Спрятанная

Несса.

— Вас видели не менее семи магглов! Вы хоть представляете, насколько это серьезно? — кричит Северус на очень застенчиво выглядящих Гарри и Рона. Очевидно, они опоздали на поезд в Хогвартс – не смогли пройти через барьер – поэтому летели на заколдованной машине отца Рона всю дорогу до Хогвартса. И были замечены... Честно говоря, они поступили довольно глупо. Почему Гарри не мог просто послать сову в школу? Я возвращаюсь к разговору.  — Если бы вы были в Слизерине и ваши судьбы зависели от меня, вы оба отправились домой этим же вечером! Как бы то ни было... — начинает Северус, но в комнату входят двое, прерывая его. Альбус и Минерва. – Но это не так, – говорит Альбус, проходя вперед.  – Здравствуйте, профессор Дамблдор. Профессор МакГонагалл, – здоровается Гарри. – Эти двое принадлежат факультету Минервы, и поэтому кажется уместным, что она должна решить, что будет с ними обоими, не так ли, Северус? — спрашивает Альбус. Северус стискивает челюсти, но натянуто кивает.  — Тогда мы пойдем за нашими вещами, — с несчастным видом подает голосРон.  – О чем вы говорите, мистер Уизли? — резко спрашивает Минерва.  — Вы же собираетесь исключить нас, да? — спрашивает он, глядя себе под ноги.  – Не сегодня, мистер Уизли. Но вы оба будете задержаны, и у Гриффиндора отнимут очки... — начинает Минерва, но Гарри перебивает. — Разве мы не должны получать только задержания, профессор? Когда мы были в машине, технически семестр еще не начался, так что Гриффиндор не должен терять никаких очков, не так ли? — нахально спрашивает Гарри. Я ухмыляюсь. Хотя он прав. Клянусь, Минерва тоже ухмыляется.  — Ладно, я не вычту баллов у факультета. Но наказания не избежать, будете после уроков выполнять общественно полезные работы. А теперь идите прямо в свои спальни – я распоряжусь, чтобы вам обоим принесли еду. Вперед, – говорит она, и Гарри с Роном выходят из комнаты. Вот тогда я даю о себе знать.  – Ах, я и думал, что ты подслушиваешь, Несса, — улыбается Альбус. Я улыбаюсь в ответ и киваю.  — Гарри умный, – хихикаю я. Северус свирепо смотрит на меня.  – Он – ищущий внимания сопляк, – ворчит он, заставляя меня усмехнуться. – Это не значит, что ты должен быть к нему так строг. Он неплохой ученик, – защищаю я. Северус прищуривает глаза, а я закатываю свои. – Я согласна, что брать летающую машину было довольно глупо. Он должен был просто послать сову Альбусу, – говорю я, на что директор кивает.   – Они явно не думали, – огрызается Северус. Я закатываю глаза, машу всем на прощание и выхожу из комнаты.  *** – Позвольте мне представить вам вашего нового преподавателя Защиты от Темных искусств... меня, – произносит Локонс, входя в комнату, самодовольно представившись. Я усмехаюсь и закатываю глаза. О, Мерлин. Этот идиот думает, что он – лучшее, что есть на свете.  — Я — Златопуст Локонс, рыцарь ордена Мерлина третьей степени, почетный член Лиги защиты от темных сил и пятикратный обладатель приза «Магического еженедельника» за самую обаятельную улыбку. Но не будем сейчас об этом. Поверьте, я избавился от ирландского привидения, возвещающего смерть, отнюдь не улыбкой! – Говорит он, ухмыляясь и смеясь, заставляя меня поморщиться. Все девушки в комнате начинают падать в обморок, а я закатываю глаза. Все мальчики выглядят отвратительно, и, честно говоря, я чувствую то же самое. Я не хотела, чтобы Альбус нанимал Локонса, зная, какой он заносчивый придурок, но директор не смог найти никого другого. – Сегодня я вас научу, как обуздать самые мерзкие создания, существующие в мире магов и волшебников. Предупреждаю: вы будете лицезреть в этой комнате нечто экстраординарное, – говорит Локонс, поворачиваясь к чему-то, похожему на клетку, накрытую одеялом, – я должен попросить вас не кричать. Теперь все выглядят по-настоящему напуганными, всем интересно, что находится под простыней. Я закатываю глаза. Вероятно, это будет что-то действительно простое, и он просто делает шоу. — Это может их спровоцировать! – вскрикивает мужчина, срывая простыню, и все вздрагивают еще до того, как видят, что находится в клетке. Но как только хорошенько разглядывают существ, они начинают смеяться, вздыхать с облегчением, даже насмехаться. Я, конечно, издеваюсь.  – Корнуэльские пикси? – спрашивает Симус Финниган, посмеиваясь. В клетке, которую только что открыл Локонс, около двадцати существ; маленькие голубые создания с большими черными глазами, крошечными голубыми крыльями и большими заостренными голубыми ушами. На самом деле довольно мило. Я помню, как узнала о них, когда мне было шесть лет. С ними легко справиться, пока вы остаетесь спокойными. Однако это вредные мелочи могут и напасть, если не знать, как с ними обращаться. Я всегда представляла их немного похожими на близнецов Уизли. Временами они могут быть серьезными и спокойными, когда люди или ситуация вокруг них таковы, но как только вы начинаете расслабляться, они ищут способы создать проблемы. И если не присматривать за ними, то что ж... – Смейтесь, если хотите, мистер Финниган! Корнуэльские пикси могут быть чрезвычайно озорными! – Что ж, тут он не ошибся. – Давайте посмотрим, что вы с ними будете делать, – кричит он, открывая дверцу клетки. Это было ошибкой. Сразу же все пикси вылетают из клетки, влетая людям в волосы, заставляя их подпрыгивать и нырять в укрытие. Пикси, похоже, понимают, что в классе нет никакого контроля – ничто не мешает им делать то, что им нравится. Так что существа вырывают страницы из книг, бросают бутылки с чернилами в головы студентов, срывают картины со стен, крадут книги и перья и умудряются поднять Невилла с земли за его бедные уши, зацепив его мантию за люстру. Я в шоке оглядываюсь по сторонам. Никогда не видела, чтобы пикси настолько выходили из-под контроля! Просто показывает, насколько плохой учитель Локонс. Я замечаю, что все выбегают из класса, прикрываясь, пока пикси продолжают швырять в них всякой всячиной. Я замечаю знакомую копну светлых волос, и Драко замирает на пути к двери, его серо-голубые глаза впиваются в мои. Я чувствую, как мои собственные карие глаза расширяются от страха, но не могу пошевелиться, не могу спрятаться. Он уже видел меня. Несколько раз. Малфой знает, что я ему не мерещусь. К счастью, кто-то хватает Драко за руку – Винсент Крэбб или Грегори Гойл, я не знаю, кто из них кто — и вытаскивает его за дверь, разрывая зрительный контакт со мной. О, Мерлин, помоги мне. Сразу после того, как я обнаружила свои способности, и Альбус сказал мне быть особенно осторожной... Мерлин. Что, во имя Салазара, я собираюсь делать? Должна ли я рассказать ему? Или Северусу? Конечно, они бы поняли... но опять же, они могут и не сделать этого. Особенно после того, как я обнаружила свои способности. Мерлин. – Пескипикси пестерноми! — вопит профессор, выбегая на лестничную площадку над классной комнатой, но абсолютно ничего не изменяется. Пикси выхватывают палочку прямо у него из рук, направляя ее на скелет древнего... чего-то... и заставляя его рухнуть на землю. Тот разбивается на крошечные осколки. Вау. Пикси лучше разбираются в магии, чем Локонс. — Прошу вас, друзья, загоните оставшихся пикси обратно в клетку, – выпаливает Гилдерой, указывая на Гарри, Рона и Гермиону, которые теперь остались единственными тремя людьми в классе, не считая Невилла. Затем мужчина криво ухмыляется, вбегает в свой кабинет и закрывает за собой дверь. Я снова обращаю свое внимание на троицу. Пикси хватает Гермиону за волосы и начинает дергать за них.  — Отцепись от меня!  — Стой спокойно! — командует Гарри, замахиваясь книгой, отчего синее существо улетает. — Что нам теперь делать? — спрашивает Рон, всегда готовый помочь. Гермиона вытаскивает палочку из мантии и встает.  