Спрятанная

Драко.

— Профессор Снейп! Мне нужно с вами поговорить! – крикнул я, вбегая в его класс. Останавливаюсь как вкопанный, когда добираюсь до двери. Я вижу, как прядь темно-каштановых волос исчезает в стене, прежде чем Снейп закрывает мне обзор. Вот дерьмо. Она была здесь. Именно тогда.  — Чего ты хочешь? — огрызается Снейп, явно раздраженный.  — Поговорить о Нессе. Он стискивает челюсти.  — Мне жаль. Я не могу тебе помочь. Забудь все, что я тебе сказал. Я хмурюсь.  – Что? Почему? — спрашиваю я, замечая в собственном голосе отчаяние. Снейп долго смотрит на меня своими холодными глазами, прежде чем, наконец, вздыхает.  — Несса столкнулась с боггартом после того, как ты ушел. — И? — И... ты появился. Прежде чем я успеваю ответить, он продолжает. — Ты был с Волдемортом, и рассказал ему о ней. Это ее самый большой страх, Драко. И вот почему я ошибся, вообще рассказав тебе о ней. Я моргаю, чувствуя себя по какой-то причине ужасно. Я бы никогда не рассказал о ней Волдеморту. Его даже нет в живых! Так что я был прав с самого начала. Несса боится меня. Но она не просто боится меня, я — ее самый большой страх. Она в ужасе от того, что я кому-нибудь расскажу и информация попадет не в те руки. Она мне совсем не доверяет. На самом деле, вероятно, вообще никому не доверяет. За исключением Снейпа. И Дамблдора. И МакГонагалл. Может быть, Люпина. И Поттера. Внезапно я начинаю его ненавидеть даже больше, чем обычно. Как получилось, что она нормально относится к нему — обнимает, но прямо-таки в ужасе от меня?  — Но Поттер видел ее. И он знает о ней. Он встречал ее! Почему мне нельзя? — спрашиваю я, внезапно разозлившись. Снейп смотрит на меня, снова раздраженный.  — Потому что она не боится Поттера. Кому он может рассказать? Вести непринужденную беседу за чашкой чая с Волдемортом? Поттер даже никому не рассказал. И если он это сделает, то только Уизли и Грейнджер, и они все равно никому не расскажут. Она боится тебя из-за того, что ты видел ее много раз, и Несса не знает, рассказывал ли ты кому-нибудь о ней уже или нет. Она ничего не знает о тебе, кроме того факта, что твои родители — пожиратели смерти, и это ее пугает. Она знает все о Поттере – практически все знают – и понимает, что даже если он кому-то расскажет, этот человек не будет контактировать ни с кем на темной стороне. Ты, однако, — совсем другая история, — насмехается надо мной Снейп. Я пристально смотрю на мужчину, открываю рот, чтобы накричать, но что-то останавливает меня. Он прав. Святой Хаффлпафф, он прав. Я знаю, что никому не скажу, но она этого не знает. Она вообще ничего обо мне не знает. И теперь я снова чувствую себя дерьмово. Она ненавидит меня. Несса, возможно, даже не ненавидит меня, она просто боится. Я — ее самый большой страх. Она так боится того, что я сделаю, узнав о ней. Так напугана, что я расскажу кому-нибудь опасному, и они будут преследовать ее. Долго молчу, но, наконец, отвечаю.  — Ну, в следующий раз, когда увидите ее, дайте знать, что я никогда никому не скажу, — тихо говорю я, прежде чем уйти.

Несса.

