — с хохотом ответила я, распахнув руки.       — Дурак! — выкрикнул мальчик и убежал. Всё ещё продолжая смеяться, я села обратно. Свежий воздух действовал на меня успокаивающе.       Всё-таки вечно от этого бегать не будешь… Теперь я парень и мне придётся видеть других парней… Без одежды… Я сделала глубокий вдох и открыла дверь.       — А вот и последний подтянулся! — довольно произнëс Иида. Я невольно замерла. Сказать, что я была поражена — значит ничего не сказать. Тела у парней были красивые, как у древнегреческих статуй. У Хиро было не хуже, но одно дело — рассматривать себя и совсем другое, когда речь идёт о ком-то другом.       — Миясора, у тебя опять кровь пошла, — спокойно произнес Шото.       — Может, тебе стоит ещё отдохнуть? — предложил Ханта.       — Сначала вымоюсь, а то я как горгулья, — ответила я, вытерев небольшую струйку крови из-под носа. Хорошо, что они списали это на моё здоровье. А то что бы я делала, если бы они меня за гея приняли? Хотя… Кто его знает?       Я аккуратно спустилась в воду. Тепло растеклось по телу живительной волной. Я сделала глубокий вдох и ушла под воду с головой. Грязь в волосах размякла и начала отпадать. Вынырнула я со счастливым выражением лица.       — Миясора, не ныряй! — тут же заругался на меня Иида.        — А то что сделаешь? Утонуть тут всё равно не получится, — засмеялась я, убирая мокрые волосы с лица, — Не зуди! Дай насладиться этим райским местечком!       Без очков, конечно же, ничего не было видно (я сняла их прежде, чем зайти в воду). И это было хорошо — я не могла пялиться на фигуры остальных мальчиков.       — Хей! Кота! — замахал рукой Изуку. Я близоруко прищурилась, но на стене ничего не увидела. Должно быть уже слез. Это хорошо. Не брякнется. Я пристроилась к бортику — положила руки на край и, зевнув, уместила на них голову. Хорошо то как…