Клуб разбитых сердец

12 марта, утро

— Вот так, молодец, — ребенок стоял широко раскрыв рот, давая осмотреть свое еще недавно болевшее горло, — отли-и-ично, — врач улыбнулся, выбрасывая в урну использованный шпатель и пару перчаток, — твоя мама, наверное, волшебница? Ребенок удивленно и заинтересованно посмотрел на врача, тот кивнул в подтверждение своих слов. — Так быстро тебя вылечила, ты совсем здоров, теперь можешь вернуться к своим друзьям, — врач снова улыбнулся, делая какие-то краткие пометки в карте пациента. Мать ребенка смущенно заправила за ухо прядь волосы, опуская глаза в пол, пока педиатр продолжал уверять ее сына в том, что она, может быть, самая настоящая волшебница. — Что это у тебя? — Врач указал на игрушку на шее у мальчика. — Знаешь, как называется эта штука? Ребенок огляделся по сторонам и наклонился вперед к врачу, внимательно слушая. — Она называется стетоскоп, — прошептал ему на ухо врач. Мальчик с глазами, полными удивления уставился на него, — наверное, когда вырастешь, хочешь стать врачом? У тебя уже и стетоскоп свой есть, ты почти готов! Мальчик активно закивал и стал твердить маме, что точно хочет стать врачом, когда вырастет. — Спасибо вам, Иваизуми-сан, — женщина улыбнулась ему, беря сына за руку, — скажи спасибо, — она посмотрела на сына, тот поднял взгляд на нее, а потом перевел его на врача. — Спасибо, Иваизуми-сан! Хаджиме по-доброму улыбнулся им и попрощался. Он еще немного посидел в кабинете заполняя рабочие формы, пробежался глазами по списку посетителей на сегодня, у него было окно в пару часов перед следующим пациентом, выдохнув, он немного съехал на стуле и почесал затылок, нужно было занести истории болезни медсестрам в регистратуру, и в целом, он мог быть свободен до двух. Потянувшись, он встал, снял халат, вешая его на спинку своего стула, надел свою привычную серую худи и сверху накинул джинсовку. Подхватив под мышку истории болезни и накинув рюкзак на одно плечо, вышел из кабинета, закрывая его на ключ. — Уже уходите, Иваизуми-сан? — Киёка подняла взгляд на Хаджиме, отрываясь от своего занятия и забирая у него истории болезни. — У меня окно, следующий прием в два, — слабо улыбаясь, ответил он, поправляя лямку рюкзака на плече, — так что, еще увидимся. Девушка также, как и он сам, улыбнулась одними уголками губ и вновь переключила внимание на работу. Хаджиме чувствовал себя неловко, нет, он задумался, не так, он ощущал себя тупее некуда, и еще где-то на фоне витало легкое чувство стыда, за то, как отвратительно он пытался флиртовать с девушками. Шимизу была старшей медсестрой в их педиатрическом отделении, она много знала, всегда могла помочь советом или помочь разыскать любую затерянную карту пациента, но кроме этого, она была очень симпатичной молодой девушкой, выглядела эффектно, и определенно, приковывала к себе взгляды. Не то, чтобы она нравилась Иваизуми всерьез, но почему бы не попробовать, в самом деле? Но пока что, все его амурные дела терпели крах покруче, как печально известный Титаник. У Иваизуми всегда были некоторые проблемы с поисками девушек, с попытками поддерживать с ними контакт, он не был абсолютно безнадежен, и иногда недолго состоял в отношениях, но все они обычно быстро заканчивалась. Сначала, виной тому была учеба в медицинском университете, теперь — работа. Хаджиме любил свою работу, а работа любила Хаджиме. Возможно, Иваизуми совсем немного, но допускал мысль о том, что у него легкая форма трудоголизма. Самая легчайшая из всех возможных. Мацукава, каждый раз, слыша про «легчайшую форму трудоголизма» качал головой, напоминая: — Легкая форма трудоголизма это, когда ты немного переусердствовал на работе, а не когда ты ищешь любой повод остаться на работе и готов заменить всех и всегда, Иваизуми. Хаджиме был с ним не согласен. Не так уж и много он работал. К тому же, Мацукаве было легко говорить, покойники из морга никуда не убегут, их уже поздно лечить, а болеющих детей всегда хватает. Родители его юных пациентов часто отмечали его уникальные врачебные навыки, лечение, которое Хаджиме назначал, действительно помогало и ускоряло процесс выздоровления, к тому же, он легко входил в контакт с детьми, что тоже радовало родителей, которые могли хотя бы на десять минут перевести дух, пока добрый-педиатр-Иваизуми-сан развлекал и осматривал их детенышей. Такими темпа Мацукава предрекал ему женитьбу на своей работе и огромный жирный крест на каких-то взаимоотношениях с реальным человеком. Может быть, Иваизуми нужен был такой же трудоголик, как и он сам, чтобы они могли вместе гармонично сосуществовать, никто ни на кого бы не обижался из-за слишком большого количества времени проведенного с работой, а не с любимым человеком. Но сложность данного плана и заключалась в том, что выцепить из общей массы точно такого же идиота, который посвящает себя работе без остатка, слишком сложно, потому что этот человек слишком много времени посвящает своей