Сразу же все пикси, летающие по комнате, замирают. Они растерянно моргают, как будто удивляясь, почему не могут пошевелиться. После минутного молчания Невилл произносит:  — Почему всегда я? — спрашивает он. И я не могу не согласиться. Бедный мальчик.  *** – О, разве ты не самый великолепный феникс? – воркую я, гладя Фейбл по голове и позволяя ей уткнуться в мою руку. Теперь она полностью взрослый феникс — с красными, оранжевыми и золотыми перьями, покрывающими все тело. Ее клюв вместо черного, как у большинства фениксов, светло-коричневый, а глаза вместо черных светло-голубые. Необычно, да, но я думаю, что это делает ее еще красивее.  – Как тебе идея, если мы представим тебя твоему дяде, Фоуксу? – тихо спрашиваю я ее. Она нежно покусывает мои пальцы, и я хихикаю, принимая это за согласие. Похлопываю себя по предплечью, и она запрыгивает на него, оказавшись на удивление легкой для птицы ее размера. С головы до пят она, наверное, длиной с мою голову и туловище вместе взятые. Я выхожу через специальный дверной проем в своей комнате и направляюсь вниз, в кабинет Дамблдора. Его глаза загораются, когда он видит ее, и он улыбается, создавая насест рядом с Фоуксом. Я улыбаюсь им обоим, когда они наклоняют головы, изучая друг друга.  – Эй, Фоукс, это Фэйбл, феникс, которого подарил мне Альбус, – тихо говорю я, Фоукс визжит в ответ. — Фэйбл, это Фоукс. Помнишь, сколько я тебе о нем рассказывала? – мягко спрашиваю я. Словно отвечая на мой вопрос, Фэйбл спрыгивает с моей руки на свободный насест, который сделал Альбус. Я ухмыляюсь, а затем сажусь перед директором. Его глаза мерцают, и я знаю, что он хочет мне что-то сказать, поэтому просто молча жду этого.  – У Гарри и Рона завтра вечером задержания, – говорит он. Я поднимаю бровь, удивляясь тем, как это касается меня. – Я бы хотел, чтобы ты пошла с Гарри. Он отбывает наказание вместе с Локонсом, и я хочу знать, не направляется ли профессор его не в то русло. Просто держи меня в курсе. И помни – не показывайтесь на глаза, — предупреждает он. Я просто киваю. Я могу это сделать. Проще простого. Но, по крайней мере, теперь я знаю, что определенно не могу рассказать Альбусу о том, что Драко снова видел меня. Он никуда меня не отпустит. И он, вероятно, наказал бы меня. Видите ли, Альбус действительно редко назначает наказание. Обычно он оставляет это для других учителей. Но когда он их назначает… Мерлин, лучше быть поосторожнее!  *** – Гарри, Гарри, Гарри, – говорит Локонс, заставляя меня резко проснуться. О Мерлин, я, должно быть, задремала. В конце концов, я уже несколько часов слушаю тут. Все, что они делают — отвечают на письма фанатов. Мне пришлось слушать, как Локонс ведет себя как эгоцентричный сопляк, все время рассказывающий о себе.  – Можешь ли ты придумать какой-нибудь способ отбыть наказание лучше, чем помочь ответить на письма от фанатов? – спрашивает профессор, заставляя меня закатить глаза. Эээ... сложный вопрос... дайте мне подумать секундочку... Да! Я бы предпочла, чтобы меня подвесили вниз головой за ногти на ногах в подземельях! Я слышала, как Аргус бормотал о том, что это было "доброе старое наказание". И, честно говоря, сейчас это кажется замечательным по сравнению с этой пыткой. – Нет, – лжет Гарри, вероятно, пытаясь сохранить хорошие отношения. Эх, это мог бы быть умный ход, но если бы я была студентом, не думаю, что когда-нибудь смогла бы это сделать. Я знаю Локонса всего несколько недель – ну, давайте посмотрим правде в глаза, я даже не встречалась с ним лично — и, вероятно, еще слишком рано судить его, но мне действительно все равно. Я думаю, это моя слизеринская сторона снова выходит наружу. Но честно... он – эгоцентричный придурок. Не годится для преподавания. Если бы только кто-то другой захотел получить работу... В этот момент я вернула бы Квиррелла обратно. Может быть.. – Что-что? — спрашивает Гарри.  — То, что ты слышишь, мой мальчик, — ответил Локонс. — Целых полгода без перерыва на первом месте в списке бестселлеров! Такого еще не бывало! — Я не об этом, — лихорадочно замотал головой Гарри. — Голос! — Голос? — озадаченно переспросил Локонс. — Какой голос? — Голос, который сказал… вы ничего не слышали? — О чем ты, Гарри? Может, ты задремал? Посмотрим, который час! Ого! Мы просидели здесь почти четыре часа! Кто бы мог подумать! Время пролетело как один миг! Я останавливаю стон, срывающийся с моих губ. Неудивительно, что я заснула! – Да. Жутковато, — это все, что говорит Гарри, глядя в потолок. И теперь я действительно в замешательстве. Как будто я только начинаю осознавать, что Гарри сказал по поводу бреда. Он услышал голос. Голос, который мог слышать только он... нехорошо.  Я смотрю, как Гарри собирает свои вещи, направляясь к выходу из комнаты, выскальзываю через проход в стене, затем внимательно следую за ним, держась поближе к теням и колоннам. Он прижимает руки к стене, даже пару раз прикладывает к ней ухо, пока бежит. Должно быть, он снова слышит этот голос.  — Гарри! – кричит Гермиона, они с Роном приближаются. — Мы искали… – Вы слышите это? — отчаянно перебивает ее Гарри. – Слышим что? – спрашивает Рон.  — Этот голос, – отвечает Гарри. Ага. Он определенно слышит его снова. Я слушаю, заинтригованная.  – Голос? Какой голос? – переспрашивает Гермиона, сразу же выглядя обеспокоенной. И у нее есть на то веские причины.  – Этот... — начинает Гарри, но затем замолкает, напрягаясь и глядя поверх голов своих друзей. – Снова. Оно кого-то убьет, — говорит он, убегая. Мои глаза расширяются. Убьет...? Э-э-э... это вообще не хорошо. Гермиона и Рон бегут за ним, призывая притормозить. Я подкрадываюсь к ним сзади и прячусь за колонной, когда они останавливаются как вкопанные. Заглядывая в щель между колонной и стеной, я вижу, на что они смотрят. Мерлин. Весь пол залит водой, а на стене надпись, большие красные буквы медленно капают на пол. И это еще не все. Кошка – точнее, миссис Норрис — висит на стене, подвешенная за хвост и выглядит мертвой.  — Тайная комната снова открыта. Трепещите, враги наследника! — читает Гермиона. Затем она сглатывает. – Это написано кровью. – Миссис Норрис! – внезапно ахает Гарри, заметив кошку. Он медленно подходит к ней, Гермиона и Рон остаются на месте.  — Нам нужно идти, — внезапно говорит Рон. И я с ним согласна. Они должны уйти. – Если нас здесь поймают... — он замолкает. Слишком поздно. Несколько групп людей начинают прибывать с каждого конца коридора, блокируя троицу. Они все замолкают. – Трепещите, враги наследника? – спрашивает Драко, затем поворачивается, чтобы посмотреть прямо на Гермиону. — Сначала кошка, а вы будете следующими, грязнокровки, — усмехается он, заставляя меня жутко разозлиться. Я прижимаю руку ко рту, чтобы не выкрикнуть ответ. Он не просто так назвал ее... Он действительно нехороший. И он мне не нравится. Вообще. Ни капельки. Как ему вообще удается так называть кого-то?! Рон встает перед Гермионой, защищая ее, и я испытываю к нему уважение. Затем полностью забываю о Драко, когда слышу голос последнего человека, который должен быть здесь. Аргус. – Что все это значит? Расступитесь, расступитесь, – говорит Филч, проталкиваясь сквозь толпу. Он видит надпись на стене и Гарри, стоящего перед ней, нахмурившись, он идет вперед. — Что ты... — он замолкает, его глаза расширяются, когда он замечает свою кошку, мертвую, свисающую со стены. — Миссис Норрис, – шепчет он, а затем поворачивается к Гарри, в его глазах намек на безумие смешивается с гневом. — Что с моей кошкой? Что? — завопил он, выпучив глаза. — Это ты! — взвизгнул Филч. — Ты убил мою кошку! Да я тебя самого… Ах, ты… — Успокойтесь, Аргус. — произносит знакомый голос, заставляя меня вздохнуть с облегчением, когда Альбус, Северус и Минерва появляются вместе со многими другими учителями.  – Пожалуйста, держите себя в руках. А теперь, все, пожалуйста, возвращайтесь в свои спальни. Все, кроме... вас троих, — говорит Альбус, указывая на гриффиндорскую троицу. Алое трио? Золотое трио? Да. Золотое трио. Теперь я буду звать их так. Все уходят, оставляя золотое трио и учителей позади.  – Она не умерла, Аргус. Она оцепенела. — А, я так и думал! – вмешивается Златопуст, заставляя меня закатить глаза. — Так не повезло, что меня там не было — я знаю точное контрзаклятие, которое могло бы спасти ее, — хвастается он. Я чуть ли не стону. Идиот. А буквальном смысле нет контрзаклинания для того, кто окаменел! Просто нужно приготовить зелье из мандрагоры! Альбус поднимает брови, но решает избавить профессора от унижения и игнорирует его.  – Моя кошка оцепенела! Я хочу увидеть, как виновный понесет за это наказание, — Аргус плачет, настоящие слезы текут из его глаз. Мне почти жаль его. Почти.  – Мы сможем вылечить ее, Аргус. Как я слышал, у Помоны на подходе довольно здоровый росток Мандрагоры, — говорит Альбус, указывая на невысокую и пухлую женщину с розовыми щеками и седыми вьющимися волосами. Она глава Пуффендуя и очень милая, по крайней мере, я так слышала. – Я должен спросить вас троих, почему вы были здесь в это время? – спрашивает Альбус, возвращая взгляд к Гарри, Рону и Гермионе.  – Мы не прикасались к миссис Норрис. И мы даже не знаем, что означает надпись на стене! — воскликает Гарри, защищаясь.  — Возможно, Поттер и его друзья просто оказались не в том месте, не в то время, — Вмешивается Северус, заставляя мои брови приподняться. Он действительно заступается за Гарри? Вау, это необычно. — Однако... обстоятельства подозрительны... Я, например, не припомню, чтобы видел Поттера за ужином, — продолжает зельевар. Он вернулся к нормальному состоянию. Жизненный кризис миновал. Я подумала, что он внезапно начал влюбляться в Гарри.  — Боюсь, это моя вина, профессор. Гарри отбывал наказание вместе со мной, – перебивает Локонс, наконец-то с его губ слетает что-то, что не заставляет меня закатывать глаза.  — Это все еще не объясняет, почему он был здесь. И почему вы двое с ним, — стоит на своем Северус, указывая на Рона и Гермиону.  — Мы рано поужинали и пошли искать Гарри, думая, что он, должно быть, к тому времени закончил свое наказание. Мы только нашли его, когда он сказал... — Гермиона замолкает.  — Что сказал? — резко спрашивает Северус.  — Сказал, что не голоден, — врет Гарри. – Мы направлялись в общую комнату, когда нашли миссис Норрис. — Он невиновен, пока не доказано обратное, Северус, – говорит Альбус, заставляя дядю Сева нахмуриться. Ха, он действительно хотел, чтобы у них были неприятности. Альбус отправляет их спать, а затем учителя тоже исчезают, все, кроме трех моих любимых людей. Я раскрываю себя.  – Ты действительно слишком строг к ним, дядя Сев. Они невиновны, ты же знаешь, — говорю я, заставляя Северуса свирепо смотреть на меня сверху вниз.  — Ах, Несса. Как прошло задержание Гарри? Что здесь на самом деле произошло? — спрашивает Альбус.  – Ух, — стону я. – Локонс – идиот. Он такой заносчивый и скучный – честно говоря, я бы почти вернула Квирниуса обратно в тот момент, — признаю я, заставляя Северуса ухмыляться мне, Минерву хмыкнуть, а глаза Альбуса мерцать. Я думаю, они все тоже его не очень любят. – Задержание Гарри являлось четырьмя часами скуки, Локонс болтал сам с собой, как будто он что-то удивительное — хотя, честно говоря, я не могу вспомнить большую часть — я заснула, — признаюсь я, вызывая у Альбуса легкий смешок. — В любом случае, ближе к концу Гарри начал немного пугаться, потому что продолжал слышать голоса, которые ни Локонс, ни я не слышали. Он ушел и столкнулся с Роном и Гермионой, прежде чем кратко рассказать им о голосе и снова убежать. Они нашли это место точно таким, какое оно есть сейчас – они никак не могли ничего сделать сами – я все время наблюдала, — подвожу итог я, заставляя трех учителей замолчать.  — Спасибо, Несса, — тихо произносит Альбус. — Я думаю, тебе уже пора спать. Я слегка хмурюсь, но киваю и ухожу. Альбус просто пытался избавиться от меня?