Капкан для лисицы

— Ненавижу! — заявила я, вся красная, Найтлину. — И сегодня, после всего, не приду спать к тебе! — крикнула я, повернувшись к окну, как только отошла достаточно далеко, чтобы меня моментально не изловили.       Я, всё ещё красная, надула губки, показывая своё недовольство, а после на манер ребёнка показала мужу язык, убегая прочь, пока тот не спрыгнул следом, чтобы изловить меня, но на удивление я услышала вместо гневных высказываний лишь смех. И вот снова… Почему сердце так стучит от осознания того, что, возможно, я единственная, кто может вызвать у него такие явные эмоции? Чёрт, почему всё становится лишь запутаннее? Устав, я села в тени дерева, ноги начали ныть от прогулки босиком. Ну что он за человек такой? Внезапно пропал, потом вернулся весь в крови, а теперь и это… Я невольно провела рукой по своей шее. Кажется, Люциус меня желает намного сильнее, чем я предполагала. Ещё чуть-чуть и он бы снова это сделал со мной… Мои уши горели со стыда, понимая, что я вроде даже не против снова разделить с ним постель. Если бы не наши натянутые отношения, то я бы сказала, что наша первая брачная ночь была не так уж и плоха. Но его отношение ко мне всё явно портит, я невольно вздохнула, будь он хоть немного более ласковым и нежным, то может… Нет, забудь, это маска, он в романе не показывал своего истинного лица перед Лейлой. Другими словами, считай, что обман. Если подумать по-другому, то со мной он более искренен и честен… — И всё же далеко ты так не убежишь, дорогая. — Я вздрогнула, потому что не заметила, как он успел подойти ко мне со спины. — Ну вот, твои ноги теперь в царапинах… — Он присел на корточки напротив меня, осторожно беря мою босую ногу, как будто не замечая дрожи в моём теле. — Шарли, ты, кажется, забыла, что принадлежишь мне… Сначала руки, теперь ноги… Может, мне стоит наказать Бери за то, что она плохо позаботилась о тебе? — Нет, не надо, я сама виновата, — испуганно выдала я, боясь лишиться единственной поддержки в этом доме. — Значит, тогда мне стоит наказать тебя, так? — Хитрая улыбка появилась на его лице. — Я… — Что ты? — Он отпустил мою ногу и наклонился ко мне, оперевшись рукой о дерево, тем самым и отрезая мне путь к отступлению. — Так кого мне наказать, дорогая? — шептал он мне на ухо так, что мурашки бежали по коже. — Ме… Меня… — тихо прошептала я, боясь за Бери. — Хорошо. — Он вдруг отстранился, но ненадолго, вскоре я была уже на его руках. — Ты сама попросила об этом. — На его лице была ухмылка, явно довольная ухмылка… — Ты же ранен! — возмутилась я, раньше я бы брыкалась, но сейчас боялась, что рана откроется. — А? Ты о той царапине? — Он и правда совсем не заботится о себе. — Это не царапина вообще-то! — возмутилась я, помня, как намучалась ночью с раной. — Я уже её подлечил магическим кристаллом. Ох, неужели ты волновалась обо мне? — Его алые глаза как-то странно блеснули, смотря на меня. — Нет, конечно… — буркнула я, отвернувшись, зря только думала, что могу ему навредить ненароком… — Говоришь одно, а поступаешь совсем по-другому, — хмыкнул мой муж, кажется, несмотря ни на что, его настроение улучшилось, и он занёс меня в спальню, опуская на кровать. — Прям прелесть, ненавидишь, но не можешь не беспокоиться. — Он, опустившись напротив, начал целовать моё бедро, заставляя дрожать, бежать было некуда. — Твоя доброта, кажется, не знает границ, я заполучил сокровище. — Вдруг боль в ноге исчезла, и только тогда я поняла, что он в это время использовал магический камень на моих ступнях. — Зачем из-за такой мелочи тратить магические камни? — возмутилась я. — Мелочи? — Я вдруг столкнулась с холодным взглядом, настроение Лю снова испортилось. — Моя жена, кажется, до сих пор не понимает своё место. — Он стал осторожно снимать повязки с моих рук. — Ты Шарлиза Найтлин, моя