Полюбить врага? Да вы издеваетесь?!

— Это не так. Я был не прав и… я не ненавижу тебя. Теперь уже не ненавижу. — Я рад, — легко улыбнулся Себастьян Разглядывая при свете солнца силуэт мужчины, Сиэль захотел, чтобы тот снова к тебе подошел. После своего рассказа он так резко подорвался с места… — Может уже обернешься? Себастьян глубоко вздохнул, возвращаясь к кровати парня. — Я просто прошу тебя не волноваться, — медленно погладил по голове. — Я все устрою. — Прекрати, — Сиэль мягко отстранил чужую руку. — я не маленький. — Да неужели? — Себастьян скептически глянул на тарелку с обедом, что все еще стояла на тумбочке у кровати. — А овощи не ешь. При упоминании нелюбимых продуктов Сиэль скривился и заворотил нос. Нелюбовь к ним развилась с самого детства. С тех пор вкусы не поменялись. — Это не повод трепать меня по голове. Не в первый раз между прочим. — А почему бы и нет, — Михаэлис еще раз быстро потрепал парня по голове, садясь на стул. Поправив волосы, Сиэль осторожно забрался на кровать с ногами и устроился на смятых подушках. Долго сидеть не давала повязка и постоянно сдавливала, стоило слишком сильно дергаться. Оправиться ему будет трудно, и это касается не столько здоровья сколько душевного состояния. Снаружи он кажется спокойным, внутри все раздирает от боли. — Когда ты заберешь меня отсюда? — Когда ты поправишься. Я постараюсь оформить все бумаги до твоей выписки, и мы сразу направимся ко мне. — Но мне торчать ещё как минимум неделю… — Не хочешь оставаться один? Выстраивая хрупкую стену между приходом в спокойное состояние и состоянием апатии, необдуманно брошенные слова сделали глубокую трещину. Михаэлис снова напомнил о том, что окружает Сиэля. — Я всегда был один. Переживу. Мужчина встал со стула и вышел из палаты, не говоря парню ни слова. Своим уходом он, мягко говоря, шокировал парня. Возможно, если бы он не находился в плачевном положении, то при следующей встречи обязательно кинул что-нибудь тяжелое, приправляя свои действия далеко не лестными словами, но состояние его было таковым, что становилось наплевать. Ушел и ушел, он и не сильно-то расстроился. Однако Михаэлис успел повторно удивить, когда зашел обратно в лучшем расположении духа, нежели после ухода. Сиэль бросил короткий взгляд и снова перевернулся на бок, укрываясь одеялом с головой. — А кто-то мне тут твердил, что уже не маленький, — Себастьян буквально подлетел к кровати, склоняясь над парнем. — Не хочешь меня слушать? — Чего тебе надо? — Да так, сущий пустяк, — мужчина быстро подошел к шкафу, доставая верхнюю одежду Сиэля. — Мы сваливаем прямо сейчас, пока этот старик не передумал. — Ты серьёзно? — Фантомхайв сбросил до конца одеяло, осторожно приподнимаясь. — Абсолютно, — Себастьян широко улыбнулся, кидая вещи на кровать. — Переодевайся и подожди меня немного, я подгоню машину. Сиэль все ещё в неверии забрал одежду и медленно стал стягивать свою больничную. Как давно он хотел свалить отсюда. Уже свыкся с тем, что торчать придется неделю, и тут ошарашивают новостью об уходе. Слишком много их за сегодняшний день. Махнув парню рукой напоследок, Себастьян выбегает из палаты, и уже спустя двадцать минут стоит у крыльца больницы, ожидая, когда санитары помогут Сиэлю выйти. Медленно, но верно они выбираются на свежий воздух, покидая пределы больницы. Впервые за столь долгое время Сиэль позволяет себе свободно вздохнуть, невзирая на не до конца зажившие ребра. — Спасибо, предоставьте остальное мне, — обращаясь к санитару, что вел мальчика, Себастьян осторожно прихватил его за талию и осторожно посадив в машину.

