500° по Цельсию

— Эх, Сигма, прости, это для твоего же блага. — прошептал Фёдор Достоевский, тихонько закрывая за собой входную дверь. Звук шагов затих, и он, наконец, почувствовал, как спадает напряжение, накопившееся за время их встречи. Проходя по тропинке к собственному дому, освещённой тусклым светом фонаря, он осмысливал недавние события и свой поступок, который, казалось, должен был оставаться в тайне. В этот момент Фёдор чувствовал себя не столько злым гением, сколько человеком, пошедшим на компромисс с собственными принципами ради чужого счастья. Достоевский зашёл в дом, стянул обувь и, прежде чем позволить себе расслабиться, быстренько выполнил немногочисленные домашние задания. Задачи не требовали чрезмерных усилий, и вскоре он уже мог позволить себе отдых. Брюнет сменил школьную форму на домашнюю одежду и прилёг на кровать, предвкушая тихий вечер. Однако его покой был недолгим – телефон завибрировал, оповещая о новом сообщении от Николая Гоголя. Переписка Николая и Фёдора. Г: Дост-кун привет! Ты же дома???? Был у него? Ну же отвееть! — 22:36. Д: да, был, минуту подожди и всё узнаешь. — 22:38 Г: Ыыыыыууу ждуууу быстреее — 22:38 Стикер Стикер Фёдор усмехнулся, глядя на два одинаковых анимированных стикера, выражающих крайнюю степень ожидания. Пришло время для "подарка". Д: 09.09.22 сигма.aac открой это, ровно в 23:00 отпишись мне. — 22:39, и, не дожидаясь бурной реакции друга, Федя вышел из сети. Г: Федь а чо это? Я тебя спрашиваю что с Сигмочкой было а ты мне какуюто фигню прислал! Стикер Федяя отвеееть!!!!!!!!!!! Николай, видя, что собеседник не отвечает, надулся, но любопытство взяло верх. Блондин решил зайти на файл, который прислал друг. — Да что же это за хрень, и почему оно не грузит! — начал беситься Гоголь, стуча пальцем по экрану. Однако через секунду на телефоне открылось что-то непонятное, и Коля услышал сначала тихий, знакомый голос Достоевского, а затем и слегка смущённый, но определённо голос Сигмы. Это был фрагмент их разговора. Не заглушая звука, Николай поспешил в интернет, чтобы найти, что означает «aac». Поисковик выдал: «Advanced Audio Coding (AAC) — проприетарный (патентованный) формат аудиофайла с потерями.» И тут же Коля, словно гениальный детектив, понял всё, что происходило. — Это же запись с диктофона! Аудиофайл! Дост-кун, да ты гений, чёрт возьми! — вскрикнул блондин во весь голос, не в силах сдержать восторга. Он поспешно отмотал запись на начало, чтобы не пропустить ни единого слова. Документ был впечатляющим – ровно на 17 минут и 32 секунды личной информации. 22:59. Гоголь дослушал каждую секунду записи. Его сердце билось, как сумасшедшее, а руки дрожали от волнения и радости. — Я не могу написать, ЭТО не вставить в переписку! — мысленно извинился Коля, понимая, что его эмоции требуют немедленного, живого выражения. Он тут же набирая номер Фёдора. — Да? — послышался в трубке спокойный голос брюнета, который сопровождался стуканьём чашек — очевидно, как обычно, Фёдор заваривал свой любимый чай. — ДОСТ-КУУУУУУУУУН ТЫ НЕ ПРЕДСТАВЛЯЕШЬ КАК Я РАД!! — заорал в трубку Николай, выплёскивая всю накопившуюся энергию, так, что у Фёдора, казалось, аж уши заложило. — Дост-кун, ты просто гений! Я не представляю, как тебя отблагодарить!! Ты сделал то, что я сам не решался сделать месяцами! — Успокойся, — с лёгким смешком в голосе