Договор: Узы

      Мама, подойди,       Приблизься, покажись,       Папа, мне одиноко,       Потому что я кажусь себе чужим в этих стенах.       И если вы любите меня,       Не отпускайте.       (X Ambassadors — Unsteady)       

__________

      L, негромко ворча, стёр с губ омеги последние капли крови. Лайт, одурманенный феромонами, лениво улыбался и время от времени медленно моргал, его зрачки были расширены так, что заслоняли почти всю радужку.              — С ним всё хорошо? — спросил Бейонд слабым голосом. L окинул юношу хмурым взглядом, не зная, что и думать.              — Я никогда ещё не видел его таким… — озадаченно пробормотал он. — И такой эффект от моего влияния… я совсем не хотел…              Детектив перевёл взгляд на раненого альфу, и только сейчас с тревогой обратил внимание на обильное количество крови на его горле.              — Вот дерьмо… — он машинально протянул руку, чтобы получше осмотреть повреждения, но тут же остановился, сообразив, что собирается сделать.              Оказать помощь своему врагу.              «Нет, я должен попробовать…» — решительно сказал он себе. В нём вдруг поднялось желание защитить человека, которым так дорожил его возлюбленный. Позаботиться о нём. И это вызвало в его душе бурю противоречивых эмоций. Все прошлые обиды и негативные чувства к Бейонду вступили в конфликт с непреодолимой потребностью помочь Лайту. Детектив судорожно сглотнул.              «В моём желании помочь нет ничего дурного. Лайт — моя пара, и я должен защищать его любой ценой. Если это означает, что мне придётся заботиться о Бейонде, то так тому и быть».              «Моя пара».              «Защита».              L заставил себя расставить приоритеты и ещё раз оценивающе посмотрел на лежащего рядом альфу.              — Ты не против, если я… — он жестом указал на его горло. В глазах Бейонда мелькнуло секундное удивление, но почти сразу он нацепил на себя маску безразличия.               — Тогда зайди с другой стороны, — тихо сказал он. — Вряд ли я смогу повернуть голову… бинты слишком сильно натягиваются, когда я это делаю.              Бейонд старательно смотрел в сторону. Покорное принятие помощи от другого альфы явно заставляло его чувствовать себя не в своей тарелке.              Детектив укрыл Лайта одеялом. Юноша свернулся калачиком под боком у Бейонда и, похоже, пока что был вполне этим удовлетворён. Однако L понимал, что больше нельзя так рисковать, и впредь собирался следить за своим омегой более тщательно. Он ведь покинул комнату совсем ненадолго… только чтобы по-быстрому принять душ и переодеться. А потом вдруг уловил запах феромонов Лайта… непреодолимо мощный призыв, совсем как в тот день, когда Лайт вернулся домой… когда его запах звал альфу в гнездовую комнату…              Нужно ли уточнять, что L помчался обратно со всех ног, сразу поняв, что что-то не так.              Обходя кровать, детектив достал мобильник и написал Ватари, что им как можно скорее нужны свежие бинты. Потом настороженно склонился к раненому альфе и убрал с его шеи мешающие волосы, очень стараясь унять дрожь в руках — не так-то просто было смотреть на своё зеркальное отражение.              — Я только посмотрю… — предупредил он, после чего медленно положил руку Бейонду на шею. Бордовые глаза мужчины моментально полыхнули гневом, намерением защитить своё горло от другого альфы, но он поспешно подавил это желание.              — Почти всё, — понимающе пробормотал L, осторожно ощупывая залитую кровью шею в попытке оценить ущерб. Насколько он мог судить, рана должна была быть где-то здесь…              «Нет…» — он изумлённо отдёрнул руку, уставился на покрытые кровью пальцы, потом снова на шею Бейонда. «Не может быть, чтобы укус так быстро зажил!»       

