Твою мать, где я?

Несколько секунд я усиленно размышляла, потом подошла к фигуре, стоявшей у полки. — Привет. — Жесты «огненного человечка», как я решила его окрестить, меня забавляли, и немного умиляли. Человек в ответ радостно замахал мне руками. — Я вижу, ты понимаешь, что я не понимаю вашего языка. Человек с энтузиазмом кивнул, а потом обернулся вглубь библиотеки. Оттуда надвигалась волна бело-голубого, холодного света. Впереди шёл похожий на первого человек, только он выглядел так, будто его вышили на фоне библиотеки серебристо-голубыми нитями. Пока я размышляла, как по себя окрестить его, он подошёл к нам, и этим двое начали о чем-то говорить (петь?). Я стояла, как дурак, пока синий человечек не обратил на меня внимание. Учтя из разговора его характер, я протянула ему руку, которую он пожал, что наощупь было довольно холодно. Поняв, что я не против физического контакта, огненный человечек меня вдруг обнял, чему я сопротивляться не стала. А зачем, собсна? Потом огненный человечек кинулся к Сэму, который оценил теплость его натуры, и залез на руки. Проследив все эти манипуляции с осуждающим выражением, которое я смогла уловить, синий человечек взял меня за запястье, и быстро повёл вглубь библиотеки. Огненный человечек шёл за нами с Сэмом на руках. Пошло около десяти минут, прежнее чем я поняла, что эти товарищи несутся довольно быстро, и мои хиленькие здоровья не позволяют мне за человечками угнаться. Я остановилась, шумно выдыхая: — Ребят, я не реактивная. Вместо ответа синий человечек вдруг подернулся рябью, и… Превратился в очертания лошади. Я несколько секунд стояла в шоке, потом аккуратно указала на него. — Мне сесть? Синяя лошадиная голова утвердительно качнулась. Я аккуратно сложила плед прямоугольником, положила его на спину синей лошади, и обняв подушку вкупе со всеми своими манатками, попыталась залезть. Лошадь на мои бесплодные попытки явно вздохнула, и легла на пол. Я уселась, схватилась за гриву, чувствуя под пальцами приятный холодок. Лошадь резко вскочила на ноги, и сорвалась с места. Я от неожиданности взвизгнула, прижимаясь корпусом к холке. Было жутко и весело. Где-то в центре библиотеки лошадь остановилась, на ходу превращаясь обратно в человека, и бережно стряхивая меня на пол. Огненный человечек догнал нас минутой позже. В перекрёстке, где сходились коридоры между стеллажами я увидела небольшую стопку очень древних книг. — Так. — Я риторически сложила руки на груди. — И что мне с этим делать? Синий снова человечек взял у меня блокнот и ручку, и принялся быстро что-то писать. Я с интересом заглянула в названия книг, которые лежали стопочкой, потом вернулась к человечкам. Синий человечек протянул мне блокнот. Я быстро пробежала глазами текст, который он успел там настрочить. «Мы хорошо видим и слышим. Мы видели вторую ведьму, которую ты назвала Ровеной. Она умна. Она хотела тебя обманом привлечь на свою сторону. Но она не лгала на счёт того, что ты без сомнения сильнейшая ведьма этого века. Иначе мы бы не проснулись. Здесь мы запечатаны с момента смерти предыдущего мага. Просвещённые использовали его, потом допрашивали и убили. Он был слабее тебя. И ещё он просил нас не вмешиваться. Поэтому не смог отпустить нас туда, откуда мы пришли, как делали маги до этого. Мы знаем, что тебе, безусловно, интересно, кто мы такие. Мы — духи стихий, призванные служить сильным, подобным тебе. Мы всегда чувствуем ваш приход. И ты не стала исключением. Там, откуда мы пришли, остались ещё двое подобные нам. Если захочешь, ты сможешь призвать и их, когда появится необходимость. Ты можешь рассказать о нас тем, кто приходил за тобой. В них нет угрозы. Грядёт великий враг и великая битва. Тебе понадобятся все силы тех, кому ты доверяешь. Ангел был здесь. Не теряй его расположение. Мальчик, заключённый в книге очень ценен для тебя. Он не помнит этого, из-за вырванной страницы. Мы отдадим её тебе, если ты решишь бороться. Он — гримуар. Он может стать сильным оружием в твоих руках. Если ты заключишь контракт, то мы обретём всю свою силу. Но управлять ей сами уже не сможем. Тогда полноценной хозяйкой станешь ты. Мы собрали для тебя книги, которые помогут тебе разобраться с магией. Мы не желаем тебе зла, но ты можешь проверить достоверность наших слов, если хочешь, Охотники