Соль

Остаток рабочей недели прошёл безынтересно и довольно напряжённо. От скучных однообразных бумажек хотелось лезть на стену, а потому в выходные Гермиона позволила себе выпить лишний бокал и пофлиртовать с незнакомцем в клубе на пять минут дольше, чем обычно. Однако дело не дошло даже до прикосновений. Во-первых, ведьма, которая много лет находилась в долгих стабильных отношениях, не могла легко относиться к сексу на одну ночь. Несмотря на то, что за семь лет отношений близость с Роном стала вызывать куда меньше сентиментальных чувств, Грейнджер не считала секс простым набором механических действий для удовлетворения потребностей. А во-вторых, её будоражило лёгкое покалывание внизу живота, когда она вспоминала ссору с Малфоем. Нет, девичьи ощущения не были связаны с бурными эротическими фантазиями или вожделением. Гермиона будто чувствовала ноющий зуд, от которого невозможно избавиться. Он блуждал под кожей, перемещаясь от темечка к желудку, но рано или поздно оказывался в области таза. Ведьма окинула свой кабинет беглым взглядом и вновь опустила глаза на пергамент.

Мерлин, какие глупости… Может, я накручиваю себя от безделья? Хотя если попытаться поднять

папку с документами одной рукой, то я, наверное, сломаю запястье. Ещё и Гарри постоянно забывает отдать мне ноутбук… Если бы Рон так демонстративно не страдал и не заваливался на Гриммо пьяный, то я бы давно уже сама… Хотя нет. У Джинни начался период поедания копчёной рыбы. Мои рецепторы не готовы к этому.

Строить новую жизнь оказалось не так весело, как ведьма полагала изначально. И дело было не в деньгах или быте, просто Грейнджер не умела быть одна. Ведь по сути в сознательном возрасте она никогда не находилась наедине с собой дольше двенадцати часов. Она жила в Хогвартсе в общей комнате, проводила каникулы в Норе или у родителей, а после войны сразу съехалась с Уизли. Ведьма обнаружила, что гармония и комфорт в одиночестве — это целая наука, совершенно ей неизвестная. И, как оказалось, Гермионе просто не хватало сил отстраниться от суматохи и прислушаться к своим глубинным желаниям и потребностям. Она, как маленький ребёнок, знала, что что-то не так, но никак не могла сформулировать, чем именно недовольна. — Ваш кофе, — поставив на стол высокий картонный стаканчик, проговорила Клара. — Спасибо, — неловко подняв голову, Грейнджер разжала пальцы, намеренно уронив карандаш на бумаги, и потянулась к напитку. — Мистер Поттер просил передать, что ждёт вас в буфете, — робко добавила помощница, возвращаясь к своему рабочему месту. — Вы чем-то расстроены? — Нет, — натянуто улыбнувшись, Грейнджер поднесла стаканчик к губам, но вдруг задумалась и уже спустя секунду направилась к двери, прихватив с собой кофе. — Если что, скажи Кингсли, что я ушла в архив. — А если… — Всё, что попадает в архив, неминуемо пропадает на неопределённый срок, — ведьма открыла дверь, но затем обернулась. — В том числе и люди, — она сморщила нос. — Вряд ли министр пойдёт обыскивать скопища пергаментов. Заметив усмешку Клары, Гермиона сделала шаг из кабинета и встретилась грудью с чем-то твёрдым. Стакан с кофе выскочил из рук, рухнув вниз, а она сама лишь пискнула, запутавшись в собственных ногах. Уперевшись ладонями в мужскую грудь, ведьма почувствовала, как чужая рука с силой сдавила талию, не позволив упасть. В лёгкие ворвался тяжёлый запах травы, бамбука и дуба, исходящий от рубашки, и глаза Грейнджер расширились вдвое. Она уже знала, в чьих объятиях очутилась, но поднять голову не хватало сил. Каждая секунда её промедления делала ситуацию только более вызывающей. Наконец, пару вдохов спустя ведьма попыталась отстраниться. Горячая ладонь на её талии пропала так быстро, что Гермиона засомневалась в своей вменяемости. — Ты совсем не смотришь, куда… — возмущённый тон получился настолько неубедительным, что она даже не стала заканчивать вопрос. Однако лицо Малфоя не выражало совсем никаких эмоций: холодный, размеренный и скучный. Как обычно. Он достал палочку, и после короткого взмаха упавший стаканчик встал в вертикальное положение, но остался на полу. Тёмная ароматная жидкость прекратила расползаться вокруг подошв туфель ведьмы и крупными каплями вернулась обратно в помятую одноразовую ёмкость. Закончив свои манипуляции, волшебник убрал древко за бортик пиджака и наклонился вниз, взяв почти полный стакан в руки.