работе. Замкнутый круг, уже можно биться головой об стену. Хаджиме вышел из больницы и отправился к ближайшему кафе, перекусить чем-нибудь было бы неплохо, учитывая то, что с утра он не завтракал, к тому же, он договорился там встретиться с Ханамаки, последний к двенадцати дня только приходил на работу в развалочку, ну да, кто уж побежит к венерологу в семь утра? Ладно, такие люди, вероятно, существовали, но Ханамаки предпочитал начинать рабочий день не раньше одиннадцати, иначе уж совсем какой-то дурной тон в его-то специальности. Иваизуми шел на эту встречу с чувством радости и небольшого предвкушения, у них редко получалось пересекаться после того, как универ оказался позади и наступили суровые трудовые будни, сначала в интернатуре, а затем и самые обычные, пять дней в неделю, иногда шесть, семь, или вообще без выходных. Патологоанатом, венеролог и педиатр. Среди друзей у Иваизуми оказался самый странный, по мнению окружающих, выбор профиля после окончания учебы. Вообще-то, он хотел быть хирургом, потом кардиохирургом, но судьба распорядилась иначе, попав на практику в детское отделение он…. решил остаться и стал педиатром. Обычным педиатром. Иногда он все еще задумывался над кардиохирургией, теперь уже над детской, но нужно было идти учиться дальше, повышать квалификацию, потраченное на это время нельзя будет назвать временем «потраченным впустую», ведь это его мечта, но Иваизуми хотел помогать людям здесь и сейчас, он и там много лет потратил на учебу, теперь, став квалифицированным специалистом, он готов был идти в бой. Но иногда, все еще оборачивался и смотрел на то, что оставил позади. И порой, невыносимо хотелось вернуться. — Иди учись, Иваизуми, почему нет? — Мацун откинулся на спинку стула, ночные дежурства в морге отложились на его образе темными кругами под глазами. — Твои родители не против, даже «за»? Хаджиме фыркнул и скрестил руки на груди. — Конечно, родители не против, в первую очередь, повышение квалификации равно повышение зарплаты. К тому же, они считают, что со своим умом я мог бы пойти дальше обычной педиатрии. — Так в чем тогда проблема? — Ханамаки поднял на него взгляд. — Учись, пока есть возможность, лишним никогда не будет. Иваизуми нахмурился, он не особо любил эту тему, потому что сам не до конца в ней разобрался для себя. — Учеба означает, что я не смогу продолжить работу, или мне придется вообще никогда не спать, — всерьез задумавшись, произнес Иваизуми, и затем глянул на друзей, — и не делайте такие лица, словно не помните, какого учиться! — Боишься, что родители на подстрахуют с деньгами? — Не в них дело. Подстрахуют, конечно, но я сам хочу работать. Хочу приносить пользу здесь и сейчас. Ханамаки и Мацукава переглянулись, но ничего не сказали, такие слова от Иваизуми были не чем-то новым, он всегда готов был работать за идею, еще с самых первых курсов университета. Зайдя в теплое помещение, где невероятно сильно пахло свежей выпечкой, Хаджиме непроизвольно улыбнулся, такие места оказывали на него положительное влияние, тут он, почему-то, мог расслабиться, отпустить ненадолго из головы все мысли или даже, порой, охладить голову, после сложного загруженного дня. Встав в очередь для заказа, Иваизуми продолжал разглядывать помещение, пока взглядом не наткнулся на стоящую впереди пару. Он замер, наблюдая за ними. Низенькая девушка держала своего молодого человека под руку и о чем-то мило щебетала, своим приятным тоненьким голоском. Молодой человек тихо смеялся, отвечая спокойным, размеренным голосом, и они оба выглядели такими… счастливыми? Иваизуми сжал губы в тонкую линию. Да, иногда он просил у этой вселенной себе такую же маленькую, хрупенькую девушку, вселенная, сочтя такую просьбу за наглость, видимо, перестал посылать ему вообще любых девушек, которые бы клюнули на его никудышные попытки общения, и просто отвешивала один за другим пинков под задницу. Иваизуми стоически переносил пинки судьбы вселенной, иногда Макки и Мацуна в студенчестве, когда он засиживался за учебниками до глубокой ночи и мешал всем спать, и все же надеялся, что однажды будет услышан этим миром, и он пошлет ему действительно того, кто станет дорог сердцу, и уже, наверное, будет не важно, как будет выглядеть этот человек (ну, желательно, конечно, все-таки невысокую и стройную, возможно, кареглазую шатенку). Сделав заказ и затем забрав его на подносе, Иваизуми разместился за столиком около большого окна. Не спеша поглощая пищу, Иваизуми задумчиво глядел в окно рассматривая в деталях улочку, по которой, на удивление, неторопливо туда-сюда сновали люди, иногда мимо проходящие вблизи к окну обращали внимание на пристальный взгляд человека за стеклом и вели себя по-разному, кто-то скромно улыбался, кто-то отводил взгляд и шел дальше, словно ничего не видели, один раз даже показали язык и скорчили рожу. Последний тип людей Хаджиме недолюбливал, ну что за манера кривляться, чтобы испортить другим настроение?

