Договор: Узы

      Я стар, но не настолько опытен,       Я молод, но не так уж дерзок.       И я не думаю, что мир продан,       Я просто делаю то, что говорят.       Когда я поступаю плохо,       Мне кажется, что всё идёт как надо,       Когда я поступаю верно,       Мне кажется, что всё не так.       Я мог бы солгать, мог бы, верно?       Всё, что меня убивает, даёт мне вкус к жизни.       (OneRepublic — Counting stars)       

___________

      При звуке спускаемой в туалете воды L резко сел на постели. Он не мог сказать, это ли выдернуло его из сна, или та странная смесь запахов, что исходила от омеги. Что бы то ни было, но он встал с постели и, неслышно ступая по деревянному полу, направился проверить свою пару. Утренний воздух был прохладным, поэтому по дороге он захватил забытый Лайтом на стуле халат.              «Что-то не в порядке…» — обеспокоенно нахмурился L, входя в дверь ванной комнаты, которую омега в спешке оставил незакрытой. Сам он стоял сейчас у раковины, крепко сжимая в одной руке зубную щётку, а другой опираясь о край тумбы. Его глаза были плотно закрыты.              — Не реально… — бормотал он, тряся головой.              «О, боже… это то самое, о чём говорил Ниа?» — занервничал L, вспомнив, о чём они с беловолосым альфой говорили накануне.              «Ещё кое-что, Ниа…»       