Он собирается мне это вернуть? Он совсем идиот? А я, блять, чуть спасибо не сказала.

— Я могу купить кофе взамен утраченного? — опустив взгляд вниз, Драко нахмурил брови и достал платок из нагрудного кармана. — Не заметил, — констатировал он и, склонившись ещё раз, стёр пару мелких капель с правой девичьей туфли. — Прекрасно, — он спрятал платок в карман и выпрямился как ни в чём не бывало. — Или я могу как-то иначе компенсировать неудобства? Гермиону словно окатило холодной водой. Её тело сковал ступор, а мозг будто стал мутной бесполезной слизью и медленно вытекал из ушей. Она смотрела на своего собеседника в упор и разглядывала невозмутимое выражение лица так, будто видела его впервые. — Что ты здесь делаешь? — выпалила ведьма. — Валери передала мне, что ты хотела видеть меня лично на рассмотрении деталей проекта. У меня появилось свободное время, и я решил… — Я такого не говорила, — перебила она. — Что ж… — терпеливо поджав губы, кивнул Малфой. — Хорошо, — он бросил взгляд на стакан в своей руке и продолжил: — Мне жаль. Извини. Короткие, еле ощутимые покалывания проползли вдоль позвоночника, устремляясь к бёдрам. Грейнджер вдруг осознала, что чувство, которое она испытывала к Драко, — это любопытство. Неприкрытое, наглое и искрящееся. — Да, я не против, если взамен пролитого кофе у меня будет свежий, — на одном дыхании произнесла ведьма. На долю секунды на лице Драко появилось подобие детского ликования, и уголки губ, дрогнув, поднялись вверх, но спустя мгновение он снова выглядел беспристрастным. Мышцы лица расслабились, и его мимика стала привычно неподвижной, а черты больше похожими на мраморное изваяние. — На углу почтового отделения в пять пятнадцать, — выдавил из себя Малфой, а затем резко развернулся и направился прочь. В очередной раз оторопев от его поведения, Гермиона вскинула брови и несколько раз бездумно моргнула. Подскочивший уровень негодования не сразу позволил её разуму проанализировать ситуацию, а высунувшаяся из кабинета загадочно улыбающаяся Клара добила и без того помутившееся сознание. — Интересно, а куда поведёт? — мечтательно протянула помощница. — Обычно для свиданий маги его уровня выбирают «Поющую иву» или «Чёрную аллею»… — Что? — скривилась ведьма, складывая руки на груди. — Какое свидание? Он женат и просто угостит меня кофе в знак вежливости. — Ну да, — цокнула языком Клара. — Кто вечером вообще пьёт кофе? — Ну-ка брысь, — раздражённо шикнула Гермиона, сделав шаг внутрь кабинета. — У тебя закончилась работа? — Вы же собирались к мистеру Поттеру, — усевшись за стол, протянула Клара и лениво уронила голову на ладонь. — Да, точно, — замешкавшись, Грейнджер мотнула головой и вернулась к выходу. — То-то он жену отослал в Швейцарию, — пробубнила себе под нос помощница, перекладывая папки с места на место, — чтобы кофе пить. — Клара! — одёрнула девушку Грейнджер и скрылась за дверью. — Работаю-работаю, — подняв ладони, протараторила она. Глубоко выдохнув, ведьма провела по лицу руками и направилась к лифту. Ватные ноги всё ещё не до конца слушались свою хозяйку, а мысли начали гореть, выливаясь румянцем на щёки. Малфою было известно, во сколько она заканчивала трудовой день и каким выходом из Министерства пользовалась. Подобные детали не являлись тайной, однако вряд ли он знал наизусть график каждого рядового клерка. Но и караулить её со стаканом в руках аристократ бы не стал — муторное и странноватое занятие. Размышляя всю дорогу до буфета, Грейнджер так и не смогла сложить все кусочки своего разума воедино, однако воспоминание о шёлковом платке, которым Драко вытирал капли с её туфли, разбивали сложенный пазл на ещё более мелкие осколки. Если бы не взаимная неприязнь, то ведьма сочла бы это признаком трепетной заботы, граничащей с паранойей.

