The Year We Had (MCYT AU)

Прошло четыре дня, прежде чем они наконец смогли вернуться в школу. Четыре долгих, трудных дня, когда они сидели в квартире Скотта и позволяли своим мыслям обдумывать возможности. Четыре дня повторения одних и тех же деталей снова и снова, пока они не перестали иметь смысл. Четыре дня попыток проглотить еду и не обращать внимания на тошноту, наступившую с исчезновением их отца. Скотт был добр к ним, но они были строги к себе. Это было странное горе, искривляющее воздух между ними. Это было бесконечное время, когда они сидели в раздумьях, задаваясь вопросом, могли ли они сделать что-то еще, если их отца пытали или ужасно убивали, пока они сидели в тепле. Им разрешили вернуть свои телефоны на следующий день после исчезновения Фила, после того как аналитическая группа взяла то, что им было нужно, из истории звонков Уилбура и проверила устройства на наличие чего-либо неуместного. Телефонный звонок, который Томми сделал Таббо позже той ночью, был одним из самых тяжелых в его жизни. Почему-то это не казалось таким реальным, пока он не рассказал о своих последних 48 часах своему лучшему другу. Даже с возвратом телефонов оставшиеся два дня тянулись медленно. Было бесконечное количество встревоженных сообщений от друзей, которые слышали новости, но было трудно напечатать ответ. Плакать было легче. Смотреть в стену было легче. Расспрашивать обо всем и составлять мысленный список всего, что они, возможно, никогда больше не будут делать со своим отцом, было проще. Дорога до Монтвилля прошла тихо. Скотт изо всех сил старался наполнить статичный автомобильный воздух разговорами и вопросами о том, что происходит в школе, но ни у кого из мальчиков не было сил поддерживать разговор. Было легче надеть наушники и попытаться забыть, но забыть было нелегко. Сэм встретил их в приемной вместе с директором и Хбомбом. У них был краткий разговор о том, где их найти, а также о школьных консультациях и других бесполезных вещах, которые на самом деле не имели значения. Когда им разрешили уйти, мальчики тихо попрощались со Скоттом и сами пошли в свои общежития, как в самый первый день. «Нам не следовало приходить в эту чертову школу», — тихо сказал Томми, когда они свернули за угол, глядя в коридор. «Папа все еще был бы здесь, если бы мы этого не сделали». — Не будь идиотом, — сказал Техно, но в его словах не было гнева, только приглушенная покорность. — Мы не знаем, что он мог бы. Если бы они хотели похитить его, они могли бы сделать это в любое время, когда нас не было в доме. Кроме того, ты знаешь Таббо только из-за этой школы, не так ли? действительно вернуться к этому?" Томми ничего не сказал. Он знал, что его брат был прав. Обычно он был. — Если мне еще позвонят, ты узнаешь первым, — устало сказал Уилбур, подходя к своей двери. Он посмотрел на своих братьев на мгновение, а затем поднял два пальца в приветствии, прежде чем отвернуться и шагнуть в свою комнату. Техно и Томми продолжали идти по коридору, не имея чемоданов и озорных улыбок, которые были у них с собой в прошлый раз, когда они совершали эту поездку. — Хочешь, я провожу тебя до твоей комнаты? — предложил Техно, глядя на своего младшего брата, пытаясь изобразить улыбку. — Я в порядке, — сказал Томми без всякой живости в своих словах, — ты должен пойти и найти Дрима. Он, наверное, волнуется и дерьмо. Техно остановился, когда дошел до своей двери, но Томми продолжал идти. --- Лицо Таббо просияло, когда он вошел внутрь. "Хей!" «Хей, Большой Ти», — Томми изо всех сил старался улыбнуться, но это не отразилось на его глазах. — Ты в порядке, босс? — спросил Таббо с сочувствием к своим словам. — Да, я в порядке, — сказал Томми, показывая своему лучшему другу большой палец вверх. Усталость тянула его, тянула вниз, пока все, что он мог выдавить из