***

      — Ты смог выяснить что-нибудь о том, как разорвать узы? Кроме… — L подавил рычание, — варианта с удалением железы?              Ниа со вздохом поднял отчёт:       — К сожалению, вариантов немного, и даже удаление железы не гарантирует разрыва связи, не говоря о том, что это может вызвать негативные последствия.              — Ты серьёзно? — прошипел L. Не то, чтобы он думал когда-нибудь согласиться на такой радикальный шаг, но…              Ниа кивнул:       — Выяснилось, что эфирные узы повязанной пары разорвать также трудно — если не невозможно, — как и физические. Всё дело в их нематериальной природе. По сути, железа — это… как бы получше выразиться… помимо того, что это точка проникновения, куда ставится брачная метка, но… когда пара соединяется посредством ритуала взаимных укусов и обмена кровью во время течки… это нечто большее… — Ниа умолк.              «Чёрт… — с горечью подумал L. — Нет, я не могу сдаться. Мы не можем сдаться…»              — Вот почему зачастую смерть пары является единственным способом разорвать узы. Только в этом случае один партнёр полностью перестаёт чувствовать другого через эфирную нить, причём на любом уровне, а не только посредством физического обмена феромонами, когда партнёры находятся рядом, — пояснил Ниа.              Всю последнюю неделю L был так поглощён своим супругом, что особо не задумывался об этом. В общих чертах он знал, что происходит между повязанными партнёрами, но поскольку Лайт не упоминал, что чувствует что-то через эфирную связь с Бейондом, детектив и не думал поднимать эту тему. Однако теперь он решил, что необходимо изучить её поподробнее.              — Конечно, глубина связи существенно варьируется от пары к паре… — попытался ободрить детектива Ниа, и в его обычно равнодушных глазах угадывалось лёгкое сочувствие.              — Давай дальше… — кисло пробормотал L.              — Да… как я уже сказал, когда один из повязанных партнёров теряет другого, ему приходится пройти через крайне тяжёлый период. Который также может быть спровоцирован хирургическим удалением железы. Кроме того, по неизвестной причине всё особенно серьёзно в случаях, когда умирает альфа, а не наоборот. Теорий, объясняющих это, очень много, и на эту тему уже давно ведутся противоречивые споры. Суть одна — омегам пережить потерю своей пары гораздо труднее. Они тяжело заболевают, становятся эмоционально нестабильными и… зачастую склонными к самоубийству. Примерно восемьдеяст три процента омег, в прошлом году потеряших своего повязанного альфу, покончили с собой, — последние слова Ниа произнёс едва слышно.               «Как много потерь…» — подумал L, тревожно подтягивая колени ближе к груди.              — Я не могу так рисковать… — пробормотал он себе под нос, глядя в пространство затравленным взглядом. Ещё несколько минут назад L вынашивал план выследить Бейонда и убить, но теперь начал всерьёз бояться за его жизнь. Анекдот, да и только.              Он погасил непрошенный смех, мрачно опустил подбородок на колени. Нет, ну правда, это просто смешно…              — L… есть ещё кое-что, о чём следует помнить, — тихо сказал Ниа.              — Ещё? Отлично… — детектив устало потёр глаза.              — При длительной разлуке с повязанной парой тело может поверить в то, что нужно горевать. Хотя в этом случае реакция будет медленней, чем после фактической потери, потому что мысленно один из партнёров будет знать, что второй жив, и сможет чувствовать его через эфирные узы. В случае с Лайтом ему, очевидно, всё равно, рядом Бейонд или нет, однако его тело всё равно будет реагировать на физическое отсутствие пары.              — Синдром покинутости… проклятье… — L открыл глаза, провёл рукой по волосам и поднялся с места. Он никогда прежде не думал, что придётся вникать в подобные тонкости. Он ведь и супругом обзаводиться не собирался, и теперь чувствовал себя совершенно неподготовленным.              Какое-то время L расхаживал по комнате из угла в угол, потом остановился и снова посмотрел на монитор.              — Подожди… а разве это не должно влиять на Бейонда? — спросил он, припоминая, что некоторое время назад вроде бы читал что-то на эту тему.              — Не обязательно, но… возможно, — неуверенно предположил юный альфа. — Как я уже упоминал, в случаях реальной либо мнимой потери повязанной пары омеги страдают гораздо сильнее. Конечно, альфы обычно не бросают своих омег, как из-за присущего нашей природе чувства ответственности, так и из-за прочности эфирных уз при их наличии… однако во многом это происходит лишь благодаря тем чувствам, что они испытывали к омеге в процессе вязки.              — И поскольку для Бейонда всё это было лишь притворством, то с ним, полагаю, всё будет в полном порядке, — L злобно пнул стул, отправляя его через всю комнату.              — L… — спокойно окликнул Ниа, возвращая внимание детектива к экрану. — Есть несколько вариантов. Я бы рекомендовал тебе повязаться с Лайтом во время его следующей течки, если вы оба этого хотите. Вся доступная в настоящее время информация о синдроме покинутости основана на убеждении, что омега может сблизиться только с одним альфой.              L с удивлением услышал в голосе Ниа намёк на гнев.              — Что ты предлагаешь? — полюбопытствовал он.              — Мне кажется, Лайт был не так уж далёк от правды, когда утверждал, что стаи намеренно скрывают множество сведений, способных защитить права омег. И я думаю, что в будущем мы должны поподробнее изучить этот вопрос, — Ниа сузил глаза и принялся машинально накручивать на палец прядь волос. — Я, например, не нашёл ни одного случая, когда омега с двойной или более связью испытал бы синдром покинутости, потеряв одного из своих партнёров. Узы, соединяющие его со вторым альфой, служат своего рода профилактикой и, похоже, помогают омеге преодолеть боль от потери. Отсюда и моя рекомендация…              — Дерьмо… — негромко выругался L. Он всегда терпеть не мог присущую стаям скрытность, а утаивание подобной информации вообще было невероятной халатностью. Пускай многие омеги недостаточно сильны для создания двойной или мультисвязи, но ведь у них есть и другие способности, и сколько сведений о них остаются засекреченными в архивах стаи? L вспомнил мощный выплеск феромонов Лайта, пронёсшийся по территории Вамми.              — Ладно… я обсужу с Лайтом возможность нашей вязки. Это даёт мне хоть какую-то надежду…              — Я так и думал, — едва заметно улыбнулся Ниа.              — Возвращаясь к проблеме… Бейонда, — L не смог удержать злобного рычания, однако быстро справился с собой. — Есть ли что-то, на что мне нужно обратить особое внимание? Как скоро на Лайта начнёт действовать разлука?              Ниа быстро промотал несколько страниц на своём ноутбуке. L в ожидании ответа нетерпеливо грыз палец.              — Ага, вот, — Ниа нахмурился. — Это одна из важнейших причин, по которой недавно повязанных партнёров стараются отправить в отпуск… им нужно время побыть наедине, чтобы узы как следует окрепли.              — То есть, это хорошо? То, что они не смогли побыть… — с надеждой начал L, однако Ниа покачал головой.              — Нет, это лишь означает, что последствия их разлуки начнут, вероятно, сказываться быстрее, поскольку их эфирная нить оказалась туго натянута так скоро после образования. Но она будет соединять их всегда и везде, даже если они окажутся на разных концах планеты.              L ощетинился от этих слов. Ему было ненавистно напоминание о том, что связь Лайта с Бейондом настолько глубока.              — На таком растоянии они, конечно, будут чувствовать друг друга не так сильно, как если бы находились в одном помещении… но всё равно. Разлука на такой ранней стадии привела к тому, что эфирная нить теперь вынуждена приспосабливаться к разделившему их расстоянию, и это несомненно начнёт сказываться.              Несколько мгновений L не мог найти слов.              — Какие сроки и симптомы стоит ожидать? — спросил он, прочистив горло.              Ниа, который как раз просматривал свои документы, поднял голову. В его глазах ясно читалось беспокойство.              — Я бы сказал, что эмоциональные и психологические эффекты можно ожидать в любое время… если судить по тому, что я здесь вижу, у каждого омеги это индивидуально. В целом следует ожидать перепады настроения, бессонницу, кошмары, апатию… тут даже упоминаются галлюцинации…              — Проклятье…              — Вообще-то, есть шанс, что ты сможешь отсрочить начало всего этого, — задумчиво проговорил Ниа. — Возможно, ты уже это делаешь. Я тут подумал… Бейонд повязался с Лайтом, используя твои феромоны, и может статься, что твоё постоянное нахождение рядом с ним могло бы помочь избежать наступления раннего СП.              L очень понадеялся, что так и будет. Что он может хоть что-то сделать для своей пары.              — Просто помоги ему пережить следующие несколько недель, L…       

