100 извинений для Вару

Пик лежал на кровати и что-то смотрел в телефоне. Только свет от гаджета освещал комнату, поскольку на улице было темно, а включить свет было лень. То музыку слушал, то листал ленту Инстаграма. Уж слишком ему было скучно. А Вару всё также не приходил. Хотя уже было почти 12. Жили они одни. А съехались после того как попали в общагу, которая была для нескольких универов. Жизнь общажная пошла не на пользу, поэтому ребята решили оттуда съехать. А поскольку знали друг друга ещё со школы, то идея с арендой квартиры не заставила себя долго ждать. Накопив деньги и собрав чемоданы они уже были в предвкушении новой жизни. Роскошь они себе позволить тогда не могли, поэтому как могли так и вели быт. Со временем как-то прижились, привыкли другу к другу. Поэтому интрижка перетекла в отношения, хоть и очень странные. Характеры у них тяжёлые, именно из-за этого и дня не обходилось без драк, ссор или просто словесных перепалок, с которых обычно всё и начиналось. Но это был их стиль. Они привыкли к этому, а спокойная размеренная жизнь была им не по зубам. Зато без какх-то обязательств. А тогда вдруг послышался звук открывания входной двери, шум в прихожей, а потом скрип от дверей в комнату. Раздались шаги по паркету, так как тот был старый, ну а менять его было не по карману. И вновь какое-то шуршание - Вару плюхнулся на кровать и сразу же обернулся к стене. Даже слова не обронив. На это Пик никак не среагировал, а дальше продолжил залипать в телефоне. Сейчас сил на выяснение обстоятельств не было. Даже если бы он припёрся в три ночи. Одна фотография. Другая, а потом… всхлипы. Старший сперва оглянулся, и ничего не понял. Сперва показалось что это было какое-то видео в телефоне. Но нет, звук был выключен. И это его насторожило. Поэтому он выключил телефон, и встав с постели направился к кровати зеленоволосого, полагаясь на свет с улицы. Он смотрел на дрожащую тушку младшего и не решался что-то сказать. Но потом всё-таки не смог сохранять молчание, так как его раздражало это нытье. -Ты ревешь? Серьёзно? -с неприкрытым эгоизмом спросил Пик. Даже не так. С лёгким отвращением. Рыдающий парень, ну извольте - позорище. Вару это высказывание задело, поэтому он обернулся к тому, а затем встал с кровати. Очков на нём не было. Кровь на щеках помалу стекала по щекам на подбородок, собиралась там большими красными бусинами. После чего капала на пол или же помалу стекала по горлу. А ручьи из слёз позорно текли вниз, обжигая и без того чувствительную кожу, становясь одним целым с красной жидкостью. Глаза у него были опухшие, красные, но всё такие же красивые, зелёно синие. Гетерохромия. Но всё портили эти долбаные слёзы. Такая мерзость. Позор. -Я… я… я не реву, а-а плачу, -сказал тот, смотря на Пика, которого чуть не выворачивало от данного зрелища, -тебя так удивляет ч-что я мог-гу расплакаться? Старший стоял и думал. Мелкие шестерёнки щёлкали в голове. Впринципе тот был прав, но Пик сразу вспомнил школьные года. То как позволял себе обращаться с другими его Вару. Это было ужасно. Теперь же этот зелёный шут сам себе противоречил. И своим громким высказываниям о нюнях. А сейчас Пик должен его поддержать, верно? Ему нужно сделать всё чтобы успокоить своего возлюбленного. Не нужно припоминать зелёному события тысячелетней давности. Но желтоглазему хотелось на него надавить. Такой шанс редко выпадал. Да, это жестоко и не в его стиле. Но... Пик, опомнись... Ты же видишь что он в крови? Неужели тебя это не волнует? Хочется потешить самолюбие и надавить на бедолагу, который сейчас так нуждается в твоей поддержке? Да пусть плачет, ему наверняка больно. Тебе не должно быть мерзко от этого. Поддержи... Здоровые мысли будто застряли где-то в голове, не пытаясь укладываться в действия и слова. И первый замысел взял верх. Поэтому он резко взял Вару за плечи и притянул ближе к себе. -Да. Удивляет. Так как ты всегда позволял себе унижать слабых за проявление эмоций, а тут сам нюни распускаешь? -с насмешкой спросил старший, смотря на побледневшего Вару, который явно не ожидал от него таких слов. -Пик... П-пожалуйста, не надо. Тольк-ко не сейчас, не начинай. Мне нужна пом-мощь, -шёпотом сквозь свои же всхлипы сказал зелёноволосый. Дрожащими руками он утирал постыдные слёзы. И жадно хватался за края свитера, пытаясь