ответил Достоевский, стараясь унять пульсацию в висках. — Благодарить будешь, когда встречаться будете. Кстати, у него на рюкзаке значок с би-флагом, так что даже спрашивать не пришлось. — ДОСТ-КУУУУН ТЫ ВСЁ УЧЁЛ! ДОСТ-КУУУН!!!! — еле не плакал от радости Гоголь, его голос сорвался на всхлип. — Тише-тише. С остальным я помогу только в теории. На тебе лежит остальное, желаю удачи. — слегка улыбнулся Достоевский, делая неспешный глоток свежезаваренного чая. — Я знаю, но я на самом деле благодарен. Понимаю, что тебе нет дела до этих сердечных дел, но ты выполнил мою просьбу, спасибо… — уже более спокойно и с теплотой ответил Николай. — Не за что. Это всё. Тогда давай, пока? — Пока-пока, до завтра! После разговора Фёдор, держа в руках почти остывшую чашку, плюхнулся на кровать, накрыл лицо рукой. Он чувствовал странное смятение. — Чёрт…что я творю…где старый Фёдор который послал бы на такую просьбу? Чёрт, что со мной происходит…Надо с этим завязывать, и в целом отдалится немного…чёто я перебираю. — размышлял он вслух, его внутренний "демон" и "ангел" вели нешуточную борьбу. 10 сентября. Утро. 07:48 Достоевский снова мало спал. Как всегда, бессонница оставила свой отпечаток, и голова раскалывалась, но таблетка более-менее помогла. Натянув на себя привычную маску безразличия и лёгкой холодности, он вышел из дома. По пути он зашёл за кофе в ближайший ларёк, чтобы хоть как-то стимулировать уставший организм перед долгой школьной сменой. Уже в школе Фёдор направился в свой класс и заметил, что дверь дополнительной маленькой комнатки (где обычно хранились вещи и работал классный руководитель) была открыта. — Мисс Зельда, здравствуйте, рад вас видеть. — поздоровался Фёдор, заглядывая внутрь. Зельда, жена Фицджеральда и учительница математики, вернулась. У 9-Б она вела математику до того, как в начале прошлого года уехала по работе. Это была хорошая женщина, объясняла отлично, и юноша искренне был рад её видеть. — О, Достоевский-кун, здравствуй, а ты по-прежнему приходишь одним из первых, как я вижу. — обернулась к нему женщина, которая в этот момент раскладывала стопки тетрадей на столе. — Эх, да, так и есть. Кстати, Харуно-сэнсэй вам уже рассказывала, что у нас новенький? — поинтересовался Достоевский, отходя, чтобы оставить рюкзак на своём месте. — Хм, она об этом упоминала, но я ещё не успела расспросить. И как он? Есть шанс меня заинтересовать? — вышла к парню блондинка, с любопытством глядя на Фёдора. — О да, на него даже Мистер Фрэнсис внимание обратил. — сел на своё место брюнет, с лёгкой ухмылкой. — Ого, да неужели. Ты меня заинтриговал. У нас с вами сегодня четвёртый урок, вроде бы. Вот и посмотрим, на что способен этот парень. — подняла брови в знак удивления преподавательница. — Типо того. — Ладно, я в учительскую, увидимся. — До встречи. — Фёдор достал из рюкзака кубик Рубика 5x5, начиная его собирать. Купил давно, разложил и забросил, а собрать как-то лень было. Инструкциями он никогда не пользовался, считая это неинтересным. В столовой, после третьего урока, за столиком сидели Фёдор, Николай, Сигма и Осаму Дазай. — Кстати, Коля, Сигма, вы знали, что Зельда вернулась? — оторвался от перекуса собственным бенто Достоевский. — Что-о-о?! Серьёзно!? Дост-кун чего же ты молчал! Это точно!? — вскрикнул Николай, еле успевая проглотить рис. — Да