Carve your name into my arm
Вырежи своё имя на моих руках
Instead of stressed, I lie here charmed
Вместо тревоги, я лежу здесь очарованный
'Cause there's nothing else to do
Потому что ничего больше не остается
Every me and every you
И так у каждого меня и каждого тебя
Placebo «Every you»
Нил бодро зашёл на кухню. Он открыл холодильник и под внимательным взглядом Ваймака достал банку арахисовой пасты, которая волшебным образом оказалась на полках вместе с остальными продуктами. Провод от наушников, воткнутых в одно ухо, то и дело попадал ему по руке, пока он делал бутерброд. Биты динамичной музыки заставляли его мазать пасту на хлеб в их такт, и только Ваймак, сидящий позади него за столом с огромной кружкой кофе, не давал ему подпевать вслух. — Что? — спросил Нил, развернувшись и сунув бутерброд в рот. Ваймак покачал головой и отпил из кружки. — Не знаю, что у тебя случилось, но я рад. Нил пожал плечом. — У меня хорошее настроение. И я, возможно, немного поспал. — Мне отправить Джею подарок? — Он любит машины, — весело ответил Нил. — Уверен, что «спасибо» его тоже устроит. Нил широко улыбнулся, доедая кусок. Они переписывались с Джеем до полуночи, а потом его бескомпромиссно отправили спать. Он вырубился на четыре часа, которые ощущались так, словно кто-то сделал ему укол адреналина. Энергия и бодрость переполняли его. Он забыл, сколько на самом деле тратил сил на то, чтобы держать глаза открытыми и делать какие-то примитивные вещи вроде поднятия руки и поворота головы. — Знаешь, я пробегусь до школы, — решил он, убрав банку обратно. — Езжай без меня. — Не убейся по дороге, — крикнул Ваймак ему вслед, когда он выходил из дома. На улице стоял февраль. Всё вокруг цвело, как в середине лета, а свежесть, сладкая и непривычная, витала в воздухе. Асфальт был промокшим от ночного дождя, но в лужах блестело чистое голубое небо, предвещающее только хорошую погоду. Нил бежал вдоль светлых улиц. Ветер трепал его отросшие волосы и выдувал из головы шумные выматывающие мысли. Тревога, всегда маячащая рядом, отступала с каждым шагом. Он досадливо вздохнул, когда наконец добрался до школы с горячими мышцами и обновленным мозгом. Звонок прозвенел, стоило ему попасть в класс. Нил сел за парту, скромно улыбнувшись своему объявившемуся соседу, и молча кивнул в ответ на широкий жест рукой от Ники. Его рубашка на несколько размеров больше скатилась по его плечу до подмышки, а многочисленные металлические браслеты брякнули на весь кабинет. Он усмехался и был энергичнее вчерашнего. Рядом с ним сидел Аарон, который выглядел чуть иначе, чем вчера. Нил удивился его присутствию и пошарил глазами по классу, заметив высокую макушку Кевина. Ему стало понятно, почему эти двое были уже знакомы ему, когда он увидел их вчера. — Приветик, — сказал Ники, подойдя к нему в перемену. — Без этих синяков под глазами ты выглядишь ещё лучше, чем обычно. — Эм, спасибо. — Хотя с твоим-то то лицом быть ещё более милым это непростая задача. Нил встал из-за стола, поморщившись. — Я ведь уже сказал, что не заинтересован… — О, ты не можешь лишить меня возможности ещё и флиртовать с тобой! — Ники… — Мое и так разбитое сердце не выдержит такого удара, — продолжал стонать он, шагая с ним бок о бок. — Прекрати ты уже, — оборвал его Аарон, который шел позади них на небольшом расстоянии. Нил бросил на него взгляд. От вчерашнего Аарона остались только лицо, очки в прозрачной оправе и грубость. Его предплечья были обернуты в черные нарукавники. Он шел во всем черном, засунув руки в карманы, и смотрел с поразительной безэмоциональностью на все вокруг. Его глаза были прикрыты, а