***

      Голос Ниа эхом звучал в ушах L, когда он смотрел на Лайта. «Помоги ему пройти через это. Всё будет отлично. Он не понимает, что с ним происходит…»              — Лайт?              Юноша обернулся к нему. На его щеках высыхали слёзы, а в глазах плескались эмоции, которые невозможно было распознать.              — Что не реально? — мягко спросил L, делая шаг вперёд. Протянув руку, он вынул из крепко стиснутого кулака омеги зубную щётку, положил её на раковину. Не успел он это сделать, как ноги Лайта подкосились, и он сдавленно всхлипнул.              — Всё хорошо… всё в порядке… я с тобой… — L подхватил его на руки и, успокаивающе заурчав, понёс обратно в постель. Дрожащий всем телом юноша уткнулся лицом ему в шею, провёл носом по ароматической железе.              — L… — кончики его пальцев прошлись по основанию горла детектива, и он прерывисто вздохнул. — Это ты…              L уложил его, после чего забрался на постель и устроился рядом. Лайт вдруг вскинул голову и всмотрелся ему в глаза, с явной паникой пытаясь найти в них что-то, и далеко не сразу эта паника начала рассеиваться.              — Это я, Лайт. Обещаю, — успокаивающим голосом заверил его L. — Может, ты хочешь поговорить…              Лайт решительно мотнул головой и перевернулся на спину.              — Нет-нет, я… со мной всё будет нормально, — он шмыгнул носом.              L понимал, что информация, полученная от Ниа, наверняка встревожит Лайта ещё больше, но понимал также, что чем раньше поделится ею, тем лучше. Он надеялся, что когда Лайт поймёт, что с ним происходит, ему станет легче. Может быть, он даже сможет придумать, как справиться со всем этим. Притянув юношу к себе, L обнял его за талию и принялся тихонько напевать, и вскоре Лайт со вздохом расслабился.              — Если ты не хочешь говорить, тогда просто послушай, ладно? — нащупав ладонь омеги, L ободряюще её сжал. — Думаю, мне стоит рассказать тебе, что мы с Ниа обсуждали после того, как ты вчера ушёл…       