неужели! Кру-уть! — удивительно радостная реакция для обычно сдержанного Сигмы. — Я говорил с ней сегодня перед уроками, она у нас сейчас на матеше будет. — ответил Федя, засовывая в рот кусок курицы, пока Гоголь и Сигма с той стороны столика увлечённо обсуждали это событие. — Кхм! — пихнул в бок Достоевского Осаму. — Объясни, что это за «Зельда», и почему они так радуются. — шепнул на ухо брюнету Дазай, явно не в курсе школьных новостей. — Раньше была нашей математичкой, но уже год как уехала. Тот Фрэнсис, математик, которого ты уже видел, это её муж. — ответил юноша, сохраняя полушёпот. — И она такая хорошая, что они так радуются? — вопросительно изогнул бровь шатен. — Сейчас увидишь. Но уверен, она тебе понравится, и ты ей тоже. — слегка ухмыльнулся Дост, зная, насколько проницательна Зельда. — Хм..заинтриговал. — Здравствуйте всем, как вы все выросли, рада вас видеть! — со стуком каблуков вошла в класс женщина ростом чуть выше среднего, излучая энергию и уверенность. — Зельда-сэнсэй!! — послышались радостные вскрики в классе. — Тише-тише дети. Если меня долго не было, не думайте, что я буду добрее. А теперь пересаживаемся, как обычно. — после этой фразы дети поднялись, и по классу началось движение. — Стоп! Исключение: хочу, чтобы вон-те двое, — она подняла руку вверх, а потом указала на последнюю парту, — перебрались на парту перед моим столом. — Есс — ухмыльнулся Фёдор, глядя на растерянное лицо Дазая. — Не кипишуй, просто делай, что она скажет. — попёрся к первой парте брюнет, занимая место прямо перед учительским столом. — И ещё одно! Гоголь и Сигма за соседнюю первую парту. — Зельда-сэнсэ-эй! Спаси-ибо! — вскрикнул Николай, под недовольные вздохи одноклассников. Остальные расселись по желанию. — Так-с, ребята, тем, кто будет что-то делать, я сейчас даю индивидуальные задания. Как сделаете – приносите, я проверю. Если выйдет на 3, в журнал не поставлю. — когда все устроились, произнесла учительница. — Сегодня я хочу проверить тебя, мой дорогой. — села на стул женщина, смотря Дазаю в глаза. — М-меня? Зачем? — удивился шатен. — До меня дошёл слух, — она бросила многозначительный взгляд на Фёдора, — что у тебя неплохо с математикой, и ты сможешь меня удивить. Сейчас мы это и проверим, — объяснила блондинка. — Я дам тебе несколько контрольных работ, посмотрим, какая сложность твой максимум. Осаму взглянул на ухмыляющегося Федю. — Вот ведь чертила, всё подстроил, чтобы меня проверить, верно? — ухмыльнулся в ответ Дазай, принимая вызов. — Спокойнее, не злись. Потом мне ещё спасибо скажешь. Если мне будет не лень, возможно, я тоже что-нибудь сделаю, за компанию. — размеренно ответил "демон". — В общем, вот – держи. Это первый уровень. С ним справится даже тот, кто знает на натянутое три, но на всякий случай начну с него. — она поставила на парту лист А4, на котором бы 15 заданий. — Когда сделаешь – скажешь. На это Осаму кивнул. — Достоевский-кун, будешь что-то делать, или как обычно долги копим? — подшутила учительница. — Ой, ну не преувеличивайте, я же не всегда с долгами. Но если он дойдёт до шестого уровня без единой ошибки, остальные задания, я сделаю за компанию. — легко ответил брюнет, доставая тот же кубик Рубика, половина из которого уже была собрана. — Вот, можете сразу четвертый дать? Пожалуйста! Если будет хоть одна ошибка, я сделаю все предыдущие. — всего