|

— Не хочешь это обсудить? — Скучающе уточнил Макки, скорее чисто для проформы, чем действительно заинтересованный в этом, судя по его рассказам, ему хватало забот на работе. Иваизуми выпрямился и откинулся на спинку стула, запрокидывая голову и смотря в потолок. Конечно, он хотел это с кем-нибудь обсудить, ему совсем не везло в отношениях, может, он что-то делал не так? Ханамаки недвусмысленно слабо кивал в сторону рабочего расписания Хаджиме. Последний сию вольность проигнорировал, продолжая ломать голову над тем, что же он делал не так. Макки считал, что Иваизуми безнадежен. Однако, вслух Хаджиме тревожащих его мыслей не высказал, продолжая загадочным взглядом смотреть в потолок. Ханамаки слегка приподнял взгляд, чтобы посмотреть, на что такое интересное в потолке уставился его друг, но не обнаружил там ничего, кроме обычного, типичнейшего, белого потолка. Понятно, Иваизуми, как и всегда, избегал обсуждения темы, которая задевала его сильнее, чем сам бы он хотел. Когда Иваизуми так делал, Ханамаки ощущал на своих плечах груз ответственности за этого дурака, ну вот кто ему, этому твердолобому Ива-чану, поможет? Никто, разумеется. Сам Хаджиме в таких ситуациях заделывается профессиональным копальщиком могил, и себе, разумеется, рыл могилу поглубже. И в таком случае, не включенным в проблемы на личном фронте Иваизуми Хаджиме, уже оставаться не получалось. — Хорошо, давай зайдем с другого конца, — Ханамаки отодвинул от себя кружку с почти допитым кофе, Иваизуми перевел на него взгляд и смотрел в легким непониманием, — тебя беспокоит отсутствие в твоей жизни девушки? Хаджиме повел плечом, думая, стоит ли ему соглашаться с тем, что по сути являлось истиной, или сделать вид, что у него все замечательно, уже есть одна красотка, которая повелась на его древние подкаты, примерно такие же древние, как Солнечная система, и скоро у них свадьба, и вообще они ждут тройню. Ханамаки эту затяжную тишину расценил как положительный ответ, и продолжил, не дожидаясь, когда Хаджиме у себя в голове придумает самую лучшую модель своей счастливой жизни со второй половинкой, которой в природе не существовало, по факту: — Я, конечно, не психотерапевт, Хаджиме, но у тебя все на лице написано, — заключил Макки, — почему бы не признать это, и начать как-то решать эту проблему, если ты считаешь это «проблемой»? Иваизуми уже начинал сомневаться в правдивости слов Ханамаки, может, он успел где-то уже получить диплом психотерапевта? Говорил он, по крайней мере достаточно убедительно, чтобы Хаджиме, наконец, открыл рот и заговорил: — И что ты предлагаешь? Приставать ко всем мимо проходящим девушкам с предложением познакомиться? Ханамаки цокнул, Хаджиме не понял этой реакции и вопросительно уставился на него. — Для таких старомодных трудоголиков придумали сайты знакомств, Хаджиме, — с умным видом произнес Такахиро, игнорируя максимальное недоверие, которым просто несло от Иваизуми, — да, сайты знакомств. У тебя нет времени, маньяком ты становиться не хочешь, так что вариант только один — Тиндер. Иваизуми вопросительно задрал бровь и прищурился. — Сайты знакомств не вызывают у меня никакого доверия. — Да брось, Ива-чан, — отмахнулся Макки, — самое страшное, что может случиться, так это то, что тебе подсыпят клофелин. Иваизуми тяжко вздохнул, Макки абсолютно не облегчил его существование своими сайтами знакомств. Ну вот что ему, взрослому, состоявшемуся мужику, делать? Придется прожить всю оставшуюся жизнь в гордом одиночестве и завести несколько котов, чтобы когда он помер, они начали от голода обгла… — О, я вспомнил, — Макки достал свой смартфон из кармана брюк, Иваизуми мотнул головой, отгоняя подальше мысли о том, что до конца дней будет жить в одиночестве, — у меня есть одна знакомая, у нее никого нет, она недавно рассталась с парнем, хочешь дам ее номерок? — Думаешь она обрадуется, если ей позвонит какой-то незнакомый чувак? — С явным сомнением уточнил Хаджиме потирая шею. Ханамаки цокнул языком и принялся искать номер игнорируя бубнеж Иваизуми о том, что это слишком неудобно. — Неудобно спать на потолке и почти в тридцать лет быть одному, Ива-чан, — ответил Макки листая контакты, — нашел, записывай. Под аккомпанементы недовольства и ворчания Иваизуми все-таки записал номер и пообещал Ханамаки, что сходит с ней хотя бы на одно свидание. Не то, чтобы он мог отказаться, после того, как Макки самолично позвонил этой бедняжке и радостно известил, что у него есть один товарищ, молодой, красивый и перспективный, который совсем одинок и был бы непрочь сходить куда-нибудь выпить и поужинать, например, сегодня вечером. Иваизуми испытывал самый настоящий испанский стыд, пока Макки как ни в чем не бывало болтал с девушкой по телефону и обещал, что его друг уж точно не такой как все и не разочарует. Ситуация начинала принимать масштабы непоправимой катастрофы. — Потом спасибо еще скажешь, — с усмешкой произнес Макки чувствуя, будто выполнил свой