губы плотно сжаты. Нил задумчиво посмотрел на пирсинг в его брови. — Ничего ты не понимаешь, — кинул Ники и удивительно послушно перестал его доставать. Нил держался до обеда. В столовой все, кого он видел вчера, сидели в разбросанном порядке, из-за чего ему пришлось приложить усилия, чтобы вспомнить всех поимённо. Никто не вел себя так, будто происходит что-то странное. Он сидел напротив Аарона, который молча смотрел в сторону, и, когда каждый нашел себе занятие, спросил: — А ты кто? Аарон повернул к нему голову. За их столом повисла тишина, которая моментально взорвалась выкриками. — Какого черта?! — кричал Ники громче всех. Элисон расхохоталась. — Да! — Это невозможно, — отозвался Мэтт. — А я верила в него, — сказал Дэн. — Но не так же быстро! Гул в столовой усилился в несколько раз только из-за шума, который они производили. Нил непонимающе смотрел на них, пока неАарон выглядел так, будто ему совсем нет дела до происходящего. Он молча снял очки. — Давайте выкладывайте, — произнесла Элисон и постучала длинными цветными ногтями по столу. Все кроме Рене, Нила и неАарона полезли в сумки. — Поверить не могу, — плюнул Ники и вытащил несколько долларов. — О, мой мальчик, — пропела довольная Элисон, стрельнув в него глазами, — ты меня озолотишь. — Как ты понял? — возмущенно спросил его Ники. — Нет. Когда ты понял, что он не Аарон? Нил пожал плечом. — Сразу же? — Да как? Их вообще не отличишь! — Не сказал бы… — Даже я несколько недель привыкал к ним. А Кевин не мог их различать после месяца знакомства. — Это неправда, — запротестовал Кевин. — Ты их постоянно путал, — отмахнулся от него Ники и снова обратился к Нилу. — А сейчас ты так просто заметил всё с первого раза! — Просто нужно знать, куда смотреть, — бросила Элисон, пересчитывая все брошенные ей деньги. Рене в согласии с ней помахала головой. — У него пирсинг, — бросил Нил последним аргументом, чувствуя себя неловко, и посмотрел на брата Аарона, который не обращал на происходящее внимание. — Так как тебя зовут? С задержкой он перевел на него взгляд и холодно уронил: — Эндрю. — Я Нил. — Знаю, умник. Хотя, скорее, идиот. Раз оскорбляешь Рико на глазах у всей школы. — А о тебе я пока ничего лестного сказать не могу, — отбил Нил, удивленный его грубостью. Они уставились друг на друга. — Откуда ты вообще взялся? — проговорил Эндрю. — Спроси у моей матери. — Ребят, полегче, — вмешался в их обмен любезностями Ники. — Нил, у тебя реально талант грубить людям, которым нельзя грубить. А учитывая, что ты взбесил Рико, с Эндрю бы тебе лучше подружится. Рико не лезет к нам только из-за него. Нил удивился, ещё раз взглянув на Эндрю. — Я как-нибудь сам справлюсь с ним. — Не прибегай потом ко мне. — К тебе? — усмехнулся Нил. Эндрю вяло задрал бровь и флегматично посмотрел в сторону. Нил поймал на себе заинтересованный взгляд Рене, не зная, как его интерпретировать. Эндрю с ним больше не говорил. На следующий день Аарон, который вчера провел все время с девушкой, присоединился к ним на обеде. Он сидел рядом с Эндрю, вернув себе очки, и их различие до отвращения ярко бросилось в глаза. Близнецы были непохожи друг на друга, но характер и у первого, и у второго был одинаково ужасный. Аарон был раздражительным и язвительным, теряясь в огромных толстовках, книжках и телефоне — Эндрю молчаливым и бесстрастным ко всему вокруг. У него прибавился пирсинг в ушах, черная одежда осталась такой же черной, только с ремня и тяжелых ботинок свисали гремящие цепи. Его глаза были определенно подведены чем-то, что выделяло их на фоне светлой кожи и волос. Они с Аароном сидели всегда неподалеку