тебе с этим помогут.» — Уф. Похоже, придётся становиться ведьмой. Хоть мне это и не особо нравится. Ладно. Вы, ребята, не переживайте. Я постараюсь быстро со всем разобраться. А пока не разберусь, буду приходить к вам просто навестить. Вы кушаете? Может, вам чаю принести? Огненный человечек радостно выхватил у меня блокнот, и принялся что-то в нем быстро писать. «Физически мы в пище не нуждаемся, но будем рады твоей компании» — Ну, тогда буду приходить. А пока я бы попросила вас подбросить меня до выхода. Синий человечек аккуратно подошёл ко мне, и снова взял блокнот. «Спасибо, что пришла. Спасибо, что доверяешь. Мы будем ждать тебя.» Я нашла уместным аккуратно обнять синюю фигуру. Нас тут же обнял огненный человечек. Мы так стояли некоторое время. Потом синий человечек выпутался из наших рук, и превратился в лошадь. Я вновь сложила плед, в который успела завернуться. Огненный человечек собирал мои манатки и книги в руки, которых резко было больше. Он же взял Сэма. Когда я снова уселась верхом, мы снова помчались по библиотеке. Но дверь не была плотно прикрыта, как я её оставила. Прямо в дверном проёме, держа дверь открытой, сидел Дин. Он не видел синего коня и огненного человечка, поэтому глазами по пять рублей наблюдал за тем, как я плыву по воздуху в страной позе, а рядом со мной плывут мои вещи. Когда я слезла с коня и забрала свои вещи, он подошёл ко мне, и я услышала как он тихо бормочет что-то на латыни. — Неконтролируемое желание прочесть молитву о изгнании демонов? — Точно. Что это было? — Мои невидимые друзья, о которых я уже говорила. На волнуйся, разноцветного дыма не будет. — Уже понял. Идём. — Пошли досыпать, мне есть что рассказать вам с Сэмом завтра. — Ага. Я молча шла за Дином в сторону жилых помещений. Он не прошёл к своей комнате, когда я остановилась перед своей дверью. Он наоборот, открыл дверь моей комнаты, пропуская меня вперед, и зашёл сам, закрывая дверь. — Ты чего? — Кас не выдержал, и рассказал нам всё. — Вам с Сэмом? — Да. — И что? — Сэм хочет с тобой поговорить, но ты сама знаешь, я не бог переговоров. — И что ты задумал? — Клади свои вещи, пошли. Я с подозрением сощурилась на него, но подумала, что не доверять Дину неправильно. Положила всё принесенное из библиотеки на кровать, и молча пошла за ним. Дин шёл в сторону главного зала, а я безмолвно следовала за ним, не задавая вопросов. Я уже устала настолько, что не хотела ни о чем спрашивать. В главном зале я остановилась у одного из столов, а Дин пошёл к примеченному мной днём стеллажу, в котором, теоретически хранился алкоголь. Пока я тупо хлопала глазами, он достал оттуда очень старую бутылку виски, и два стакана. Подошёл с ближайшему столу, открыл бутылку, налил красивую янтарную жидкость в стаканы, поставил бутыль на стол, сел, взял один из стаканов, и перевёл взгляд на меня. — Так и будем через весь зал говорить? Я подошла, села, и взяла второй стакан. — В чем суть? — Если не хочешь говорить — пей, пока не захочешь. — Нечестная какая-то игра. — Игра? — Ты назвал что-то вроде правил игры. И они мне не нравятся. — Дополняй. — Ты тоже говори. Тогда будет честно. — Ладно. — Дин усмехнулся, сделал глоток виски, и уставился на меня, чуть прищурившись. Я не собиралась сдаваться без боя, и повторила его действия. Так мы и сидели, молча, по очереди отпивая из стаканов. Только тишина давила. — Какая же все-таки гадость. — Меня чуть разморило, и я полусонным взглядом наблюдала, как Дин доливает напиток в стаканы, и ставит бутылку на стол. Взяла стакан в руки, покачала его на свет. Красивые янтарные переливы смотрелись в антикварном стакане особенно эстетично. Сделала глоток, катая жидкость на языке. Привкус этилового спирта уже не казался мне категорически отвратительным. Дин вдруг поставил стакан на стол. — Я так и не извинился. — А есть за что? — За то, что сказал в первый день. — Ты тогда столько всего наговорил, уже и не припомню, что было обидно, а что нет. — Я оборонялся. Я не понимал, можно тебе доверять или нет. И я даже подумать не мог, что творится у тебя на душе. А ещё мне было искренне жаль тебя. Возможно, именно поэтому я был особенно груб тогда. Но когда ты уходила, мне казалось, что это неправильно — отправлять тебя обратно. Мне казалось, что ты пришла к нам с какой-то целью. Хотелось