женщина. — Он стал залечивать мои руки. — Графиня Найтлин, супруга помощника кронпринца. — Закончив с лечением, он отложил камень и провёл своей рукой по моей щеке. — Теперь наши судьбы связаны. Твоё состояние, внешний вид, поведение будет отражаться на мне, а моё положение в обществе будет отражаться на тебе. — Его палец прошёл по моим губам, Люциус улыбался мне холодной и пугающей улыбкой, но, могу поспорить, посторонний не заметил бы разницу. — Кажется, остаток моего отпуска мне придётся хорошенько заняться воспитанием моей дорогой лисички. Нам надо выправить твою репутацию. — А благодаря кому она упала ниже плинтуса? — Я хотела отползти назад, но мне не дали, завалив на кровать.       Его лицо было очень близко, заставляя краснеть меня. Моё сердце быстро колотилось, да как можно быть таким красивым? Чёртов змей, альбинос. Или ещё какой хищник. Даже не знаю. Слишком опасен и прекрасен, вот только если бы его психика не была настолько шаткой, было бы проще… Хищник… Зверь… А точно, если смотреть на ситуацию так, то кто из нас двоих кого приручать должен-то? Ну уж нет, раз на то пошло, то я буду той, кто приручит. Как он сказал, наши судьбы связаны, моё благополучие зависит от него, а значит, я не могу позволить, чтобы у него крыша поехала. Я усмехнулась, застав этим мужа врасплох. — Хотя это уже неважно. — Я обвила руками его шею, я девушка, а значит, и способы победить у меня должны быть другие, пора перебороть все страхи. — Лю, научи меня. — Я поцеловала его, но он тут же перенял инициативу на себя.       Но стоило ему расслабиться, я перевернула всё вверх тормашками. Точнее, я резким движением оказалась сверху него, а он на кровати. Что ж, хорошая новость, он и правда теряет рядом со мной бдительность. — Кто-то стал смелее, я погляжу. — Его взгляд пробежался по мне, что была в одной ночнушке. — А сверху ты выглядишь тоже вполне соблазнительно, особенно когда так краснеешь на глазах, — усмехался Люциус, начиная поглаживать мои бёдра. — Я не для твоего наслаждения это сделала. — Я попыталась сбежать, но его сильные руки заставили меня остаться на месте, теперь понятно, почему он не сопротивлялся… — Ну куда ты? Моя лисичка снова пугливо сбегает, а ведь просила научить её. — Поведению в обществе, не более того. — Я всё ещё пыталась сбежать, красная, как варёный рак. — Ты не уточняла этого. — Он снова издевается надо мной! По глазам вижу, что смеётся! — Так что почему бы не провести курс идеальной жены? — Вот тут у меня началась паника, этот мужчина неуправляем! *** — Шарли, ну где же твоя улыбка? — Я явно слышала нотки ехидства в голосе мужа. — Я не ты, чтобы постоянно ходить с улыбкой на лице! — И как мы пришли к этому в первый же день его возвращения? — Спина, дорогая, спина, — напомнил мне Люциус, проводя пальцем по моему позвоночнику, заставляя снова выпрямиться, чуть ли не роняя книги, что лежали у меня на голове. — Это уже пытка какая-то — возмутилась я в ответ. — Ты неплохо играешь на публику, но есть вещи, которые ты должна делать так, словно дышишь. — Найтлин и правда всерьёз взялся за моё воспитание. — Можешь считать это своим наказанием за пренебрежение к своему прекрасному телу. — Он провёл рукой по моей щеке, чуть задевая кружевную ленту на глазах. — Если ты хотел видеть идеальную леди, то выбрал явно не ту девушку. — Я начала медленное движение вперёд, я уже проходила нечто подобное в доме Лунар, но так как меня отец не особо жаловал, то и занятий у меня было мало, остальное самообучение. — А я не думаю, что хоть одна леди может превзойти тебя и оправдать мои ожидания. — Я почувствовала поцелуй и затем лёгкий укус в шею и еле удержала равновесие. — Чудесно. — Его язык скользнул по месту укуса, поднимаясь вверх, а затем он легонько прикусил мочку уха. Заставляя тихо неровно вздохнуть, краснея с новой силой.       