Временные трудности

***

Идея с домом выглядела чертовски заманчивой. Чонгук так перевозбудился от этой мысли, что не мог уснуть. Тэхён давно посапывал на своей подушке рядом, а Чон вертелся. Он то смотрел в потолок, то копался в телефоне, то пытался заснуть. В конце концов сдался и пошел на кухню. Дверь спальни он прикрыл, стараясь не разбудить Кима. На самом деле, в последнее время его бессонница стала обычным делом. Примерно в два-три часа ночи их ребенок начинал требовать еду. Чонгук раньше не страдал ночными жором. Но теперь… В темноте он пробрался к холодильнику. Достал из него бутылку молока. Развернулся и заорал во всю мощь своих легких. Потому что перед ним на полу сидело какое-то черное существо. Приглядевшись и поняв, что это Шоко, который, мать его, радостно вилял хвостом, Чонгук приложил руку к груди. Он сделал пару успокоительных вдохов. И в этот момент из спальни показался заспанный, взъерошенный Тэхён в одних трусах. — Малыш? — он выглядел обеспокоенным. — Ты кричал? Что стряслось? — Все чудесно, — проворчал Чонгук. Он уселся за стол и отпил молоко прямо из бутылки. — Включи свет, будь добр. Тэхён выполнил его просьбу и тоже сел за стол. Шоко тут же принялся ластиться об его ноги. Тэ нагнулся и с улыбкой потрепал щенка по ушам. — Парень, ты что, напугал Гуки? — обратился он к собаке. — Как не стыдно. Ты вообще в курсе, что беременных пугать нельзя. А то родят заику. — О, Господи, — Чонгук закатил глаза. Он взял из вазочки на столе яблоко и овсяное печенье. — Ты такой болван, Ким. Тэхён рассмеялся и подхватил Шоко на руки. Пес выглядел жутко довольным. Хоть и косился голодными глазами на печенье. — Тебе нельзя сладкое, — погрозил Чонгук ему пальцем. — И не смотри на меня такими глазами. — Прямо вижу, как ты будешь так воспитывать нашего сына, — хихикнул Тэхён. — Иди ты, — Чонгук смутился. Он снова сделал глоток молока и закрыл крышку на бутылке. — Тэ, насчет дома. — Да? — Ким с улыбкой посмотрел исподлобья. Он продолжал играть с собакой. Шоко поскуливал от удовольствия. — Тебя это заставило проснуться? — Я еще не спал, — со вздохом признался Чонгук. Тэхён нахмурился. — Ой, только не бухти! Это все твой ребенок во мне виноват. И ты сам. Заставил меня об этом думать. — Ну, конечно, — хмыкнул Тэ, — всегда виноват я. Это не изменится. Что ты хотел обсудить? — Начнем с главного, — Чонгук откинулся на спинку стула и неосознанно положил руку на живот. Тэхён жадным взглядом проследил за этим. Вот маньяк. — Где мы возьмем деньги? — Чонгуки, — Ким спустил Шоко на пол и сел ровнее. Он сложил руки перед собой и наклонился вперед. — У нас есть сбережения. Я неплохо зарабатываю. Мы мало тратим. На первый взнос нам хватит. Плюс, я уже говорил с мамой. И твоей в том числе. Они помогут нам. — Что? — Чонгук возмущенно и шокировано одновременно распахнул глаза. — И ты сделал это за моей спиной? Ты вообще в курсе, что это и моя жизнь тоже? — Гук, не начинай, — Тэхён чуть раздраженно вздохнул. — Я хотел сделать тебе сюрприз. — А собаки недостаточно? — возмущенно фыркнул Чон. — Я для тебя все еще семнадцатилетний школьник, за которого нужно решать самому? — Нет, — Тэхён сузил глаза. Он немного разозлился. Чонгук вроде бы и не хотел этого, с одной стороны, а с другой, явно сам провоцировал. — Ты для меня маленький сучистый говнюк, который сейчас нарывается. — И на что же? — глаза Чонгука заинтересованно блеснули. Он даже чуть подался вперед. Его настроение мгновенно поменялось. — На то, чтобы пойти спать, — Тэхён злорадно усмехнулся и поднялся из-за стола. — Я вот как раз собираюсь. — Ты, — возмущению Чонгука не было предела. Его давно так не обламывали. Он подскочил на ноги и подлетел к Тэхёну, пылая праведным гневом. — Ты… — Да, я? — Тэ ухмыльнулся, выгнув брови. Говнюк. — Пошел ты, — Чон отодвинул его в сторону и пошел в спальню. Он действительно собирался поспать.