главный долг в жизни, сведя Иваизуми хоть с кем-то. — Надеюсь, — тихо ответил тот, припоминая, как с десяток таких свиданий не заканчивались ничем хорошим. Обычно, он больше никогда не виделся со всеми этими девушками, даже если предпринимал попытки вызвонить кого-нибудь из них на второе. Может, он все-таки был прокаженным и на него навели порчу еще во младенчестве? Иваизуми нахмурился, какая порча, ты в своем уме? Нужно просто лучше стараться, чтобы обращать на себя женское внимание. Да, в этот раз он обязательно выложится на сто процентов и второму свиданию быть. — Жду хороших новостей, Ива-чан, — Ханамаки собирался уже уходить, натягивая куртку, Иваизуми вымученно улыбнулся, — проведи этот вечер ни о чем не думая, ты заслужил. Просто поболтайте, выпейте чего-нибудь и проводи ее до дома, — он подмигнул, чем вызвал у Иваизуми непроизвольное закатывание глаз. Если бы все было настолько просто у него бы уже давно кто-нибудь был кроме работы. — Я пошел, удачи. Макки напоследок хлопнул его по плечу и ушел, оставляя одного.

|

Вернувшись на работу Иваизуми все обдумывал, правильно ли поступает. С другой стороны, что в этом плохого? Она ведь сама согласилась и всегда сможет уйти. В дверь его кабинета постучались. — Входите! Дверь бесшумно открылась, внутрь вошла Шимизу, она держала в руках несколько карточек. — Вы просили занести, пожалуйста. Киёко вела себя как всегда сдержанно и вежливо. Иваизуми в благодарность кивнул и забрал у девушки карты пациентов, задумчиво уставившись на них. — Все в порядке, Иваизуми-сан? Хаджиме отложил в сторону карты и поднял взгляд на старшую медсестру. Она смотрела на него своим, казалось, ничего не выражающим взглядом. Если бы Иваизуми лично не слышал, как она смеется и ведет обычные мирские беседы с кем-то, то уже давно бы поверил в то, что к ним прислали андроида завербовывать рядовых врачей. — Да, все в порядке, я… просто хотел спросить у тебя кое-что, — издалека начал он, не веря в то, что действительно собирается это спросить у своей коллеги. Шимизу вопросительно смотрела и выжидающе молчала. — Это немного личный вопрос, может быть, но у меня не так много знакомых девушек, с кем я мог бы «проконсультироваться» по этому вопросу, — Иваизуми нервно улыбнулся всеми доступными способами пытаясь скрыть свою нервозность, изнутри его просто колотило от уровня стресса, давай, Хаджиме, упади в обморок от того, что перенервничал при общении с девушкой, побей все возможные рекорды идиотизма, — я хотел спросить, чего бы ты ожидала от свидания с человеком, которого знаешь только из чьих-то рассказов? Киёко удивилась услышанному, но затем понимающе улыбнулась и заправив выбившуюся прядь волос за ухо, ответила: — Мне бы хотелось, чтобы человек вел себя обходительно. Не давил и не навязывал свое общество в случае, если мы не подойдем друг другу. — Она задумалась на пару секунд и продолжила. — Думаю, первую встречу я бы хотела провести узнавая человека получше? Иваизуми слушал ее чуть раскрыв рот и слабо кивал, впитывая в себя всю информацию как губка. Нужно было еще достать блокнотик с ручкой и начать записывать. — Если вы хотите понравиться девушке, Иваизуми-сан, то просто ведите себя также, как и всегда. — «Как и всегда»? Шимизу снова улыбнулась. — Вы добрый и искренний человек, ведите себя также, когда будете на свидание, не стоит пытаться быть тем, кем вы на самом деле не являетесь. Ваша простота — это ваша визитная карточка, она подкупает многих людей и никто еще в вас не разочаровался. Просто будьте самим собой, Иваизуми-сан. Иваизуми по-прежнему кивал на каждое слово. Макки мог говорить что угодно, но это все равно звучало не так убедительно, как слова Киёко. Она ведь сама девушка и, наверное, понимает, о чем говорит. Может, стоило все же попытать удачу и пригласить ее куда-нибудь и… — Нас с моим молодой человек тоже познакомили общие друзья, поэтому, вы можете довериться мне, Иваизуми-сан, когда-то я была той самой девушкой, которая пошла на свидание с человеком, которого знала только заочно. Как лопатой по голове, честное слово. Иваизуми немного поник, ну что ж, придется вычеркнуть Шимизу из списка его потенциальной девушки. Славно, что у нее есть молодой человек с которым она счастлива, но было бы еще лучше, если бы у нее никого не было. Хаджиме тряхнул головой, как ты можешь о таком думать, придурок, почему кто-то еще должен быть один, если ты такой олух и не можешь ни с кем удержать отношения дольше пару месяцев?! Иваизуми злился сам на себя. — У вас через десять минут начинается прием, — как бы между делом напоминает Киёко, Иваизуми опоминается, что вообще-то, мать его, находится на работе, а не на бизнес-ланче, где может сколько угодно втыкать в стену, — по-моему, кто-то уже пришел. У меня еще дела в регистратуре, я пойду, если у вас больше нет вопросов. — Да, спасибо тебе, передай, как выйдешь, что я уже работаю. Шимизу кивнула и вышла, не плотно прикрывая за собой дверь.