***

      Прихлёбывая кофе, Лайт просматривал последние присланные Ниа документы. После того, как утром он выслушал рассказ L, а потом прочёл весь отчёт целиком, он чувствовал, что стал более полно понимать свои способности… способности омег.              Вздохнув, Лайт закрыл крышку ноутбука и откинулся на спинку кресла. С террасы ему открывался чудесный вид на залитые полуденным солнцем окрестности. За спиной послышались шаги L, и его появление мгновенно поселило в душе омеги уют и покой. Руки альфы легли ему на плечи, нежно обняли, губы мягко поцеловали шею.              «Если бы он только знал о том, что ты видишь во снах…» — прошептал крошечный голос в голове омеги.              «Нет, — возразил он самому себе и потянулся наверх, чтобы найти одну из рук L. — Это был просто дурной сон… или галлюцинация… это было не по-настоящему… и это не моя вина, как L и сказал». Повернув голову, Лайт улыбнулся своей паре.              «Моя пара…»              «Да… он — моя пара, а вовсе не…»              — Привет, — сказал он вслух.              L улыбнулся и склонился ниже, вовлекая Лайта в поцелуй. Его пальцы нежно ласкали юноше лицо, и медленный поцелуй постепенно становился всё более страстным, словно тлеющий огонь, разжигаемый томными прикосновениями альфы. Большой палец L прошёлся по горлу Лайта, погладил ароматическую железу, язык проник между дрожащих от жаркого дыхания губ.              «Это счастье… это — любовь… И я никогда от этого не откажусь, — Лайт с тихим стоном отстранился и посмотрел на детектива из-под полуприкрытых век. — Нет… ему не нужно знать о…»              — Я люблю тебя.       