друг от друга, но никогда не разговаривали. Нил держался от них подальше, общаясь либо со старшеклассниками, либо с Ники. Ники, в свою очередь, особенно на уроках и переменах, все время пытался их разговорить. Один раз он рассказал Нилу, что они втроём были братьями. — Вы же одного возраста, — не понял Нил, роясь в шкафчике в поиске нужного учебника. — Вообще-то я на год старше. Но мы не родные братья. Я их кузен. Мы долгое время не общались, потому что я не знал, что мы родственники. Теперь я живу с ними. Стараюсь их сплотить. Эндрю с Аароном не очень ладят. Нил пожал плечом. Он не ожидал от Ники такого откровения, но не был согласен с ним. Близнецы, очевидно, не ладили со старшеклассниками, из-за чего их стол всегда делился на две части. Но они старались садиться рядом или напротив друг друга, а когда один уходил, второй всегда провожал его взглядом. Они, может, и не ладили в общепринятом смысле этого слова, но присматривали друг за другом. Справедливости ради, стоило сказать, что Эндрю не разговаривал не только со своим братом, но и ни с кем вообще, кроме Рене. Нил недавно поймал их за бурным обсуждением чего-то в перерыв, когда искал нужный кабинет. Они стояли близко друг к другу, прислонившись плечами к стене под лестницей, и спорили. Это определенно был двусторонний активный диалог. Рене постоянно смеялась, а Эндрю закатывал глаза. Нил решил, что они, должно быть, встречались или были на пути к этому. Отношения между лисами были не страннее того, как они выглядели. Наблюдая издалека, Нил не понимал, как они могли начать общаться друг с другом. Их не связывало практически ничего. Старшеклассники жили отдельной компанией. Элисон и Дэн часто можно было увидеть вместе или в компании девушек из группы поддержки. Мэтт мог присоединяться к ним, а иногда с одной из чирлидерш Нил замечал Аарона. Кевин держался подальше от всех, пропадая на тренировках всю свободную часть времени, но у него были довольно тесные отношения с близнецами и Ники, которые Нил понять не мог. Рене была единственной, с кем общался каждый. Она, чаще всего, разговаривала с Эндрю, когда он не сидел на каком-нибудь подоконнике в одиночестве в наушниках. Его всегда окружал ореол пустого пространства на расстоянии метра, словно он был магнитом, отталкивающим людей. Рядом с Рене даже он жертвовал своей отчужденностью. Она, будучи доброй и милой, с летящими платьями из прошлого века и шляпками с цветами, была похожа на диснеевскую принцессу. Нилу она не нравилась. Рене вызывала в нем смутное чувство опасения, которое он не привык игнорировать. Она смотрела так, будто понимала его от корней волос до кончиков пальцев, что пугало его до чертиков. Ему казалось, что все слои его лжи выстилались перед ней красной дорожкой, а каждая мысль читалась на его лбу, как неоновая вывеска. Рядом с ней тревога сводила его с ума. Нил избегал Рене и не замечал, как начал держаться подальше от всех остальных. Ники всегда так или иначе маячил от него неподалёку, затягивая его в диалоги с другими, но Нил оставался молча стоять в стороне. Ему было неловко вмешиваться в чужой разговор, даже если он происходил у него под носом. Подбирать слова, следить за мыслью и выдумывать новые и новые подробности собственной несуществующей жизни утомляли его очень быстро, поэтому он предпочитал молчать. Он наблюдал за взаимодействиями в их группе, слоняясь рядом, как неприкаянное приведение. В общем и целом, его первая учебная неделя проходила как в любой другой школе, в которой он успел побывать за свою короткую нелепую жизнь. После физкультуры к нему неожиданно подошел Кевин в раздевалке, когда