Но это же Малфой… Он только и умеет брезгливо фырчать и воротить нос от неидеальных мелочей, на которые нормальный человек внимания не обратит. А эта надменная моська…

Хватка на левом запястье вырвала волшебницу из бесконечной череды рассуждений. — Если ты настолько на меня обижена, что решила пройти мимо, — виновато склонив голову набок, проговорил Гарри, — то я отпрошусь с работы и привезу тебе ноутбук сейчас. — А так можно было? — мягко улыбнулась Гермиона, остановившись у его столика. — Я бы сделала это раньше. — Не особо понимаю, зачем человеку, который прочитал всю библиотеку Хогвартса, интернет, — пожал плечами Поттер, вытирая рот салфеткой. — Там же нельзя найти твоё любимое проклятие на недельную диарею, — он поднялся с места, взяв поднос. — Ты чего-нибудь хочешь? Чай? Кофе? А, нет, твоя помощница же… — Я уже напилась и не голодна, — прервала его Грейнджер, сопроводив до зоны раздачи блюд. — Но ты же не для этого меня позвал? — Вообще, — оставив посуду, Гарри благодарно кивнул работнице буфета, забравшей грязные тарелки, а затем перевёл взгляд на подругу, — я по поводу Рона хотел поговорить. Мне кажется, он уже всё осознал и готов резать овощи на доске. — О, Мерлин, давай, пожалуйста, обойдёмся без этого, — отмахнулась ведьма, стянув печеньку из корзинки, стоящей на открытом прилавке. — Его «осознания» хватает ровно на месяц, а потом всё начинается заново. — И ты действительно думаешь, что-о-о… — Гарри неловко растянул гласную, надеясь, что ему не придётся договаривать. — Ещё не прошло даже пары недель, — уточнила Гермиона, выходя из буфета. — Не успела толком обжиться в новой квартире: до сих пор не выбрала подставки под горячее и бокалы. А ты хочешь, чтобы я пеклась о взрослом разумном волшебнике, который в своё время спас Британию. — Ну, насчёт разумного ты преувеличила, — процедил друг и, потирая шею, пропустил её в лифт. — После того как ты уехала, он завёл прочные отношения с крепким алкоголем. — Ты предлагаешь мне вернуться, чтобы вывести его из запоя? — Нет, — категорично ответил Поттер, поправляя очки, — но всем будет намного лучше, если ты определишься с дальнейшей судьбой ваших отношений и поставишь Рона в известность. А там уж, — он тяжело выдохнул, — я запишу его к хорошему колдомедику и закодирую. — Лучше верни мне ноут, — выйдя из кабины лифта и делая несколько шагов спиной вперёд, хмыкнула Грейнджер. — И как можно скорее. — Ладно, отменю просмотр «Дневника памяти» и скажу Джин, чтобы вытряхнула крошки из клавиатуры, — иронично хмыкнул Гарри, и двери лифта закрылись. Ведьма передразнила его выражение лица, а затем вернулась в свой кабинет, отметив про себя, что порой «переключаться» на что-то другое крайне полезно для ментального равновесия. Куда лучше просто вернуться к своим обязанностям и перестать гадать, как пройдёт вечер в компании Малфоя или как разумнее поступить с Уизли. Всему своё время. Не всё в этом мире зависит от неё. Главное сейчас — позаботиться о собственном комфорте, иначе она так и проживёт остаток жизни, проклиная разбросанные по дому носки и имея вместо хобби уборку по выходным. Расправившее крылья вдохновение позволило Гермионе расслабиться. Она не заметила, как прошёл остаток трудового дня. Все рабочие нюансы решались как по волшебству, хотя она ни разу не достала свою палочку. Настроение было под стать танцующим зверушкам из диснеевских мультиков, а в теле появилась необъяснимая лёгкость и силы на то, чтобы свернуть пару горных хребтов. — А что с новым законопроектом, который передал Терри? — прикусив кончик карандаша, Гермиона подняла голову от документов. — Он вроде прошёл первую инстанцию, и правки должны были внести… — Мисс Грейнджер, уже пять десять, — жалобно протянула Клара. — Твой рабочий день до семи, — невозмутимо парировала ведьма, покачиваясь на задних ножках стула. — Но у вас до пяти, — неловко протянула помощница. — И вы опаздываете на свидание… — Твою мать, — потеряв равновесие, Гермиона чуть не врезалась в край стола. — Это не свидание. Она поднялась, схватила пиджак со спинки стула и бросила короткий взгляд на часы. Торопиться ради чопорного надменного засранца не хотелось, а потому хозяйка кабинета взяла сумку и попутно выдала кучу мелких поручений Кларе. Затем она лениво выскользнула из кабинета и поправила причёску на ходу, мельком глядя в отражение зеркальных потолков. Она чувствовала себя так легко, что даже «дзынь» в лифте не показался ей таким навязчивым, как обычно. Ведьма нетерпеливо передёрнула плечами, предвкушая занятный вечер. Уже поднявшись на поверхность города, она сморщила нос, понимая, что опоздала минут на десять, но не посчитала это проблемой. Даже если Драко решил свалить, ссылаясь на безукоризненную пунктуальность, это не станет разочарованием, только очередным доказательством его надменности. Тёплый весенний ветер ласково прикоснулся к лицу, когда Грейнджер вышла из старого почтового отделения на улицу. Среди волшебников, растекающихся в разные стороны, не составило никакого труда распознать неподвижную мужскую фигуру в идеальном тёмном костюме.