себя, была усталая улыбка, которая не отражалась в его глазах. «Извини, что так долго и так внезапно отсутствовал». — Вода уже под мостом, — отмахнулся Таббо. Он пересек комнату и взял что-то с тумбочки Томми. «Я держал твою камеру в безопасности». Сердце Томми сжалось, и он улыбнулся, сморгнув внезапные слезы с глаз. «Спасибо, Тубсо». Он осторожно взял его в руки, переворачивая и чувствуя его вес, его пальцы нащупали диски фокусировки вокруг объектива. Это было знакомо, когда он стоял в своей комнате в общежитии и держал камеру, рядом с ним был Таббо. Томми мог притворяться, что все в порядке, если закрывал глаза. Очнувшись от оцепенения, он снова повернулся к Таббо. — Значит, я много пропустил? Прежде чем Таббо успел ответить, в дверь тихо постучали. Томми поднял брови, глядя на своего лучшего друга, который тут же в замешательстве покачал головой. "Заходи?" Дверь со скрипом открылась, и там стоял Ранбу, сжимая горсть цветов. «Как дела, Ранбу?» Томми, наконец, сел на край своей кровати, камера снова нависла над его грудью. — Эй, чувак, — сказал Ранбу, заходя внутрь и закрывая за собой дверь. Он сочувственно улыбнулся Томми. "Как дела?" — Я в порядке, — саркастически сказал Томми, и это было проще, чем выдавить еще одну улыбку. — Что случилось с чертовыми цветами? Ранбу посмотрел на цветы, как будто забыл, что держит их. «О! Да, я просто не знал, что делать, но я чувствовал, что должен что-то сделать, понимаешь? Твой папа действительно классный, и я хотел, чтобы ты знал, что я сочувствую тебе». Он неловко протянул цветы. Томми принял их с хмурым взглядом. «Он пропал, а не мертв». Ранбу вздрогнул и переглянулся с Таббо. Они оба внимательно наблюдали за Томми, ожидая его следующей реакции. Томми, несмотря на его резкие слова, был нежен с цветами. Его пальцы блуждали по маленьким пурпурным лепесткам, ощущая их текстуру и наслаждаясь тем, как они отскакивают, когда он их трогает. Когда он снова заговорил, его голос стал мягче, почти нежным. «Что это за цветы?» «Ники говорит, что это аллиумы, — пожал плечами Ранбу, присаживаясь на край кровати Таббо, — я нашел их на клумбе в городе». "Они довольно милые, не так ли?" Томми осторожно поставил их в то, что раньше было стаканом с водой у его кровати. «Спасибо. Мне они нравятся». — Нет проблем, Томми. --- Уилбур не очень хорошо воспринял новость, когда Скотт сказал ему, что Фил официально пропал без вести. Это была вызванная страхом реакция, из-за которой он закричал на человека, который теперь отвечал за их заботу, пока Томми и Техно ждали в офисе Фила. Кричать было неприятно, но это было лучше, чем ничего не делать. Оставшись в комнате для гостей в квартире Скотта, глядя в потолок и слушая, как выравнивается дыхание его братьев, Уилбур почувствовал, как начинает нарастать стресс. Это была холодная пощечина реальности, когда он понял, что он самый старший, и у него больше нет никого, к кому он мог бы бежать, когда ему нужно, чтобы мир ушел. Это была боль, когда он понял, что может больше никогда не получить телефонного звонка от отца, ругающего его за что-то тривиальное, что он сделал. Это была пронзающая боль в его сердце, когда он понял, что Фила не будет на следующем дне рождения Томми, и Уилбур знал, что он никак не мог занять такую ​​обувь в такой важный день. Стресс Уилбура только усилился, когда он снова начал посещать занятия. Это были мелочи, которые начали доходить до него. Медленные ходоки. Люди стучат карандашами по своим столам. Учителя объясняют одно и то же снова и снова, как будто это может быть кому-то полезно. Уилбур стиснул зубы и сдерживал себя, потому что не знал, что еще оставалось делать. Ночью он ускользал и встречался с Чарли и Шлаттом на поляне, откуда открывался вид на маленький городок. Его друзья задавали вопросы о его отце, но не