Цветение лотоса

Цветение лотоса  выпадает на самый жаркий период года. Оно означает долгие и теплые летние дни, которые дарят чувство умиротворения и душевного спокойствия. Именно в такой жаркий и приятный летний день, Се Лянь практиковался в каллиграфии  вместе с князем демонов в доме блаженств. Во время этого занятие лицо наследного принца излучало ауру неописуемого счастья и явного удовольствия от процесса, что нельзя было сказать о владыке демонов. Несмотря на это, не очень приятное ему занятие, одного взгляда на его высочество хватало, чтобы в глазах демона появлялся безудержный блеск. Они находились в таком положении с самого утра и Се Лянь до сих пор не мог отпустить любимого от этого сложного для него занятия,  поскольку был все ещё недоволен его успехами. Как бы не старался градоначальник Хуа, линии получались кривыми и как будто скакали по бумаге, не желая становиться в ряд. Из-за этого Се Ляню вновь и вновь приходилось пододвигать к себе Хуа Чена и показывать ему правильное написание, при этом на губах его избранника играла довольная улыбка. В какой-то момент Хуа Чен не выдержал и Се Лянь неожиданно почувствовал руки, что резко обвили его словно лианы, со спины. -Сань Лань! Что ты делаешь? Мы же ещё не закончили,- вскрикнул его высочество, но даже не попытался убрать руки со своей талии. -Гэгэ, мы так давно этим занимаемся, что я соскучился по твоей ласке,-как будто с обидой сказал Хуа Чен и начал теряться своей щекой о плечи наследного принца. Се Лянь сразу заметил подвох в его голосе и стараясь не замечать проступивший румянец на шеках, строго сказал: - Ты просто отлыниваешь от занятий. - Ни в коем случае,-серьёзно ответил Хуа Чен и мягко развернул лицо наследного принца для поцелуя.  Се Лянь не успел ничего сказать,  как почувствовал невероятную сладость на своих губах. Казалось бы за всё то время, что он провел с Сань Ланом, Се Лянь должен был уже привыкнуть к его прикосновениям и ласкам, но его руки все равно  непроизвольно затряслись и дрожь прошлась по всему телу. Заметив такую реакцию, Хуа Чен довольно улыбнулся и углубил поцелуй. Тут то Се Лянь пришёл в себя и попытался осторожно отодвинуть любимого, чтобы продолжить занятие. Но ощущение чужого влажного языка у себя во рту не дало ему и шанса двинуться. Их языки соприкоснулись и Се Лянь почувствовал на себе обжигающий взгляд княза демонов, который говорил так красноречиво, словно тысячи слов. С момента их встречи после долгой разлуки в монастыре водных каштанов  прошло несколько месяцев и в течении этого времени они вдоволь наслаждались друг другом. Нарушение обета спустя восемьсот лет воздержания от мирских удовольствий, далось ему нелегко, но наследный принц был готов пойти на это ради своего возлюбленного. Се Лянь даже не заметил, как кисти для каллиграфии уже валялись на полу, а стол был опрокинут вместо со всем, что на нем находилось. Они катались по полу, меняясь местами,  словно в каком-то диком танце. Вот Се Лянь нежно притягивает к себе Хуа Чена, сидя у него на коленях. Через мгновение он уже оказывается прижат к полу без возможности двинуться. Во всем этом хаусе можно лишь мельком заметить блеск серебряных наручей и перемещение белых и красных одежд. Этот поцелуй, полный невыраженной любви сопровождается влажным хлюпаньем и неровными вдохами и выдохами.  И только, когда Се Лянь чувствует, что уже задыхается, ему кое как удаётся немного  отстранить от себя любимого. Хуа Чену эта проблема не грозила, он мог бесконечно сливаться в поцелуи со своим божеством, без потребности в воздухе. Оба разгоряченные, со сбитым дыханием, они смотрят друг на друга и Хуа Чен первый прерывает продолжительную тишину: -Ваше высочество,  вы хотите продолжить...?,-в его голосе слышится непрекрытая надежда.  Немного поколебавшись, Се Лянь с ноткой грусти в голосе отвечает: -Думаю мы сможем отлжить занятие  каллиграфией на завтра. Но тут собиратель цветов под кровавым дождём неожиданно произносит следующее: -Прости меня, гэгэ, я недостаточно  усердно упрожнялся, если ты не хочешь этого, то мы продолжим занятие каллиграфией...но один твой вид, вызывает во мне непреодолимое желание и это чувство сжигает меня изнутри. Казалось бы Се Лянь не мог покраснеть больше, но после таких слов его кожа поменяла цвет на алый. -Ах..Сань Лань..,-произносит наследный принц,  но его тут же прерывают очередным поцелуем. На этот раз в их слиянии языками и губами чувствуется лишь страсть, и неутоленное желание. Хуа Чен подхватывает Се Ляна на руки и нежно, словно принцессу, кладёт на кровать, в то время, как сам наваливается сверху и начинает покрывать шею и нижнюю часть лица любимого поцелуями. Волосы наследного принца разметались по алым простыням и смешались с черными, как воронее крыло шелковыми прядями Хуа Чена.   -Гэгэ сегодня необычайно прекрасен, как и всегда,-с неизменной улыбкой на лице произносит мужчина в красных одеждах, от его собранного вида не осталось и следа: Верхние одежды уже были почти распахнуты стараниями его супруга,  волосы растрепаны, на раскрасневшемся лице, вместо обычного игривого и нежного  взгляда можно увидеть взгляд хищного зверя, готового растерзать свою добычу. Но этот дикий необузданный  взгляд не соответствует действиям его обладателя. Его прикосновения нежны и не дарят ничего кроме приятной дрожи по всему телу, слова, что исходят из этого рта полны безграничной любви и заботы. Он произносит: -Гэгэ, хоть это и не первый наш раз, но мне не даёт покоя,что я  могу хоть немного причинить тебе боль. Не хочешь ли ты...поменяться ролями? Се Лянь немного опешил от таких слов и его воображение, без согласия его самого  начало рисовать непристойные картинки этой самой смены ролей . Перед его глазами появился Сань Лан обнимающий его за шею и нежно стонущий ему в ухо. В то время, как сам Се Лянь двигает бёдрами в направлении супруга, чем вызывает новый поток стонов. Но бог войны быстро выбрасывает столь соблазнительные мысли из своей головы. Если бы это произошло, то уже Се Ляню пришлось бы переживать за любимого,  чего ему совершенно не хотелось.  К тому же он уже  привык и менять что-то  было бы сложнее для них обоих. Поэтому, обхватив лицо Хуа Чена и уверенно посмотрев в его единственный глаз, он произнес: - Сань Лань, не переживай, ты никогда не сделаешь мне больно, я тебе доверяю. -Спасибо, гэгэ,-почти шёпотом произнес ХуаЧен. - За что?,-удивлённо вскрикнул Се Лянь, одновременно с этим чувствуя прикосновение ладони на своем причинном месте. Нежные поглаживания в том самом месте заставили наследного принца издать тихий, но очень выразительный стон. Се Лянь резко вздрогнул, не ожидал от себя таких развратных звуков и закрыл свой рот рукой. В ту же секунду чужая ладонь с точеными, словно вырезанными из нефрита пальцами и красной нитью на одном из них убрала её. -Прошу, не сдерживайся,-тихий шёпот раздался прямо у его уха. Се Лянь тут же почувствовал влажное прикосновение. Дыхание княза демонов обжигало, хотя казалось он не должен был дышать вообще. Его руки блуждали по всему телу принца, даря ему невероятные ощущения и вот одна из рук потянулась к поясу на его верхних одеждах, и не церемонясь сдернула их, сопровождая это действие поцелуями на шее наследного принца. В местах, где губы градоначальника касались его шеи оставались красноречивые отметины, похожие на лепестки цветов. Хуа Чен на секунду остановился и посмотрел на шею Се Ляня, явно довольный проделанной работой. Но это продолжалось всего мгновение. Оставалась ещё одна преграда-нижние одежды.  Ухмыльнувшись, мужчина в красном произнес: -Гэгэ, прошу,раздень меня. Немного удивившись такой просьбе, но без колебаний, Се Лянь потянулся к красными одеяниям, которые благодаря его же стараниям, держались только на добром слове и снял  их, умудрившись при этом аккуратно сложить. Зрелище, что предстало перед ним, радовало глаз и заставляло сердце наследного принца непроизвольно трепетать. Хуа Чен являлся обладателем безупречной фигуры, словно вырезанной из камня умелым мастером. Его красивые и рельефные мышцы проступали под белоснежной кожей без единого изьяна. Се Лянь невольно залюбовался этой красотой и не заметил, как его взгляд опустился ниже. Демон был безупречен абсолютно везде, включая нижнюю часть его тела. Придя в себя и устыдившись такого откровенного просмотра, Се Лянь отвёл взгляд, его глаза встретились с единственным глазом его суженного. В этом взгляде Се Лянь прочёл такую знакомую ему заботу и нежность. Он расслабился, упав в объятия своего возлюбленного. Хуа Чен посчитал это, как сигнал к действию. Нежно обхватив принца, он начал покрывать его тело поцелуями все ниже и ниже. Нижние одеяния уже валялись на полу и ничто не мешало их близости. Дойдя до полового органа его высочества, Хуа Чен нежно поцеловал это место и резко обхватил его губами почти до основания. Се Лянь охнул, почувтвовав, как горячий язык проходится по головке и проникает в урерту. -Сань...Ла..! Не нужно, ах!,-вскрикивает Се Лянь, всеми клетками тела ощущая,  что Хуа Чен заглотил его член ещё глубже в свое горло.  Оральные ласки доводят Се Ляна до исступления. Он чувствует, что все его тело напряглось и он уже готов излиться. Се Лянь попытался  отодвинуть  любимого, чтобы не запачкать его, но в ответ получил лишь ещё более яростные движения языком.  