схватить тебя за руку, и сказать остаться. Но я не могу объяснить, почему мне показалось нужным тебя оставить. Я почему-то подумал, что мы пришла, потому что была нужна нам. А мы были нужны тебе. А когда мы пришла во второй раз… Я думал, меня удар хватит. — Ты не настолько старый. — Фыркнула я, делая очередной глоток. — Значит, все-таки старый? — Не придирайся к словам. — Я боялся что то, принятое тобой решение на счёт своей жизни как-то зависело от моих тогдашних слов. Поэтому прости. — Давно простила. — Такого от Дина я не ожидала. Тот Дин, которого я привыкла видеть в сериале, и за последние дни, кардинально отличался от того, кого я видела сейчас. Я не ожидала, что именно он пройдёт навстречу, расскажет что-то о себе, лишь для того, чтобы узнать, в чем же проблема, в конце концов. Я снова переключила внимание на стакан. В голове немного плыло, горели уши и щеки, хотелось спать и говорить. Но я снова сделала глоток. Я не знала, как сказать, что я чувствую. Дин тоже молчал. Внезапно в голове стало горячо, рот открылся сам собой, казалось, говорила вообще не я. — Они мне снятся. — Я испуганно захлопнула рот, не глядя на собеседника. Дин не издал ни звука, казалось, он даже не дышит. Мы посидели в тишине ещё несколько минут. — Кто? — Дин говорил почти шёпотом, но я поняла, что он имел в виду. Горло сдавил спазм, и пришлось снова сделать глоток. Сама виновата. Могла бы сказать, что у Каса просто синдром наседки. Дин не торопил меня, просто молча сидел напротив, и слушал тишину. Наконец я собралась с духом. — Мне снится моя семья. — Как же чертовски больно. Больно даже от простого слова «семья». — Он убил их. Быстро. Хладнокровно. Словно не прожил с мамой четверть века в любви и заботе. Они даже не успели начать сопротивляться. А я… черт бы меня, за колбасой отлучилась. Если бы я была с ними, как бы всё… насколько бы всё было проще! Почему он не стал меня дожидаться? Почему? А теперь… Стоит мне закрыть глаза, и я вижу их. Они кричат. Им больно. Они спрашивают, почему я не с ними, куда я ушла, когда им было больно. Они говорят, что скучают. Они зовут меня с собой. А я даже не знаю, что им ответить. Словесный понос прервался на несколько минут. Я неловко подняла глаза на Дина, торопливо вытирая лицо тыльной стороной ладони. Он не должен был выслушивать всё это. Ему достаточно было знать, почему я не сплю. Я ожидала увидеть в глазах напротив насмешку. Презрение к моей слабости. Дин выносил свои потери и одиночество сам. И на нём их лежало намного больше. Теперь он сидел напротив, прямо, сложив руки на груди, и чуть склонив голову набок. Он будто весь превратился в слух, чтобы не упустить ни одного слова их моего сдавленного шёпота. Тёмные карие глаза смотрели в самую душу, когда я встретилась с ним взглядом. Я вдруг поняла, что всё, что я сейчас попыталась ему объяснить ему знакомо и близко. Он прекрасно понимал, что я чувствую. Мне не нужно было искать слова, чтобы объяснить. И от осознания, что ему пришлось проходить через подобное в одиночестве, и ему тоже не хватает человека, который просто бы послушал, я снова не смогла содержатся. Слова снова вырвались из меня потоком, я сама не понимала, о чем сейчас говорю. О том ли, каким был отец, или о том, как мне не хватает мамы, посиделок с сестрой, или долгих поездок на великах с братом. Я сама не понимала, почему так хочу этим поделиться. Но слова лились одно за другим, вместе со слезами, прерываясь всхлипами. А Дин сидел напротив, молча, с абсолютно серьёзным лицом, будто для него было важно не упустить ни малейшего слова их моей сопливой речи. Он терпеливо ждал, когда я закончу, пока я глупо шмыгала носом, нервно хихикая, или останавливалась, чтобы запить истерику и нервную икоту. Воды всё ещё не было. Только чёртов вискарь, который я пила уже стаканами, не замечая ни хмеля ни вкуса. Я не знаю, сколько мы так просидели. Окон в бункере не было, я забыла о времени, а Дин сидел не шевелясь, будто боялся малейшим движением спугнуть моё пьяное откровение, которое полезло из меня само, нежданно негаданно. Когда слова закончились, мы сидели какое-то время в тишине, которая больше на меня не давила. Видимо, теперь было о чем помолчать. А потом Дин вдруг встал со своего места, обошёл стол, и очень неловко, но уверенно обнял меня за