MEDS

Эйб Too many friends — Placebo 5:04 Мы живем 5:04 Так мало 5:04 Ты только 5:04 Прикинь 5:05 Сколько потенциально хороших друзей и возлюбленных мы не встретим 5:05 Просто потому 5:05 Что живем так мало 5:05 Джей я сплю 5:06 Эйб Мы можем 5:06 Умереть 5:06 В любой момент 5:06 Понимаешь??? 5:06 Джей да 5:06 ты умреш очень скоро 5:06 и я тоже из-за тебя 5:07 Эйб Как насчет 5:07 Того чтобы умереть вместе 5:07 Джей твой худший подкат 5:08 Эйб Это значит да? 5:08 Джей Meds — Placebo 5:09 Эйб Это уже становится клише 5:09 Джей отвечай на вопрос 5:10 Эйб То есть ты не будешь отрицать 5:10 Что назвал меня деткой с помощью Брайана 5:10 Джей как поздно у тебя? 5:11 Эйб Ты хотел спросить как рано 5:11 Джей выпей свои таблетки, детка, и ложись спать 5:12 Эйб Никогда бы не подумал что ты такой романтик 5:12 Я не могу 5:15 Мне нельзя проспать весь день 5:15 Ты еще здесь? 5:18 Джей у тебя встреча с президентом завтра? 5:18 Эйб Нет 5:18 Джей Тогда иди спать 5:18 Эйб Потвоему 5:18 Единственная уважительная причина 5:18 Не спать 5:18 Это встреча с президентом 5:18 ? 5:19 Джей нет 5:20 я бы проспал встречу с президентом 5:20 Эйб А я уже позвонил в полицию 5:20 Чтобы сказать им что кто-то похитил парня из моего телефона 5:21 И подменил его на патриота 5:21 Джей да 5:21 и если ты прямо сейчас не ляжешь спать и не забудешь обо всем, что услышал, мне придется пристрелить его 5:22 во имя государства 5:22 Эйб Как-то это подозрительно 5:22 Как будто Джей вернулся и пристрелил тебя первым 5:22 Джей даже не сомневайся 5:23 Эйб С возвращением 5:23 Джей ненавижу тебя 5:23 Эйб Ты любишь меня 5:23 Джей я не могу больше уснуть 5:24 Эйб Из-за своей любви ко мне 5:24 Джей из-за ебанутого чела в моем телефона, который не может спать, когда положено 5:25 пошел заварю себе кастрюлю кофе 5:25 Эйб Теперь мы можем разговаривать без твоего нытья 5:25 О том как ты хочешь спать 5:26 Получается мое предложение о смерти 5:28 Принято 5:28 Да? 5:30 Джей? 5:35 Ты не можешь так поступить со мной 5:38 Нил развалился на тесной кровати и не сдержал громкий вздох. Телефон с хлопком свалился на грязный линолеум. Вместе с ним упали и наушники, в которых продолжала играть музыка. Он знал, что Джей будет игнорировать его еще какое-то время из вредности. Старые настенные часы, висящие напротив его кровати, отсчитывали шестой час. Сквозь замыленное окно лились лучи белого утреннего света. Пыль висела в воздухе, колыхаясь от сквозняка, и оседала на полу и его пухлой сумке, брошенной под подоконник. Они не успели разобрать вещи. Ваймак еще с границы в Кентукки выглядел так, словно был готов убить водителя очередной машины, подрезавшей его на повороте. Нил делал вид, что не слышал поток отборного мата, то и дело вылетающего из его рта, и притворялся спящим на заднем сидении. До дома они добрались вымотанные до крайности и моментально отключились. Нил очнулся через двадцать минут. Он боялся посчитать, сколько в сумме проспал за последнюю неделю. Из зеркала на него смотрел человек, который, должно быть, только что вернулся с того света. Моргая и пялясь на свое отражение, он каждый раз надеялся, что оно перестанет выглядеть убого, но все оставалось по-прежнему. По крайней мере, к нему еще не приходили галлюцинации от недосыпа, а значит бить тревогу было рано. Если Джей узнает о его самочувствии, то, вероятно, не будет разговаривать с ним до тех пор, пока он не соизволит проспать восемь часов подряд. Голова лопалась от боли. Усталость тянула его вниз, словно сила притяжения