***

      Лайт, одетый в мягкие серые пижамные штаны и белую рубашку, сидел на постели, скрестив ноги, и наблюдал, как L вытирает мокрые после душа волосы. Омега нервно ёрзал, пытаясь придумать, как лучше всего начать интересующий его разговор.              — Лайт? Я отсюда чувствую твоё беспокойство… пожалуйста, скажи, что не так, — спокойным голосом попросил L, после чего отбросил полотенце и шагнул к кровати. Лайт при виде лохматого кошмара, в который превратились волосы супруга, невольно заулыбался и протянул к нему руки. «Не хочу разбираться с этим прямо сейчас… я просто хочу быть с ним. А поговорить можно и позже».              L тихо засмеялся и, не став на этот раз привычно подтягивать колени к голой груди, тоже уселся, скрестив ноги. Лайт запустил руки ему в волосы, и L, прикрыв глаза, наклонился к нему ближе, с явным удовольствием позволяя ему делать, что хочется. Омега какое-то время хозяйничал у него в волосах, откидывал с лица влажные пряди, пока, в конце концов, не удовлетворился общим результатом.              — Хм… думаю, так вполне сойдёт, — игриво усмехнулся Лайт, после чего придвинулся к детективу поближе и прижал своими ногами его колени. «Интересно, надел ли он что-нибудь под…» Пальцы омеги легонько прошлись по горлу альфы, опустились на грудь и двинулись дальше, вниз по торсу, пока не добрались до края пижамных штанов. L коротко выдохнул, а Лайт, ловко развязав тесёмки, просунул руку внутрь. «Ага, никакого белья», — радостно подумал он и начал ласкать быстро твердеющий член.              — Не подумай, что я жалуюсь… м-м-м… — простонал L, и омега с восхищением посмотрел в его заблестевшие глаза, наслаждаясь каждым мгновением того, как любимый мужчина теряет голову от его ласк. — Но… ннх… возможно, кое-кто… а-а… пытается избежать того, что он хотел… о, боже, да… м-м…              — Тише… поговорим позже. А сейчас я хочу посмотреть, как ты кончаешь для меня… так что просто получай удовольствие, ладно? — озорно улыбнулся парень.              — Лайт… — снова простонал L. Наклонившись вперёд, он нежно прикусил омеге губу, со вздохом прижался своим лбом к его. — Ты такой горячий… чёрт, я не могу…              — Я обожаю твой член, L… становлюсь мокрым от одной только мысли о том, что ты будешь во мне, — негромко сказал Лайт, с удовольствием слушая, как альфа издаёт низкий скулёж. У него захватило дух от того, каким почти покорным получился этот звук. Окрылённый полученной реакцией, Лайт ускорил движения, чувствуя, как из напряжённой эрекции супруга выступает обильный предэякулят, пропитывает ткань пижамных штанов. Не в силах удержаться, он продолжил нашёптывать L на ухо: — Он такой толстый… каждый раз так приятно наполняет меня… так хорошо, глубоко трахает мою тугую, маленькую дырочку…              — О, чёрт… — L с рычанием опустил голову Лайту на плечо, обжигая его ключицы горячим, частым дыханием.              Омега, придя в восторг от того, что получилось довести супруга до такого состояния, тут же принялся думать, как бы развить успех. И ему вдруг вспомнился эротический роман, который он читал как-то раз… ладно, может быть, два раза… когда он приходил в себя в домике в Бьюде. Пытаясь хоть как-то развеять смертельную скуку, Лайт однажды проинспектировал книжную полку владельца дома… Он помнил, как нервно вскидывал глаза на дверной проём спальни всякий раз, когда ему казалось, что он слышит шаги, параноидально думая, что L… нет, что Бейонд… идёт его проверить. Лайт знал, что если его застанут за чтением чего-то подобного, ему не будет покоя от поддразниваний, поэтому поглубже зарывался в пушистый белый плед и с круглыми глазами продолжал читать. Из эротического романа он узнал довольно много вещей, которые, по его мнению, могли бы весьма пригодиться в будущем… или не пригодиться…              Ему в голову пришла замечательная идея, и Лайт поспешно спрятал коварную усмешку. «Чёрт, готов спорить, он совсем утратит рассудок, если я ему такое скажу», — подумал он и тут же решил, что скажет обязательно. Очень интересно было посмотреть, сможет ли он толкнуть L за грань за рекордно короткое время.              Коснувшись мочки его уха губами, Лайт жарко зашептал:       — Иногда, когда ты работаешь за столом, мне хочется забраться к тебе на колени и умолять, чтобы ты вставил свой огромный, толстый член мне в задницу… чтобы я мог просто держать его в тепле до тех пор, пока ты не будешь готов меня трахнуть. Тебе бы это понравилось? Если бы я был твоей развратной грелкой для члена? — голос Лайта прерывался, сейчас он сам был уже наполовину возбуждён, разгорячён пьянящим запахом похоти своего супруга.              На последних словах L, казалось, перестал дышать, а спустя мгновение его член запульсировал, и он со сдавленным стоном кончил, покрывая ласкающую его руку горячей, густой влагой. Когда последние волны оргазма утихли, L чуть содрогнулся и попытался взять себя в руки. Его дыхание всё ещё срывалось.              — Чёрт возьми… г-где ты научился так говорить? Боже… это было… — еле выговорил он, поднимая голову и обалдело глядя омеге в глаза.              «Зараза… я не могу ему сказать…» — занервничал Лайт. Не зная, что ответить, он одарил детектива сексуальной ухмылкой, вынул руку из его штанов и поднёс пальцы к губам. «Я просто отвлеку его… может, он забудет, о чём спрашивал».              Припомнив, как однажды делал сам L, он сунул один из пальцев себе в рот и принялся дочиста его облизывать, склонив голову к плечу и глядя на альфу сквозь густую бахрому тёмно-золотистых ресниц. L, приоткрыв рот, неотрывно смотрел на то, как Лайт методично переходит к другому пальцу, густо запачканному спермой.              — По-моему, ты пытаешься меня убить… — тупо пробормотал он.              — А тебе, по-моему, снова нужно в душ, — подмигнул Лайт, красноречиво опуская глаза на промокшие в промежности штаны детектива. Снова подняв взгляд, он едва успел уловить в глазах альфы озорной блеск, а в следующее мгновение L уже ухватил его за лодыжки, подтащил к краю кровати и забросил себе на плечо.              — L! Мне не нужно в душ! — завопил Лайт, извиваясь в его руках и чувствуя, как к голове приливает кровь. L в ответ со смехом шлёпнул его по заду. — Ай!              — Нас с тобой ждёт ванна… и мы ещё не закончили, дорогой…       