давили, когда он злился. И этого было достаточно, на данный момент. Он кричал в ночь, и они ждали с бутылкой джина, когда он закончил. Так проходили их ночи, и это была единственная терапия, которую он мог переварить. Шлатт спросил о Томми, и Уилбур сказал ему, что с ним все в порядке. Чарли спрашивал, есть ли какие-нибудь новости, и Уилбур отвечал, что если бы были новости, он бы не улизнул, чтобы сойти с ума. Потом они выпьют, Уилбур завопит, и они утащат его обратно в спальню, прежде чем кто-нибудь заметит, что он ушел. «Ты выглядишь как дерьмо», — обвинил его Техно, когда он уронил свои книги и рухнул на стул. Класс естествознания гудел от болтовни, когда учитель рисовал диаграмму на доске в передней части класса. «Серьезно, чувак, сколько ночей ты собираешься терпеть это дерьмо?» — Заткнись, — пробормотал Уилбур, открывая страницу с вопросами в учебнике, не собираясь их читать. — Ты действительно собираешься это сделать? — спросил Техно, забыв о лежащей перед ним рабочей тетради. Сидевший рядом с ним Дрим делал вид, что действительно заинтересован в своих вопросах. Он не хотел добавлять драмы. — Ты действительно собираешься туда вернуться? «Я никуда не вернусь», — Уилбур посмотрел на вопросы на странице. Он даже не читал слова на странице. Просто смотрел на них сверху вниз, как будто чернила были причиной его проблем. Золотой слон. Золотой чертов слон. Скотт узнал эти слова, но отказался говорить о них Уилбуру. Может быть, если... — Ты ведешь себя идиотом, — прошипел Техно, хватая его за руку и придвигаясь ближе, понизив голос, его хватка на руке Уилбура вовлекла его в разговор. «Я знаю, что тебе больно. Нам всем больно. Но ты действительно думаешь, что это поможет ему? Хм? А как насчет Томми? Ты ему нужен». "Отвали." — прорычал Уилбур, вырывая руку из хватки брата, его глаза горели гневом, когда он проглотил свой страх. «Мне не нужно мучиться с чувством вины, Техноблэйд». «Мне не нужно, чтобы ты вел себя как ребенок», — возразил Техно, и это было все, что потребовалось Уилбуру, чтобы достичь своего предела. Уилбур резко встал и собрал свои вещи, его челюсть напряглась, а движения были жесткими и беспорядочными. В его глазах не было слез, но Уилбуру казалось, что он может изменить это за считанные секунды. Он должен был уйти отсюда. Если его брат хотел быть придурком, он мог сделать это далеко-далеко от Уилбура. — О, да ладно, — закатил глаза Техно. — Да пошел ты, — выплюнул Уилбур, складывая два последних учебника и беря их под мышку. - Ты ведешь себя как маленький ребенок, у которого отобрали игрушку, - покачал головой Техно, в его глазах было ясное разочарование. «Папа пропал, Техноблейд!» Уилбур закричал, гнев вырвался из его груди, когда он швырнул свои книги на стол, глядя на брата темными обвиняющими глазами. Его грудь вздымалась от напряжения. — Он, блядь, пропал, наверное, умер где-то в канаве! И кто в этом виноват, хм? Давай, возлагай вину. Я знаю, ты хочешь. Техно тоже был на ногах, глядя на своего брата сверху вниз. В классе было тихо. «Уилбур, в том, что случилось с папой, нет твоей вины. Но это…» Он указал на упавший стул, опрокинутый вспышкой Уилбура, «это ничему не поможет. Он ушел». — Мальчики, — позвал мистер Уильямс из передней части комнаты неодобрительным тоном. — Заткнись, — прорычали Техно и Уилбур. Техно повернулся к своему брату. «Ты ведешь себя безрассудно. По идиотски. Мне нужно, чтобы ты был лучше этого прямо сейчас». Взгляд Уилбура никогда не был более резким. Именно в такие моменты Техно почти не узнавал своего брата. — Иди к черту, гребаный ублюдок. Старший брат Ватсон повернулся и выбежал из класса. «Эй, Уилбур…» Мистер Уильямс потянулся, чтобы остановить его, но Уилбур уже вышел за дверь. «Техноблейд, подожди…» Но тут пошёл Техно. Мистер Уильямс открыл было рот, чтобы