возросла в том куске пространства, в котором находился именно он. Глаза жгло от недосыпа. Нил бросил взгляд на свою сумку, где в боковом кармане выпирал флакон со снотворным. Он не любил принимать его перед первым днем в новой школе. Таблетки делали его массой вялости и апатии, а после особо длительных приступов бессонницы и вовсе могли вырубить на сутки-двое. Нилу нравилась школа. В ее стенах всегда царила обычная подростковая жизнь, состоящая из встреч с друзьями, уроков и домашних заданий. Она была чрезвычайно предсказуема, и находиться там было менее дискомфортно, чем в любом другом месте. Нил перевёл взгляд на белёный потолок, откуда торчала на пучке проводов лампочка, и позволил тиканью часов размазывать его мысли, как жидкое пюре по тарелке. Когда он снова посмотрел на часы, было уже семь. Ему так и не удалось понять, смог ли он уснуть хоть на минуту, но его как физическое, так и эмоциональное состояние осталось таким же удручающим. Спустя долгие мгновения он поднял свою задницу с кровати. Телефон постепенно терял зарядку, не оповещая о новых сообщениях. Его настроение стремительно катилось вниз. Пройдя через ряд утренних процедур, Нил пришел в себя на пассажирском сидении машины, путаясь в ремнях безопасности. — Пацан, ты живой? — спросил Ваймак, косо поглядывая на него. Нил добросовестно проигнорировал его. Он застегнул ремень и отметил, что Ваймак выглядел посвежевшим со вчерашнего вечера, в отличие от него, несмотря на огромное количество потраченной в душе горячей воды. — Я в порядке. Ваймак закатил глаза. — Ну, конечно. Машина двинулась с места. *** — Меня зовут Нил Джостен. — Этого мало, — настойчиво давила на него сидящая за преподавательским столом женщина. — Так ты собираешься приветствовать своих одноклассников, Джостен? Скажи что-нибудь еще. Нил почувствовал, как вина окатила его с ног до головы, и едва сдержал последовавшую за ней вспышку агрессии. Он ненавидел этот идиотский бесполезный ритуал знакомства с классом, который ожидал его каждый раз, когда он переводился в середине учебного года. А он достаточно часто переводился, чтобы это начало бесить его до трясучки. — Конечно, извините. Ещё я хочу сказать «могу ли я сесть?», — проговорил он почти издевательски, из-за чего его голос стал выше. Из класса перед ним посыпались приглушённые смешки. Нил едва окинул взглядом парты, когда зашел, и теперь пялился либо в проемы между рядами, либо на шкафы у противоположной стены. В кабинете были большие не закрытые ничем окна, выходившие на первый этаж, которые нервировали его. С первых секунд он чувствовал себя тревожно. — Мистер Джостен, — проговорила женщина сквозь зубы. — Не советовала бы вам создавать плохое первое впечатление в первый же день в вашей новой школе… — Угрожая мне, вы тоже создаете о себе не очень хорошее впечатление, — перебил он ее. — Я всё-таки сяду. Спасибо. Нил в полной тишине прошел мимо рядов и сел за одну из свободных парт позади. Он бездумно уставился в стол и, краем уха уловив ворчание с учительского стола, выпал из реальности. Кто-то вернул его назад уколом карандаша в плечо. Нил бросил раздраженный взгляд в сторону. — Чувак, это было круто, — шепнул ему парень с соседнего ряда. Нил проигнорировал его. После звонка в коридоре этот же парень появился перед ним с улыбкой до ушей. — Ты сделал мой день, — сказал он звонким голосом. — Это было тупо, но чертовски круто. Я Ники, кстати, будем знакомы. Нил нехотя обратил на него внимание. Парень выглядел вызывающе и был