Морские приключения Говарда Хау

Вот Говард снова лёг на бок под тело моржа и прикрыл глаза. И так каждый вечер. А каждое утро он открывал глаза под этим же телом, вылезал из-под него и приобнимал зверя. Всё это было словно грёбанный день сурка. Каждое утро, день, вечер, ночь - одно и тоже, словно парень находится в одном и том же дне уже целых... да он уже даже сбился, сколько месяцев. Вроде 6 или что-то около того. Но в эту ночь Говард чувствовал, что не хочет спать, хотя уже достаточно поздно. Он присел на землю и уставился на какой-то засохший листик, будто в этом листике был спрятан некий смысл. Бивень маячил около него. Посидев так некоторое время парень поднял глаза на небо, а затем лёг на спину. Он смотрел на звёзды и выстраивал из них созвездия, а иногда и собственные рисунки. Эти собственные рисунки были чем-то особенным и странным, они будто предвещали что-то. На душе у Говарда было неспокойно, его охватило волнение. Даже он сам не объяснил бы, откуда это волнение взялось, оно появилось из неоткуда, но это было неприятно. Мистер Бивень маячил около парня, морж чувствовал, что с ним что-то не так. Хотелось успокоить своего дорогого друга. Зверь подпозл впритык к Говарду, тот недоумённо посмотрел на него, но Бивень знал, что делает. Он резко и с грохотом перевернулся на спину, в первое мгновение ощутив небольшую боль от удара, но в следующий миг мистер Бивень расслабился, нашёл удобную позу и спокойно прилёг рядом с Говардом. Говард улыбнулся. Они вместе лежали на спине и смотрели на мелькающие звёзды, успокаивая друг друга. За эти месяца они полностью друг друга понимали и поддерживали, как будто они одни и те же существа, говорящие на одном языке. Это было не так, но друзьям это не мешало. Через время человек и морж уснули. Первым как всегда проснулся морж. Обнаружив, что всё ещё лежит на спине, он совсем не обрадовался. Да, вчера он как-то умудрился перевернуться, но был вечер, а как известно, утро вечера мудреннее, поэтому Бивень и не мог ничего придумать. Он просто понял, что совершил глупость. Но как-нибудь перевернуться надо, потому мистер Бивень оттолкнулся ластой от земли. Через несколько попыток ему удалось перевернуться на бок, а затем на живот. Тут же зверь повернул голову чтобы посмотреть, не разбудил ли он своим массивным приземлением человека. Убедившись, что нет, мистер Бивень поплыл добывать рыбы, которой становилось всё меньше и меньше. Даже сам зверь стал есть меньше из добрых побуждений. Ему хотелось принести побольше Говарду. Когда Говард приоткрыл глаза, уже было понятно, что Бивня на островке нет. Живот неприятно урчал от голода и болел. Парень поднялся, буквально пытаясь схватиться за воздух. Он это просто не контролировал, руки сами потянулись, пытаясь за что-то схватиться. Наверное, организм пытается подбодрить сам себя, чтобы было легче вставать. И снова всё то же самое, что было все прошлые сутки утром. Закончив с утренними "ритуалами" Говард сел по-турецки и стал смотреть вдаль моря. Паренька всё чаще посещали мысли, что лучше утопится, чем жить так дальше и умереть от голода или холода. Если Говард отталкивал такие мысли, то приходили следующие, более жестокие: съесть что-нибудь от себя, чтобы хоть как-то наесться. То есть Говарду в буквальном смысе приходили мысли отрезать от себя кусок мяса. Но было две проблемы: отрезать нечем, а ещё это больно, и есть своё мясо как-то не очень. Если парень отгонял и эти мысли, то приходили самые жестокие: воспользоваться доверием мистера Бивня и зарубить его на мясо. О боже, от этой мысли Говард мог зарыдать как ребёнок, которому приснился страшный сон. Мистер Бивень спас его от верной гибели, согрел, приносит еду, даже поддерживает, а Говард с ним так? Нет, это будет очень жестоко. В который раз зверь подплыл к берегу с добычей и положил её перед другом. Добыча была скудная: очень мелкая рыба с оторванным хвостом. - Спасибо тебе! - искренне сказал Говард. Живот ужасно болел, и он был рад хоть какой-то еде. Парень недавно проснулся, но силы уже покидали его. Истощение - неприятная штука. День был обычным. Всё та же борьба за выживание.