***

      — М-м-м… — довольно вздохнул Лайт, нежась в горячей воде и наслаждаясь долгими поцелуями, которыми L покрывал его шею. Он лежал, откинувшись спиной на грудь альфы, и позволял ему собственнически себя обнимать.              L был очень рад видеть Лайта таким расслабленным. Его единственной целью и задачей было сделать так, чтобы следующие две недели прошли для его пары как можно легче. «А потом у него настанет течка, и мы сможем… — L прижался губами к непомеченной железе, ласково потёрся о неё носом. — Дождаться не могу, когда сделаю его своим и сам стану полностью принадлежать ему». Сегодня днём, как следует изучив всю предоставленную Ниа документацию, они с Лайтом всё обсудили, и L был очень рад, что их мнения сошлись.              Они любили друг друга, так почему бы не создать узы, тем более что это поможет обеспечить здоровье и благополучие Лайта?               Омега лениво повернулся в его объятиях, немного повозился, едва не выскальзывая из мокрых рук, но в конце концов нашёл удобное положение и опустил голову альфе на грудь. L ощутил, как в парне снова поднимается та тревога, которую он уже улавливал ранее в спальне, но едва он открыл рот, чтобы спросить об этом, как Лайт заговорил сам.              — L… я хочу сделать косметическую операцию по удалению метки. Не железы, а только метки… и как можно скорее. Мы можем сходить к врачу, когда вернёмся в Англию? — тихо спросил он, поднимая на альфу глаза. В лицо ему бросилась краска, и он отвёл взгляд. — Зачем нам с тобой каждый день видеть напоминание об этом позоре…              — Лайт… — укоризненно прервал его детектив. — Единственное, о чём я вспоминаю, когда на тебя смотрю — это о том, как сильно я тебя люблю и как мне повезло, что ты есть в моей жизни.              Лайт снова поднял на него взгляд, блестящий от непролитых слёз.              — Ты сейчас говоришь, как в сопливом любовном романе, L… — он шмыгнул носом. — Если ты будешь продолжать в том же духе, мне придётся вбить в тебя немного здравого смысла…              Он снова опустил голову, избегая взгляда альфы, и полушутливо надул губы:       — Смешно даже…              — Да, я до смешного в тебя влюблён, — дразняще проворковал L.              Лайт фыркнул и затрясся от еле сдерживаемого смеха:       — О, боже… ладно, убедил! Закрываем вопрос… — он теснее прижался к супругу.              L с усмешкой провёл ладонью по шелковистой коже его спины:       — Мы можем вернуться, когда ты захочешь, — он поцеловал омегу в макушку. — Я тебе уже говорил сегодня… я понимаю, как всё это нелегко, но я буду рядом и мы пройдём через это вместе. Согласен?              Лайт взял его за руку, притягивая её к своей груди, переплёл с ним пальцы и согласно кивнул.              — Вместе, — эхом повторил он, позволяя своему сознанию лениво дрейфовать. Он слушал, как в груди L бьётся сердце, и этот ровный ритм быстро унёс его в сон…       