***

      — Что? Всё так плохо, да? — спросил Бейонд, заметив потрясённый взгляд детектива. Потом неуверенно поднял руку, чтобы самому осторожно пощупать то место, куда Лайт снова его укусил. Странно, но он совсем не чувствовал боли. Наверно, феромоны омеги помогли…              Честно признаться, Бейонду очень многое казалось странным. В частности то, каким образом Лайту удалось с такой лёгкостью взять его под свой полный контроль. Возможно, причина была в том, что его организм был слишком ослаблен из-за травмы… В любом случае, ему это не понравилось.              — Квилш, слава богу… я не знаю, что с этим делать, — махнул L рукой, подзывая к себе появившегося в дверях бету. Он выглядел непривычно взволнованным. — Ты прежде видел что-нибудь подобное?              Бейонд сердито зарычал:       — Если мне немедленно не объяснят, в чём дело, я…              «Отдыхай…»              Его омыла успокаивающая волна омежьих феромонов, и Бейонд ощутил, как из его тела уходит вся борьба. На этот раз всё было немного иначе, но Бейонд всё равно не смог бы этого объяснить, поэтому просто расслабился, с удовольствием вдыхая восхитительный аромат. То, что он чувствовал сейчас, казалось ему манящей, сладкоголосой песнью сирены; ароматы клубники, ванили, яблок и дождя сливались в успокаивающую, убаюкивающую мелодию. Лайт прижался к нему теснее, и Бейонд счастливо вздохнул и закрыл глаза, забыв обо всех своих тревогах…              — О, господи… Лайт… — воскликнул стоящий рядом детектив, которого тоже задел этот импульс.              — Бейонд?              Голос беты показался мужчине невообразимо далёким и неважным по сравнению с мягким повелением его пары отдохнуть, исцелиться, приблизиться.              — Бейонд…       