голову. Я неаккуратно встала, цепляясь за стол и флисовую рубашку, путая вверх и низ в ссоре с равновесием, зная, что мне же эту рубашку стирать, уткнулась лицом Дину в плечо, и разревелась в голос, как ребёнок. Чтож, пьяным это простительно, а я именно такой и была. Дин сперва стоял неподвижно, просто обняв меня за плечи, потом стал тихонько похлопывать меня по спине, видимо, совсем я ему надоела. А я всё ревела, и не могла успокоиться. Сначала в голос, потом всё тише и тише. Почему-то было уже не так больно и страшно, как раньше. А когда закончились слезы, я поняла, что снова появились слова. Правда их было очень немного. — Спасибо, Дин. Правда, спасибо. Не думала, что ты меня выслушаешь до конца. — Мне самому этого не хватало. — Мы всё ещё стояли в обнимку, и перед глазами у меня всё плыло. — Когда не держишь в себе, становится проще. — Проговорил Дин поверх моей макушки. — Иди спать. — Ага. Я пьяная в зюзю. — Согласилась я уже на русском. — Ничего важного я не сказала. Всего лишь признала тот факт, что напилась, как последний алкоголик. — Пришлось добавить на английском, так как лицо Дина восторга не выражало. — Иди спать. И спи. И никто не будет тебя будить. Я молча кивнула, отпустила Дина, и летящей походкой направилась на выход. Дойдя до своей комнаты я рухнула на кровать и заснула. Без снов. *** Проснувшись, я в первую очередь вылезла из-под кучи одеял, и посмотрела на время. Ого, четыре часа дня, не так уж и поздно. Причесавшись, и прихватив запасную одежду, пошла в ванную. Кот, когда я встретила его в коридоре, с осуждающим «рмя» направился следом. Приведя себя в мало-мальский порядок, и удивившись, почему я не опухла, я пошла на кухню. Там никого не было. Поев холодной пиццы, и запив всё это водичкой из-под крана, я пошла в главный зал. Там на самом видном месте, на столе, лежала записка, и несколько денег. «Привет, Кейт, если ты все-таки проснулась! На сегодняшний день, а сегодня 14, ты спишь уже три дня. Для нас загадка, как на автопилоте ты доходила до сортира, но мы тебя не трогали, дабы не сломать автопилот. У нас тут очень странные дела случились, где мы, говорить не будем, еще сорвешься следом спросонья. Короче, мы уехали, оставляем тебе денег на еду, там в холодильнике, правда, что-то оставалось, но наверное, мы вернемся раньше, чем ты проснешься. Если не разберешься, как открыть и закрыть бункер, просто позвони нам. Или Касу, если повезет, и он ответит. Ника мы забрали с собой, о нем не переживай. Коту оставили открытый мешок корма и миски с водой по всему бункеру.

Сэм

Я снова включила телефон. Семнадцатое. Я что, почти неделю продрыхла без задних ног? Нет, пить я определенно больше не буду. Набрала сначала Сэма. Автоответчик механическим голосом проговорил мне в ухо: — Телефон абонента находится в беззвучном режиме, оставьте голосовое сообщение после звукового сигнала. — Сэм, привет, друже. В общем, я проснулась, записку вашу нашла, будет время — позвоните там, ладно? — Дождавшись сигнала, проговорила в ответ я. Оставив нечто подобное еще и на телефоне Дина, я попыталась дозвониться до Каса, но до него даже прозвон не доходил. Я сделала логичный вывод, что он либо в Австралии, либо в Раю, и пошла считать деньги, которые у меня были. Нашла несколько купюр, которые растащил кот от скуки, и пошла рыться по холодильнику. Найдя в морозилке несколько полуфабрикатов, а по ящикам крупы, я решила, что пока не буду тратить деньги. Поев, я отправилась в единственную доступную мне компанию — к стихийным ребятам. Я объяснила им, почему пропала на целую неделю, но в ответ они написали мне, что Дин заходил к ним, и сказал, что они уезжают, а я сплю, и будить меня не надо. Еще несколько дней я скоротала в их компании, не получая от ребят ни ответа ни привета. Несколько раз пыталась мысленно докричаться до Каса, или дозвониться ему, но все это было безрезультатно, как и попытки дозвониться до ребят. Когда прошла почти неделя, и припасов не осталось, пришлось взять кота и выйти из бункера. С моим топографическим кретинизмом я жутко боялась потеряться, и надеялась только на кота. Благо поблизости я нашла продуктовый, и смогла там затариться. С тем, как открывать и закрывать бункер, я быстро разобралась. На даче нашей бабушки дверь открывалась сложнее. Разложив все