Удивительно. Даже не думала, что он действительно будет ждать. Хотя выглядит так, будто его приволокли сюда силой. Интересно, у него вообще меняется выражение лица? Может, хотя бы во время секса? Нет, скорее, когда к столу подают вино не того года.

Сделав несколько шагов, Гермиона вдруг поймала совершенно несвойственный ей приступ паники. О чём она будет с ним говорить? О том, какой он дотошный мудак с идеальной жизнью? Или о том, как её раздражает его извечное непоколебимое равнодушие? Навряд ли будет хорошим тоном просто молчать, чтобы не ляпнуть какую-нибудь язвительную колкость. Остановившись в паре ярдов от аристократа, ведьма набрала полные лёгкие воздуха, но не смогла выдавить из себя ни звука. — Тебе необходимо зайти домой, чтобы переодеться? — поинтересовался Малфой, чуть склонив голову в её сторону. — Я так плохо выгляжу для кофе? — не задумываясь, выпалила Гермиона. — Ты прекрасно выглядишь, — отрешённо проговорил волшебник и сглотнул, отводя взгляд в сторону. — Тогда, полагаю, мы можем ехать. — Ехать? — непонимающе свела она брови. — Не думаю, что ты мечтала после рабочего дня идти пешком несколько миль, — ответил Драко и приглашающе указал ладонью в сторону машины, стоящей на обочине. — Ты умеешь водить? — еле справившись с нахлынувшим удивлением, спросила Грейнджер, делая пару осторожных шагов вперёд. — Я умею оплачивать услуги личного водителя с транспортом на сутки. — Тоже неплохая способность, — нервно усмехнувшись, прокомментировала Грейнджер, когда аристократ открыл перед ней дверь автомобиля. Если у изумления был вкус, то ведьма ощутила его в полной мере. Она опустилась на кожаное сиденье, совершенно перестав понимать происходящее. Пока Малфой обходил машину, чтобы занять место по правую руку от неё, Гермиона перебрала в голове все варианты, от убийства за городом до Империуса, но так и не определилась с причинами подходящего. Сомнения в её висках стучали так сильно, что заглушали эмоции. — The Palm Court на Шератон Гранд Парк, — глухо проговорил Драко, даже не глядя на ведьму. Судя по всему, он решил добить её, выбрав магловское заведение. Уставившись невидящим взглядом в окно, девушка попыталась усмирить свои мысли. Что бы ни говорила Клара и ни писала Скитер, Малфой состоял в браке и очень сильно заботился о своей репутации. Он не стал бы так открыто изменять своей супруге, а уж тем более надеяться, что Грейнджер пойдёт на интрижку, а значит, смысл всех этих странных манипуляций сводился к идиотскому розыгрышу в конце пути. Подведя длинную черту под своими размышлениями, она наконец-то успокоилась и смогла расслабиться. Этот напыщенный индюк ни за что не получит от неё той реакции, на которую рассчитывает. Гермиона уже морально подготовила себя к любому идиотскому повороту событий из всех возможных. Всё в полном порядке. — И как давно ты стал поклонником магловской части Лондона? — убрав прядку со лба, уточнила она. — Рабочая необходимость, — сдавленно проговорил Драко, напряжённо вдохнув. — Партнёры и клиенты имеют самые разные взгляды и вкусы. Нужно соответствовать. — Значит, мы едем в какое-то особенное место? — иронично протянула Грейнджер. — Как минимум там подают хороший кофе, — выдохнул Малфой и прикрыл глаза так, будто его достали её расспросы. — И стоило ради этого нанимать водителя? — Определённо. Грейнджер захотелось закатить глаза от заученности и сухости ответов, но она лишь фыркнула и опёрлась щекой на тыльную сторону ладони.