он закончил переодеваться в туалете. — У тебя хорошая физическая форма, — бросил он невозмутимо, словно это не был их первый диалог друг с другом. Его волосы были мокрыми. Он уже полностью собрал сумку и теперь сидел в одиночестве на скамейке, ожидая его. — Спасибо, — рассеянно ответил Нил. Целый урок его заставляли сдавать нормативы, которые он пропустил в начале четверти. Раздраженный и встревоженный из-за переодевания Нил выполнил все упражнения на минимальный проходной балл и отсиживался остаток времени на скамейке, соврав, что потянул запястья после отжиманий. Он не знал, как Кевин сделал вывод о его хорошей физической форме, но это действительно было так. Вся его жизнь — это марафон, который не оставил ему ни шанса быть слабым и хилым. — Ты мог сделать гораздо больше, — продолжил Кевин, когда между ними повисло молчание. — У меня травма. Нил махнул своим абсолютно здоровым запястьем. Он направился к выходу, надеясь уйти от разговора, но Кевин, нахмурившись, пошел за ним. — Ты чем-то занимаешься? — Ничем таким… Кевин продолжал идти за ним и смотреть, ничуть не смущенный его холодом, и Нил был вынужден пояснить: — Единоборства. — Выходишь на соревнования? Почему не вступишь в клуб? — засыпал он вопросами с интересом в глазах. — Мне нельзя из-за здоровья. — Но ты же все равно этим занимаешься. — Сложно не заниматься, когда у тебя отец тренер. Нил пожал плечом, поймав себя на том, что не сказал ни слова правды. Обычно это не западало ему в голову, но Кевин шел рядом и выглядел искренне увлеченным их разговором о спорте. Он казался ему больше не безразличным, как Эндрю, или хмурым, как Аарон, а просто неуверенным в себе подростком, который пытался с ним подружиться. Неожиданно Нил подумал о том, что было бы, если вся его история была бы правдой: если Ваймак был бы тренером, а сам он с азартом и предвкушением принимал участие в соревнованиях. Эта версия Нила, вероятно, с удовольствием обсудила бы с Кевином бейсбол, единоборства и виды тренировок, а не шла бы по коридору в полном молчании. Он задумался, раз за разом подтягивая лямку рюкзака на плечо, хотя она едва ли успевала спадать с него. Тело заныло от бездействия, желая выместить наружу возрастающее зудящее напряжение. Кто-то резко столкнулся с ним, заставив его налететь на Кевина. Они остановились и обернулись на знакомую шайку Рико. — Упс. Ты настолько невзрачный, что я не заметил тебя, — сказал знакомый парень-француз. — Носи очки, — бросил возмущенно Нил. — Не надо, — одернул его Кевин, схватив его за плечо, и обратился к французу. — Извини, Жан. Мы пойдем, у нас урок. Нил позволил подтянуть себя вперед на пару шагов, стискивая зубы от гнева, пока не услышал голос Рико позади: — Надо же какой послушный щенок. Получше Миньярда. Нил остановился, развернувшись. — Мне интересно, почему ты ходишь не на привязи? У тебя явно бешенство. — Нил, хватит, — зашептал Кевин. Вокруг них начала собираться толпа. Нил молча скинул его руку и проигнорировал. Когда Рико сделал шаг к нему, Кевин попятился назад. — Ты действительно такой тупой или просто притворяешься, Нил Джостен? — высокомерно и медленно проговорил он, с отвращением выделив его имя. — Как мило, что ты знаешь моё имя, Ричард или как там тебя. Рико сузил глаза. — Похоже всё-таки первый вариант. Тебя нужно научить местным правилам, мелкий ублюдок. В следующий раз, когда ты пройдёшь мимо меня, хочу, чтобы ты поклонился мне в ноги. Нил усмехнулся. — В этой жизни мы иногда не получаем того, что хотим. — Это мы посмотрим. — И что ты сделаешь? Изобьешь меня? Ты? Я тебя умоляю. Кишка тонка. Нил отлетел на шаг назад