|

Осматривая своих маленьких пациентов, Иваизуми все никак не мог выбросить из головы все, что успело произойти за сегодня. Чужие слова и рекомендации по устройству личной жизни в его мыслях давно уже превратились в один огромный снежный ком. Почему в его жизни не происходит либо ничего, либо все сразу? Можно, пожалуйста, что-то среднее? Нет? Нельзя? Ну ладно. Не очень-то и хотелось. — Иваизуми-сан, — девочка, которую он только что закончил осматривать, принялась активно что-то искать в карманах своего сарафана, — это вам! Она протянула ему конфету, Хаджиме улыбнулся и принял небольшой подарок. — Вы сегодня такой хмурый! Мама сказала вас угостить, — она мило улыбнулась и спрятала ручки за спину. — Спасибо большое, — Иваизуми по-доброму рассмеялся и протянул девочке справку о выписке, — передай это своей маме, хорошо? Она вроде бы ждет тебя в коридоре вместе с твоим младшим братом? — Да! Мама сказала, что я уже большая и могу сама пойти к вам, пока они с братиком подожду меня! Хаджиме согласно кивнул. — Твоя мама права, ты уже очень большая и прекрасно со всем справилась. Беги к ним и старайся больше не спать с открытым окном. Девочка кивнула и выбежала, торопясь оповести родителя о том, что ее даже дядя-врач похвалил и теперь она самостоятельная! Иваизуми, теперь окончательно, собирает все бумаги со стола, в одну стопку складывает все карты, приводит свой кабинет в относительный порядок, это был последний прием на сегодня, за окном уже смеркалось. Как бы Иваизуми хотел оттянуть момент своего очередного позора еще, он всегда мог остаться тут, позаполнять истории болезни или просто потупить в телефон, но он же пообещал, что придет. Если он этого не сделает, то будет чувствовать себя еще хуже, чем сейчас. Его даже немного мутило от волнения. Давненько он не был на свиданиях. Может, стоило купить цветы? Да, наверное, стоило. Быстро написав Макки с вопросом, какие цветы стоит взять, он закончил свои дела и вышел из кабинета, выключив в нем свет и закрыв дверь на ключ. Подойдя к регистратуре, он, как и утром, увидел там Киёко, которая тоже торопливо доделывала свои дела и передавала какие-то сведения дежурной медсестре. Иваизуми взглядом заметил какого-то парня около стойки, чей-то родитель? Положив карты на стойку, Хаджиме поправил худи под джинсовкой и снова посмотрел на парня. Тот заметил его взгляд и протянул руку. — Иваизуми Хаджиме? — Тот кивнул, переводя взгляд с парня на Шимизу, которая не обращала никакого внимания на происходящее, словно, все так и должно быть. — Танака Рюноске! Иваизуми неуверенно пожал руку, но в ответ получил крепкое, что называется, мужицкое, рукопожатие. — Киёко иногда о вас рассказывала, вы крутой специалист! — Спасибо, наверное? — Иваизуми прокашлялся и неуверенно ответил. — Рад знать, что кто-то, как Киёко, так считает. Танака рассмеялся. — Да, ее бывает сложно впечатлить, док, я-то знаю! Слышал вы сегодня идете на свидание? Почему-то Иваизуми не понравилось, как это прозвучало. Но он все же кивнул. — Да расслабьтесь, чего вы! — Танака со всей дури хлопнул его по плечу и добродушно улыбнулся. — Все пройдет отлично! Главное будьте собой и не сидите с такой кислой миной! Ну вот опять. «Будь собой», да, Иваизуми, будь собой, это же проще, чем у пятилетки конфету отобрать. Только если пятилетка не начинает с тобой драться и заламывать тебе руки, Иваизуми, только ни в этом случае. Яку, например, тоже ростом с пятилетку, но попробуй-ка отобрать у него конфету. Попадешь к нему же в отделение травматологии, где он тебя еще и добьет. Мориске страшный человек. И почему он о нем сейчас вообще вспомнил? Ах да, речь ведь зашла о людях ростом с пятилеток, точно. Так, Иваизуми, не сбивайся с мысли. Свидание. Быть собой. Не киснуть. — Я постараюсь следовать всем советам, которые сегодня получил, спасибо, — желая поскорее избавиться от ни к чему не ведущей беседы, Иваизуми поправил рюкзак на плече и предпринял попытки к бегству, обойдя Танаку, — хорошего вечера. — Вам того же, док! «Док», Иваизуми тихо хмыкнул оказавшись на улице, кто и когда его так называл в последний раз? По ощущениям, это было миллион лет назад, кажется, это был какой-то парень с их потока в универе, ну, кем бы он там, конечно, не был, вспомнить его Хаджиме сейчас уже не мог. Порой казалось, что его голова вне рабочего времени просто коробка с набором рандомной информации. Ну вот зачем он помнит какого-то парня, который звал его «док»? Теперь это мутное воспоминание будет корябать его мозг до тех пор, пока он не вспомнит, кто это был. Решив проверить мобильный на наличие на том смс-ки от Макки, Иваизуми сунул руку в карман джинсовки и ловко его оттуда вытащил, снимая экран с блокировки. Макки: Купи что-нибудь самое простое, розы, тюльпаны? Хорошо, это было слишком очевидно, Иваизуми и сам до этого додумался. Тяжко вздохнув, он побрел в сторону метро, прикидывая, где можно купить цветы. Вечер обещал быть долгим.