Ты даже развлекаться не умеешь. Надеюсь, хотя бы основное представление будет стоить того. Вряд ли мы едем в лес или хотя бы на окраину, скорее, углубляемся в центр города. Любопытно, кого из его дружков я там увижу? Едва ли это будет что-то опасное. Наиболее вероятно, унизительное или глумливое.

— Ты голодна? — размеренно поинтересовался Малфой, но в его голосе послышались нотки нервозности. — Да, — с энтузиазмом ляпнула Гермиона, решив поддержать игру. — А что планируется из съестного? — То, что захочешь, — сглотнув, процедил аристократ, когда машина остановилась. — Твои пожелания ограничит только меню ресторана. Он с силой сжал своё колено ладонью, словно собирался с мыслями, и вышел из автомобиля. Обернувшись на окно со своей стороны, ведьма упёрлась взглядом в вывеску ресторана. Стоящий у двери швейцар недвусмысленно намекал на статус и престиж заведения. Потянувшись к ручке двери, Грейнджер осеклась, когда Малфой её открыл. Он подал девушке руку, и та, не мешкая, вложила в неё свою ладонь. Мраморная кожа чувствовалась на удивление холодной и влажной, а когда Гермиона оказалась меньше чем в полу-ярде от Драко, то заметила, как он тяжело выдохнул, закусив нижнюю губу. — Прошу, — сделав полшага назад, он освободил ей дорогу и нерешительно отпустил девичью кисть. Подозрительно прищурившись, волшебница окинула своего спутника внимательным взглядом и направилась к широким дверям заведения. Лакей почтительно распахнул одну из створок и, поприветствовав гостей, пожелал им хорошего времяпрепровождения. Великолепный зал в тёплых кремовых оттенках лишил ведьму последней возможности съязвить. Светлый скандинавский стиль с аккуратным интерьером и обилием воздуха смешался с помпезными элементами ампира, умело вплетёнными в общую стилистику. Имитация плоских колонн вдоль стен и задекорированные вставки с вензелями причудливо выделялись на фоне минималистичных молочных торшеров и однотонных кресел без декора. — Добрый вечер. У вас заказан столик? — мягко улыбнулась хостес, удерживая в руках пару тёмных кожаных папок. — Добрый. На фамилию Малфой, — остановившись меньше чем в полушаге от Грейнджер, ответил аристократ. — Позвольте, я вас провожу, — мгновенно отреагировала сотрудница ресторана. Драко терпеливо пропустил Гермиону вперёд, и она ощутила непривычное чувство нервозности, скользящее от шеи к солнечному сплетению. Обычно ей самой приходилось выбирать, куда, как и когда они с Роном пойдут. Не сказать, что он был совсем несамостоятельным, скорее, его вкус предполагал более компанейские развлечения: Уизли мог притащить билеты в отдельную ложу на квиддич или устроить приятные посиделки с друзьями в баре, но это мало вязалось с романтической составляющей отношений. В двадцать лет такой отдых оставлял лишь приятные впечатления, однако уже ближе к двадцати пяти стал приедаться. Но все попытки объяснить Рональду верное направление не увенчались успехом, а потому Грейнджер взяла всё на себя. Однако оказалось, что куда приятнее, когда партнёр занимается организацией самостоятельно. В этом крылось ощущение собственной слабости и женственности — передать инициативу в мужские руки. А когда Драко придвинул её стул ближе к столу, она и вовсе