И вновь сквозь тернии

Через единственное окно в маленькую комнату пробивался тусклый лунный свет, но даже его хватило, чтобы полностью осветить помещение, за исключением некоторых углов, в которых и днём и ночью господствовал мрак. В этом мраке воображение мальчика всегда рисовало ужасных монстров, от них его никто не мог защитить, а мама мальчика лишь могла успокоить его перед сном. И тогда он погружался в пучины кошмаров, из которых не мог выбраться, в мире его жутких грёз не было ни помощи, ни поддержки. Все кошмары стирались как только измученный разум мальчишки не справлялся с тяжестью образов вырвавшихся из самой глубокой древности, когда страхи людей могли стать явью в мифах. Когда он просыпался в холодном поту, после долгих метаний в агонии, он оставался на распутье между двумя путями: остаться в сознании и ожидать чудовищ, что охотятся за ним и его матерью или уйти в плен снов и видений, что оставляли в его груди неуходящее чувство тревоги и животного страха. Это началось после того как он заболел... Ранней зимой состоялся первый этап испытаний для кандидатов в наследники главы дома, а соответственно и главы ордена Золотого Орла. Именно там мальчик, что выглядел слишком маленьким и слабым для своих двенадцати лет, встретился с остальными детьми, которые приходились ему братьями и сёстрами. Он с самого начала не желал участвовать в соревновании, но послы из главной резиденции настояли на том, что бы он принял участие в отборе, иначе его ждёт презрение и осуждение со стороны его отца. Мальчик сидя в комнате, перед двумя воинами в одинаковых плащах, ели сдерживался, чтобы не накричать на них, не прогнать из комнаты, из дома, кричать чтобы они больше никогда не возвращались, оставили его в покое, навсегда. Он хотел чтобы они передали его отцу, то что он не намерен подвергать свою жизнь и здоровье опасности на потеху тому, кого он даже не знает, того кто оставил его ещё до рождения, того кто ни разу не пришёл сам и не позволял встретиться с ним. Он хотел, но стиснул зубы и кулаки, сотни раз проговаривая внутри себя каждое оскорбление, упрёк за годы жизни в аду, но погасил всё это глубоко внутри и лишь ответил коротким согласием. И проклял себя за это тысячу раз, как оказалось дом обеспечил его только каретой и кучером, а все нужные вещи его матери пришлось взять в долг, за который ей придётся расплачиваться ещё как минимум два года, она единственная проводила его до кареты и со слезами на глазах долго обнимала его желая удачи и напомнив о том, что бы он вернулся на старт к рыцарям, тогда его причислят к не прошедшим отбор и вернут домой, но он должен был сделать это только к ночи, иначе его обвинят в симулянтстве и накажут. Дорога до места заняла три дня беспрерывной езды, мальчик умирал от скуки, но продолжал смирно сидеть на своём месте, уставившись в окно. На третий день мальчик уже хотел просто выпрыгнуть из кареты и добежать до места сам, но когда это желание достигло пика в дали показались шатры лагеря, разбитого у опушки густого леса, в котором уже сотни лет проводятся испытания сремящихся к получению звания кандидата в наследники. Мальчик вышел из кареты и попрощался с кучером, быстро проверил ножны с ножом, фляжку с водой и черный хлеб, обернутый в пожелтевшую бумагу. Он приехал позже остальных, тех что привезли с собой аравы слуг и роскошные шатры, меньше часа он слонялся туда сюда, стараясь избегать встреч с остальными кандидатами, на которых он был совсем не похож. Наконец когда на линии старта испытания зажгли множество факелов и рыцари начали собирать участников в положенном месте, они уже знали как выглядит каждый из кандидатов, а потому путаницы не вышло, даже когда пара мальчишек заявили о том что являются кандидатами, хотя и не смогли предъявить перстней или других украшений с гербом дома, которые издревле являлись эдаким пропуском на первый этап отбора. Мальчик ловил на себе множество косых взглядов, стараясь не обращать на них внимание, но замечая иное- многие собрались в группы по несколько человек, те же, что не успели присоединиться к группам поспешно предлагали свои кандидатуры более инициативным детям. Мальчик держался в стороне от них всех, но когда до начала соревнования оставалось менее десятой части часа кто-то положил ему руку на плечо: – У тебя не найдётся времени на разговор ?