Хотелось оттолкнуть Найтлина и сбежать. Он обучает или издевается? Такое ощущение, что он решил совместить приятное с полезным. Но я скоро с ума сойду. А почему я не убежала? Всё просто, мой муж крайне предусмотрителен. Связал мне руки и держал в руке кончик верёвки, не давая и шанса на побег с этого унизительного урока. Мои ноги уже дрожали от его неожиданных прикосновений. И вот его рука поглаживает мои бёдра. Вдруг в дверь постучались. — Лоре, у меня доклад. — Кажется, это голос Лукаса… — Входи, — невозмутимо сказал мужчина, наконец убрав свои руки от моего тела, но не развязав, и книги с головы не убрал.       Я сквозь кружевную ленту увидела растерянный взгляд дворецкого. Конечно, не ожидал он увидеть в комнате господина, меня в такой достаточно двоякой ситуации. Я же просто закрыла глаза, пытаясь быть самой невозмутимостью. Люциусу же нравится, когда я стесняюсь или краснею, так вот не собираюсь я удовлетворять его вкусы. — Начинай доклад. — Вы уверены? — Кажется, Лукаса смущало моё присутствие. — Да. — Пришло сообщение из дворца, приказ готовиться к казни графа Лунар. — Я невольно вздрогнула, и книжки, немного качнувшись, всё же упали с моей головы, но вот только мой муж их умудрился поймать. — Неужели у моей дорогой жёнушки остались ещё чувства к своему отцу? — ехидно прошептал Люциус мне на ухо. — Я ничего не чувствую к этому человеку, просто волнуюсь за матушку и остальных, — тихо ответила я, замерев на месте, словно моё тело обвил огромный змей. — И я не очень переношу казни в принципе… — Я невольно призналась в этом, возможно, из-за некоего внутреннего страха перед мужчиной. — Шарли, Шарли, именно поэтому ты теперь полностью в моей власти. — Меня нежно погладили по плечам и шее. — Твоя доброта и сгубила тебя, дорогая. Как бы ты не хитрила, пока ты думаешь о других больше, чем о себе, я буду крепко держать тебя за цепь твоих привязанностей. Даже сегодня ты взяла наказание на себя вместо Бери. Такие, как ты, долго не живут, Шарли. — Люциус сел на кресло и утянул меня за собой, усаживая на свои колени. — Ты красива, как и твоя сестра. Многие леди с завистью смотрят на вас. Поэтому даже не будь меня, рано или поздно тебя бы опозорили и уничтожили. Ты бы не смогла вечно играть на публику. Так что у тебя нет другого выбора, как быть под моим покровительством, моя упрямая лисичка. — Я невольно прикусила губу. Как бы ни хотелось отрицать, но он был прав. Даже если я уже плохо помню прошлую жизнь, но в этом жестоком мире так и не адаптировалась. Я, словно зверь, распушила свою шерсть, желая казаться больше и страшнее, но на самом деле легко бы стала жертвой дворцовых интриг, в которых очень плохо разбиралась. — Вот видишь, сама всё понимаешь, Шарли. Поэтому просто слушайся меня, а я сам со всем разберусь. — Его слова, как всегда, сковывали моё тело, словно цепи, словно я увязла в паутине, из которой уже не выбраться. — А что если я не хочу быть твоей послушной куклой? — Я попыталась оттолкнуть его и убежать, но меня крепко держали за связанные руки, не давая шанса на побег. — Тогда просто будь моей женщиной. — И снова он меня целует, как будто играя со мной. — А что если я и этого не хочу? — спросила я, как только мне позволили сделать вдох. — Я не хочу быть твоей… — Тогда я ничем не могу помочь, потому что ты уже моя, — с нескрываемым наслаждением шептал он мне на ухо, и вдруг Лукас откашлялся, напоминая о себе. — Есть ещё новости? — Нет, какие распоряжения? — Подготовитесь к передаче преступника во дворец. — Мой отец тут? — я замерла, не зная, как реагировать. — Да, хочешь навестить? — спросил мой муж, придерживая меня одной рукой за связанные руки, а другой перебирая мои волосы. — Не очень… — Тогда составишь мне компанию, — вдруг выдал Лю, как будто говоря, что моё мнение неважно.