продукты по полкам в холодильнике, и подсчитав оставшиеся деньги, я поняла, что протяну тут еще максимум две недели, учитывая купленное. Решив не ходить пока в библиотеку, я села за стол в главном зале, рисуя на найденной бумаге все, что попадалось на глаза. Сперва, когда по лестнице раздались шаги, я обрадовалась. Потом поняла, что шагает только один человек, и испугалась. А увидев, что это абсолютно незнакомый мне человек, я поняла, что сердце сжалось в ком где-то в горле. Я подорвалась со стула, надеясь незаметно скрыться, но ворвавшийся уже смотрел прямо на меня. — Не бойся, я не от них. — Певучим, гипнотическим голосом проговорил он. — Кого «них»? — Настороженно переспросила я, непонятно зачем выставляя перед собой руки. — Я не от Винчестеров. Они тебе больше ничего не сделают. — Улыбка внушала доверие, но я-то понимала, что если он не с ребятами, то он точно хочет меня скоммуниздить, и в чью пользу, непонятно. — А с чего ты взял, что они мне вообще что-то делали? — От насыщенности пиздежа в атмосфере мне захотелось перейти на старый добрый русский мат. — Ты же ведьма. При чем очень сильная ведьма. Конечно, они нанесли тебе вред. — Скажи еще урон. — Фыркнула я. — Может, кремушек нанесли, или еще чего? Придумывай, давай. Ты как сюда залез, скажи лучше, пока в тебя что-нибудь не прилетело. — Ну зачем ты так? Я правда хочу тебя спасти. — От чего? От возможности спать, сколько хочется, есть то, что хочется, и тусоваться с самыми классными ребятами на планете? — Ситуация в целом, и отсутствие возможности хоть чем-нибудь обороняться, выводили меня из себя. Не выдержав, я все-таки перешла на старый добрый. — Иди нахуй! Пожалуйста! — Что? — Я сказала, иди нахуй пожалуйста! Ты что, русских никогда не видел? — Я уже почти орала. — Вон оно как. — Добренькая улыбочка сползла, как маска под кислотой. — Ты идешь со мной. — Нет, нахуй я с тобой не пойду! — Отскакивая на приличное расстояние, огрызнулась я. Гонялся он за мной недолго. Поняв, что сдаваться я не собираюсь, мужчина что-то пробормотал, и направил на меня руку. Запястья сдавило, и меня будто за руки подтянуло к нему. Я отбивалась и брыкалась как могла, а увидев перед собой руку, не придумала ничего лучше, как вцепиться в нее мертвой хваткой. Когда я услышала, как хрустит кость, я подумала, что мне сломали шею, но придя в себя, поняла, что прокусила этому человеку руку. Он оттолкнул меня в сторону, и достал целой рукой какой-то мешочек. Я вполне понимала, сейчас мне будет очень-очень плохо, и на каком-то подсознательном уровне вдруг подумала, что хорошо бы, если бы у меня был друг. И тут мне на глаза попался Сэмюэль. Он, набычившись, смотрел на врага из-за колонны. «Эх, был бы ты большой тигрой, Сэмушка…» — С отчаянием подумала я, отскакивая от противника. В момент, когда я отбежала подальше, и обернулась… на месте, где стоял раньше вломившийся мужик, теперь стоял большой амурский тигр. Морда и грудь у него были в крови, и смотрел он на меня до боли знакомыми голубыми глазищами. Да и черты морды у него были похожи на Сэмюэлевы. Я порывисто выдохнула, и села на пол, хватаясь за голову. Я что, силой мысли превратила своего кота в тигра? Пришлось встать, и подойти к Сэму. — Дружок-пирожок, давай обратно. — Просяще прошептала я. — Давай обратно котейкой становись, а? Сэм отряхнулся, рассыпая вокруг себя сноп искрящих фиолетовых искр, и через несколько секунд передо мной снова стоял привычный кот. Я и не думала, что все так просто. Не успела я выдохнуть, как по лестнице снова послышались шаги, и снова чужой голос: — Ты уже нашел ее? — Да ты ж!!! — Голос сорвался. Парень помоложе предыдущего замер, а потом мухой помчался обратно наверх. Я медленно достала телефон, набирая телефон Дина. Нет ответа. Сэм ответил только спустя несколько минут, и почему-то шепотом. — Кейт, у тебя что-то срочное? — Раздраженно прошептал он. — Как и куда убрать труп? — Безжизненно поинтересовалась я, понимая, что на том конце волны происходит какой-то просто феерический пиздец. — Кто умер? — Какой-то мужик, который хотел меня украсть. Я нечаянно превратила кота в тигра, и он убил этого мужика. Если это потерпит, то я могу подождать. — Вот как. Слушай, у меня тут какая-то ерундистика творится. Дин куда-то пропал два дня назад, за мной сейчас гонятся какие-то