Резко вздрогнув, с протяжным  стоном, наследный принц кончил, почувствовав себя на пике наслаждения. Се Лянь посмотрел вниз и перед его глазами предстала невероятно развратная и привлекательная картина. Сань Лан. Его Сань Лань. Собиратель цветов под кровавым дождём, которого боятся повсюду, сидел между его ног и по этому безупречному лицу стекала белесная жидкость. Она была везде. На языке, носе, губах, что так соблазнительно приоткрылись, словно зовя его прикоснуться к ним. - Ох, прости, Сань Лан, почему ты не отодвинулся, когда было нужно..?,-виновато сказал  Се Лянь. - Зачем? Мне так приятно получать все, что угодно от гэгэ, -произнес Хуа Чен, глотая остатки спермы, что оставались у него во рту. Это действие не укрылось от Се Ляна и не выдержав такого смущения, он прикрыл глаза руками. - Гэгэ, не прячься от меня. Я хочу видеть твоё лицо. Хуа Чен аккуратно убирает его руки, а затем нежно целует каждую из них. В это время его ладони незаметно пробираются к бёдрам Се Ляна, поглаживая их. Они опускаются все ниже, пока не находят то самое место. Указательным пальцем нащупав колечко мышц, Хуа Чен проводит по его контуру. Моментально изменившись в лице, Се Лянь смотрит на его действия широко открытыми глазами. Все таки к такому невозможно привыкнуть, такие мысли посещают наследного принца. В тоже время, свободной рукой нашупав на столике у кровати маленький пузырёк, Хуа Чен выливает  его содержимое на свои руки.  Наследный принц чувствует, что медленно, пальцы один за другим проникают в его нутро. Они поглаживают его изнутри,  вызывая очень необычные ощущения. -Гэгэ, не больно?,-в голосе демона слышится неприкрытое беспокойство. - Нет, продолжай...,-со сбитым дыханием произносит Се Лянь. - Хорошо, гэгэ. Се Лянь вдруг почувствовал,  что гибкие пальцы покинули его нутро, а на их место примостилось, что-то намного внушительнее. - Гэгэ, я вхожу,-вместе с этими словами Хуа Чен делает очень плавное движение бёдрами. Несмотря на все старания демона не причинить Се Ляню боль, неприятные ощущения от проникновения инородного тела накатывают на него волной. Не желая растраивать возлюбленного,  Се Лянь не издаёт ни звука и лишь тихо вздыхает. Хуа Чен выжидает какое-то время, давая время привыкнуть к его размеру. После чего начинает медленно двигаться. Пока что Се Лянь чувствует лишь напряжение от попытки привыкнуть к чужому органу в своей прямой кишке. Но стоит  Хуа Чену лишь немного надавить на определённую точку, как Се Лянь мигом теряет способность дышать. Задыхаясь от неописуемого удовольствия, что дарит ему его возлюбленный, он хватается и комкает простыни, не в силах унять дрожь по всему телу. Хуа Чену знакома абсолютно любая точка на теле его высочества. Он знает свое божество лучше чем себя. По всей комнате раздаются влажные звуки шлепков плоти о плоть. Взгляд Се Ляна словно заволокло туманом. Он полностью теряет осознание происходящего.  Все, что он видит- это лицо человека, которому он готов отдать всего себя без остатка. Долгие восемьсот лет он был одинок, рядом с ним не было не единой души, способной излечить его одиночество. В эту секунду он осознал, что Сань Лан- это его награда за всё эти годы тоски. Не сумев сдержать неожиданный порыв, Се Лянь протягивает руку и лёгким движение снимает повязку с лица демона. - Ваше высочество?,- произносит Хуа Чен. -Не стоит смотреть на это уродство. Он закрывает отсутствующий глаз свободной рукой и смотрит на принца с печалью. - Сань Лан, ну что ты говоришь. Ты прекрасен. Прекраснее всех на свете. Прошу. Дай мне посмотреть. Се Лянь убирает ладонь любимого с лица и мягко поглаживает вокруг пустой глазницы. Затем переходит на изогнутый шрам на веке. Все это время Хуа Чен изумленно смотрит на наследного принца. Его лицо вдруг озаряет самая счастливая улыбка из всех, что может быть. Он целует его высочество в лоб и переплетает их руки. Они как будто становятся единым целым, которое невозможно разлучить. Оба никогда в жизни не могли бы представить, что обретут  такое счастье. Что обретут друг друга. - Я люблю тебя, гэгэ,-произносит Хуа Чен. В ответ на его слова лицо наследного принца озаряет улыбка. Принадлежности для каллиграфии одиноко валяются на полу, в окружении томных вздохов и тяжёлого дыхания двоих людей на постели.  За окном, на водной глади все ещё цветут лотосы, эти дивные и уникальные цветы. Несмотря на то, что в чуть более холодную погоду они завянут. Как только наступят теплые,  летние дни они вновь расцветут с новой силой.