через 3 минуты Осаму подошёл к учительнице, которая благополучно заполняла журнал и слушала музыку. — Ну ладно-ладно, держи четвертый. — протянула женщина лист. — Спасибо огромное. — Вот, сделал, проверьте пожалуйста. — через 8 минут Дазай снова поставил лист учительнице на стол. — А ты не плох. Держи пятый. — сверяя готовые ответы с работой ученика, произнесла женщина, не скрывая своего удовольствия. Спустя ещё 5 минут, шатен снова сдал листок. — Достоевский-ку-ун, все задания без единой ошибки! Ты обещал, что сделаешь с ним! Давай-давай, не ленись. — учительница поставила перед Фёдором лист с шестым уровнем. — Дайте мне ещё минутку. Ты начинай, а я соберу и сделаю. — не отрывая взгляда от кубика ответил Федя. — Тц. Как обычно. Ладно-ладно. Дазай-кун, начинай, он сделает, я это знаю. — заверила она шатена, который послушно начал выполнять задания. — О! Наконец-то! — раздалось через, примерно, сорок секунд. Дазай повернулся к Федору и увидел, как тот держал в руках идеально сложенный кубик Рубика. — Всё, приступаю, ты на каком задании? — хруснул шеей Достоевский, разминаясь перед работой. — Седьмое. — Тю, всего-то? Не густо-не густо. Ну посмотрим, что там ты делаешь. — незаинтересованно пожал плечами брюнет, берясь за ручку. — Я сделал! — подали голос в один момент парни, недовольно переглядываясь. — Хм, держите седьмой. Я пока это проверю. Ребята так же быстро решили 7-й и 8-й уровни. Конечно, времени тратилось больше, поскольку задания усложнялись, но всё же ошибок не было. — Вы меня удивляете, молодые люди. Мне вам скоро программу следующих классов давать? — женщина была приятно удивлена, её глаза сияли. — Если бы мы знали формулы оттуда, было бы неплохо. — пожал плечами Осаму. — Простите, времени уже не осталось, скоро конец урока, но на следующий урок я могу вам принести ещё несколько уровней. — парни одновременно закивали головами, и тут же прозвенел звонок, прерывая их интеллектуальное состязание. После уроков, когда класс начал пустеть, Николай повернулся к брюнету. — Дост-кун, можно тебя? — и, получая положительный кивок, потянул того из класса, под удивлённые взгляды Осаму и Сигмы. — Чего тебе? — сложил руки на груди Достоевский. — Можно я пойду домой вместе с Сигмочкой? Я бы, правда, хотел помочь дежурить, но он сегодня спешит на рисование, а я о-очень хочу пойти с ним домой! Пожалуйста! — сложил руки в умоляющем жесте Николай, глядя на друга глазами, полными надежды. — Ладно-ладно иди. — приподнял бровь Фёдор, прекрасно понимая, в чём истинная причина. — Спасибочки Дост-кун! — блондин снова влетел в класс, полный энергии. — Сигма-ку-ун, подожди минутку, пожалуйста, я с тобой! — подбежал к другу Гоголь. — Хорошо, жду. — доброжелательно улыбнулся юноша, цепляясь взглядом за Фёдора, который только вошёл в класс, стряхивая воду с рук после мытья. — Ждём, пока все выйдут, и только тогда начинаем. — дёрнул брюнет за рукав Осаму, который уже стоял, подперев плечом стену. — Сам знаю. — фыркнул шатен. — Дост-кун, Дазай-кун, пока-пока! — помахал рукой Коля перед выходом из класса. — До встречи, удачно подежурить. — улыбнулся Сигма, закрывая за собой дверь. — Наконец-то. Эй, слушай, в общем, играем в карты. Кто проиграет, выполняет ту или иную обязанность. Идёт? — бросил колоду на парту Федя, желая превратить рутину в игру. — Идёт, раздавай. Первая партия