***

То время, что провели они в дороге, Сиэль не произнес ни слова и только смотрел в окно, на мелькавшие мимо дома. Себастьян периодически косил взгляд в его сторону, но по выражению лица не было понятно, рад ли он тому, что мужчина так внезапно забрал его из больницы, да еще и к себе домой. Машина остановилась возле двухэтажного небольшого дома, недалеко от парка. — Мы приехали. Сиэль лишь кивнул, аккуратно выбираясь наружу. На вид дом был неплох, так и не скажешь, что бедный живет. Даже газон подстрижен. — И ты живешь здесь один? — Да, — просто ответил мужчина, снова подхватывая парня за талию, помогая зайти в дом. Довел до кухни и сразу полез проверять в холодильнике на наличие чего-нибудь съедобного. — Располагайся, чувствуй себя как дома. Сиэль в любопытстве осматривал далеко не дешевые хоромы и, пройдя в гостиную, уместился на мягком угловом диване. — Ты будешь отбивные? — крикнул Себастьян с кухни, поставив тарелку в микроволновку. Честно признать, он совершенно не представлял, как нужно вести себя в подобной ситуации. Из гостей в его доме был только Винсент. — Было бы здорово, — безэмоционально отозвался парень, все же оглядывая обстановку в гостиной. Закончив с готовкой, Себастьян присел рядом с парнем, что самостоятельно до хромал до кухни, ставя тарелку на стол рядом. Про себя он решил не трогать парня, пока тот сам не решит с ним заговорить. — И что мы будем делать? — спросил Сиэль, пробуя первый кусок. Удивительно, но Михаэлис отлично готовил и парень не мог этого скрыть, прикрыв глаза от удовольствия. А возможно это из-за двухнедельной кормежки в больнице — любая еда покажется сокровищем. — Ты ляжешь отдыхать, я тебя все-таки на свое честное слово забрал, — мужчина указал взглядом на второй этаж, подразумевая тем самым, что комната Сиэля находится именно там. — А я начну разбираться с некоторыми вопросами. Фантомхайв поднял глаза к потолку и вернул взгляд на мужчину и тот же процесс совершил повторно, после чего заговорил: — Серьёзно что ли? Я пролежал в этой больнице черт знает сколько времени. Теперь в постель лягу только под вечер. Себастьян засмеялся. — Ладно, но кровать тут гораздо удобней, чем в больнице. И все же, не вставай без особой надобности. — Не переживай, не буду. Мужчина улыбнулся, поднимаясь. Сейчас самое время было заняться вопросами насчет опекунства. Ни в коем случае нельзя терять время. — Чувствуй себя комфортно. Можешь брать все, что хочешь. Я скоро вернусь. Сиэль до хромал обратно до гостиницы. Ни единого звука, разве что сама тишина стала давить на виски. Парень прильнул спиной к мягкой спинке дивана и смотрел в одну точку перед собой. Картины прошлого, перед глазами проносилось детство и не утаилось самое горькое — огонь, убивающий все живое на своем пути. Тогда Сиэль стал задумываться — что, если с ним покончат так же? Или это будет несчастный случай. Что если ему уготовлена та же участь? Это их родовое проклятье…

***

Засев за изучение документов и законов по вопросу опекунства, Себастьян и не заметил, как провел за этим не один час, и за окном давно стемнело. Мужчина почувствовал себя виноватым. Оставил парня на долгое время совсем одного. — Как ты? — тихо спросил он, заметив парня на диване. Сиэль настолько глубоко ушел в себя, что даже не услышал, как хозяин квартиры подал голос, лишь когда на плечо легла теплая ладонь, он вздрогнул, поднимая взгляд. — Это ты… Сиэль ещё не до конца пришел в себя и потому чувствовал себя не в своей тарелке. Словно его резко выдернули из другого мира и жестко швырнули о землю. Мужчина коротко кивнул, хоть и не был уверен, что это заметили. — Как ты себя чувствуешь? — Будто каток переехал… — слабо усмехнулся парень, но в ту же секунду стер ухмылку, снова пялясь в точку, что прожигал все эти часы. Себастьян осторожно провел рукой по его волосам, невесело усмехаясь. — Пойдем спать. — Да, пожалуй... Сиэль потупил взгляд, поднимаясь на ноги. Себастьян уже привычно прихватил того за талию, помогая дойти до его комнаты. Правильней сейчас будет уйти, но что-то не позволяло выйти из комнаты, тем самым, оставить Сиэля в одиночестве. Снова. — Будешь охранять мой сон? - спросил Сиэль, забираясь в прохладную постель. — Не думаю, что ты будешь этому рад, — ухмыльнулся в ответ Себастьян, направляясь к двери. — Да мне все равно, — тихо пробурчал, зарываясь в одеяло с головой. — Тогда ты не против, если я останусь? — Оставайся. Сиэль даже не задумывался над тем, что со стороны это может показаться странным и в каком-то вроде извращением. За ним будут наблюдать во сне. Себастьян кивнул, хоть и понимал, что парень наверняка не увидит этого. Он прошел вглубь комнаты, присаживаясь в кресло у окна. Только краем ума он понимал, что подобное поведение могут неправильно расценить, неправильно понять его намерения. Сам того не осознавая, Себастьян старался всячески оградить Сиэля от депрессии и ненависти, через которые ему самому довелось пройти в более раннем возрасте. — Спи спокойно.