***

Минут десять спустя, Тэхён тоже пришел. Матрас прогнулся под его весом, а потом к Чонгуку сзади прижалось его длинное теплое тело. — Малыш, — рука Тэхёна тут же легла Чонгуку на живот. А его горячее дыхание опалило Чону ухо и шею. — Ты что, правда разозлился? Тот сделал вид, что спит. Правда, если бы Тэхён поднял руку чуть выше, к бешено колотящемуся сердцу, сам бы все понял. Но Ким был реально маньяком. Он постоянно трогал живот Чонгука. Будто у них с ребенком была какая-то ментальная связь через ладонь. Впрочем, Гук не возражал. Прикосновения Тэхёна успокаивали. Конечно, плод был еще слишком мал, чтобы говорить о его шевелении. Но от прикосновений Кима Чонгуку и самому становилось спокойнее. Это расслабляло. Правда не сейчас. Потому что Чонгук действительно, блядь, злился. — Ну, малыш, — дыхание Тэхёна чуть участилось. Он придвинулся вплотную и жарко задышал Чонгуку в затылок. Чон отчетливо почувствовал, как ему в задницу привычно уперся член Тэхёна. Ох. Так не честно. Он ведь собирался обижаться. Ким же, недовольный отсутствием реакции, потерся пахом о ягодицы Чонгука. Его ладонь с живота Чона опустилась ниже и забралась к тому под резинку боксеров. Гук коротко выдохнул. Это не укрылось от внимания Тэхёна. Он приспустил трусы Чонгука ниже и уже, не таясь, обхватил его член рукой. — Если хочешь, я остановлюсь, — предложил Ким, медленно подрачивая твердеющий член. Он размазал выступившую на головке смазку. Оттянул кожу вниз. А сам при этом имитировал толчки, трахая Чонгука сзади. — Козел, — выдохнул Гук, окончательно сдаваясь. Конечно же, он не разозлился по-настоящему. Просто психовал, как бывало весьма часто в последнее время. Когда его настроение скакало, как сам Чонгук обычно упражнялся на члене Тэхёна. Вверх, вниз. — Дашь мне? — все тот же горячий шепот на ухо. И Чонгук сходил с ума. Он так невероятно заводился от всего этого. Этих прикосновений, толчков, этого шепота. — Чонгуки, — продолжал настаивать этот говнюк. — Да? Как же он бесил. — Да, — раздраженно ответил Чон. И Тэхён за его спиной облегченно выдохнул, будто реально сомневался, что ему не дадут. Когда это Чон Чонгук отказывался от секса. Даже сейчас, когда он был в положении, они делали это также часто, как и раньше. Последний раз — буквально прошлой ночью. Точнее, под утро. Чонгук, наверное, даже был все еще немного растянут. От этой мысли его бросило в жар. — Как ты хочешь это сделать? — Тэхён прикусил и чуть потянул мочку его уха. Он спустил трусы Чонгука еще ниже, и тот смог из них выбраться. Свои Ким бросил на пол следом. Ну, хоть не на люстру, и на том спасибо. — Давай прямо так, — попросил Чонгук. Ему не хотелось куда-то двигаться. Было уютно именно в этой позе. Тэхён поцеловал его в плечо и перегнулся через Гука. Он достал из тумбочки смазку. У Чонгука от возбуждения все в животе скрутило будто горящей веревкой. Он коротко выдохнул и сжал свой член у основания. — Тшш, — Тэхён позади него лег обратно и снова поцеловал Гука в плечо. — Сейчас все будет. — Можешь не трепаться? — проворчал Чонгук. Его рот приоткрылся в жалкой попытке вдохнуть побольше воздуха. Но тщетно. — Сейчас отхватишь, — пригрозил Тэ. Он щелкнул крышкой тюбика со смазкой, и уже в следующую минуту его влажные пальцы раздвинули Чонгуку ягодицы. И погладили между ними, надавили на его дырочку. От этого Чонгук чаще задышал и чуть прогнулся в пояснице, а потом сразу два пальца толкнулись внутрь. Гук задрожал. Так ему было хорошо. Он закусил губу, но все равно не удержался и коротко застонал. Рука Тэхёна снова легла ему на живот. Теперь это далеко не успокаивало. Теперь это возбуждало еще сильнее. Пальцы двигались внутри него привычно приятно. Они занимались сексом так часто, что Чонгук привык к ним внутри себя. Но, блядь, каждый раз это все равно было охуенно. И каждый раз по-новому. Он постарался сжать их внутри себя как можно сильнее. Показывая свое нетерпение, желание. И Тэхён его