- Мальчик обернулся на звонкий девичий голос – Тебе что-то нужно ?- Перед мальчиком стояла незнакомая девочка по виду его ровесница – Здравствуй, меня зовут Кристина, я наследница левого крыла дома. Ты обязан вступить в нашу команду- "фон Эльтрон" эхом пронеслось в мыслях мальчика – Извини я не хочу участвовать в ваших разборках- Мальчик пытался разговаривать как можно мягче и не говорить чего-то из-за чего можно было нажить себе неприятелей. – Ты должно быть не понял, когда мы победим тебе как и остальным членам нашей команды будет обеспечиваться поддержка, а в будущем и помощь в продвижении к более высокому титулу- Девочка говорила уверенно, с явно слышимыми нотками высокомерия. – А почему ты решила что это всё может пригодиться мне ? – Ты и в правду не понимаешь ? – Если честно то нет- Мальчик положил руку на затыл якобы стыдясь своего невежества "Поскорее бы ушла"- Пронеслось в его голове – Хм, похоже ты и в правду нам не подходишь- Она обернулась назад- Ах да, как тебя зовут ? – Дариан – Хорошо, хоть буду знать твоё имя во время опознания трупа- После последней фразы по спине мальчика пробежал холодок и он тысячу раз к ряду проклял весь мир до основания, за то что он не мог отказаться от этого самоубийственного состязания, просто потому, что его отец боится наследника прегретого у материнской груди и с рождения не подающиго признаков жизни. Но скоро мысли расступились оставив пустоту, моментально заполнившуюся секундными пейзажали и завываниями холодного ветра. Дариан не любил такие моменты и к его счастью рыцари уже обьявили начало. Когда солнце закатилось за мокушки высочайших деревьев десятки детей наперегонки ринулись к серым столбам из промёрзлого дерева, укрытым столетним мраком, оставляя глубокие следы в снегу, впереди, первыми шли длинные тени от больших факелов, что стремительно оставались позади со всех сторон наперебой летели крики самых умных или самых сильных, они подгоняли отстающих, крики отдалялись и по итогу оставили только тяжело нависшее в воздухе эхо, которое вязко растворилось в воздухе, а вместе с ним и ощущение того что Дариан не был один в этом тёмном страшном месте, но несмотря, на гудящую тишину, прерываюмую лишь щебетом далёких ночных птиц и погружающихся в рыхлый снег сапог, мальчик продолжал отдаляться от тёплых огней лагеря. Через, примерно 2 часа, Дариан отыскал небольшое укрытие меж двух поваленных, низких деревьев, их стволы были надломлены с одной стороны, похоже что это случилось совсем недавно, осенние листья ещё не успели осесть на землю мягким влажным ковром: "Деревья, как и люди, не были готовы к столь ранним морозам, ну что ж пусть хоть мне послужат жилищем на одну ночь раз уж тот кто их сломал, посчитал их слишком жалкими для мирного существования"- критичные мысли сами складывались в связный поток, но только для того, чтобы утонуть в бо́льшем потоке сознания, когда Дариан начал однообразную и скучную постройку шалаша. Он оторвал несколько веток, связал их льняной верёвкой и "укрыл" ими деревья со стороны, откуда начинал усиливаться ветер. У Дариана не было друзей и он ещё с раннего детства любил лазать по деревьям, плавать в реке, в которой иногда побаивались плавать даже взрослые, но зимой мороз запирал его в четырёх стенах, как строгий родитель отправляющий провинившееся дитя под домашний арест, именно в такие времена он начинал читать книги опустошая страницы с историями о великих героях древности, многотомные энциклопедии о животных и растениях, бестиарии с потрёпанными переплётами из грубой кожи, от самых старых книг пахло сладкими цветами и редкими нотками нектара. Ко времени когда мозг переворошил всю прошлую, счастливую и безмятежную жизнь убежище было уже готово, время уже знатно перевалило за середину ночи и тогда посреди тяжёлых серых стволов загорелся огонь, не тот что был дальше к югу, не стойкий и непоколебимый, но светлый и дрожащий, то от силы и высоты, то от готовности