успокоиться. Вару посмотрел тому в глаза, после чего старший встряхнул его, держа за плечи. -Нет, не могу. Это же такой шанс втолковать в твою тупую башку какие-то нормы. Вспомни как ты всех унижал, и чуть не довёл своего однокласника. После этого даже не заслуживаешь на поддержку! -Вару попытался вырваться из хватки старшего, но был слишком слаб, а в истерике эти попытки выглядели слишком жалко. Будто рыба на суше. Из-за чего ничего не получалось. -Я очень тебя п-прошу. Прекрати хотя бы ун-нижать меня, и я попытаюсь сам успокоиться. Зачем ты вообще вспомнил школьные года!? -но на слова младшего Пик никак не реагировал, а решил продолжить дальше: -псина блядь. О-отпусти я сказал. Тот замер. Как к нему только что обратился Вару? Он чувствовал как в жилах начинала закипать кровь. Боже. И что он хорошего натворит в таком состоянии? Сейчас он себя вёл так, будто выпил 50 грамм. Откуда в нём столько агрессии? Он не ожидал что его ненаглядный в таком состоянии осмелиться такое сказать. И только из-за этого тот так разозлился? Не глупость ли? Но "тормоза" отказали окончательно. -Ты совсем охренел? Я значит блядь? А кто подо мной постоянно стонет как шлюха и ложиться при первой же ссоре?! Не я же! Раньше то как всех поливал, а сам то что? Умный очень? -младший зарыдал с новой силой, давясь своими всхлипами. Ноги сводило. Это просто был водопад из слёз. И без того плохо, а стало только хуже. Но как же было обидно от осознания того, что это сказал близкий человек. И Пик знал что они были друг у друга первыми, правда несмотря на это сказал такую хрень. Сейчас Вару чувствовал себя слишком грязным. Не смотря на всё. -Так почему ты н-начал со мной встречаться? Я же такой мерз-зкий. Противный. Неужели тебе плевать на наши отношения, и на всё что между нами было? -от своих же слов у Вару заболело сердце. Так кололо, что было невыносимо больно. Хотелось кричать от несправедливости. Хотелось упасть на колени и тихо плакать свернувшись в позу эмбриона на полу. Эта истерика просто вымотала бедолагу. Было так ужасно осознавать что это происходило с ним наяву. В один миг старший просто отпустил Вару. А если быть точнее - усадил того на кровать. Как-то стало не по себе. Он был таким подавленным и разбитым. Сидел и рыдал, закрывая лицо руками. Раз через всхлипывал и никак не мог успокоиться. Дрожал, как осиновый лист. Пик же, пересилив себя, сел перед ним на колени. Было неловко, но совесть не давала оставить все как есть. Из-за этого минутного порыва злости он наговорил такой чепухи. При этом разорвав эту робкую цепочку доверия, которую они столько выстраивали. Сам заварил эту кашу, теперь самому надо было это разгребать. Вару просто молча сидел. Ну как молча: пускал слезы. Что оставалось делать? Униженный, побитый. Ему хотелось провалиться сквозь землю. Но для начала принять душ, переодеться и лечь спать, чтобы забыть этот день как страшный кошмар. Пик же осмелился встать с пола и сесть возле него. Затем аккуратно и медленно обнял за плечо, притянув к себе. Было ужасно неловко и стыдно, а ещё где-то в глубине души мерзко. И с последним чувством старший боролся со всех сил, чтобы снова не ляпнуть лишнего. Будто он не достоин сейчас даже его касаться после содеянного. Впрочем так и было. Но Вару не оттолкнул и даже не дёрнулся. Значит, всё таки можно? Нарушить тишину было страшно. Казалось что это будет лишним. Но всё время сидеть и молчать тоже не вариант. -Прости. Мне не стоило говорить про тебя столько гадостей. Я не понимаю почему это сделал. Правда. Минутная агрессия. Мне очень жаль, -сказал Пик и свободной рукой начал вытирать слёзы младшего, которые теперь было перемешаны с почти засыхающей кровью, так как руки после слов старшего он убрал. Желтоглазему стало так горько на душе от всего этого зрелища. -Но это не меняет того что ты меня ш-шлюхой назвал, -шепотом сказал зеленоволосый и положил голову тому на плечо. Это было сказано с такой болью, что у Пика сердце сжалось. И вправду, как он мог? Будь он на его месте, то наверное не простил... -Вару… Да я хоть сто раз готов извиниться. Только прости, пожалуйста, -промолвил старший. И было бы все хорошо, если б не смешок, который послышался со стороны младшего. Кажется, ему по душе пришлась подобная идея, от чего Пик, сидящий рядом, был совсем не в восторге.