понял. — Такой нетерпеливый, — прокомментировал он, отодвигаясь в сторону, чтобы лучше пристроиться, видимо. — Такой жадный. Боже, как я тебя сейчас хочу. — Хватит пиздеть, — практически взмолился Чонгук. — Давай уже еби. Тэ тихо рассмеялся, довольный всем. Гандон. И приставил головку своего члена к немного растянутой дырке Чонгука. Чон этого не видел, но тот явно сейчас любовался тем, как его член входил в задницу Чонгука. Конечно, в спальне было мало света, но Тэхён совершенно точно мог разглядеть. Чонгук знал, как тот балдел от такого. Член входил туго. Медленно. Он распирал, растягивая задницу Гука, убивая каждую секунду. Ладонь Тэхёна на животе лишь сильнее прижимала Чонгука к нему. Они оба дышали часто и тяжело. Гуку так нравилось, что возбуждение настигало их почти всегда одновременно. За годы вместе они реально научились подобной синхронности. Не только в том, чтобы вместе кончать. Но и начинать. — Еще чуть-чуть, — пообещал Тэхён. Снова этот шепот. Ким двинул бедрами сильнее, входя до конца, и Чонгук откинул голову назад. Они начали двигаться. Почти синхронно. Идеально. Тэ трахал его в такой позе не максимально глубоко, но им обоим хватало. Зато так было чертовски узко. Они оба тихо постанывали. Чонгук вскрикивал, когда член задевал внутри простату. Одной рукой он цеплялся за простыню, а второй накрыл ладонь Тэхёна на своем животе. Этот жест был таким интимным, что просто срывало крышу. Чонгук задыхался от возбуждения и нежности. Еще немного и, казалось, он был готов разреветься. От всех переживаний этого дня. И от всех переполнявших его чувств. Дыхание Тэхёна, его вздохи, легкие стоны, его руки, его тело — все это буквально окутывало Чонгука. Он плыл на волнах удовольствия, покачиваясь в такт толчкам. Это удовольствие не было каким-то острым или мега-ярким. Оно не было быстрым. Нет, напротив. Немного притупленное, какое-то тугое. Собравшееся узлом в животе. Расползающееся по венам. Оно было томительным и долгим. Тэ долго и сладко трахал его. Будто укачивая. Чонгуку было настолько хорошо, что его глаза закатывались, а рот жадно хватал воздух. — Малыш, я скоро, — предупредил Тэхён, когда Чонгук уже уплывал из реальности. — Сожмись сильнее. — Тэ… — коротко выдохнул Гук, весь сжимаясь, стискиваясь. Скручиваясь. Он замер так на несколько секунд, пережидая яркую вспышку удовольствия перед глазами. — Тэхёни… — Боже, да, — Тэхён, едва он чуть расслабился, стал двигаться быстрее. Он сильнее и глубже вколачивался в Чонгука, давая им обоим такую необходимую сейчас разрядку. — Дьявол, — пробормотал Гук, как только его немного отпустило. После того напряжения, которое сковало его тело, сейчас было так легко. Что кружилась голова. — Господи. — Было так хорошо или так плохо? — тихо рассмеялся Тэ. Он мягко подул на влажные волосы на затылке Чонгука. Тот вздрогнул и сладко вздохнул, расслабляясь окончательно. — Гуки? — М? — Чонгук наслаждался своими отходняками и не намеревался двигаться ближайшие лет сто. — Насчет дома, — Тэхён прижался грудью к спине Чона и положил голову ему на плечо. — Ты правда расстроился? — Нет, — со вздохом признался Чонгук. Он поиграл с пальцами Тэхёна, которые лежали на его животе. Ему было нужно пару мгновений, чтобы сформулировать мысль. — Нет, на самом деле, одна часть меня взбунтовалась, что ты решил это сам. Без моего участия. Да и наложились усталость и нервы. Но другая моя часть была в восторге. — От чего? — поддразнил Тэхён. Он перевернул ладонь и тоже нащупал каждый палец Чонгука. Наткнулся на его кольцо и чуть сжал. — От того, какой у меня охуенный и крутой мужик, — недовольно ответил Чон. Тэ тихо захихикал. Говнюк. — Не смейся, — обиделся Чонгук. — Я не смеюсь. — Ты… Ненавижу тебя, — Гук раздраженно закатил глаза. Но Тэхён в ответ лишь крепче обнял его. Он и правда был охуенным. Хоть и говнюком. Охуенным говнюком. И как только Чонгука угораздило с таким связаться. Впрочем, Чонгук был абсолютно доволен.