***

      Лайт плыл, словно в тумане, постепенно возвращаясь в сознание и слушая, как рядом L и Квилш осматривают раны спящего альфы. Юноша знал, что им с Бейондом понадобится время, прежде чем их узы, пострадавшие от долгой разлуки, полностью восстановятся, и всё же он уже мог чувствовать, что нить между ними стала гораздо устойчивее и прочнее. Хотя он не был уверен, почему это произошло… всё помнилось так смутно…              — С ним всё хорошо? — тихо пробормотал омега. L тут же отвлёкся от разговора с Квилшем, погладил Лайта по голове, и юноша с удовлетворённым вздохом прильнул к его руке. Ему казалось, словно некая неведомая сила придавливает его к кровати, и знал, что попытка хоть немного сдвинуться с места станет для него настоящим подвигом.              — Мы так думаем, — ответил L, бросая на Квилша нервный взгляд.              — Мы полагаем, что единственная причина, по которой он ещё не пришёл в сознание — это твои феромоны, — добавил пожилой бета, накладывая на плечо Бейонда свежую повязку. — Похоже, что их действие в первую очередь направлено на то, чтобы обеспечить своего рода седативный эффект. Они заставляют его тело бросить все ресурсы на исцеление, а это именно то, с чем до сего момента у него возникали трудности. Мне это сразу показалось странным, учитывая, что его способность к заживлению ран намного выше, чем у всех известных мне альф.              — А это не может быть влиянием той сыворотки, что ты ему давал? — предположил L, однако Квилш отрицательно качнул головой.              — Нет, она не подействовала бы так быстро. Однако в прошлом я уже видел нечто подобное. Я тогда работал в британской разведке. Во время выполнения задания один из наших агентов был тяжело ранен, и мы как раз везли его для оказания медицинской помощи, хотя и понимали, что дело безнадёжное… — бета помолчал, глубоко задумавшись и вспоминая былое, потом отложил в сторону использованные бинты и продолжил: — Его омега буквально устроила на нас засаду. Стоило нам подъехать к штаб-квартире, она ворвалась в фургон, как одержимая… подавляя всех своими феромонами так, словно была альфой.              Детектив мельком глянул на Лайта, но прежде, чем юноша успел что-то заметить в его взгляде, снова перевёл взгляд на Квилша. Омега похолодел. «Неужели я тоже так сделал? Так же, как во время течки? Это снова случилось?» Лайт напряг память, пытаясь вспомнить, что произошло, но это было всё равно, что пытаться разглядеть что-нибудь сквозь густой туман. Память была нечёткой…              — Мы решили, что бедняжка просто сошла с ума от горя, почувствовав страдания своего альфы. Некоторые из нас знали, что этот конкретный агент обладал в стае весьма высоким статусом, но вряд ли кто-то из нас предполагал, что его омега настолько… сильна. Однажды за выпивкой он признался мне, что между ними была очень мощная связь, и что это была «любовь с первого взгляда»… — Квилш вздохнул, словно до сих пор с трудом в это верил. — Понятно, почему она смогла почувствовать, что он ранен, стоило нам оказаться в непосредственной близости от того места, где она находилась. Но никогда прежде я не видел ничего подобного. Обычно супруги агентов просто звонили в офис и справлялись насчёт своих альф, объясняя это «плохим предчувствием» или чем-то подобным… но это… — голос старика стих, перед его глазами вставали события того далёкого дня. — Как бы то ни было, никто из нас не рискнул вставать на пути озверевшей женщины, которая всё норовила прижаться к своему умирающему супругу. Мы решили позволить ей это… как я уже сказал, он всё равно был уже не жилец…              Квилш несколько долгих мгновений смотрел на Бейонда, потом усмехнулся:       — Но самое забавное, что он всё-таки выжил, — старик пожал плечами. — Когда спустя десять минут мы добрались до лазарета, то готовы были увидеть человека на пороге смерти. И каково же было наше изумление, когда оказалось, что его сердцебиение стало сильнее, дыхание выровнялось… даже раны выглядели гораздо лучше. Это было поразительно. Излишним будет говорить, что мы не стали их разлучать. Особенно если учесть, что омега, казалось, готова была разодрать глотку любому, кто рискнул бы это сделать. Она даже во время операции оставалась рядом с ним на каталке и держала его за руку, — Квилш мягко улыбнулся. — Под конец всё это выглядело довольно романтично…              И Лайт, и L тоже невольно заулыбались, их обоих явно очень тронула эта история. Омега взял детектива за руку, переплёл с ним пальцы, легонько потянул его к себе, надеясь, что L поймёт, как сильно он сейчас нуждается в его близости. Альфа кивнул и, продолжая держать Лайта за руку, осторожно перебрался через них с Бейондом на другой край кровати.              Лайт почувствовал, как тёплое тело прильнуло к нему сзади, руки обвились вокруг туловища, прижали к себе крепче. И как только это случилось, омега ощутил, как внутри что-то снова встало на место, какая-то его часть, которая страстно желала, чтобы L тоже был рядом с ним вот так. Альфа обнял его за талию, и простое прикосновение их сплетённых рук к животу ещё больше успокоило внутреннее смятение омеги. L уткнулся носом Лайту в затылок, его мягкий напев убаюкивал, словно колыбельная, большой палец нежно рисовал на животе омеги маленькие круги.              — Люблю тебя… так сильно люблю… — шепнул L, и Лайт ещё больше растаял в его объятиях.              — Ты большой, мягкотелый мистер детектив, и мне это нравится. Я люблю тебя… — ответил Лайт и повернул голову, чтобы получить от альфы поцелуй. Когда их губы разошлись, в глазах L плескалось такое жгучее желание, что можно было не сомневаться в том, какое направление приняли его мысли.              Под тлеющим взглядом альфы Лайту стало жарко, по щекам растёкся румянец. Он торопливо отвернулся и посмотрел на Квилша, который всё это время был занят тем, что собирал медицинские инструменты, вежливо не замечая их маленькую интерлюдию на постели.              — Значит… всё обошлось хорошо, да? — Лайт очень старался, чтобы снедающее его беспокойство не отразилось в голосе, но это было трудно — все его мысли занимала недавняя потеря контроля… что, если это случится с ним снова? И снова, и…              — Насколько я могу судить, да. Но он, разумеется… — Квилш вдруг замолчал и с любопытством посмотрел на них, задержав взгляд на руке L, защитным жестом обнимающей омегу за талию.              — Квилш? — встревоженно окликнул его L. Старик очнулся от задумчивости, взглянул на часы, а потом снова посмотрел на детектива. Его взгляд был очень серьёзным.              — Я должен кое-что проверить. Скоро вернусь… не оставляйте Бейонда одного, — строго наказал он и ушёл.              Лайт тоже взглянул на прикроватные часы. Время близилось к середине дня. «Я вроде хотел сегодня что-то сделать…» — начал было вспоминать Лайт, но быстро отвлёкся, когда L со счастливым вздохом уткнулся ему в шею.              — Не могу не отметить, что ты потрясающе пахнешь. Конечно, твой запах всегда был шикарен, но я и подумать не мог, что он способен стать ещё лучше… просто обалденно, — проговорил детектив, щекоча губами кожу омеги. Снова сделав глубокий вдох, он прижался теснее.              Лайт залился краской и заёрзал, и это, похоже, возбудило супруга ещё больше, поскольку почти сразу омега ощутил, как ему в задницу упирается что-то твёрдое.              — Сейчас в нём чувствуется что-то новое, более сладкое. Наверно, это потому, что наши запахи смешиваются, — предположил L. Обняв супруга покрепче, он легонько царапнул зубами его непомеченную железу. — Так бы и съел тебя целиком…       