похож на неоновую вывеску в казино или стрип-клуб. Голубая полупрозрачная рубашка была наполовину расстегнута и выпущена из зауженных джинсов, а его смуглые щеки были обсыпаны блестками. Нил бросил взгляд на крупную пеструю подвеску, которая висела в вырезе у него на груди. Если бы он хотел привлечь внимание всей школы, то ему следовало бы поучиться у него. Ники протянул ему руку с кольцами на пальцах, и Нил рассеянно пожал ее. Он неловко сунул кипу учебников под бок и пожалел о том, что не взял с собой сумку. Первой его потребностью было найти свой шкафчик, а не знакомиться с одноклассниками, но Ники сбил его с толку своим видом и дружелюбием. К тому же, Нил был слишком совестлив, чтобы послать человека, который не сделал ему ничего плохого. — Я Нил. — О, я знаю. Твоё имя я никогда не забуду. Их рукопожатие затянулось, пока Ники очаровательно ему улыбался. В его словах был какой-то странный подтекст, который Нил не уловил и отнял свою ладонь назад. Он заметил, как между его зубами блеснуло что-то, что вполне вероятно могло быть пирсингом в языке. — Давай я помогу. — Я в порядке. До того как Нил закончил фразу, Ники уже выхватил у него половину учебников и пошел вперед, вынуждая идти за ним. — Это было тупо? — начал он, когда они прошли какое-то время в тишине, а тревожность начала щипать его за пятки. Ники хохотнул. — Ты нахамил своей училке по английскому, тебе конец, чувак. Она будет валить тебя. Нил задумался об этом и понял, что это мало волнует его. — Но расслабься. Во мне она души не чает. А я всегда к твоим услугам, — весело продолжил Ники и подмигнул ему, заворачивая на повороте под лестницей. — Здесь шкафчики. Кстати, мы только что прошли столовку, она прямо напротив входа. А тут выход во внутренний двор. Какой у тебя номер? — Вот он. Нил прошел мимо группы людей и кивнул головой на шкафчик. Ники стал светиться, как рождественская гирлянда. — Должно быть, это судьба. — Что? Нил ввел пароль и засунул на свободные полки учебники, забрав вторую часть у Ники, который привалился плечом на рядом стоящий шкафчик. — Потому что у нас шкафчики вместе. Может, мы родственные души? Ники широко усмехнулся, и одна его бровь поднялась. Нил не мог понять, что он упускает в их разговоре, но спросить не успел. К ним подошла миловидная девушка в каком-то старинном длинном платье. Из-под небольшой шляпы на ее голове были видны обесцвеченные короткие волосы с крашеными кончиками. Рядом с Ники она смотрелась неописуемо контрастно. — Привет, Ники. — Рене, смотри какое чудо к нам перевелось сегодня утром. Должно быть, это мой подарок на день рождения. Девушка доброжелательно улыбнулась ему, поправив шляпу. Из-за движения рукой рюкзак у нее на плече покачнулся и брякнули висевшие на нём значки и брелоки. Ее глаза смотрели с добротой, но Нил чувствовал себя неловко. — Здравствуй. Меня зовут Рене. — Я Нил. — Рада познакомиться. Если у тебя будут проблемы, ты всегда можешь обратиться ко мне. Или к Ники. — Никаких «или», — добавил Ники, переместившись к нему под бок, и положил руку ему на плечо. — Чувак, я всегда тебе помогу. И вообще, мы должны быть на связи. Дашь свой номер телефона? Рене улыбалась, как будто не происходило ничего странного, но Нил начал чувствовать себя вдвойне некомфортно. От Ники пахло каким-то сладким парфюмом, которого он прежде не замечал. — Ники, — начала Рене, спасая его от неловкости, — ты случайно не знаешь, где Эндрю? Ники глубоко и шумно вздохнул, моментально отвлекаясь на нее. — Он не в школе, — сказал