Нечистые

Конечно же Лофрей не сдержал своего обещания. А как иначе? Ему едва минуло шестнадцать, он был подростком с ветром в голове и с задницей, жаждущей приключений. Поэтому спустя пару недель, как только срослись все переломы и последние ссадины исчезли с лица, он уже снова отправился в людскую деревню. Нет, Лофрей не любил людей от слова совсем, он относился к ним индифферентно и даже с некоторой толикой презрения. В деревне, среди добротных деревянных домов и причудливых каменных, его привлекали животные. Нонмортус почти не держали скот, за исключением необходимого минимума: несколько овец и баранов, пара коров, да и все. Ни лошадей, ни козлов, ни уже тем более кошек или собак. А вот как раз последними Лофрей был очарован. Его привлекала буквально любая порода: поджарые охотничьи, карликовые компаньоны, крепкосбитые сторожевые и многие, многие другие. Едва добравшись до деревни Лофрей перебежками, обычно под покровом сумерек, двигался от одного двора к другому и смотрел, смотрел сколько мог. Спустя время он даже подружился с несколькими бродячими псами. Вот и сейчас, легко перемахнув через забор, который ограждал деревню, Лофрей тихонько засвистел. Минута, другая и ему навстречу выбежали два пса: один поменьше, с рваным ухом и белым пятном у левого глаза, другой побольше – без одной лапы и с обрубком хвоста. – Привет, – зашептал подросток, – привет, парни! Лофрей опустился на колени и с радостью начал гладит собак, одновременно доставая из карманов немного еды, которую умыкнул со стола. Четвероногие в одно мгновение уплели предложенное угощение и с надеждой посмотрели на подростка. – Простите, ребята, – Лофрей почесал каждого из них за ухом, – больше нет. Следующие несколько часов подросток провел, играясь с собаками. Ближе к ночи те отправились на поиски места для сна, оставив парня на небольшой полянке одного. – Ну значит и мне пора, – Лофрей потянулся, расставив руки в стороны, и повернулся спиной к деревне. – А то опять дядя… Но договорить он не успел: в то же мгновение он ощутил как тугая, крепкая веревка обернулась вокруг его шеи. Лофрей захрипел, вцепившись пальцами в путы, но ничего не смог сделать. – Посмотрите-ка, кто это тут у нас? – произнес насмешливый голос. Подростка грубо развернули. Перед ним стояли пятеро мужчин – селяне. В полумраке они подкрались так тихо, что Лофрей их даже не услышал. И теперь рослые мужчины с веревками, сетью и вилами высились непреодолимой стеной перед ним. Подросток ясно осознал, что сегодня он действительно попал в беду. Самую настоящую, которая вполне могла закончиться для него смертью. – Отпустите, – прохрипел Лофрей. – А не то я… – Мы знаем, что у тебя еще нет силы, – хохотнул самый рослый из мужчин. – Так что оставь свои угрозы при себе, Нечистый. После этого говоривший сплюнул себе под ноги, будто ему пришлось сказать какую-то мерзость. – Вяжите его, – раздалась резкая команда. – Будет сделано, Рик, – нестройным хором отозвались остальные. В то же мгновение мужчины обступили Лофрея плотным кольцом. – Нет, – подросток попытался вырваться, вслепую молотя кулаками направо и налево, извиваясь, словно змея. – Да твою ж мать, стой на месте, ублюдок! Один из мужчин с размаха ударил Лофрея в лицо. От такого у парня закружилась голова и, казалось, искры брызнули из глаз. Следом удары посыпались один за другим, полные ненависти и жажды крови. Подросток попытался закричать, но звук застрял у него в горле, когда очередной кулак прилетел ему прямо в солнечное сплетение. Лофрей согнулся пополам, обхватывая себя руками. – Тише, парни, – заговорил Рик, видимо, главарь селян. – Он нужен живым. Мужчины нехотя успокоились. – Вяжи его, Грэг, – снова отрывистая команда. В тот момент, когда Грэг с веревкой подошел к Лофрею совсем близко, мужчину вдруг охватило синее свечение и, спустя секунду, будто снаряд выпущенный из баллисты, человек улетел далеко за пределы поляны. Оставшиеся четверо мужчин пораженно замерли, провожая исчезнувшего товарища взглядами. – Рик, – хрипло произнес один из них, – ты же говорил, что у него нет силы. – А у него ее и нет, – раздался холодный голос за их спинами. Прямо перед селянами и Лофреем стоял Оак. Его рисунки светились мягким синими светом, а зеленые глаза казалось горели огнем. – Наконец-то, – произнесли одновременно Лофрей и… Рик. Подросток удивленно посмотрел на главаря селян. Чему он-то радовался? – Сеть! – вдруг выкрикнул Рик. Откуда-то из темноты выпрыгнули еще двое и споро накинули сеть на Оака. – Вы думаете это поможет? – засмеялся Лофрей. Он не мог поверить, что люди действительно решили, будто его дядю можно остановить какой-то сетью. Оак один из самых сильных нонмортус, куда