***

      Когда Лайт открыл глаза, он был в ванной комнате дома в Бьюде, однако всё ещё чувствовал под собой знакомое тело, и его пальцы до сих пор были переплетены с пальцами альфы, который продолжал томно гладить его по спине. Лайт поднял голову. Альфа, открыв бордовые глаза, лениво улыбнулся, но через секунду его рука замерла на середине движения, и он в замешательстве огляделся по сторонам.              — Что это? — непонимающе шепнул Бейонд.              — Это не реально… — тихо ответил ему Лайт. Темноволосый мужчина в ответ протянул руку к шее омеги.              — Это кажется реальным… ты кажешься реальным, — пальцы альфы потрогали метку на шее, и по его губам призрачно скользнула ухмылка. — И вот это… реально.              — Ненадолго, — угрюмо возразил Лайт. И сразу почувствовал, как тело под ним напряглось, а потом ладонь альфы обхватила его за горло, сжала едва ощутимо, почти угрожающе, палец круговым движением погладил метку. Это движение было таким чувственным, что у Лайта перехватило дыхание от приятного ощущения, и он поспешно проглотил рвущийся наружу стон.              — О чём ты говоришь? — опасным голосом пророкотал Бейонд, и его глаза мрачно блеснули. Таким Лайт его ещё никогда не видел. Его тело разрывалось между ужасом и возбуждением, между желанием покориться и бежать. Он заскулил, и этот звук, казалось, привёл альфу в чувство, его взгляд смягчился. Бейонд обнял лицо Лайта обеими ладонями, заглянул в глаза.              — Что бы ты ни задумал сделать, Лайт, не делай этого… ты мой, до тех пор, пока я не решу иначе, — негромко сказал он.              «Это не реально…»              «Не реально…»              — Понял?              «Подчинись своему альфе…»              Лайт кивнул, и ответная улыбка Бейонда затопила его счастьем от осознания того, что он смог порадовать свою пару. Руки альфы скользнули вниз по его спине, кончики пальцев жадно ощупывали тело, впивались в плоть, давая им обоим ощутить каждое прикосновение.              — Боже, мне кажется, что прошла целая вечность… — с отчаянием в голосе бормотал Бейонд, раздвигая Лайту бёдра и помогая ему оседлать себя.              — Я… я… о-о… боже… — словно в бреду шептал Лайт, откидывая голову в сторону. Ему казалось, что он теряет себя. Теряет, подчиняясь требованию мира снов, в котором сейчас жили они оба... покоряясь тем узам, что жаждали привязать его к этому мужчине сильнее, чем когда-либо.              Это был тот же самый человек, которого Лайт хорошо знал, но в то же время совсем другой. Юноша сразу ощутил в нём тьму, что была так тщательно скрыта во время их пребывания в Бьюде.              Большие пальцы Бейонда приласкали Лайту внутреннюю поверхность бёдер, и омега невольно задрожал. Альфа, заметив его реакцию, усмехнулся, переместил ладони ему на задницу.              — Мне известны все твои самые чувствительные местечки, не так ли, милый? — с уверенностью шепнул он.              «Не реально…»              — Просто сгораю от нетерпения погрузиться в твою сладкую, горячую попку, — прорычал Бейонд, впиваясь пальцами Лайту в ягодицы и чуть сдвигаясь, чтобы толская головка члена расположилась у самой его дырочки.              — Н-но… ты же меня совсем не п-подготовил… — запинаясь, выговорил Лайт, глядя на альфу большими, испуганными глазами.              — Ты же сам сказал — всё это не реально… помнишь? — резко ответил ему Бейонд, после чего приподнялся и, удерживая Лайта за бёдра, повлёк его к себе, пока тот полностью не сел ему на член. — Чёрт, как же в тебе хорошо…              Лайт застонал. Ощущение того, как Бейонд входит в него, окатило его волной сладчайшего удовольствия              «Это не…»              Бейонд снова приподнялся. Его член так восхитительно приятно двигался внутри омеги, что тому пришлось поспешно ухватиться за плечи альфы. Ему нужно было хоть за что-то держаться, поскольку он чувствовал, что буквально распадается на части. Ладони Бейонда обхватили его упругие ягодицы, заставляя его раз за разом скользить по всей длине напряжённого члена, чередуя это с медленными, круговыми движениями, когда выпуклый кончик члена массировал простату. Каждый раз, когда Лайту начинало казаться, что он вот-вот кончит, Бейонд замедлялся настолько, что не давал ему достичь кульминации.               — Чёрт… так идеально… ты будто создан для меня. Всё, чего я хочу — это снова и снова накачивать тебя спермой, пока она не начнёт течь из тебя, чтобы каждый смог ощутить на тебе мой запах, понять, что мы делали. Всем тогда стало бы ясно, что каждый сантиметр твоего тела принадлежит мне… — зарычав, Бейонд сделал ещё один сильный, глубокий толчок, потом снова замедлился и пленил губы омеги, втягивая его в поцелуй, на который Лайт с жадностью ответил.              «…реально…»              — Ты так чертовски красив, Лайт… — пробормотал Бейонд, и в его глазах мелькнула какая-то неясная эмоция. Он продолжил медленно покачивать бёдрами, снова нашёл губами губы Лайта. Омега двигался с ним в унисон, страстно встречая каждый толчок, его пальцы запутались у альфы в волосах, грубо дёргая за них, пока юноша жадно поглощал стоны наслаждения своей повязанной пары.              — Я люблю тебя.              — Я…