Ворон

По приезду в один из отделов полиции, мне сразу выделили отдельную камеру и как крысу впустили внутрь. – Посиди здесь и подумай о своей жизни! – произнес какой-то пожилой тюремщик, а потом с силой захлопнул дверь. «В них ненависти больше, чем во мне когда-то, – подумал я, а потом лег на кровать и закрыл глаза. – Хоть здесь отосплюсь». Сон сразу погрузил меня в прошлое. В то самое счастливое детство, когда я был дома с еще живыми и радостными родителями. Мы всегда были вместе. Отец любил играть со мной, а мать, глядя на нас, лишь мило улыбалась. Проснулся я от того, что почувствовал, как кто-то упрямый толкает меня в бок. Я открыл глаза и увидел того самого пожилого тюремщика. Когда он заметил, что я смотрю на него, то сразу отошел от моей кровати и прохрипел. – Вставай! – Что еще? – проворчал я, а потом потер глаза руками. – На допрос к капитану. Быстрее. Он не любит ждать. Я поднялся с кровати, отряхнулся, а только потом вышел из камеры. Мы поднялись на второй этаж и вошли в какой-то пыльный кабинет, где сидел мужчина средних лет в полицейской форме. Тюремщик мне указал на стул, что стоял в кабинете и вскоре я оказался за столом напротив того самого капитана, который не любил ждать. После того, как пожилой тюремщик вышел за дверь кабинета, капитан положил перед собой какую-то папку с бумагами внутри, полистал немного, а потом взглянул на меня. – Итак, начнем! – произнес он. – Ворон! Неуловимый подозреваемый в убийстве сына бизнесмена Кудакова. Давай познакомимся. Дело по расследованию убийства веду я, капитан Киселев Александр Савельевич. – Не надо по фамилии. Зовите – Илья. – Хорошо, Илья. Дело давнее. Убийство произошло год назад в одном из скверов. Я покажу тебе фотографии с места преступления, а ты мне расскажешь, что ты знаешь об этом. Капитан выложил на стол несколько фоток того самого мужчины, которого я прирезал, нанося ему несколько ударов купленным ножом. Я почувствовал, как мое тело затрясло. Я даже закрыл глаза. Капитан сразу просек неладное и тут же убрал фото со стола. – Вспомнил его? – Капитан. Если ты внимательно изучал мою биографию, то должен знать, что я много лет лечился от этого. В детстве я пережил стресс. Даже не мог говорить. А ты мне показываешь здесь эти фотографии. Хочешь, чтобы я снова отправился в ту же больницу? Я не переношу сцены насилия и убийства. – Не переносишь? Однако убиваешь сам. – Не напоминайте. Я не знаю, что у меня переклинило тогда, когда я занес топор над одноклассником. Он очень доставал меня. Не давал мне проходу. А сейчас вы мне показываете фотографии незнакомого мне человека. Я никогда его не знал. А значит, зачем мне его убивать? Ради чего? Ради спортивного интереса? – Это я и хочу выяснить. Но есть улики, которые против тебя. – Улики? Отпечатки пальцев или след ботинка, или мой волос, или... что еще? – Не надо все утрировать. Все гораздо проще. Твой телефон, что был у тебя с собой. Он в точности находился на месте преступления в тот день и в тот час. Капитан вытащил его из-за стола и покрутил в руке. – Этот? Капитан кивнул. – Он самый. Мы его забрали у тебя, прежде чем ты сел в камеру. Теперь это большая улика против тебя. – Улика против меня? Не смешите. Ты же знаешь, капитан, где я работаю и кем. В мою мастерскую приносят множество телефонов, и я их ремонтирую. А некоторые мне просто продают с сим-картами. Отремонтированные мной аппараты я перепродаю с их, уже имеющимися сим-картами. Кто их приобретает, тот уже и сам регистрирует готовую сим-карту на себя, чтобы не получать другую. Таким образом, я и приобрел этот телефон, с имеющейся в нем сим-картой. А потом сразу зарегистрировал его на себя. Но это было месяца четыре назад. А убийство, как вы говорите, произошло раньше. Значит, убийца мне его и продал. Не могу вообще сказать кто этот убийца, я просто тогда не обращал на продавцов никакого внимания. У меня за это время столько их было, что не один человек физически не сможет всех запомнить, – произнес я, а потом подумал: «Хорошо, что я не сразу зарегистрировал эту трубку на себя, а только спустя несколько месяцев после покупки. Повезло, так повезло!» – Хорошо! Я забираю телефон у тебя. Всю эту информацию мы проверим и в самое ближайшее время. Не советую покидать этот город, хотя бы в течение пару месяцев. Да, вот еще что... Что тебе известно по поводу подрыва двух твоих бывших одноклассников? Вы вместе отдыхали в одном доме отдыха. – Ничего. Я бы и не узнал об этом никогда, если