парни, но пока они меня потеряли. Дина я ищу, но не имею ни малейшего представления о том, где он может быть. Я сейчас позвоню Джоди, она приедет, и вы со всем разберетесь. Ох, черт… я побежал. — Хорошо. Я положила трубку на пол. Подняла кота, и пошла мыть ему лапы. Спустя несколько часов, понадобившихся мне для того, чтобы прийти в себя, я уже возвращалась из ванной с тряпкой, как вдруг по лестнице раздались торопливые шаги. Я приготовилась превращать кота в тигра, но это была Джоди. Она остановилась, глядя на меня с недоверием. — Кейт? — Вы настоящая? — Устало протянула я, роняя тряпку в лужу крови. — Мне позвонил Сэм, за ним гнались какие-то мутные парни, он сказал, что ты печешь вкусные пироги, не хочешь охотиться, и неделю проспала, перед этим выдув полбутылки виски, и наревевшись вдоволь. — Вы настоящая. — Сил держаться больше не было, и я плюхнулась на пол, пачкая серые треники в кровище. — Разумеется. — Джоди подошла ко мне, и присела рядом на корточках. — Они ведь будут в порядке? — Конечно. Сэм сообщил мне, где они были в последний раз. Я оставлю тебя с девчонками, и поеду их искать. — Я переоденусь и заберу кота. — Хорошо, я жду. Я быстро переоделась, забрала телефон, кота, и немного вещей, и мы поехали. Я понятия не имела, куда мы направляемся, поэтому полностью доверилась Джоди в этом плане. Однако вскоре заметила, что иногда в зеркале заднего вида мелькает черная машина, при чем на приличном расстоянии. Судя по всему, это была одна и та же машина. Когда спереди показалась еще одна черная машина, один-в-один, как предыдущая, я обратила на это внимание Джоди. Она чертыхнулась, но нас уже зажимали. В результате, отчаявшись, Джоди попыталась сдриснуть через поле, но мы застряли в кукурузе, и вскоре нас уже вытаскивали, держа под прицелом. Теперь меня принялась обрабатывать уже какая-то бабень, настолько же мутная, как и мужик, которого порвал Сэм. Но тут я кое-что придумала. Сделав печальное лицо, и максимально жалкий взгляд, я прошептала: — Вы правда не за них? — Да, милая, конечно. — От улыбки ведьмы хотелось блевануть. — Пожалуйста, скажите, вы схватили всех, кто знал обо мне? — И тех, кто был с ними знаком. — Все так же обворожительно улыбнулась тетка. — Пожалуйста, отвезите меня обратно в бункер… — Зачем, милая? — Глаза Джоди надо было видеть. — Они забрали мой гримуар, а там, в бункере, оставили вырванную страницу. Самую важную страницу! И еще они заточили там двух духов стихий, с которыми я заключила контракт! — А котик? Зачем он тебе, оставь его тут, ладно? — Не могу, он — мой фамильяр. — Ты сама его создала? — Тетка теперь выглядела действительно удивленной. — Да. — Без зазрения совести продолжила врать я. — Хорошо, едем. А вы, ребята, отвезите эту… на базу. — Фыркнула тетка. Я с замиранием сердца оглянулась на Джоди. В ее глазах я могла прочитать очень много разочарования и мата в мой адрес. Тут у меня в голове мелькнула очень страшная мысль. — Вы убили кого-нибудь из них? — Как можно безразличнее спросила я. — А зачем они тебе? — Хочу посмотреть в глаза каждому. — Кровожадность у меня получалась хорошо. — И убить каждого своими руками. — Тогда, милая, все останутся живы к твоему прибытию. — И насколько возможно целы, пожалуйста. — Я попыталась сделать такой тон, будто заказываю блюдо в ресторане. — Зачем, милая? — В голосе тетки звякнуло подозрение, и я натянула на лицо холодную маску презрения. — Разумеется, чтобы никто не издох раньше времени. Тетка одобрительно усмехнулась, и пошла куда-то звонить. Я смотрела на Джоди, которую запихивали в машину. Убедившись, что никто на меня не смотрит, я еле заметно подмигнула ей. Джоди отвела взгляд, но я заметила на ее лице тень улыбки. В бункере я уговорила тетку подождать меня вне библиотеки. Забежав, я позвала духов. Они выскочили мне навстречу обеспокоенными. Я шепотом обрисовала им ситуацию. Они смотрели на меня с непониманием. — Ребята, кто-то из вас тащит сюда страничку, а кто-то быстренько объясняет, как заключить с вами контракт. Синий что-то сказал огненному, и он умчался вглубь библиотеки. Я колебалась некоторое время, а потом схватила духа за руку. — А еще… порань меня так, будто меня пытали. Так, чтобы раздеваться не надо было, чтобы показать раны. но и чтобы не видно было. Дух смотрел на меня, и