там какой-то веревке его удерж… – Нет! – закричал Лофрей. Подросток пораженно замер, наблюдая, как его дядя упал и не мог подняться, будто придавленный к земле невидимым грузом. – Это же обычная сеть, – пораженно прошептал парень. – Как?.. – Не такая уж она и обычная, – усмехнувшись произнес Рик, подходя ближе. – Ловчая. Слышал про такую? Лофрей отрицательно помотал головой, все еще надеясь, что его дядя вот-вот, в эту секунду встанет. Но Оак не шевелился, распластавшись на земле. – Это специальная сеть, – вещал главарь селян, явно довольный собой. – Может сдержать любого Нечистого. Придворные маги короля отлично над ней потрудились. Смотри, сопляк, – Рик подошел прямо к Оаку и резко опустил свой ботинок тому на ладонь. Раздался оглушительный хруст сломанных костей, но поверженный нонмортус не издал ни звука. И даже не дернулся. – Он ничего, – продолжал тем временем Рик, – не может сделать. Даже увернуться. – Вы убьете нас? – тихо спросил Лофрей. Парень, холодея, осознавал, в какую передрягу попал. И он не просто умрет сам, из-за него еще погибнет и Оак! – Вас? – Рик подошел к нему ближе. – Ты нам без надобности, бастард, можешь идти, куда хочешь. – Но… – подросток пораженно уставился на мужчину. – Ты думал нам есть дело до какого-то оборванного мальчишки, к тому же еще и без силы? – Рик расхохотался. – С самого начала ты был нам не нужен. Мы ждали его, – мужчина указал на поверженного нонмортуса, – Оака Карваргало. И ты любезно привел его к нам. Спасибо, без тебя мы бы не справились, – издевательски закончил Рик. Лофрей пораженно застыл. Он не мог поверить… Ведь получалось… Это он, Лофрей, привел Оака в руки селян. Он виновен в том, что его дядю схватили. Схватили и будут пытать, издеваться над ним, а потом… потом убьют!.. – Нееет! – вдруг громко, на пределе своих легких, закричал Лофрей. В то же мгновение его татуировки вспыхнули ярким синим светом и ударной волной силы всех селян сбило с ног. Подросток тяжело дышал. Но не было времени восстановить дыхание, не было времени даже снять с шеи веревку. Лофрей точно знал, что нужно делать. Он бросился к самому ближайшему селянину, которым оказался Рик. Не раздумывая подросток выбросил вперед руку, проталкивая ладонь мужчине в грудину. Послышался хруст костей и треск разорванной кожи. Молниеносно Лофрей дернул руку назад, тут же сжимая ладонь в кулак. Светло-зеленое свечение поползло вверх по его руке и растворилось. Отбросив нечаянно вырванный кусок плоти, подросток кинулся к следующему и так один за другим он убивал селян, поглощая их души. Еще не умея делать это правильно, не зная техники, Лофрей руководствовался лишь инстинктом и ведущим его вперед страхом за жизнь дяди. В голове всплывали наставления Оака, о чем нужно думать и что делать, когда поглощаешь души, а главное – зачем это делать. Ведь нонмортус впитывали в себя души людей не только, чтобы убить их, а еще и для получения силы. Восполнения запасов, потраченных ранее. Внутренний магический резерв нонмортус был огромен, за раз его бы хватило на многие сотни мелких и средних заклинаний, даже тысячи. Но если они высвобождали огромную силу в одно мгновение, как сейчас сделал Лофрей, то им нужно было восполнить резерв. Чем быстрее, тем лучше. Конечно, со временем силы подростка восстановились бы сами, но Лофрей понимал, что здесь и сейчас он не имеет права оставаться беззащитным. Спустя едва ли десять минут все было кончено: селяни, с разорванными грудными клетками, бездыханные лежали на поляне. Лофрей тяжело дышал. Несмотря на то, что он поглотил шесть душ за раз, он все еще чувствовал слабость. – Дядя! – подросток кинулся к Оаку. Едва он коснулся сети, как тут же с криком отдернул руки: веревки жглись раскаленным железом. – Лоф…рей, – тихо прохрипел Оак, – уходи… не поможешь… Эта магия, – мужчина тяжело и надсадно дышал, – сильнее… тебя. Ухо…ди. – Я тебя не брошу! – упрямо произнес подросток. Подумав с секунду, парень стянул с себя рубашку и, обмотав ей ладони, вцепился в сеть. Ткань ни капли не помогла: веревки все также каленым железом жгли руки. Лофрей сцепил зубы и изо всех сил потащил сеть на себя. Его татуировки ярко загорелись. Подросток задушено захрипел, но продолжал тащить. Наконец он смог стянуть сеть наполовину. В то же мгновение Оак оттолкнул его в сторону. – Что… – удивленно начал Лофрей. Но мужчина сжав зубы одним движение скинул остаток сети с себя. Оак тяжело дышал, сжимая и разжимая кулак неповрежденной руки. – Дядя! – Лофрей кинулся на шею мужчине. – Ты жив! Не сдержав чувств, подросток разрыдался словно обычный ребенок. – Жив, – вздохнул мужчина, обнимая Лофрея в ответ. – Благодаря тебе – жив. Подросток задушено всхлипнул.