— Альбус! На полную леди совершено нападение! – кричу я, врываясь в его кабинет. Он немедленно вскакивает на ноги и направляется к своей двери. Я следую за ним.  – Держись подальше от посторонних глаз, — это все, что он говорит, прежде чем уйти, к нему присоединяется Аргус. Я делаю, как он говорит, направляюсь в общую комнату Гриффиндора и выглядываю за происходящим через щель в стене.  — Дорогу! — кричит Альбус, за ним следует Филч, оба они пытаются протиснуться сквозь толпу гриффиндорцев, которые хотят войти в общую комнату.  — Вы слышали директора! Отойдите! – вторит им Перси. Наконец, Альбус получает четкое представление о портрете, и я тоже. Леди пропала, и на картине появились огромные разрывы, задняя панель покрыта царапинами. Альбус пристально смотрит на это, но Аргус гораздо умнее. Он поворачивается и начинает обыскивать другие портреты.  — Соберите призраков, мистер Филч. Скажите им, чтобы нашли полную леди, — приказывает Альбус.  — Нет никакой необходимости в призраках. Леди там, — отвечает Аргус, указывая на портрет на уровне выше и дальше вдоль стен. Я быстро ныряю обратно в свой проход, направляясь к другому месту, откуда мне открывается хороший обзор. Она прячется за носорогом на картинке с сафари. Несколько студентов окружают портрет, но Альбусу удается прорваться.  – Моя дорогая леди, кто сделал это с вами? — спрашивает он, когда она выглядывает из-за животного.  — У него глаза, как у дьявола. Он здесь, директор, где-то в замке. Сириус Блэк! — хнычет она, снова прячась за носорога. Некоторые студенты бегают вокруг, некоторые замирают с широко раскрытыми глазами. Что касается меня, то я определенно второй вариант. Страх окутывает меня. Я не могу пошевелиться. Нет. Сегодня никуда не пойду. Убийца моего отца разгуливает по замку. Ага. Определенно убежал, чтобы где-нибудь спрятаться. Ремус. Он знал Сириуса. Может быть, он мог бы рассказать мне о нем больше...  Наконец, мои ноги, кажется, вновь обретают чувствительность, и я поворачиваюсь и бегу к классу защиты. В кабинет Ремуса. К моему удивлению, Гарри уже там. Ремус встает, как только видит меня, и, шокировав, притягивает к себе, чтобы обнять. Я напрягаюсь на мгновение, но медленно расслабляюсь, обнимая его за спину.  – Мне так жаль, — говорит он. Я просто вздыхаю, закрывая глаза. Разве это плохо, что я чувствую себя в безопасности в объятиях Ремуса? Разве это плохо, что чувствую, что он понимает? Да. Я не должна ни к кому привязываться. Кроме Сева, Минервы и Альбуса, конечно. Я не должна была так легко доверять Ремусу. Отстраняюсь и заставляю себя улыбнуться.  – Спасибо, – отвечаю я чуть громче шепота.   — Что происходит? — спрашивает Гарри, вставая и подходя ближе. Мы обмениваемся понимающим взглядом.  — Сириус Блэк убил отца Нессы вместе с двенадцатью другими магглами, — наконец говорит Ремус, понимая, что я не хочу об этом говорить. Несмотря на то, что я не помню своего отца, мне больно думать, что этому волшебнику-убийце удалось забрать человека, который мог бы вырастить меня. Который мог бы позаботиться обо мне. Который мог бы полюбить меня.  Наступает мгновение тишины, Гарри смотрит на меня, после того как Ремус заканчивает говорить. Затем, удивляя меня еще раз, Гарри подходит и притягивает меня для объятий. Я замираю на секунду, зная, что мне не следует так легко доверять и ему, но потом сдаюсь. С легким вздохом обнимаю его в ответ, пряча лицо у него на груди.  — Он преследует меня, ты знаешь? — шепчет он мне на ухо. Я просто киваю, ведь действительно знаю. На самом деле, думаю, что знаю об этом больше, чем Гарри. Он не знает, что Сириус дружил с его отцом в школе, не знает, что Сириус предал Лили и Джеймса и теперь он вышел, чтобы завершить дело. Я открываю рот, чтобы сказать ему, но не могу заставить себя. Вместо этого просто сжимаю его крепче, отбрасывая всякую осторожность. Ладно, ладно, я доверяю ему. Знаю, что не должна, знаю, что не могу позволить себе доверять ему, но... какой от этого будет вред? Он Гарри Поттер. И, насколько я знаю, он никому не рассказывал обо мне, и даже если расскажет, что ж, это будут просто Рон или Гермиона, и, честно говоря, какой вред они могут причинить? Волдеморт, если он когда-нибудь вернется, охотится за Гарри. Не думаю, что Гарри немного поболтает с ним, пока они будут убивать друг друга. "О, и, кстати, у Марии Гриндельвальд был ребенок, который стал еще более могущественным, чем она когда-либо была." Я улыбаюсь искренней улыбкой, и отпускаю Гарри. — Спасибо, — говорю я снова.  — Гарри, тебе, наверное, стоит спуститься в Большой зал — все будут ждать тебя, – добавляет Ремус. Гарри кивает и выходит из комнаты, мчась вниз по коридору. Ремус поворачивается ко мне.  – Я полагаю, у тебя была причина прибыть именно сюда в этот момент времени? Я ухмыляюсь и киваю.  – Да. Мне было интересно, не мог бы ты рассказать мне больше о Сириусе. Видишь ли, все, что я знаю, это то, что он учился с тобой в школе и предал родителей Гарри. Ремус кивает и жестом приглашает меня сесть. — Что ж, ты права. Сириус был в той группе: он, я, Джеймс и Питер Петтигрю. Мы все делали вместе и были совершенно неразлучны. Когда мы услышали, что Волдеморт охотится за Поттерами, конечно, хотели защитить нашего лучшего друга и его семью. Поэтому они где-то спрятались и назначили Сириуса своим тайным хранителем. Он, очевидно, предал их, продав Волдеморту. После того, как они умерли, Сириус как будто стал совершенно другим человеком. Он стоял посреди улицы недалеко от места, где были убиты Лили и Джеймс, откинул голову назад и рассмеялся. Авроры попытались схватить его сразу же, но с помощью одного-единственного смертельного проклятия он убил тринадцать магглов вместе с Питером. Все, что осталось от Питера, – это палец. Это все, что они смогли найти. Очевидно, авроры схватили его, и он пробыл в Азкабане двенадцать лет, прежде чем ему удалось сбежать на эти последние каникулы. Ходят слухи, что он охотится за Гарри – хочет закончить то, что начал. Убить всех Поттеров. И я предполагаю, что слухи верны. В конце концов, он напал на портрет, – объясняет Ремус. Я просто бездумно смотрю на стол. Хладнокровный убийца сбежал и нападает на школу.  — Он не знает, что я существую, не так ли? Ну, Сириус. Ремус качает головой. — Нет. Ты в безопасности, — успокаивает он. Я просто киваю и встаю.  — Спасибо. Наверное, мне стоит пойти сказать Альбусу или дяде Севу, что со мной все в порядке, — говорю я, Ремус кивает. Я выхожу из его комнаты в пустой коридор. Конечно, все собрались в Большом зале. Я держусь поближе к стенам, просто на случай, если кто-нибудь будет идти и мне придется прятаться. Я пробираюсь в вестибюль через один из своих секретных проходов и замечаю, как все студенты забираются в фиолетовые спальные мешки. Альбус и Северус разговаривают рядом со мной, и Сев, привыкший к тому, что я появляюсь неожиданно, замечает меня краем глаза. — Несса! Слава Мерлину, ты в порядке. Где ты была? — Я разговаривала с Гарри и Ремусом, — отвечаю я, заставляя Северуса нахмуриться, а Альбуса кивнуть.  — Видишь ли, Северус, я не верю, что кто-либо из моих сотрудников попытался бы каким-либо образом помочь мистеру Блэку. — Ты думал, Ремус поможет Сириусу проникнуть в замок? — недоверчиво спрашиваю я.  — На случай, если ты не знала, они были лучшими друзьями, когда учились в школе, — огрызается Сев. Я глубоко вздыхаю.  — Да, я знаю это, но зачем ему помогать убийце убивать одного из любимых учеников? Северус просто пристально смотрит на меня.  — Ты не знаешь, о чем говоришь. Я ухмыляюсь, зная, что победила. Подмигнув Севу, я исчезаю обратно в своем коридоре, направляясь в свою комнату.  *** Двери с грохотом распахиваются, но вместо Ремуса в класс входит Северус. Ученики замолкаюь, удивленно и раздраженно уставившись на него. — Откройте страницу 394. Большая часть класса вздыхает и подчиняется, но Гарри не прикасается к книге. — Где профессор Люпин? — спрашивает Гарри.  — Это не ваша забота, мистер Поттер. Достаточно сказать, что ваш профессор считает себя неспособным преподавать в настоящее время, – отвечает Северус, направляясь в заднюю часть класса и включая проектор. Ах да, сегодня полнолуние. Я должна проверить Ремуса после занятия. Снова дала ему зелье, так что, надеюсь, оно действует. Проектор переключается на новый слайд. Оборотни. – Оборотни?! Я хмурю брови, зная, что собирается делать Северус, и мне это совсем не нравится. Он пытается сообщить классу о состоянии Ремуса, не говоря об этом прямо, надеясь, что кто-нибудь заметит тот факт, что симптомы Ремуса в точности совпадают с симптомами оборотня. А еще в этом классе Гермиона... Я сжимаю челюсти. Мне нужно немного поболтать с ним. – Но, сэр, мы только начинаем узнавать о Красных колпаках и Гриндлоу! — восклицает Гермиона, появляясь из ниоткуда. Я ухмыляюсь. Я говорила об этом с Альбусом. Очевидно, в этом году она посещает так много факультативных занятий, что у нее физически нет времени. Итак, что решают Альбус и Минерва? Ну, конечно, дать ей повернуть вспять время. На самом деле блестящая идея. При условии, конечно, что она будет очень осторожна.  – Молчать! — приказывает Северус, снова меняя слайд и проходя через класс к передней части. — Кто может сказать мне, в чем разница между анимагом и оборотнем? Гермиона вскидывает руку, но Северус игнорирует ее. – Никто? Какое разочарование, — монотонно произносит он. Я стискиваю челюсти еще сильнее. Он все еще отвратительно обращается с ней. Игнорирует, когда она знает ответ.  – Сэр, анимаг — это ведьма или волшебник, который решает превратиться в животное. У оборотня нет выбора, – не выдерживает Гермиона.  – Это уже второй раз, когда вы отвечаете без спроса, мисс Грейнджер. Вы не способны сдерживать себя или гордитемь тем, что вы невыносимая всезнайка? – язвит Северус, заставляя меня снова сжать челюсти и развернуться на каблуках, направляясь в кабинет Ремуса. Я тихонько стучу в дверь.  – Ремус? Могу я войти? Я слышу ворчание и принимаю его за согласие, толкаю дверь и проскальзываю внутрь, закрывая ее за собой. Я вижу, как он сидит в углу, прислонившись к двум стенам, голова откинута назад. Ноги согнуты, а руки продолжают сжиматься в кулаки, затем выпрямляются. Я медленно подхожу к нему.  — Ты в порядке? – тихо спрашиваю я, садясь рядом. Он снова хмыкает. Я воспринимаю это как отказ. – Ты достаточно выпил зелья этим утром? Он хмыкает и кивает головой. Хорошо. Я встаю и направляюсь к его столу, где стоит зелье, и наливаю нужное количество в кубок, чтобы он выпил сегодня вечером.  — Вот. Я поставлю эту чашку сюда. Мне нужно, чтобы ты выпил ее всю до захода солнца. Ты можешь сделать это для меня? Он кивает и снова хмыкает, открывая глаза и глядя на меня. Ремус открывает рот и собирается что-то сказать.  — К-как ты думаешь, т-ты могла бы остаться? Я просто киваю.  — Конечно. Ты просто отдыхай, а я останусь здесь, пока не сядет солнце. Как тебе? — спрашиваю я, чувствуя себя мамочкой. Он только хмыкает и снова закрывает глаза. Я придвигаюсь немного ближе, вызывая книгу из своей комнаты. *** — Северус, ты такой придурок! — восклицаю я, врываясь в его комнату. Он удивленно смотрит на меня и поднимает брови.  – И тебе привет, – отвечает он, захлопывая книгу и складывая руки на груди, поворачиваясь ко мне, как бы провоцируя продолжать. – Ты не можешь просто ворваться в класс Ремуса и начать учить их! Что ж, черт с ним, но только не об оборотнях! Это просто жестоко! Я знаю, что ты пытаешься сделать, и это абсолютно ужасно! Учить их симптомам оборотней только для того, чтобы один из них сравнил их с Ремусом! Тем более в этом классе Гермиона! Я знаю, что Ремус вел себя ужасно по отношению к тебе в школе, но он пошел дальше и готов относиться к тебе как к нормальному человеку и оставить все это в прошлом! Почему ты не можешь сделать то же самое? — Я делаю паузу, чтобы перевести дух, – И то, как ты обращался с Гермионой! Называть ее невыносимой всезнайкой, когда она отвечает на вопрос! И когда она — твоя лучшая надежда понять, в каком состоянии Ремус! Пренебрегать ею только потому, что она умнее всех остальных! Разве ты не видишь, как ты влияешь на нее? Просто потому, что тебе кто-то не нравится, это не значит, что ты должен так с ним обращаться! Ты должен быть учителем и поощрять людей, а не унижать их за то, что они что-то делают правильно! Ты не можешь просто игнорировать ее! Это неправильно, Сев, – концовку я выплевываю, тяжело дыша после такого быстрого разговора. Северус долго смотрит на меня, а затем, наконец, говорит.  — И почему то, что я делаю, так важно для тебя? – Потому что я забочусь о тебе – больше, чем кто-либо другой – и я не хочу, чтобы другие видели в тебе не более чем монстра, – поясняю я, вызывающе глядя на него. Это очень быстро заставляет его замолчать. Мы стоим так еще некоторое время, прежде чем я, наконец, вздыхаю.  — Просто будь повежливее. Даже если ты это ненавидишь. Просто попробуй, – прошу я, прежде чем быстро обнять его и скрыться в одном из коридоров, направляясь в свою комнату. Альбус поднимает глаза, когда я вхожу в его кабинет, и я улыбаюсь ему, вздыхая и плюхаясь напротив. К моей радости, Фоукс подлетает ко мне и приземляется на спинку моего стула. Я глажу его по животу.  — Привет. Как дела, приятель? Получаю в ответ тихое кудахтанье. Посмеиваясь, я поворачиваюсь обратно к Альбусу, который смотрит на меня с огоньком в глазах.  – Северус? — понимающе спрашивает он. Я киваю. А потом все вырывается наружу. – Аргх. Иногда он такой злой! Почему он не может просто хорошо относиться ко всем? Почему он не может просто оставить свою ссору с Ремусом позади? Почему он не может просто простить и двигаться дальше? Он просто... тьфу, – жалуюсь я, дергая себя за кончики волос. Альбус хихикает.  – Да. Иногда я нахожу, что все меня расстраивают. А в следующий момент я ловлю себя на том, что жалею, что не был рядом с ними. Жизнь такая забавная штука, – тихо говорит Альбус. Я просто вздыхаю и киваю.  – Наверное, ты прав, – бормочу я, встаю и направляюсь к его массивной книжной полке, вытаскиваю свою любимую книгу и захожу в свою комнату. Когда вход закрывается за мной, я просто вздыхаю с облегчением. Я снова чувствую себя в безопасности. В безопасности здесь, в моей комнате. Никто не может войти. Буквально никто. Кроме меня. Пока я в своей комнате, никто не может войти, потому что моя книга здесь со мной. А когда меня нет, даже Альбус не может войти, потому что он не знает, что это за книга. Как и никто другой. Улыбаясь про себя, я достаю из ящика кое-какую одежду, направляясь в ванную, где раздеваюсь и включаю душ, позволяя теплой воде омывать мое тело, стекая по спине. Я мою голову, а затем выхожу, вытираюсь и надеваю удобную пижаму и пушистые носки, прежде чем завязать свои длинные густые волосы в мокрый пучок на макушке. Затем я зеваю и выхожу из ванной, закрываю глаза и наугад беру у себя книгу. О, Азиатские противоядия. Я читала ее только один раз, когда получила от Минервы на Рождество два года назад. Я открываю ее и плюхаюсь на кровать, лежу и читаю перед сном.