|

«Даже если я опозорюсь, по крайней мере, об этом не узнает никто, кроме пары человек, наверное, я смогу с этим жить», думая об этом, Иваизуми взглядом искал нужный столик и нервно прижимал к себе букет тюльпанов, норовя в скором времени превратить их из красивых цветов в кривых облезлых уродцев. — Добрый вечер, вы бронировали столик? — Хостес привлекла его внимание, Хаджиме уставился на нее, думая, что ответить. — Нет, но меня ждут. Девушка удовлетворенно кивнула. — Ваше имя? — Иваизуми… — Хаджиме, верно? Тот кивнул, сильнее сжимая цветы. Хостес жестом подозвала к себе официанта. — Проводи, пожалуйста, нашего гостя за двенадцатый столик, приятного вам вечера! Иваизуми ничего не успел ответить и быстрым шагом направился за официантом во второй зал. Там, в самом дальнем углу за небольшим круглым столиком сидела миниатюрная девушка, задумчиво глядя в свой телефон. — Прошу. — Официант указал на тот самый столик, Хаджиме сглотнул и уже успел пожалеть, что все-таки пришел, сколько ей лет…. двенадцать? — Готовы сразу что-то заказать? — Нет, я… э, я посмотрю меню, — Иваизуми присел на стул напротив девушки, та сразу перевела на него взгляд и удивленно хлопала светлыми пушистыми ресницами. Официант кивнул и удалился, оставляя их наедине. — Привет, — пробубнил Иваизуми, почесав затылок, и, будто опомнившись, резко протянул девушке будет, — я Хаджиме! Это тебе! Девушка неуверенно забрала цветы и скромно улыбнулась. — Хитока Ячи, спасибо за цветы, они очень красивые, — она мило улыбнулась и понюхав их, отложила на край стола. — Прости за задержку, работа, никак не мог освободиться раньше. Да, Иваизуми, конечно, сразу скажи что просто не хотел освобождаться раньше и вообще приезжать. Хотя, Хитока была милой и может быть, у них что-то сложится. — Не переживай, я сама недавно подошла, дедлайны наступают мне на пятки, — она нервно посмеялась, поправляя свой маленький светлый хвостик, — вся в работе последнее время, голова кругом уже. Ты, кажется, педиатр? Должно быть, очень изматывающая работа. Хаджиме неоднозначно повел плечом. — Немного, пожалуй, но я люблю свою работу, дети забавные, интересные… Хитока понимающе закивала, состроив озадаченное лицо, будто о чем-то думая. Иваизуми замялся, повисла неловкая пауза, девушка смотрела из стороны в сторону и комкала в руке салфетку. Кажется, не только Иваизуми было неловко от происходящего. — Давай закажем что-нибудь? — Хитока встрепенулась и схватила меню, Хаджиме последовал ее примеру, чувствуя, как полыхают щеки. — Я не спросил, а где ты работаешь? — Иваизуми поднял взгляд на Хитоку, пока та над чем-то думала, разглядывая позиции меню. — Ой, я дизайнер, работаю в маминой компании, пошла туда сразу после колледжа, — она щебетала словно маленькая птичка, да и выглядела соответствующе, милое маленькое личико, большие карие глаза, светлые короткие волосы. Яркий свитер, который на ней был, выглядел таким мягким, что хотелось завернуться в него и залечь в спячку на многие годы, — сейчас работаю над проектом совместно с одной фотостудией, которая навела шуму недавно. Может быть ты слышал, там работает Терушима Юджи, этот скандальный парень, сплошная пытка! — Нет-нет, я не особо слежу за…подобными новостями, ничего не знаю про этого… Теру…шиму? — Хаджиме нервно посмеялся, чувствуя себя ограниченным дегенератом. — А что этот парень, он надоедает тебе? Ячи робко улыбнулась. — Делает слишком много шума вокруг своей деятельности, — она помахала рукой, — ему, кажется, нужно все внимание мира. Иваизуми увидел официанта и поднял руку, привлекая внимание. Тот быстро подошел, доставая из нагрудного кармана рубашки небольшой блокнот и еще меньшего размера, карандаш. — Еще раз добрый вечер, меня зовут Тадаши, сегодня я буду вашим официантом, готовы сделать заказ? — Он быстро протараторил это и улыбнулся. — Я буду классический том ям, ты выбрал что-то, Хаджиме? Иваизуми опомнился и кинул взгляд на меню. — Мне… тонкацу, да, его, — он назвал первую позицию, которую зацепил взглядом. — Выпить что-нибудь? Хаджиме посмотрел на Хитоку в ожидании, та помотала головой. — Нет, не нужно. На самом деле Иваизуми очень хотел опрокинуть в себя бокал другой чего-нибудь белого полусухого, но последовав примеру