окликнуть их, но Дрим уже бросился к двери. — Клэй, не смей… Дрим еще раз извиняюще пожал плечами, когда он выбежал из класса в коридор. Не то чтобы это был первый раз, из которого он вышел вслед за одним из своих друзей. «Просто оставь меня, блядь, в покое», — кричал Уилбур, его слова эхом разносились по коридору, гнев и негодование пронизывали его слова. Дрим никогда не видел его таким злым. Но опять же, Дрим никогда не видел, чтобы его семью так забрали. — Я знаю, что этот год был для тебя тяжелым, Уилбур! Техно кричал поверх него, ни один из братьев не слушал другого: «Нам всем было чертовски тяжело, чувак! Всем нам! Ты, я и Томми. Не нужно это дерьмо! Сбегать каждую ночь, слепнуть с гребаными Шлаттом и Чарли? Ты ведешь себя идиотом!» У Уилбура было достаточно. Он развернулся и подошел к своему брату, гнев затуманил его разум и затуманил мысли. Одна рука сомкнулась на воротнике Техно, и он притянул его немного ближе. «Давай, Техно, давай. Продолжай, черт возьми, болтать. Посмотрим, как тебе это пойдет». Но Техно ничего не боялся. Он громко фыркнул, закатив глаза и не пытаясь защитить себя. «Ты собираешься ударить меня, не так ли? Уилбур, ты говоришь громко. Ух ты. Так рад видеть, где сейчас твоя мораль». И это так разозлило Уилбура, что он, возможно, действительно сделал это. Он вернул свой кулак, но прежде чем он успел решить, заслуживает ли его брат синяк под глазом, Дрим был там, вытягивая Техно из его рук и вставая между ними. "Достаточно." «О, великан Дрим вмешивается», — усмехнулся Уилбур, закатывая глаза и проводя рукой по волосам, напряжение сопровождало каждое его движение. Он уставился на Дрима, потому что знал, что не сможет выиграть бой у звездного спортсмена. «Ребята, вы можете драться, сколько хотите, — сказал Дрим, поднимая руки, — но я не позволю вам совершить ошибку, о которой вы будете сожалеть. Потому что, поверьте мне, вы это сделаете. Навсегда». Уилбур посмотрел на Техно. Техно посмотрел в ответ. Резкие, горькие слова сорвались с их языков. Вещи, о которых они пожалели бы сказать друг другу до самой смерти. Уилбур открыл рот, готовый принять еще одно неверное решение, но его прервал резкий звонок в домофоне. Трое мальчиков остановились, глядя на ближайший динамик. Раздавшийся голос был дрожащим и нервным. Ничего общего с обычными объявлениями. «Код красный. Это изоляция. Возможный стрелок замечен в кампусе». На мгновение все стихло. Уилбур снова перевел взгляд на Техно, и его гнев улетучился. Техно встретился с ним взглядом, открыв рот в осознании, прежде чем сжаться в твердую линию. Ужас пронесся между ними, когда они вспомнили события прошлой недели и внезапную возможность того, что стрелявшие могут быть здесь ради них. После всего, что произошло, было бы опрометчиво не предполагать худшее. — Томми, — тихо сказал Уилбур, и Техно кивнул. — Джордж и Сапнап, — быстро сказал Дрим, кивнув Уилбуру и Техно, потому что так же, как они заботились о своем брате, он заботился о своих. «Оставайся в безопасности». — Ты тоже, — сказал Техно, бросив на него последний взгляд, прежде чем повернуться и броситься по коридору, Уилбур рядом с ним. В конце концов, Техно и Уилбур могли сражаться часами. Они могли плеваться друг в друга непростительными вещами, предназначенными для того, чтобы причинить боль. Они могли плакать от гнева и давать обет никогда не прощать другого. Они могли делать все это, но когда Томми был в опасности, все это исчезало, становясь не более чем фоновым шумом. Неважно, что между ними произошло. Техно и Уилбур были и всегда будут братьями. Братья, разделявшие одну простую непоколебимую идеологию; что Томми был их приоритетом номер один, несмотря ни на что. Итак, два мальчика Ватсон столкнулись с неизвестностью, полные решимости найти своего младшего брата или умереть, пытаясь.