Untitled

      Ночь. Тусклый свет настольной лампы освещает комнату. Но даже такой слабый свет позволяет теням интерьера спокойно застыть на стене. На кухне изредка капает кран, звук которого раздражает. Мое тело расслаблено сидит на балконе, закурив сигарету. На коленях лежит рваная, исписанная и изрисованная тетрадь, в которой покоится черная гелиевая ручка. Откидываю свои светлые волосы, делая затяг, всматриваюсь в темноту.       Ночь – чудесное время суток. Ночь преображает город: улицы становятся пустыми, люди – честными, а все остальное – особенным. Ведь ночью мы говорим самые важные фразы. Ночью мы целуем самых любимых людей. Ночью мы плачем, как не плакали бы при свете дня. Ночью мы отправляем самые большие и откровенные сообщения, и все – только тем, кто нам очень дорог. Ночью каждый вздох, каждое слово приобретают некое особенное значение. Ночью мы пишем стихи, песни. Мы скучаем, грустим, переживаем, принимаем решения, заливаемся смехом, думаем… Мы живем.       Моросит мелкий дождь. Пахнет свежестью и мокрой травой, которую днем, благополучно, скосили бензотриммером. Ночные фонари освещают улицу, рисуя на мокром асфальте незамысловатые узоры-огоньки. В соседних домах выключается свет, люди ложатся спать. По дороге не спеша едут автомобили. Наверное, кто-то торопится домой, где ждут их родные. Или кто-то после тяжелой рутинной работы торопится в свое уютное логово, чтобы поскорее раздеться, умыться и погрузиться в объятия Морфея. Люди засыпают, город засыпает, природа засыпает, но только не я…       Направляюсь на кухню, где на столе ждёт меня кружка горячего чая и одинокий капающий кран. Сажусь за стол, делаю глоток, чувствуя, как горячая жидкость обжигает стенки глотки и опускается ниже. Задумываюсь… Ведь всему есть предел, правда? Или же, все хорошее когда-нибудь заканчивается. Так ведь? Надеюсь, что не только я задумывалась об этом.       К примеру, люди, которые становятся нам дороги, приходят в нашу жизнь и незаметно уходят из нее. Это можно сравнить с поездкой в автобусе. Мы едем, на разных остановках заходят пассажиры. Какое-то время они следуют с тобой по маршруту из точки А в точку Б. Но на своей остановке им придется выйти. Вам просто не по пути, а мы… Мы просто не умеем вовремя расставаться. Мы готовы на все, лишь бы продлить эти моменты. Кормим себя иллюзиями, что все будет по-другому и лучше.       Нет, не будет.       Надо научиться отпускать людей из своей жизни ровно в тот момент, когда понимаешь, что вам больше не по пути. Тогда, наверное, будешь вспоминать прошлые связи c улыбкой, а не дёргающимся глазом. Но всему есть предел.       Делаю еще глоток за глотком.       Предел есть и эмоциональному фону. Все остается внутри. Ничего не забывается, не выветривается, не исчезает. Мы все это поглощаем, и дальше оно где-то оседает внутри. Это, как будто, бросаешь камень в воду: сначала брызги, потом опускается на дно. Вот так же все наши эмоции копятся и заполняют чан. Как осадок чего-то на дне кружки.       И иногда в голове проносятся неконтролируемые внезапные воспоминания, того, какие эмоции ты испытал в тот или иной момент. И от чего-то становится так тепло и приятно или, наоборот, грустно и больно. Снова пополняем чан. Но что будет, когда он переполнится? Будет предел.       Ведь всему есть предел.       В руках покоится пустая кружка. Чай выпит. Ставлю оную в раковину и отправляюсь снова на балкон. Достаю очередную сигарету, закуриваю.       Даже сейчас настанет предел никотиновой палочке. Ты даешь ей начало, зажигая ее. Смотришь, как под огоньком тлеет бумага и табак. Наслаждаешься моментом курения. Но стоит огню дойти до фильтра – конец.       Всему на этом свете есть предел.       Всему есть предел.       Даже мне...