своей спутницы решил вести трезвый образ жизни. Хотя бы сегодня вечером. Официант упорхнул от них, вновь оставляя вдвоем. — О чем поговорим? — Несмело спросил Иваизуми. Он слышал, что кто-то в этом мире уже изобрел пособия для чайников о том, как вести себя на свидании, подарите ему эту книгу, сейчас он в ней нуждался как никогда ранее. Иначе он рисковал озвучить ей все самые банальные вопросы, которые знал. — Как прошел твой день? — Хитока заинтересованно на него посмотрела. «Также, как и все предыдущие». Он хотел ответить так до зубного скрежета, но из последних сил сдерживал себя. — Ничего интересного, честно, — он усмехнулся, — утренний прием, в обед встретился с Макки, затем вечерний прием, между делом заполнял карты. Расскажи лучше, как твой? У тебя явно будни поинтереснее моих. Она вздохнула. — Из-за Терушимы мне пришлось подскочить в шесть утра и срочно заняться правками баннеров, которые он соизволил мне скинуть! — Возмущению Ячи не было предела, работа с этим типом явно выбивала ее из равновесия. — К десяти утра я смогла кое-как исправить ситуацию и побежала в офис, я опоздала на собрание по проекту, который мы сейчас ведем, как раз он-то и происходит в содействии с фотостудией Терушимы, и я прибегаю, а этот парень высказывает мне, что я не могу опаздывать на собрание посвященное его проекту! Я чуть не взорвалась там на месте! Это просто наглость! — Да-а, этому парню не помешает поуменьшить самомнения, — протянул Иваизуми, и с какими только кретинами людям приходится работать. Ячи закивала, она-то явно как никто другой знала это. — Затем я немного позанималась делами в офисе и поехала в фотостудию, где мы несколько часов спорили с Юджи, как будет лучше сделать, он как всегда настаивал на своем, чтобы я потом опять с утра пораньше занималась правками! Он такой…такой невыносимый человек! Хаджиме неловко улыбнулся, постукивая пальцами по столу. Он не находил слов для ответа, и глупо глядел по сторонам, пока Ячи что-то вновь проверяла в своем телефоне. Такое себе начало, Ива-чан. Хаджиме хотелось закатить глаза так глубоко, чтобы можно было увидеть содержимое собственной черепной коробки, он отчетливо слышал на репите у себя в голове эту фразу тоном Макки. Иди к черту, Макки, ты мешаешь! В голове Иваизуми разрабатывал стратегию того, как бы вновь невзначай начать разговор, чтобы это не выглядело так, что его заставляют. Его ведь и никто не заставлял! Почти никто… так, Макки, исчезни из поля зрения. — Я слышала от Макки, что вы старые друзья? Как давно вы дружите? — Девушка отложила телефон. — Прости, это по работе, Терушима все никак не оставит меня в покое. — Ничего-ничего! — Хаджиме поспешил успокоить ее. — Прости, что веду себя так… странно? Это все спонтанно как-то, в моей жизни обычно только работа и дом, или только работа, ну, Макки, наверное, тебе рассказывал, да? Так что, я был бы более разговорчивым, если бы ты привела ко мне на прием своего ребенка, — он хрипло рассмеялся с собственного оправдания. Хитока по-доброму улыбнулась и положила свою маленькую ладонь на его. — Все хорошо, Хаджиме, не думаю, что нам обязательно вести себя, как парочке, мы можем просто пообщаться? Как друзья, например? Ячи выглядела такой искренней, что Хаджиме не смог сдержаться и не кивнуть на ее предложение. Да, он обещал Макки, что не облажается, но он ведь и не облажался, друзьями быть тоже неплохо. Никогда не знаешь, с кем из друзей вы через пятнадцать лет будете счастливой семейной парой с тремя детьми. Главное, чтобы не с Макки, остальное Иваизуми готов принять с гордо поднятой головой, честное слово. Иваизуми вздохнул, ощущая, как дышать становится легче, он уже не ощущал такого бесконечного напряжения, как минутой ранее. — Готов продолжить нашу будничную дружескую беседу? — Она вновь мило улыбнулась, заправляя за ухо прядь светлых волос. — Да, о чем мы говорили? — Прежнюю скованность, как рукой сняло, Иваизуми ощутил это буквально физически. — О Макки, точно, хм… с ним мы познакомились еще на первом курсе универа, да-а, тогда он был еще более безбашенным, я думал, что он знает каждого на нашем потоке! Познакомились мы случайно, Макки окатил меня водой из лужи в начале первого курса, извинился, мы разговорились, на