Пепел неоновых роз.

Голубое небо медленно окрашивается в ярко оранжевый с переливами розового и фиолетового оттенков, с Запада дул прохладный ветерок, солнце садилось за горизонт отдавая полномочия красавице луне. Ровно также как небо, плечо рыжеволосого окрашивалось в ярко алый - белую рубаху придётся выбросить. В дали послышались крики и лай охотничьих собак. - Хей, Чуя! Ты в порядке? - раздался обеспокоенный голос второго юноши. Дазай старался избежать таковой ситуации, продумывал план побега как можно лучше, но все старания пошли на смарку. Дазай Осаму и Накахара Чуя являлись наследниками знатных семей, что не давало возможность им быть вместе, да и дворянское общество явно осудило бы их действия. Они хотели бежать. Бросив всё сбежать отсюда - из этого до отвратности противного место, где аристократы натягивали добродушную маску скрывая звериный оскал, где правители не творили добро во благо народа, где знатные семьи не думали о благополучии своего ребёнка. И вот сейчас, когда они уже почти добрались до границы их нагнал Берольд Накахара - отец Чуи. Ему не жалко убить собственного сына - это всё во благо чести семьи и какой-то отпрыск не посмеет запачкать их славное имя. Осталась буквально пару метров и они смогли бы скрыться. Торчащая из левого плеча голубоглазого стрела не давала Осаму покоя. Она чуть не задела сердце. Со лба рыжеволосого стекали капельки пота - ему явно тяжело идти даже опираясь на плечо шатена, глаза начинали понемногу мутнеть, но он держался. - Осаму, оставь меня, - голос тихий, тело слабеет с каждой минутой. Он понимает, что ничего у них не получится, но если Дазай бросит его, то сможет сбежать и наконец заживёт свободной жизнью, что не будет сдерживаться оковами под названием "этикет" и " семья". Шатен замер на секунду, после чего лишь сильнее подхватил слабое тело, будто готовый идти с ним до конца, даже если этот конец уже совсем близок. - Ни за что. Пойми Чуя - ты единственное, что у меня есть, я не смогу жить без тебя. И я ни о чем не жалею, - мягкая улыбка тронула его губы ощутив как Накахара вздрогнул. Чувство вины покалывало где-то в груди рыжеволосого, заставляя Накахару покрыться мурашками. Ему жаль, что всё закончится так.. Тем временем Берольд со своим отрядом почти нагнали их окружая со всех сторон. Конец рядом. Смерть дышит в спину, щекочет затылок своими костлявыми руками тихо посмеиваясь. - Я слишком редко говорил тебе это, я так сильно тебя люблю, Чуя. Каждой клеточкой тела, - они остановились понимая всю безысходность положения. Дазай сильнее обнял рыжеволосого, касаясь его лба своим, буквально готовый лезть вон от отчаяния,- Даже если бы мне предоставили выбор: прожить длинную жизнь, но без тебя или столь короткую, но с тобой, я бы без раздумий выбрал тебя. Чуя улыбнулся крепче обнимая шатена наслаждаясь последними минутами жизни. А ведь им всего шестнадцать. Они же ещё такие молодые. Столько мест они хотели посетить вместе, испробовать всё что только возможно, но жизнь распорядилась иначе. - Я люблю тебя не меньше, Осаму, - стрела пропитанная ядом прошибла его спину насквозь заставляя если не вскрикнуть, то тихо зашипеть от боли. У обладателя карих глаз ситуация была не лучше: одна стрела торчала из левого бока, покрываясь кровью, вторая чуть ближе к правому плечу. А может... *** Высокий мужчина в белом халате захлопнул книгу. Девочка лет восьми недовольно двинулась с колен грозно смотря на своего опекуна. - Ринтаро, ты не дочитал! - уперев руки в бока маленькая Элиза обидчиво надула щëки. - Моя дорогая Элис, разве конец не очевиден? - он отложил книгу на близ стоящий столик и взглянул в камин, в глазах его отражался полыхающий яркими языками огонь, - В конце точно появится герой, что спасёт пару и всё будет хорошо, они проживут долго и счастливо, а после умрут в один день, - слащавая улыбка коснулась губ врача. - Ты не можешь знать, не ты ведь автор, - спрыгнув с колен светловолосая плюхнулась на соседнее кресло всё также недовольно глядя то на Мори, то на книгу. Как жаль, что слова Огая оказались неправдой.