***

      Когда Бейонд открыл глаза, он снова стоял в доме в Бьюде, посреди залитой солнцем кухни. Он повёл глазами по сторонам и сразу заметил на столе остатки завтрака, пустую бутылку из-под шампанского…              «Это утро того дня, когда у него началась течка, — тут же сообразил альфа. — Но где же он сам?»              Его ноздри защекотал манящий запах юного омеги, напоминая ему, что впереди игра в прятки. Бейонд глубоко вдохнул и улыбнулся, взволнованный представившейся возможностью попытаться поймать омегу ещё раз.              «Ладно, малыш, давай поиграем…» — он возбуждённо заворчал и быстро направился к тому месту, которое уже проверял тогда, в прошлом. Альфа понадеялся, что на этот раз успеет догнать Лайта прежде, чем тот сбежит.              Он резко распахнул шкаф, но там никого не оказалось. «Чёрт возьми… куда он пошёл потом?.. Ах, да, — взгляд альфы остановился на лестнице. — Он снова поднялся наверх? Или спрятался где-то ещё…»              Из дальней части дома донёсся негромкий смех, и Бейонд, ухмыльнувшись, бесшумно направился через гостиную в кабинет. В нём пробудились охотничьи инстинкты, каждый его мускул подрагивал от адреналина. Он затерялся в этом моменте, отдался тому миру, в котором они сейчас находились.              Когда его ладонь легла на ручку двери кабинета, Бейонду ничего так не хотелось, как найти Лайта и показать, как много он для него значит.              Открыв дверь, альфа вздрогнул от неожиданности — на противоположном конце комнаты внезапно захлопнулась дверь, которой в реальном кабинете не было. С любопытством посмотрев на неё, Бейонд пересёк комнату, провёл по дереву рукой и хихикнул, удивляясь нелепости этой ситуации. Пожалуй, стоило отдать Лайту должное — он нашёл способ изменять мир их снов в соответствии со своими нуждами.              «Лайт, ты не перестаёшь меня удивлять…» — криво усмехнулся альфа, качая головой. Потом повернул ручку, но к своему раздражению понял, что дверь заперта. «Вот дерьмо… и что мне делать…»              Где-то наверху раздался негромкий скрип. Бейонд вскинул взгляд к потолку, в мгновение ока выскочил из кабинета и рванул вверх по лестнице, перескакивая разом через две ступеньки. Сияя от радости, он торопился добраться до спальни, уверенный, что найдёт Лайта там. Ведь, в конце концов, в прошлый раз было именно так…              «Что-то неправильно…»              «Что-то изменилось…»              В груди альфы неприятно заворочалось беспокойство. Он настороженно вошёл в спальню, пытаясь понять, что же не так. За дверью ванной послышался шум воды, и Бейонд двинулся туда. Его тревога усиливалась с каждой секундой, и он забыл об игре, уже всерьёз желая найти свою пару.              «Какого чёрта?» — он в замешательстве оглядел пустую ванную комнату, машинально закрыл кран в раковине. Других дверей здесь не было, и Лайт никак не смог бы улизнуть отсюда.              Выйдя за дверь, он ещё раз оглядел спальню: смятые простыни, валяющийся рядом с кроватью роман, забытый на спинке стула халат…              Под ногой что-то загремело, и Бейонд опустил глаза. В метре от него на полу валялась откатившаяся в сторону баночка с отпускаемыми по рецепту таблетками. Он бездумно поднял её, поставил на комод и снова сосредоточился на поисках. «Это уже смешно…» — проворчал он и принюхался. В воздухе снова разлился аромат омеги, такой густой и сладкий… Бейонд ухмыльнулся, всё его беспокойство рассеялось. «Как чудесно», — счастливо вздохнул он, шагая по коридору. Запах вёл его за собой, как след из хлебных крошек, и, в конце концов, альфа обнаружил себя стоящим у двери в гнездовую комнату. «Почему я не удивлён?»              Бейонд толкнул дверь и вошёл, сияя широкой улыбкой, радуясь тому, что наконец-то увидит Лайта. Однако не успел сделать и пары шагов, как ошеломлённо замер на месте. Это была вовсе не гнездовая комната, а маленькая спальня для гостей, но выглядела она совсем иначе. Мебель, отделка, всё это было другим… Бейонд изумлённо округлил глаза и перевёл взгляд на Лайта.              Юноша стоял спиной к нему и смотрел в окно. Проникающее в комнату солнце подсвечивало его волосы, и когда Лайт через плечо оглянулся на альфу, они вспыхнули, словно полированное золото. Бейонд сделал шаг навстречу, но снова остановился. У него перехватило дыхание, когда он посмотрел в эти глаза цвета мёда. Взгляд омеги был полон печали, и когда Бейонд понял её причину, осознание вонзилось в его сердце, словно нож.              — Ты забыл о том, что сделал, — тихо сказал Лайт, опуская глаза и отходя от окна.              — Я никогда не прощу тебя за это, — шепнул он, рассеянно проводя кончиками пальцев по краю стоящей в центре спальни детской кроватки. — Как ты мог отнять у меня этот выбор?              По его щекам покатились слёзы. Бейонд рухнул на колени и протянул дрожащую руку к большому, округлому животу беременного омеги.              «Что я натворил?»