пару я пришел в грязных штанах, зато с новым знакомым, ха-ха, кошмар, мне кажется, это было уже так давно… Ячи рассмеялась. — Знаю, я звучу как старик, но я действительно часто забываю, что мы знакомы уже так долго! — Он правда окатил тебя из лужи? — Девушка продолжала смеяться, не в силах остановиться. Иваизуми утвердительно закивал, улыбаясь в ответ. — Макки был на велике, его старенькая, подаренная отцом, машина, в то утро заглохла окончательно, и он по старинке крутил педали, хотел бы я на это сейчас посмотреть! Они вместе засмеялись. — Я вернусь через минуту, помою руки. Хитока отпустила его и после возвращения пообещала рассказать о том, как она сама познакомилась с Ханамаки. Отойдя достаточно далеко, Иваизуми достал телефон, проверяя уведомления. Рабочее, рабочее, опять рабочее. Смс от Макки, ну и что этот велосипедист ему снова настрочил? Макки: Как обстоят дела, Ива-чан? В общем-то, смс было безобидным. Вы: Все норм, мы общаемся, скоро принесут заказ, поедим, провожу ее до дома. Только убрав телефон в карман, Иваизуми почувствовал, как тот завибрировал. Макки: Заскочить завтра за тобой к ней? ;) Иваизуми цыкнул. Вы: Заскочи лучше за великом к родителям, слышал от Мацуна, барахлит немного твоя красавица в последнее время ;) Настроение стало еще лучше, Макки был хорошим другом-нянькой, но Хаджиме не любил, когда тот лез в его личную жизнь, как бы сам Макки не стремился приложить к этому свою руку, так что, он в принципе получил по заслугам. Ну да, может быть, Иваизуми однажды умрет на своей работе, зато у него вон сколько хороших друзей, эх, какие счастливые перспективы. Столько людей придут на его похороны! Иваизуми нервно усмехнулся, но затем отбросил все мысли, может же он позволить себе хотя бы раз в жизни провести вечер в компании девушки и не вести себя как идиот? Макки: Эй, что это значит, Ива-чан? Это смс Иваизуми проигнорировал с абсолютно чистой совестью и заблокировал телефон. Уже входя в зал, где они с Ячи сидели, Хаджиме заметил около стола их официанта, который о чем-то беззаботно болтал с девушкой. На столе уже стыли их блюда, но Хитока не обращала на это никакого внимания, и что-то быстро-быстро писала в блокноте официанта. Как раз когда Хаджиме подошел к столику, официант учтиво поклонился и ушел, вновь оставляя их вдвоем. Решив не делать то, что он только что увидел, темой для обсуждения, Иваизуми вернулся на свое место и потребовал с Ячи обещанную историю, она, лишь весело улыбнувшись, принялась за рассказ.

|

— Спасибо за вечер в приятной компании, Хаджиме, — Хитока прижала цветы ближе. — Тебе спасибо, что согласилась на эту авантюру, без тебя этот вечер был бы таким же, как и все предыдущие. Они обменялись улыбками. Ячи принялась искать в сумочке ключи, и после недолгих поисков, это увенчалось успехом. — Я тогда пойду, мне еще нужно доделать кое-что перед завтрашним днем, еще раз спасибо! Напиши обязательно, как доберешься до дома, хорошо? — Не волнуйся, со мной все будет в порядке. — Иваизуми дернул уголком губ. — Все равно напиши, — с важным видом произнесла Хитока, но затем вновь смягчилась, — доброй ночи, Хаджиме! После этого она развернулась и ушла, исчезая за дверью подъезда. Иваизуми проводил ее взглядом и, развернувшись на пятках, опять побрел в сторону метро. В кармане джинсовки он сжимал телефон, в голове вертелась одна очень странная мысль. Все же, стоило признать, Иваизуми был рад обрести друга в лице Ячи, но одновременно с тем ему было досадно, что, вторую половинку он вновь профукал. Может, реально кто-то проклял…? Иваизуми мотнул головой, эти нездоровые мысли отчаявшегося человека были ему сейчас меньше всего нужны. Он хотел обрести хоть каплю надежды. Оказавшись в метро и прыгнув в вагон, он сел и уперся взглядом в противоположную стенку вагона. Ну он ведь не будет этого делать? Не будет ведь. Он же не настолько отчаянный? У него не все так уж и плохо. Все не так плохо, все еще образуется. Добравшись до дома, Иваизуми стянул кроссовки и бросил рюкзак в коридоре около тумбы, привычным жестом включил свет в комнате, скинул джинсовку и пройдя пару шагов, уселся на диван, доставая телефон из кармана. Как там Макки, говорил, называется это приложение для знакомств? Тиндер…?