вот-вот потухнуть. Дариан на первых порах старался не спать, без устали отжимаясь и приседая, но когда силы в конец иссякли он позволил себе сесть у огня и стал подкидывать ветки в костёр, языки пламени быстро высасывали из переломанных палочек нечто, что вскоре выплёвывали в виде чёрного дыма вверх, навстречу светлому кругу полной луной луны. Но вскоре тепло, физическая и ментальная усталость, вперемешку с видом бледных звёзд, что были символом времени для сна, времени которое диктовало само человеческое естество, сделали своё дело и мальчик начал проваливаться в пространство между сном и реальностью. Дариан понимал, что ему нужно движение для того, чтобы разогнать сновидения, но в последний момент он окунался в сновидения и продолжая барахтаться пытался выбраться на берег, но пелена не спадала с глаз и отступила только когда костёр начал тухнуть, как бы давая мальчику шанс на выживание, только ради забавной игры и это оказалось правдой- после небольшого промежутка трезвости сон вновь опьянил Дариана, вцепившись в него как волк в добычу- не разжимая клыкастых челюстей. Когда ночь сгустилась и тьма заволокла весь лес, перед костром возникли две фигуры, одна ниже, вторая выше и шире в плечах, Дариан увидел их, но не мог понять кто они такие и чего они хотят, до него доносились обрывки фраз, но ничего внятного он так и не понял. Наконец вторая фигура прекратив потуги пнула Дариана в грудь мальчик упал спиной в снег, оставшийся позади и моментально проснулся , по его телу пробежала мелкая дрожь и волосы на руках встали дыбом: – Ну наконец-то проснулся, долго собирался тут кемарить, а сопляк ?- На Дариана сверху вниз смотрел высокий коренастый мальчишка на два года старше его самого, он бесцеремонно бросил перед мальчиком мешок с чем-то плотным, но мягким- Вот. Это то, чего вы хотели теперь веди нас к своему господину, и поторапливайся, за нами хвост !- Нахал выплёвывал каждое слово с особой небрежностью и грубостью, которые невозможно было повторить специально. – Я не понимаю какой господин ? Что я просил ?- Дариан пытался выстроить цепочку того что произошло за этот день, но не помнил разговоров ни с кем, кроме Кристины. От страха его рука как-то инстинктивно легла на рукоятку ножа висящего на поясе, при ощущении холодной ткани в ладони Дариан почувствовал уверенность. – Хватит строить дурочка валять, встал и пошёл ! Живо !- Но Дариан продолжал сидеть в ожидании, от этого широкоплечий в конец рассвирепел и кинулся на мальчика, прижал его к земле и уронил кулак на лицо Дариана, мальчик почувствовал сильную боль и солоноватый привкус на губах, бугай уже занёс второй кулак над головой молодого Остроса для второго удара, но его остановил крик сзади, десяток голосов вперебой звали кого-то, Дариан не думая ни о чём выхватил нож в всадил его по самую рукоятку в горло обидчика. На его лицо полилась кровь, на руках осталась красная жидкость, она почти мгновенно засохла и прилипла к рукам Дариана, первый пришедший с ним истошно закричал, пока его товарищ пытался прикрыть рану руками, крики в противоположной стороны усилились и набрали темп. Когда из темноты выплыла фигура девочки Дариан побежал назад, обратно к линии старта, туда где ждали рыцари и плевать что его накажут ! Но ноги предательски подкашивались, а у горла встал ком, он пробивался сквозь тьму, вновь преследуемый только тишиной, на этот раз к хрусту снега прибавилось бешеное дыхание и раскатистые удары сердца в грудной клетке. Дариан выбежал из леса к лагерю, когда алое солнце встретило его первыми холодными лучами, ноги окончательно отказались нести своего хозяина, а сознание утомлённое жаром в голове покинуло тело. Рыцари из караула подобрали ребёнка, его признали не годным для дальнейших испытаний и отправили домой всю дорогу его бил озноб, который в доме перешёл в лихорадку, нескончаемый жар и бред по ночам, Дариан не мог есть и нормально спать, постоянная головная боль диктовала только одно правило- не видеть белый свет. Эти страдания продлились пол месяца, пока наконец врачи не зафиксировали смерть, мать Дариана увезли в главное поместье, но после её отъезда Дариан ожил...