он, опустив руку с его плеча и почесав затылок. — Я его сегодня даже не видел. У Аарона были ключи от машины, так что, думаю, они встретились утром. Прозвенел звонок на следующий урок, заставив всех вокруг ускориться. — Ой. Хорошо, тогда встретимся на ланче. Хорошего дня, Нил. Рене махнула рукой, подхватив свою длинную юбку, и ушла вместе с потоком людей. — Хэй, что у тебя следующее по расписанию? Не математика? — Вроде, она. Ники подхватил его под локоть на середине фразы и потащил вдоль по коридору. — У меня тоже. Хочешь, на следующей перемене покажу тебе школу? А в обед познакомлю с остальными. — Остальными? — переспросил Нил, шагая с ним в такт. — Ага. Наша компания. Ники улыбался солнечно и загадочно. Нил так и не понял, о чем он говорил, пока не наступило время обеда. Есть ему не хотелось, но любопытство не смогла остановить даже сонливость, снова накатившая во время уроков. Когда они добрались до столовки, Нил был на грани того, чтобы сбежать, застряв в огромной очереди. Но Ники внезапно ткнул в него локтем. — Видишь те столики? Нил устало проследил за его взглядом. В середине зала сквозь мелькающих людей были видны сдвинутые вместе два вытянутых стола. За ним сидело несколько человек, и все они слишком агрессивно отличались от остальных. Нил заметил среди них знакомую шляпу Рене, которая встретилась с ним взглядами. Она улыбнулась и махнула им рукой. — Пошли, познакомлю тебя, — бросил Ники и с подносом пошел в их сторону, лавируя между людьми. Нил заторможенно увидел свой полный поднос и последовал за ним. — Итак, представляю вам самого сексуального парня в этой школе после меня, — проговорил Ники на одном дыхании, бросив поднос на стол, пока Нил садился на скамью рядом с Рене. — Ребята, это Нил, он переведенный. Нил, это ребята. Спасибо за внимание. Нил чувствовал себя глупо под чужими заинтересованными взглядами. Доброжелательно на него смотрели только Рене и темнокожие парень с девушкой, у которых был одинаковый блестящий и яркий макияж. — Может ты прекратишь нам представлять каждую свою пассию? — раздраженно кинул светловолосый парень на другом конце стола. Он единственный был одет в обычный худи и джинсы и выглядел, как мелкая поганка. Нилу показалось, что он уже где-то его видел, но вспомнить, где именно, не мог. Ники плюхнулся на место рядом с ним. — Аарон, не рушь мою личную жизнь, — протянул он. Нил переводил взгляд с одного на другого, и в конце концов посмотрел на Рене, которая всезнающе улыбалась ему, выпивая сок из пакетика. Осознание свалилось на него как снег на голову. — Прости, не думаю, что… Я вроде как не гей. Ники посмотрел на него ошарашенно. — Что? Ты натурал? — Не уверен, — выронил Нил, сбитый с толку чужой реакцией. — Вообще-то я уже кое с кем встречаюсь. — Когда ты успел? Ты же недавно в городе. — Это... на расстоянии. — Зря ты это сказал, — проговорил темнокожий парень напротив него. У Ники на лице зародилась надежда. — Ты бы знал, как я тебя понимаю. Мы можем побыть вместе, пока это остается на расстоянии. Нил растерянно нахмурился. — Я так не думаю. Ники, очевидно, хотел начать спорить, но Рене мягко остановила его: — Ники, думаю, тебе стоит прекратить. Он посмотрел на нее шокировано и закрыл тыльной стороной руки глаза, простонав на всю столовую. — Поверить не могу, что план по соблазнению милашки-Нила провалился! — Быстро же тебя отшили на этот раз, — усмехнулся Аарон. — Не сыпь мне соль на рану! Я еще долго буду от этого отходить. — Ты в порядке? — неожиданно спросила