от удара по щеке. Толпа охнула и расширилась, пока он собирал звезды перед глазами. Удар был отличный. Нил встал прямо и усмехнулся, глядя в разъяренное лицо Рико. — И это удар? Моя бабушка дралась лучше. Он получил по лицу снова. Кровь забурлила и раскатилась по языку. Вместе с привкусом металла она принесла головокружение и адреналин. Нил силой воли заставил себя держать руки по швам и выронил громкий смешок. Рико практически сломал ему нос со следующим ударом, на котором их потасовка и закончилась. Кто-то из учеников успел позвать учителей до того, как началась бы настоящая драка, и их отправили к директору. *** — На этом всё. Прошу покинуть мой кабинет. Рико встал со стула и вылетел из кабинета раньше него, хлопнув дверью. Нил встал не спеша. Он попрощался и выкинул окровавленную засохшую ватку, которую получил от медсестры, в мусорное ведро у выхода. Кровь из носа остановилась уже давно и шла совсем не так сильно и долго, как он показывал. Его окутало легкое чувство удовлетворения, когда он вышел в коридор. На него из ниоткуда налетел Ники. — Ты с катушек слетел?! — выкрикнул он ему в лицо, схватив за плечи. — Не ори, — успокоил его Эндрю. Нил с удивлением уставился на него и Аарона, неприметно стоящих у стены. Кевин сидел на скамейке с бледным перепуганным лицом около них. Все старшеклассники тоже стояли рядом и смотрели на него с разными эмоциями. — Что вы тут все делаете? — растерянно проронил Нил. — Пришли посмотреть на твое симпатичное личико, — иронично ответила Элисон. — Я должна это снять, можно? До того как он успел сказать хоть слово, она достала телефон и сфоткала его. — Это лично мне на память, не волнуйся. — Разве сейчас не уроки? — спросил он, сбитый с толку. — Они уже закончились, — просветила его Рене, которая выглядела, как обычно, безмятежно. — Может, мы поговорим о том, что он подрался с Рико Мориямой? — прервал их Ники, размахивая руками во все стороны. — Какого черта?! — Хватит орать. Мы под носом у директора, — буркнул Аарон. — На кой чёрт ты притащил нас сюда? Пока Ники с Аароном препирались, Мэтт подошел к нему. — Нил, ты в порядке? Выглядишь не очень. — А? Да, я в порядке. — У тебя огромный синяк на носу, — поддержала его Дэн. — Царапина. — Почему ты не ударил его? — тихо спросил его Кевин со своего места. Нил повернулся к нему и пожал плечом. — Потому что мне нельзя, чтобы моего отца вызвали в школу. — То есть ты позволил ему избить себя? — возмущенно отозвался Ники, отвлекаясь от Аарона. — Он не избивал меня. Просто ударил пару раз. — И зачем? Потому что ты не мог держать язык за зубами? — усмехнулся Аарон. — Чтобы мне не пришлось видеть его лицо ближайшие четырнадцать дней, — саркастично бросил Нил. Аарон заткнулся. Кевин хлопнул глазами, бледнея сильнее. — Он не попадет на тренировки в течение двух недель? — пробормотал он. — Он убьет тебя, когда вернется. — Хочу на это посмотреть. Нил заметил, как отсутствующий до этого Эндрю, заинтересованно повернул к нему голову. Они мельком столкнулись взглядами. — Нил, слушай, ты действительно псих, — впечатленно проговорил Мэтт. Нил отвлекся на него. — Это всегда работает с такими придурками. — С тобой мы точно не соскучимся, — проговорил Ники, закинув руку ему на шею. — Пойдемте куда-нибудь завалимся? — Можно в кафе около школы, — предложила Рене. — Отлично. Отказы не принимаются. Нил неловко посеменил за Ники, который не ослаблял хватку и потащил его вперед. Не приносящие боли прикосновения всегда были для него чем-то необычным и вызывающим предосторожность. Вес чужой руки на плечах впервые ощущался неплохо. Нилу не хотелось отстраняться.