Правда?
Может, тогда перестанешь дёргаться?
И хотя бы начнёшь нормально прикасаться?
Или, может, спустя несколько недель свиданий
уже можно разочек попытаться продвинуться дальше?
С меня так даже родители пылинки не сдували…
Я уже скоро сама перейду к насилию…
— Нужно принять душ, — с лёгким недовольством протянула Гермиона, когда аристократ подал ладонь, чтобы помочь ей подняться. — Пообедаем позже? Или сделать заказ в номер? — невозмутимо продолжил Малфой. — Не хочу есть, — выдохнула она, вернувшись в вертикальное положение. — А чего хочешь? Ведьма стиснула челюсти. Он смотрел на неё, как маленький, промокший под дождём щенок — наивно и по-детски. Все планы с провокациями, которые выстраивала Гермиона, пошли крахом и уже казались совершенно не важными. Игра в двусмысленность так сильно затянулась, что девушка не заметила, как возбуждение чужого голода переросло в собственный. Малфой был блядски галантен и аккуратен. И Грейнджер его хотела. Прямо сейчас. Сделав шаг вперёд, она сильно сжала пальцами ткань его экипировки и потянула на себя, впиваясь в губы. Несмотря на её грубость, их соприкосновение было лёгким и почти невесомым. Грейнджер даже показалось, что Драко напрягся и вот-вот отстранится. Он замер, словно размышляя, насколько этот поцелуй вообще уместен, но спустя пару секунд всё же ответил, осторожно скользнув в девичий рот языком. Аристократ подался навстречу, отчего Гермиона чуть не потеряла равновесие, и жадно прильнул к её губам. Стало жарко. Ведьма запустила пальцы в платиновые волосы, притягивая волшебника ближе, но всё равно не ощутила на своём теле никаких ответных касаний. Движения его губ становились всё более смелыми, а дыхание тяжёлым и сбивчивым. По клеткам расползалось обжигающее желание, и Грейнджер уже чувствовала, как понемногу одежда становится лишней. Напряжение, скопившееся под кожей, покалывало ладони и стекалось в низ живота вязкой патокой, закупоривающей сосуды. Мраморная холодная кожа под пальцами ощущалась как благословение, способное потушить агонию внутри. Мужские ладони притянули ведьму ближе, практически лишая её возможности дышать, и Гермиона почти забыла, где они находятся и чем занимались до этого. Её совершенно перестали волновать мелочи вроде приличия и хороших манер. Однако, лишь скользнув пальцами вниз по мужской шее, она разочарованно зависла, когда молодой человек отстранился, разрывая поцелуй. Возросший пульс долбил в виски, а перед глазами всё ещё плыли цветные разводы. Лицо Драко ненадолго исказилось странной гримасой, напоминающей смесь боли и нетерпения, и он упёрся лбом в её лоб, тяжело выдыхая: — Ты хотела принять душ, — судорожно процедил Малфой. — И наверняка устала и хочешь отдохнуть.Что? Не-е-ет!
Я хочу трахаться!
Я хочу, чтобы ты вставил в меня член!
Желательно, несколько раз.
Какой, нахер, отдых?!
Ты что, совсем дурак?
Мне ещё хватит сил весь вечер кататься на твоём лице,
пока ты задыхаться не начнёшь!
Потом просто пересяду на другое место.
Не смей всё портить!
— Что? — натужно выдавила она, заправляя прядь за ухо, и отвела взгляд в сторону. — Мы просто оставим всё так?.. — Вряд ли ты хочешь, — он прикрыл глаза и качнул головой, облизнув губы, — чтобы наши отношения попали на первые полосы газет… Гермиона несколько раз непонимающе моргнула и нехотя отстранилась, скользнув ладонями по своим предплечьям, чтобы хоть куда-то деть руки. Малфой был непростительно рассудителен, и оттого она всё больше хотела, чтобы он потерял контроль. — Я провожу тебя до номера, — сбивчиво добавил волшебник и сделал пару неровных шагов назад, чтобы сбить возросшее возбуждение. — Инвентарь уберут, можешь не беспокоиться. — Ладно… — ответила Гермиона, пытаясь скрыть лёгкое негодование. Драко несколько раз машинально кивнул и отвернулся, словно никак не мог прийти в себя. Он терпеливо дождался, пока ведьма поравняется с ним, и направился в сторону гостиницы при спортивном комплексе. Аристократ шёл с такой скоростью, будто собирался сбежать от Гермионы в любое мгновение, однако у двери в комнату всё-таки остановился. — Ты не откажешься пообедать со мной? — с сомнением поинтересовался Драко, потирая шею. — То есть ты всё ещё не уверен в моём ответе? — приподняв бровь, спросила Грейнджер, чем ввела своего собеседника в ступор, а потому продолжила: — Минут через сорок. Ресторан ведь находится на первом этаже? — Да… Я немного… — он отвёл взгляд в сторону, снова тяжело и громко выдохнул через рот, делая несколько шагов назад. — Я буду ждать тебя внизу. — Договорились, — открывая дверь в номер, бросила ведьма. Если бы Малфой был асоциальным психопатом, то не протянул бы с ней так долго, да и навряд ли смог бы полноценно работать и существовать в обществе. Возможно, он и вёл себе немного странно, но Гермиона списала это на волнение. Ведь у каждого нервозность появляется по-своему. Некоторые и вовсе складывать мысли в слова не в состоянии, а тут всего лишь периодические глупости — не особо критично. Им определённо необходимо было продвинуться дальше, и ведьма подумала, что совместный обед вполне можно считать хорошей возможностью для того, чтобы перевести флирт в горизонтальную плоскость. В конце концов они взрослые люди, сперва ходить на свидания несколько месяцев не имеет смысла. Смыв со своего тела последствия длительных физических нагрузок, Гермиона наскоро высушила волосы и напряглась, когда периферическим зрением зацепила крупный силуэт сбоку. Схватив с тумбы палочку, она обернулась и облегчённо выдохнула, наткнувшись на патронус-лошадь, принадлежащий Джинни. — Какого… — её речь оборвалась, пока скачущие по извилинам мысли складывались в картинку. У подруги уже подходил срок. Молли и Артур, узнав о переезде младшего сына, решили поехать с ним и заодно навестить Чарли, а Джордж и Гарри совершенно точно были не теми людьми, кому стоило демонстрировать процесс рождения ребёнка в реальном времени. За спиной раздался стук, и Гермиона, матерясь себе под нос, скинула полотенце на пуфик. Она спешно распахнула дверь и чуть не простонала, обнаружив там горничную с набором швабр. — Обслуживание номеров, вы позволите… — У вас в заведении есть каминный зал? — перебила её Грейнджер. — Мне срочно нужен каминный зал.