почувствовала вязкое возбуждение, всколыхнувшее сознание. Абсолютно машинальный, никак не привязанный к её спутнику механизм, сработавший при виде красивых манер и правильного воспитания. Невзирая на свою независимость и силу характера, Гермионе было приятно ощущать себя хрупкой и воздушной. Маленькая забытая детская мечта стать принцессой затрепетала, выглядывая из уголка сознания. Получив в руки меню, ведьма неторопливо пролистала его, обратив внимание на то, что Малфой даже не притронулся к кожаной папке. Он почти неотрывно смотрел на её пальцы и запястья, изредка поднимая глаза на девичье лицо. Однако всякий раз, сталкиваясь с ней взглядом, неловко отводил взор в сторону, еле заметно облизывая губы. Кажется, если бы не подошедший официант, то аристократ так и не выдавил бы из себя ни слова. — Приветствую вас в The Palm Court. Меня зовут Мартин. Сегодня я буду вашим официантом, — молодой брюнет ненавязчиво приподнял уголки губ. — Вам сразу подать предзаказанные блюда, или вы желаете сделать выбор по меню? — Дайте нам ещё пару минут, чтобы определиться, — выдохнул Драко, описывая подушечкой среднего пальца полукруг ножки бокала для шампанского. — Ты сделал предзаказ? — как только лакей оставил их наедине, поинтересовалась Гермиона, опуская меню на стол. — Подумал, что раз ты пропустила обед, то не захочешь… — он запнулся и на мгновение прикрыл глаза. — Долго ждать. — Что ж, — закрыв папку, Грейнджер коротко кивнула, не сдержав лёгкой иронии в голосе. — Давай попробуем то, что ты счёл подходящим. От слишком глубокого вдоха у аристократа неестественно высоко приподнялись плечи. Он коротким движением кисти подозвал официанта и огласил желание своей спутницы. И уже меньше чем через минуту работник вернулся с подносом, на котором покоились бутылка вина и стеклянный кувшин с яблочным соком. Мартин наполнил бокалы и спешно удалился за первой порцией блюд. Как только официант поставил перед Гермионой первую тарелку, она немного удивилась, но сдержала свои эмоции. Салат с тёплым тунцом был, пожалуй, одной из самых приоритетных закусок для ведьмы на любом столе. Лучше него были только… — …тарталетки с печёной тыквой и пармезаном, — огласил Мартин и поставил продолговатую тарелку в центр стола, а затем ещё одну круглую перед Драко. — И ваш салат с морепродуктами. — Благодарю, — не поднимая на него взгляда, проговорил Малфой и приподнял бокал с белым вином. — Если есть ещё какие-то пожелания… — А где кофе? — язвительно подметила Грейнджер. На лбу Драко появились морщинки сосредоточенности, и он напряжённо поджал губы. Казалось, что ещё пару секунд, и он просто треснет от напряжения, а потому ведьма не выдержала и рассмеялась. — Надеюсь, еда хотя бы отравлена? — с усмешкой продолжила она. — Иначе я начну сомневаться, что в тебе остался слизеринский дух. Малфой приподнял бровь и, вернув бокал на стол, взял вилку. Он слегка приподнялся с места, подцепил вилкой половинку помидора, политого медовым соусом, и отправил её в рот, глядя на свою собеседницу в упор. Непривычно близко. Гермиона видела каждую прожилку цвета в серых холодных глазах. Видела, как медленно двигались желваки. Как кончик языка скользнул меж губ, оставляя небольшую влажную дорожку.