бы не посмотрел новости. – Ладно, хорошо! Все равно тебя будет спрашивать следователь, но мне интересно: что же ты делал в час этих криминальных разборках? – Не радуйтесь, я в них не участвовал. Еще со школьной скамьи они попали под дурное влияние, и я не удивлюсь, что это дурное влияние пошло дальше. К чему все это привело, вы знаете. А я спал в своем номере. Еще задолго до этого подрыва, вернулся из города. Администратор дала мне ключи от моего номера. Я ей сказал, чтобы на мою дверь повесили табличку «не беспокоить». Я хотел выспаться, а они могли меня разбудить на завтрак. Я уснул. Взрыв не слышал. Потом узнал, что он был в другом крыле. Так что вы им можете передать мои слова. Наверняка наша с вами беседа записывается. Чтобы меня не беспокоили по этому поводу, включите им запись. – Ладно, Ворон... Илья. Вот тебе пропуск. Можешь быть свободен, но учти, что если ты мне сказал не правду, то я сделаю все, чтобы надолго тебя упечь за решетку. – Я понял, начальник... Александр Савельевич. После того, как я вышел из участка полиции, сразу отправился к дому Кристины. Только тогда, когда позвонил в звонок, я вспомнил, что здесь ее может не быть. Она говорила, что живет отдельно с гражданским мужем. Я уже хотел уходить и ехать к себе домой, как дверь открылась. Я повернулся посмотреть и увидел Кристину. – Я знала, что ты сюда придешь, – улыбнулась она. – Знала? – Конечно. Я тебе не сказала о моем новом месте жительства. Тебе нужны ключи от твоего дома? Я кивнул. – Заходи. Позавтракаешь со мной? – С удовольствием. Кристина мне показала, где я могу привести себя в порядок, умыться и причесаться. Я это когда-то знал. Здесь не так все кардинально изменилось. Но расположение комнат и санузла я хорошо помнил. За столом, как и прежде мы шутили, рассказывая друг другу забавные истории. Кристина заливалась смехом, а я глядя на нее довольно мурлыкал. – Ну что там, в полиции? – девушка решила сменить тему. – Как все прошло? – У них ничего нет против меня. И улики оказались косвенные. Так, одни предположения. Я не мог убить твоего брата. Это просто нонсенс какой-то. – Как я помню, – произнесла девушка, – ты его даже не знал. У меня не было времени познакомить его с тобой. А я так хотела это сделать. Теперь у меня только и осталась, лишь память о нем и несколько фоток. Я сейчас принесу нашу семейную фотографию. Там я с родителями и братом. Она встала из-за стола, а потом ушла в комнату. Через минуту Кристина вернулась и положила передо мной на стол свою семейную фотографию в рамке и со стеклом. Я взял ее в руки, и только потом взглянул. Что это? Я чуть ли не подпрыгнул вверх. Ее брат. Это он. Он был тогда в сквере. Я его преследовал. Я его убил. Ее отец... Он так похож на того убийцу. Значит, теперь мне все понятно. Это он убил моего отца. Я ошибся. Просто убрал не того. Опасность меня не миновала. Ее отец помнит обо всем этом. Он станет преследовать меня, пока не убьет. Я должен быть готов к этому. Я должен дать ему отпор. В голове зашумело. Вокруг меня откуда-то появилась загадочная, темная пелена, и я больше не видел ни одного изображения на семейной фотографии Кристины. Ну что это? Что это за темнота? – Илья! – вдруг я услышал чей-то голос во тьме. Я глядел по сторонам и ничего не видел. Голос повторился, а потом вспышка, и все быстро растворилось. Лишь перед глазами возник силуэт моей любимой. – Илья! – повторила она. Ты в порядке? Я не хотел ее расстраивать своим жутким состоянием, а просто, кивнул. – Илья, я не понимаю, здоров ли ты? Этот бездушный взгляд... Ты убил моего брата? Это он? Ты узнал его? Я понимаю каждый твой взгляд. Скажи мне... – Я почувствовал себя плохо. Мне следователь недавно показывал фотографии с места убийства твоего брата. Я будто бы увидел эту смерть. И тут на кухню вошел отец Кристины. – Вот ты где? – произнес он. – А я тебя по всему дому ищу. Я взглянул на вошедшего на кухню человека. И увидел его – убийцу моего отца. Мои нервы не выдержали. Я подскочил с места, а фотографию выпустил из рук. Рамка упала на стол, а стекло треснуло. – Илья? – произнес отец девушки. – Извините, я думал, что ты здесь с Сергеем. Он исчез так же, как и появился. А я только стоял и смотрел то на разбитую семейную фотографию Кристины, то на саму непонимающую, что со мной происходит, девушку. Но молчание оборвал я. – Извини. Мне надо идти. – Я к тебе завтра зайду, – произнесла она мне вслед, когда увидела, как я убегаю прочь от этого дома.