на мойку левой половины доски. Первая партия за Фёдором. Вторая (на правую половину доски) за Дазаем. Третяя (на мойку пола) за Фёдором. Четвёртая (на поливку цветов) за Фёдором. Пятая (на подметание пола) за Дазаем. Шестая (на вытирание пыли) за Дазаем. — Пополам, отлично. — отметил Осаму, поднимаясь с места. Они работали в тишине, каждый выполняя свою часть. Но в момент, когда Фёдор подметал, а шатен сидел, чтобы не мешать, кареглазый подал голос, разрезая тишину, словно острым ножом. — Что ты имел в виду про «голубков», когда говорил про Гоголь-куна и Сигму-куна? — спросил парень. — А не понимаешь? Эти двое тебе на пару не похожи что ли? — приподнял голову Федя, не прекращая подметать. — Стоп, они встречаются? — не совсем понял Дазай. — Нет, пока-что, но мне кажется, до этого не далеко. — продолжил заниматься делом Достоевкий. — Ну, судя с того, что я успел увидеть у Сигмы, думаю, ты прав. — пожал плечами Осаму. — Ты о чём? — проявил явный интерес брюнет, останавливаясь. — Да так... неважно. — с издёвкой произнёс парень, закидывая ноги на парту. — Дазай. — Фёдор сжал веник до хруста в пальцах. — Что? — высунул язык кареглазый, явно наслаждаясь реакцией. — Ты пришёл сегодня в столовую позже всех. Что ты делал? — забросил вещи назад в подсобку Достоевский, закончив работу, и повернулся к Дазаю. — Хм... не твоё дело. — ухмыльнулся шатен, поднимаясь. — Дазай, чёрт бы тебя побрал, скажи. — сжал кулаки парень, подходя к однокласснику. — А заставь. — Осаму явно нарывался. — Просто дай мне шанс угадать. — прошипел Фёдор. — Хм... допустим. В обмен на это ты расскажешь, о чём вы с Гоголь-куном шептались. — Дазай опёрся на учительский стол, заключая сделку. — Не обещаю, смотря на то, как ты будешь рассказывать. — развёл руками брюнет. — Я сделал то, за что Сигма убил бы меня. — сложил руки на груди Осаму. — Полез в его вещи. — это было утверждение, а не вопрос. — Молодец. — Да ну нахер, ты смотрел в его скетчбук? — Да, вот такая вот я сволочь. — улыбнулся шатен. — И я даже могу показать, что я там увидел. — Ты сфотографировал? Чертила, да ты бессмертный. — округлил глаза Фёдор, поражённый наглостью. — Именно так. — И что же ты хочешь взамен на то, чтобы ты показал мне это? — закатил глаза Достоевский, предвкушая, какой изощрённый запрос последует. — Хм... дай-ка подумать. — сделал задумчивое лицо Осаму. — Ничего. — пожал плечами парень, удивив Фёдора. — Да неужели? — Я сегодня добрый. — Не пизди, у тебя такой функции нет. — Не исключено, но всё же смотри. — Дазай повернул к нему телефон, и там был рисунок... Гоголя? Это 100% Коля. — Вот ещё. — листнул юноша, показывая слегка похожий, но другой рисунок. — Всё. — выключил телефон шатен. — Мда уж. — обернувшись на 180, Фёдор хотел уже отойти, но его вовремя поймали за рубашку. — Куда собрался? Честный обмен, о чём с Гоголем болтали? — прошипел на ухо однокласснику Осаму. — Не трогай меня. — ударил его по рукам Фёдор. — Он мне рассказывал, как сделал подарок Сигме, сегодня утром. — всё-таки отошёл парень. — Хех, эти двое созданы друг для друга. Это смешно выглядит со стороны. — Дазай взялся за швабру. — Ну да, согласен. Так тем более, могут уже встречаться, но оба боятся и нихрена в результате. Гении, конечно. — уселся на стул Достоевский. — А как насчёт помочь им? — Хм... Сначала план продумать. Потом ты к Сигме