я чувствовала его страх и замешательство. Потом он крепко сжал руками мою голову, и я услышала в своей голове его голос. — Чтобы заключить контракт, ты должна сказать «Духи стихий огня и воды, призываю вас на верную и бессрочную службу. Доверьте мне вашу силу без капли обмана и страха, и я доверю вам свои мысли и сердце.» Ты можешь сказать это с любой громкостью или интонацией, веря, или не веря в происходящее. Что будет дальше — увидишь. Только знай — от выбранной тобой формы наши способности зависеть не будут. Выбери хоть африканских ежиков, мы в любом случае сможем горы свернуть для тебя. — Милая, ты там скоро? — Тетка явно нервничала. — Да, я скоро найду! — Крикнула я, прижимая руки духа к своей голове, чтобы не разорвать контакт. — Пожалуйста, сделай то, что я попросила. это очень важно. Иначе погибнут люди. Много людей. — Хорошо. Ох, как же это было больно. Крови не было, но оттянув в сторону ворот толстовки, я увидела запекшуюся, явно глубокую рану. Такие же, похоже, были на животе, правом плече, и обеих голенях. Я прижала к себе кота, и тихо заскулила. Тот в ответ тихо муркнул, будто желая меня успокоить. Вскоре дух огня вернулся, протягивая мне страничку. Сунув ее в карман, я прошептала надиктованные духом воды слова. Почему-то они отпечатались у меня в голове, будто выжженные металлом. Когда я договорила коротенькое заклинание, все вокруг вспыхнуло, закружилось вокруг меня. Я чувствовала их силу. — Дай мне имя. Дай мне имя. Дай мне имя. — В голове все гудело, но я понимала, что тетка ничего не слышит. — Уго. Хию. — Они знали, к кому какое имя обращено. — Какую форму прикажешь принять, хозяйка? Люди? Нет, неудобно. Надо что-то довольно компактное, но не маленькое, красивое и эстетичное, потому что нельзя портить таких красивых духов невзрачной формой. В голове моей за секунду проносились сотни вариантов. Но один образ вдруг задержался. — Русская борзая. Пожалуйста. — Робко улыбнулась я, не зная, понимают ли они, о чем я говорю, и оценят ли мою попытку придать им элегантности. Однако спустя несколько секунд передо мной стояли две самые красивые борзые, которых я когда либо видела. Рыжая, и белая в сером «плаще». — Какие вы красивые. — Я аккуратно погладила Уго по голове. Он доверчиво подался навстречу прикосновению. Хию обиженно отвернул от меня свой длинный нос. Я слышала в собственной голове его обиду, и не преминула потрепать и его по макушке. Когда я вышла из библиотеки с двумя собаками, тетка выглядела немного разочарованной. — Что-то ты долго, милая. — Вы как-то иначе представляете себе снятие многоступенчатой печати? — Я состроила обиженную моську, и тетка тут же приторно улыбнулась. — Нет, конечно, милая, тебя уже все ждут. В голове моей творился полнейший кавардак, потому что духи в голос закричали о том, что в тетке зло, и ей нельзя доверять. Я мысленно взялась за голову. «Солнышки мои, я знаю, я ее обманываю, чтобы спасти людей.» Борзые успокоились, и все-таки забрались на заднее сиденье, сворачиваясь элегантными клубочками по бокам от меня. По приезде, когда мы вышли из машины, меня довольно грубо потащили в какой-то барак, тем не менее, не препятствуя животным идти за мной. В бараке стояли ребята, и еще куча людей, которые так или иначе фигурировали в сериале, но я не помнила их имен. Сэм посмотрел на меня глазами, полными разочарования, а я даже не подала виду, что смотрела на них, пытаясь понять, действительно ли им не причинили вреда. Не успела я начать играть спектакль, как какой-то колдун, размером со шкаф, начал орать на меня, что я должна заслужить их доверие. Не успела я и слова из его криков разобрать, как старая добрая детская травма дала о себе знать, и на глаза навернулись слезы, а горло передавило спазмом. Впервые в жизни я не кляла себя за защитную реакцию. Наоборот, мысленно пожалела себя, и немного подыграв, вполне по-настоящему расплакалась, причем очень драматично, прямо в лицо этому мужику. Он ошеломленно смолк, а я, смело задрав толстовку так, чтобы было видно рану, которая шла наискосок, через пузо, в голос заистерила, нарочно не давя рвущиеся слезы, которые норовили закончиться из-за отсутствия раздражителя. — По вашему то, чего я натерпелась от них не достаточно? Чего вы от меня ждете, мистер? В бараке повисла звенящая тишина. Я