Созвездия

Это произошло совершенно случайно. Никому бы не хотелось оказаться на его месте. Снова Поттер! Опять. Кто-то определённо проклял его в детстве или он просто родился под несчастливой звездой? Драко мечтательно глядел в окно из какого-то кабинета. Дураки грифы читали про родственные души. Убожества. Кто в это верит? Там, что, кто-то пытается клеймо любовное себе наколдовать? А не проще обратиться к Воландеморту? У него на этом открыто некоторое производство. Он хохотнул. Так и произошло это. Недоразумение, долетевшее до ушей или бороды Дамблдора. Драко знать не хотел, что там у старика главное из всех чувств осязания. У него на запястье точка. На сосудистой линии. Точка. Маленькая точка. Крошка от печенья, наверняка, даже если он ничего не ел утром. У Гарри тоже. Точка, маленькая крошка, у него было больше производных. Грифы любили протаскивать лакомства с Хогсмида. Сиё творение им влепил ублюдок гриффиндорец, второкурсник, откуда он только тут? На четвёртом курсе? Мерзость. Невоспитанный храбрый сукин будущий герой. Гарри очень переживает и волнуется, он ведь так ненавидит Драко. Драко слишком нервничает и переживает, он ведь тоже так ненавидит Поттера. Однозначно, избрали лучшие души для того, чтобы испробовать связь. Родственную связь. Драко сейчас стошнит. —Если смотреть издалека, Малфой… это просто очередная родинка. «Очередная родинка» означало только то, что он заметил другие его родинки, прикрытые воротником рубашки. Ведь у самого Поттера таких не наблюдалось. А у Драко были. Много. Как созвездия. — Поттер, убейся. Толпа сбежалась к ним, а виновник разыгравшейся трагедии убежал прочь и бросил свой сценарий в руки актеров, то есть в жирные руки судьбы. Дамблдор, возглавляющий толпу тоже был здесь. И дружочки Поттера. Весь Хогвартс. Вот он. Здесь. — Молодые юноши, дайте поглядеть… Альбус, очевидно, взял руку Поттера, а не Малфоя. Впрочем, не очень то и хотелось отдавать свои руки в эти старые клешни, которые если захлопнутся, то навсегда. Только вот как это Поттеру сказать? Он ведь его никогда не слушал. Даже когда Драко от всей души посоветовал убить сбежавшего из Азкабана первым. Ну а что: это казалось самым оптимальным вариантом в глазах Малфоя. — Наш юный беглец очень талантлив. А как же. Все грифы талантливы настолько, что из-за их таланта им снимали очки. Такое не пропьёшь. — Я долго изучаю магию. Сейчас он скажет, что это навсегда? Что им нужно поцеловаться под омелой, переспать в двойном гробу? Ведь только до этого мог разыграться старческий маразм. — Вам нужно причинить друг другу боль. Как только Драко услышал эти слова- сразу выставил палочку на Поттера, не мельтеша. Но Дамблдор старый клоун не дал этому совершиться. Конечно, напротив него ведь золотой мальчик. Как ему причинить боль? А Малфою было запросто. Поттер мог дать только аналогичный ответ, иначе бы так не напрягся и не сжал бы кулаки в кровь. — Не думаю, что это будет этично… — повторил Дамблдор. — Слыхал, Поттер, неэтично размахиваться кулаками. Уизли что-то визгнул, но ни Малфой ни Поттер не обратили на него никакого внимания. Наконец-то. — Вас нужно отвести к Мадам Пормфи. Идеи у старика все такие же беспечные. А можно было разобраться на месте. С этими чертовыми родинками-созвездиями. С этой чертовой Уизли, которая полезла выцеловывать, нет, вылизывать руку Поттера, как если бы там был шоколад. Как мерзкая присоска, отвратительная горгулья. Сердце громко-громко забилось. Рухнуло. — Посмотрите! Джинни от удовольствия запищала и прикрыла глаза. Ее выводы были ещё хуже выводов Дамблдора, Драко был готов сбежать к Пормфи, лишь бы ее не слушать. — Я истинная Гарри! У меня получилось стереть его метку! Получилось стереть его метку. Малфой сглотнул и поправил свой галстук, как джентельмен, оттянул рукава на места и дал Поттеру в морду. Как заслужил. Как заслужил в самый первый раз. И только Дамблдор слышал как сильно-сильно билось его сердце. Как сильно-сильно затрещали его легкие. Как громко-громко стали слышны звуки. Как ему было больно.