лепишься, я к Коле, иногда наоборот, и готово... Не плохо, но как-то заморочно. Лучше немного подождать, если будут с этим проблемы, то можно что-то делать. — пожал плечами Дост. — Да ты мысли читаешь. — К сожалению, нет. — К счастью. — Ошибаешься. — Заткнись. — Ты первый. — Да иди ты. — Мне лень. Спустя несколько минут молчания, на этот раз заговорил Фёдор, в его глазах загорелась искра. — У Сигмы скоро день рождения! Это же идеальная возможность для них и для Коли в целом. — вскочил брюнет. — Когда? — 1 октября. — Ну ещё есть время. — Вот и отлично, что оно есть. — Можно будет как-то их споить что ли, или запереть где-то. — Ну, это на крайняк, но если ничего лучше не будет, то хотя бы так. Короче, давай об этом позже. Мой пол, потом продолжим, и по домам. — развёл руками Фёдор, получая кивок. Остальную часть работы они выполнили относительно молча, иногда что-то побуркивая и многозначительно переглядываясь. — Я не пойму, это замо́к дерьмовый, или я криворукий. — уже по третьему разу Дазай пробовал закрыть дверь, но тщетно. — Я мог бы сказать, что у тебя кривые руки, но он на самом деле плохо закрывается. Нам должны его поменять уже давно, но этого не делают. — пожал плечами Достоевский, подходя к однокласснику со спины, заглядывая, что там происходит. — Помочь? — чуть склонил голову вбок Фёдор, получая неуверенный кивок. Брюнет подошёл со спины, чуть прижимая дверь коленом, а ключ, который всё ещё находился в руке Дазая, повернул, после заветного "щёлк", вытащил ключ, отходя на адекватное расстояние от Осаму. — Спасибо. Домой они шли в тишине. Фёдор ощущал на себе пристальный взгляд шатена. — Да хватит на меня смотреть, ты что-то хочешь? — наконец выдал Фёдор. — Кто бы говорил. — отвернулся шатен, через миг снова поворачиваясь к оппоненту, который всё это время на него смотрел. — Да хватит! Не смотри на меня так. — снова отвёл взгляд кареглазый. — Как "так"? Я по-другому не умею. — приподнял бровь брюнет. — Да неужели? — закатил глаза шатен. — Скажи, почему ты такой бесячий? — ударил себя по лицу Фёдор, изнемогая от его поведения. — Кто бы говорил, зануда. — цыкнул Осаму. — Да иди ты… — Пожалей Гоголя и Сигму, я могу помочь, тебе придётся иметь со мной дело как минимум ближайшее время. — вздохнул шатен, предлагая перемирие. — Как захочу, так и сделаю. — без прощания захлопнул собственную калитку брюнет. — Подумай, и поймёшь, что я прав! — он знал, что Достоевский точно услышит. — Чёрт… — пошипел Фёдор, проваливаясь в сон, уставший от событий дня и общения с Дазаем. 11 сентября. За этот день не произошло ничего особенного, кроме урока математики, на котором ребята продолжали решать контрольные работы последних данных им уровней. Первую ошибку Дазай сделал на 11-м уровне, а Федя на 12-м. — Да это невозможно решить! — нахмурился Осаму, глядя на сложнейшую задачу. — Вполне. Было бы больше времени, я бы и тринадцатый сделал. — отвернулся к окну брюнет, не желая тратить силы на препирательства. — Тц. — злобно сжал кулаки шатен. — Вот ведь самовлюблённый чёрт. Точнее демон. 14 сентября. Всё шло своим чередом, но Сигма вёл себя слишком странно. Будто отдалился что ли, стал более тихим и задумчивым. Это очень волновало Колю, поэтому после уроков он оповестил об этом Фёдора, который пообещал разобраться с этим через несколько дней, если странное поведение продолжится.