Рене, глядя на Нила. — Конечно. — Не переживай, у Ники такое постоянно, — откликнулся темнокожий парень. — Он и ко мне подкатывал, и к Кевину. Он кивнул на высокого парня в татуировках, который мрачно сидел рядом с Аароном и иногда бросал на него взгляды. — Я, кстати, Мэтт, — представился он и наклонил голову к девушке рядом с ним. — Это Дэн. — Привет, — сказала Дэн. Нил перевел взгляд с её серебряных век, на такие же веки Мэтта. На их темной коже и тени, и яркий рыжий рисунок на щеках, и блестящие губы очень выделялись. — Это... довольно неплохо выглядит, — решил сказать Нил, потому что заметил, что его поймали за подглядыванием. — Да? — удивился Мэтт. — Ага. Мэтт рассмеялся. — Спасибо. Хотя обычно я слышу не это. Но я из театрального клуба, так что всегда можно сказать, что ты просто готовишься к спектаклю. — Только нам никогда не разрешат ставить такие спектакли, — добавила Рене с улыбкой. — Значит, вы все из театрального клуба? — спросил Нил, игнорируя еду в своей тарелке, которую все так или иначе ели. Ники обратил на него свой расстроенный взгляд. — Только они с Рене. Я не пойду в их клуб, пока они не поставят спектакль с геями. — Я давно предлагала сделать это без ведома руководителя, — неожиданно присоединилась к их диалогу молчавшая до этого девушка рядом с Рене. — Итак, всё дела, дела. Привет, я Элисон. И я бы с удовольствием ушла в их кружок, если бы администрация перестала быть такой зашоренной. Нил остановил взгляд на ее идеально симметричном лице, избегая опускать его на почти полностью открытые плечи и огромное декольте, прикрытое только прямыми длинными волосами. — Тогда чирлидерши потеряли бы лучшего капитана в этом городе, — отозвалась Дэн. — Будто бы я так нужна вам, когда в нашей бейсбольной команде есть маленькая звездочка, — сказала Элисон и посмотрела на Нила. — Ты же переведённый, да? Так что даже не подозреваешь, что сидишь за одним столом со всеобожаемым и вселюбимым Кевином Деем, из десятки лучших по стране среди питчеров-юниоров. — Необязательно это так раздувать, — бросил Кевин. — Еще и скромный. — Я не люблю бейсбол, — бесстрастно заявил Нил. Кевин недоуменно поднял бровь. Мэтт усмехнулся. — Хорош. Дэн толкнула его плечом. — Я не люблю бейсбол, солнце, но я люблю чирлидинг. И одну конкретную чирлидершу. Дэн прищурила глаза и потянулась к Мэтту. Они быстро чмокнули друг друга в губы. — Не понимаю, что у тебя в голове, — произнесла Элисон, оглядывая Нила с ног до головы. — К тому же ты еще не разу не посмотрел на мою грудь. — Это странно? — сконфуженно выронил Нил. — На меня невозможно не пялиться. Нил пожал плечом и продолжил держать взгляд прямо, несмотря на то что Элисон наклонилась вперёд. Несколько прядей спали с ее плеч. Сощурив глаза, она хмыкнула и растянула алые губы в улыбке. — Ставлю десятку на то, что он продержится с нами до выпускного, — неожиданно выдала она. — Ставлю, что он не дотянет до лета, — проговорил Аарон, не отрывая взгляд от телефона. — Ставлю за Элисон, — сказал Мэтт. — Я тоже, — поддержал его Ники. — А я за Аарона, — произнесла Дэн. Мэтт посмотрел на нее удивленно. — Что? Нил выглядит хорошим. Не думаю, что он сможет долго протянуть. — Что? — не выдержал Нил. — Что происходит? — Ставки на то, как долго ты выдержишь в нашей компании, — миролюбиво пояснила Рене. — И почему я должен не выдержать? — Ты знаешь, что в школе был дресс-код? — начала Элисон. — И знаешь, почему его убрали? — Эндрю пришел с макияжем, — ответил Ники. — А на следующий день я оделся