У него всегда были такие острые скулы? И дыхание такое тяжёлое,

словно он не ест, а… Не-е-ет. Нет-нет-нет. Совершенно не в ту сторону думаю. Мог же просто ответить…

— Мне стоит попробовать каждое твоё блюдо? — так и не отстранившись, уточнил Драко. — Или лучше есть из твоих рук? По позвоночнику прополз холод, в то время как щёки вспыхнули. Воздух застрял где-то в лёгких, сжигая их изнутри. Влажные щупальца смущения заползли под рубашку, играючи лаская кожу и оставляя за собой мурашки. Неправильно и слишком откровенно. Подобные вопросы не задают случайным знакомым или коллегам. — Нет, — слегка севшим голосом ответила Гермиона, вздрогнув от собственного тона. — Этого достаточно… — Мадам чем-то недовольна? — поинтересовался возникший из ниоткуда официант. — Не сдержалась и предложила мне продегустировать, — возвращаясь на своё место, равнодушно бросил Малфой. — Передайте мою похвалу повару. — Конечно. Когда вам подать основное блюдо? — А что у нас дальше? — выпалила Грейнджер, пытаясь унять покалывания в теле. — Стейки на гриле с соусом из белых грибов и свежими овощами. Глаза ведьмы расширились, и она отупевшим взором уставилась на Драко. Возможно ли, что их пищевые вкусы совпадают? Нет, он ещё на шестом курсе устроил грандиозную истерику на травологии по поводу того, что у него аллергия на грибы, а к десертам и вовсе никогда не прикасался. — А что-то сладкое планируется? — неловко приподняв уголки губ, продолжила она. — Специально для вас лимонный тарт и белый чай. — Мне нужно в уборную, — резко вскочив из-за стола, ведьма чуть не опрокинула стул. — Прямо до центра зала, по правую руку от вас будет арка, — услужливо ответил официант. — Я на минутку, — схватив сумочку, кинула Гермиона из-за плеча и спешно направилась в нужном направлении. Она пролетела двадцать ярдов на одном вдохе. Вихрь догадок так бурно пронёсся по извилинам, что снёс смятение к боггарту. Позиции «лимонный тарт» вообще не было в меню. Грейнджер точно знала, потому что открыла страницу с десертами первой. Влетев в туалет, она спешно крутанула вентиль с холодной водой и обрызгала лицо. Не помогало. В отражении зеркала напротив ведьма видела, как судорожно сократились мышцы её шеи и проступила ярёмная вена. Гермиона сильнее свела бёдра, не желая воскрешать в памяти момент, когда именно бельё намокло.

Может, что-то было в соке? Но я сделала всего пару глотков. Нет. Или да? Твою мать… Спокойно. Он женат. Со мной эти фокусы не пройдут. Из меня паршивая любовница. Надо уносить ноги. Прямо. Сейчас.

Судорожно проанализировав ситуацию, Грейнджер пришла к выводу, что чары отвода глаз не особо надёжны, а потому лучше воспользоваться трансгрессией. Юркнув в свободную кабинку туалета, ведьма с трудом освободила разум, чтобы сосредоточиться, и выдохнула, лишь оказавшись в своей квартире. Распирающее чувство неудовлетворённости пробирало до костей. Стянувшиеся в тугой запутанный узел мышцы внизу живота никак не хотели расслабляться, а жара, исходящего от кожи, было достаточно, чтобы обеспечить отопление небольшого поселения в холодный осенний день. Бросив сумочку на полку в коридоре, Гермиона вытащила заправленную в юбку рубашку и расстегнула пару пуговиц, попытавшись избавиться от горячей истомы, бегущей по артериям. Ей нужно было снять это дикое напряжение, избавиться от агонии, растущей под кожей. Немедленно. Разрезавший тишину квартиры дверной звонок заставил Гермиону испуганно вздрогнуть и выругаться себе под нос. Ведьма небрежно запахнула рубашку и почти машинально открыла дверь. На пороге стоял слегка покачивающийся взъерошенный Рональд, удерживающий сумку с ноутбуком под мышкой. — Привет, — лениво протянул он и поджал губы с таким дебильным видом, словно случайно сюда зашёл. — Я тут… В общем… — Уизли потёр затылок и протянул ей сумку. — Выпросил у Гарри и надеялся, что, может, ты захочешь поговорить. Окинув взглядом крепкие мужские плечи и рельефные руки, Грейнджер до боли закусила щёку. Она распахнула дверь шире, всё ещё рассматривая проглядывающие из-под футболки очертания мужского пресса, и сглотнула ком, подступивший к горлу. — Да, — расплывшись в блаженной улыбке, отрешённо кивнула она, — нам нужно поговорить. Конечно…