Три минуты (by agent-panda)

Чондэ стягивает свой балахон в районе шеи так, что ткань упирается в затылок; режет и неприятные волны по телу пускает, но это не сильно сейчас его волнует, потому что можно натянуть ворот на лицо, закрыв его от холодных порывов ветра. Ноги двигаются медленно, утопая в сугробах, пальцы давно замерзли, а на тыльных сторонах ладоней так вообще появились белые пятна - Чондэ кажется, что он сам движется в замедленном режиме. "Чертов Сюмин", - ругается Чондэ, вспоминая предыдущую попойку и то, как умудрился подсыпать этому снежному мальчику в пиво слабительное, добавив себе к карме пару плюсиков. Замок, который теперь больше смахивает на ледяную пещеру, обнаруживается спустя добрых два часа блужданий; вход удается тоже не сразу найти, поэтому приходится ориентироваться на местные горы, точнее, гигантские сугробы. - Господин Чен, с возвращением, - чуть ли не хором говорят два охранника, ударяя копьями по полу. - У вас эти железяки еще не прилипли от холода к телу? - смеется Чондэ и ёжится, еще сильнее кутаясь в свой балахон и пытаясь согреться. - Никак нет, господин, - снова хором, на что Чондэ усмехается и двигается вперед. Дорога до комнаты Джонина отпечаталась где-то на подсознательном уровне: ноги сами несут в нужное место, не нужно даже оглядываться и проверять. Дверь скрипит и трещит, когда он открывает ее, по привычке придерживая и не давая слишком греметь. Джонин лежит на кровати, не двигается совсем, и, судя по всему, так и не двигался с предыдущей встречи. Окно в стене заморожено тоже, лед даже с этой стороны видно, на что Чондэ ругается себе под нос, очередной раз проклиная Сюмина. Чондэ бы очень хотел, чтобы Чанёль быстрее нашелся и превратил этот замок снова именно в замок, а не в ледяную глыбу, где Джонин спит уже полгода. Опять проклинает Сюмина, слишком вспыльчивого и злопамятного, а потом и себя, потому что именно из-за него Джонин не может проснуться. Девушка-прислужница кланяется Чондэ и исчезает буквально тут же, оставляя Джонина наедине с Чондэ. Его губы, как кажется Чондэ - синие, кожа бледная, слишком белая, мертвецкая даже, а глаза закрыты, и Чондэ невольно пытается вспомнить, когда последний раз видел этого "ледяного мальчика" живым, по-настоящему живым; когда тот улыбался хитро и весело, а его пальцы теплые и мягкие, сжимали ладони Чондэ, сверкая ореховыми глазами. Чондэ берет его руку в свою, согревая холодные пальцы губами и раскачиваясь из стороны в сторону. - Джонин-а... прости меня. Я обязательно все исправлю и найду Чанёля, он разморозит твой замок. Мы не будем больше воевать с Сюмином. Может... может не всегда, но он точно больше не тронет тебя. И я самолично помирю его с Чанёлем, чтобы вовремя поджаривал его. Чондэ кладет ладонь на его щеку, чувствуя, как холод исходит из тела Джонина, и едва ли сдерживается, чтобы позорно не расплакаться. Чондэ кажется, будто замок точно пошатнулся после третьего толчка, потому что с потолка в главном зале посыпалась краска и опилки. Дверь распахивается, и под ноги Чондэ летит чья-то тушка, а на порог приземляется Крис. - Ты этого эльфа-алкашару искал? - интересуется он, окидывая взглядом охранников, которые нацелили на него копья. Чанёль зло зыркает в сторону Криса и поднимается, сверкая огненными глазами. Чондэ думает, что надежнее было самому найти Чанёля, потому что в ярости он не то, что растопить весь лед может, а сжечь все до тла. *** Джонин медленно открывает глаза и потягивается в кровати, поворачивая голову в сторону окна где птички поют, да солнце палит, от чего тот тут же переворачивается на другой бок. - С пробуждением, хозяин, - кланяется девушка, доставая из шкафа чистый костюм. - Как спалось? - Отлично, Сюмин хорошо постарался с температурой, я чувствовал себя прямо-таки мертвецом, - смеется парень, натягивая рубашку. - А Чондэ-хён давно заходил? Я забыл ему про спячку сказать, мы же недавно только познакомились...