вот так. — На тебе еще были шорты, — напомнил Кевин. — И, по-моему, ты был пьяный. — У меня была отличная ночь, что сказать. Короче, Рене и Мэтт пришли на следующий день в костюмах. Был такой скандал. Нас бы выперли, если бы Элисон не позвонила своему адвокату. — И теперь мы можем ходить, как хотим, — довольно заключила Элисон. — Это главное. А еще нас все теперь называют… Как они говорили? — Фрики, — подсказала ей Рене. — Именно. — А вы выглядите, как самые популярные ребята в школе, — сказал Нил. Элисон хохотнула. — Мы и есть самые популярные. Но элита, — выделила она, сделав кавычки пальцами, — сидит вон там. Она выразительно посмотрела на стол на противоположной стороне столовой. Нил обернулся и увидел, как с тех мест поднялась группа людей и направилась к ним. — Мне кажется, или он к нам идёт? — спросил Мэтт в пустоту и чертыхнулся. Все за столиками помрачнели и притихли, даже всегда светящаяся Рене. Элисон злобно уставилась на подошедшего мрачного парня азиатской внешности, который фамильярно положил руку на плечо задеревеневшего Кевина. Кевин на тон побледнел. — Как ты, Кевин? — спросил он участливо, на удивление, без какого-либо акцента. — Рука все еще ноет? Нил отвлеченно смотрел на эту сцену, и что-то сильное и мощное стукнуло в его памяти. С таким звуком сталкивалась его голова со стеной, когда Лола таскала его за волосы по всему дому. После каждого удара она спрашивала: «Как ты? Больно?» и ее голос был нежнее, чем когда-либо был голос его матери. На языке осел призрачный вкус крови. Нил сжал челюсти и впился ногтями в ладонь, привязывая себя болью к реальности. Слова Рене он услышал так, как будто был под водой. — Рико, не мог бы ты не беспокоить нас, пожалуйста? — Я разве не могу побеседовать с членом собственной команды? — Нет. Просто отъебись, — произнес Нил, ощутив волну дикой ненависти. Парень, Рико, повернул голову к нему, окинув его взглядом. — Прости? — Прощаю. И раз ты не понимаешь вежливой просьбы, то объясняю тебе на твоем языке. Отъебись от него. Рико убрал руку с плеча Кевина. Нил почувствовал такое облегчение, словно это было его плечо. На него были направлены все взгляды в ближайшем окружении, даже с соседних столиков. — Ты кто вообще такой? — Просто парень, который говорит тебе отъебаться. Это сложно понять для тебя? — Следи за словами, мелкий кусок дерьма, — вмешался другой парень, высокий и кудрявый, с французским акцентом. — Лучше быть куском дерьма, чем подлизывать такому как он. К несчастью или счастью, их прервал звонок на урок. — Так, всё. Нужно срочно идти на урок. Всем нам, — слегка истерично сказал Ники, поднявшись. — Иначе мы все опоздаем. Давайте разойдемся на этой ноте. Кудрявый француз впился взглядом в Нила, а Рико осмотрел всех присутствующих и уставился на Кевина. — Держи своих шавок на цепи, Кевин. Жду тебя на тренировке. Он развернулся и ушел, заставляя толпу перед собой расступаться, и кудрявый француз поплелся вслед за ним. Нил смотрел на них, но, услышав глухой смех, повернулся назад. Элисон лежала лицом на ладонях и тряслась от беззвучного хохота. Рене разглядывала его заинтересованно, с остывшей на губах улыбкой, бледный Кевин выглядел полностью ушедшим в себя. Остальные смотрели на него молча и шокировано. — Я забираю свою ставку, — промолвила Дэн и на ее губах стала расползаться осторожная и впечатленная улыбка. Мэтт перевел взгляд с Нила на нее. — Чувак, — пораженно протянул Ники, — ты псих. После этого он улыбнулся ему и добавил: — Ты точно впишешься.