видела, как по лицам Винчестеров пробегают непонятные эмоции. Они наверняка не знали уже, что и думать. — Отдайте мне уже мой гримуар. — Тихо прошептала я. Пока мне торжественно подносили гримуар, я подумала, обращаясь к духам: «Уго. Хию. Вы не знаете, как его активировать?» «Вы решили не читать наши книги?» «Я не успела.» «Сначала разбудите мальчика, потом объясните ему все как можно понятнее. Достаточно попросить его довериться. Страница вернется сама, и после этого вы должны быстро отдать приказ. Приказ о форме. Что-то, с чем вы справитесь без обучения. Это может быть только холодное оружие.» «Спасибо, Хию. Ты лучший. И ты тоже, Уго.» Я аккуратно открыла гримуар. Ник материализовался совсем рядом со мной, и рванул ко мне на руки. Я крепко прижала его к себе, и зашептала ему на ухо: — Эй, Ник. Послушай меня. Я понимаю, что тебе страшно, но у нас нет времени. Сейчас я верну тебе одну очень важную страничку. И ты почувствуешь себя странно. А потом услышишь мой голос. Поверь мне, и послушайся, хорошо? Мы должны побить всех, кто нас с тобой обидел, хорошо? — Уже громко проговорила я последнее предложение. — Да, Кейт. — Хоть уровень мышления Ника и снизился поле того, как мы смыли текст, он все прекрасно понимал. — Я понял, чего ты от меня хочешь. Оставив ребенка, я достала из кармана страничку, и аккуратно расправила ее. Гримуар раскрылся сам собой, и страница стала быстро возвращаться на место. «Хию. Уго. Когда я призову оружие, становитесь драконами. На ваше усмотрение, какими.» «Красиво придумала, хозяйка!» Когда гримуар передо мной засветился, будто портал, а Ник исчез, я тихо, требовательно проговорила: — Пара мечей. Они появились в воздухе, и я быстро перехватила их, краем взгляда отмечая свечение — меняли облик Хию и Уго. — Сэмушка, стань большой тигрой, пожалуйста. — Я почувствовала, как кот спрыгивает с моих плеч, и в этот же момент рядом появилось светящееся пятно, и на пол барака приземлился уже амурский тигр. Я медленными шагами направлялась к толпе пойманных ребят, чувствуя загривком великолепие, шагавшее за моей спиной. Подойдя к ним вплотную, я обернулась к толпе магов, на лицах которых было написано торжество. — Вы ведь не думали, что все так просто? — Я усмехнулась, и подняв правую руку с мечом, эпично приказала. — Взять, ребятки. Только не убейте никого, трупы мне сегодня жечь неохота. Еще насколько секунд я упрямо нагнетала в голове мысль, желая передать ее магам. «Вы испытаете сейчас такой ужас, что будете ловить панические атаки только от упоминания моего имени.» Видимо, сработало, потому что в толпе магов послышались крики ужаса, и один за другим стали вспыхивать и пропадать порталы. Пока не исчез последний маг, я стояла неподвижно. Потом обернулась к ребятам, глядя поверх других пленников прямо на Винчестеров, со смехом проговорила: — Пафосно-то как, пафосно! — И пошла к ним, по пути разрезая веревки, которыми были привязаны к потолку другие люди. Дин некоторое время смотрел на меня с осуждением, а потом покачал головой: — Актриса. Я даже поверил. Почти. — Почти? — Подколол его Сэм. — А кто тут сыпал проклятиями? — Кто? — Тут же удивленно приподнял брови Дин. — Блин, ребята, как же я соскучилась. — Сгребая братьев в охапку, тихо вздохнула я, хоть это и было невыносимо больно моему пузу, плечу, и руке. — Дин, если ты скажешь забирать ее, я отказываюсь. — Послышался сбоку голос Джоди. — Во-первых эта хитрая лиса вытащит мне всю душу, да и девчонкам тоже, а во-вторых я весь этот зверинец терпеть не буду. Я тихо рассмеялась, и подошла к женщине, не колеблясь ни минуты. Крепко обняла, не смотря на боль. Как я хотела с ней познакомиться… — Простите меня. Я правда не хотела вас разочаровать, Джоди. — Разочаровать? Ни в коем случае! Приезжай в гости. Только без тигра. — Он будет котом. — Усмехнулась я. — Ладно, ребята, поехали домой, спеку вам пирожков. Я видела, они заботливо сныкали Импалу под тент. — Я махнула рукой с мечом. Потом мысленно обратилась к Нику: «Солнышко мое, давай обратно в книжку и ребенка.» Мечи в моих руках растворились, и тут же рядом материализовался Ник с «Разумом» в руках. — Красиво, Кейт, как в книжках. — Спасибо. Было так ненатурально, что я сама удивилась, как они не поняли. — Что ты там говорила про пирожки? — Подал голос Дин.