Как влюбить в себя звезду

      — О, нет-нет, я знаю! Слушай, слушай, братан, в этот раз точно то самое!       Воодушевлённый здоровяк с важностью оперного певца прочистил горло, накрыл грудь свою в районе сердца рукой и поэтично поднял руку перед собой.       — Ты, как сладкая конфетка,       Как кусочек вкусной пиццы,       Хочу, что б знала ты, кокетка,       Со мной никто ни в жизнь не сравнится!       Услышав такое, держать важный вид у очень сонного и расслабленного Аято едва ли удавалось. Он сидел за своим столом и тихо посмеивался в ладонь. Так вот чем обернулись тридцатиминутные потуги его приятеля, старательно чиркающего на белых листах.       — В конце как-то рифма пропала, да и разве ты не хотел делать комплименты ей, а не нахваливать себя? — с мягкой улыбкой заключил Камисато. Он находил его старания очаровательными и до сих пор не совсем понимал, почему согласился помочь написать любовное письмо для мисс Хины.       — Братан, ты что, не слушал меня?! — с искренним удивлением воскликнул Аратаки, уж чересчур шумно изобразив изумление. — Ну, вот же.. ну.. рифма, значит! А.. "кокетка — конфетка", вот!! Я думал, сюда ещё котлетка подойдёт, но я как услышал, сразу кушать захотелось.. Дальше, значит.. "пиццы — сравнится". Крутая же рифма! Стой..       Тут он принял максимально озадаченный вид: нахмурился и с подозрением смотрел на Аято. Несколько секунд, и он тут же расплылся в довольной улыбке, закивав головой.       — Я по-онял!! Я всё понял, братан!! — хихикнул он и с самодовольством шлёпнул листок бумаги о стол. — Братан, тебе не нужно так загоняться. Я, конечно, знаю, что Итто "Величайший" Аратаки во всём хорош, но ты же мой братан, братан. Тебе не нужно мне завидовать, ха-ха! Я же твой друг, я и тебе напишу стих для твоей подружки!       — Что бы я без тебя делал, — улыбаясь мягко и чуть ли не гранича со смехом, ответил Аято и взял в руки его лист. Что ж, писал он на уровне пятиклассника: криво, с ошибками и зачёркнутыми буквами, не говоря уже о больших кляксах на листке. Итто — такой Итто.       И Аято улыбался, глядя на этот лист. Улыбался с нежностью, словно бы Аратаки написал что-то такое и ему. Что-то глупое и по-своему очаровательное.       — Но нам стоит подумать ещё, — с важным видом сказал Камисато и отложил лист. Он не мог позволить мисс Хине первой получить такую неряшливую прозу. — Это ведь Ваш первый шаг друг к другу. Если ты все свои достоинства сразу покажешь ей, что будешь делать потом? Нужно иметь козырь в рукаве, Итто, а лучше — несколько.       Задумавшись, Аратаки согласно закивал:       — Реально.. Ты такой мудрый, братан! Тогда может мне подкатить к ней? — воодушевлённо предложил они, а после придвинулся к Аято и соблазнительно прикусил собственную губу.       — Типо так.. слушай, кхм-кхм. У меня такое ощущение, что тебя скоро посадят в тюрьму на пожизненный срок! С конфискацией!!       В этот момент Аято так обалдел, что шокированно смотрел на приятеля и даже не знал, что сказать. Итто в этот момент ещё и замолчал, так что Камисато продолжал негодовать. Это что.. всё? Это подкат такой??       — Ну..! — нахмурился Итто и пихнул главу клана в бок. — Братан, ну, не тупи. Спроси у меня: "Почему?"!!!       Аято вопросительно уставился на него:       — Почему..?       — Да потому что ты украла моё сердце!!!       Услышав его ответ, Камисато прикрыл ладонью лицо и не удержался: рассмеялся так звонко и искренне, что Аратаки, некогда гордый своим оригинальным подкатом, смутился.       — Братан, ты чё..? Да, блин, братан, я его весь день придумывал!! Ну, два.. когда эта ворона из Тэнрё меня опять закрыла.. Ну, братан, хватит ржать!       — Прости, — постепенно успокаиваясь, улыбчиво ответил Аято, смотря на приятеля и смахивая с глаз слёзы — настолько смешно ему было. — Прости, Итто, но девушке это точно не понравится. Но ты не думай, это очень оригинальный подкат. Просто девушки.. они такие нежные, романтичные. Им нужно что-то красивое, поэтичное. Не обязательно сочинять стих или хитросплетённый подкат, многие ценят простоту. Похвали то, что тебе нравится в ней, скажи, как хочешь увидеться с ней, расскажи о том, каким видишь ваше свидание. Будь искренним и внимательным к ней, не говори слишком много о себе, и она точно оценит.       Заменив чернила, Аято предложил Итто новую кисть и чистый лист.       — Пиши аккуратно и никуда не спеши, — сказал Камисато и покосился в сторону окна. Поздно уже, однако. Ещё до прихода Аратаки он хотел готовиться ко сну, даже успел переодеться в свой ночной халат. Но выгонять друга сердца он не посмел: устроился поудобнее на дзабутоне и терпеливо наблюдал за ним.       Пятнадцать минут, полчаса.. Итто с такой внимательностью выводил слова, что чуть ли не припал носом к листу, старался — сразу видно. Аято думал, что этой девице очень повезло. Может Аратаки и глуповат.. у него нет работы, да и вообще он ещё ребёнок, несмотря на свой вид большого дядьки, но даже так.. он прекрасный человек, и очень упорный. Камисато был уверен, что он сможет добиться внимания мисс Хины, хоть и считал, что напрасно этот здоровяк не видит дальше своего носа.       Тут Аято слегка осенило. Он продолжал держать в голове образ Итто, прижавшегося к бумаге со всей сосредоточенностью. Возможно, дальше его носа и не стоит отходить? Стоит держаться ближе, чтобы он, наконец, увидел, что есть ещё кое-кто достойный.       Время текло медленно и скучно. Аято заснул, упустив редкие кадры занятого делом Итто. В прочем, он сам пришёл к занятому человеку под ночь, эгоистично прося ему помочь в делах любовных. И вот, когда он, наконец, закончил своё письмо, с грустью осознал, что поделиться ему пока не с кем.       Аратаки отложил бумагу и посмотрел на аники. Такой хрупкий, даже сейчас спину ровно держит — во дурак! Только сейчас он понял, что и впрямь пришел поздно.. Было бы некрасиво с его стороны будить спящего приятеля — не так бабуля воспитывала его. Тогда он отложил свой листочек и взял Аято на руки.       — Такой легкий! Пушинка прямо, хе-хе, — тихо посмеивался Итто, чуть вытянув спящее тело его друга и покачивая с тихим смехом. Точно марионетка в его руках. Куколка. Точно!! Такую рифму и нужно было брать, а то котлетка, кокетка, креветка.. бр-р, всё о еде. Кошмар!       Пока Итто покачивал его на руках, правая часть халата до пояса спала и обнажила его ноги — длинные, худые, но при этом подкачанные и сильные на вид. Аратаки засмотрелся.. Засмотрелся, пока не понял, что стоит перед зеркалом.       Сменив ракурс своего наблюдения, он тут же зарделся, как рак, и рывком оказался у чужой постели, заворачивая Аято в настоящий кокон.       — Братан, штаны надо носить.. И вообще ты сам виноват! Не хотел я на твою попу смотреть. Чё она у тебя вообще женская такая. Погоди.. братан, ты же не женщина?! — нахмурившись, Итто начал внимательно осматривать его шею. Кадык есть. Мужик всё-таки.. — Штаны носи, балда. Попрошу бабулю связать тебе..       Ещё немного помявшись у его кровати, словно бы ожидая, когда его извинения примут, Итто-таки смирился с тем, что Аято на него не в обиде, да и вообще он спит. Тогда он уже начал собираться домой, поблагодарил его за помощь, но..       Нарисованная мордашка человечка с рогами привлекла его внимание. И его даже не смутило, что она находилось под кипой книг и журналов, словно бы спрятанная. Он бесцеремонно вытащил бумагу и рассмотрел нарисованного человечка.       — Так это ж я! Братан у меня такой художник, — улыбался Аратаки, продолжая смотреть.       Вот только это не совсем был рисунок. Это тоже было письмо. Аккуратное, красивое. Аято сам написал его, сомнений не было. Не думая, что это что-то личное, Аратаки принялся читать.

"Мои глаза слепнут, не видя тебя. Виною тому твоя красота.

Я безнадёжно люблю тебя, и я хочу быть тем особенным человеком, в которого ты отчаянно влюблён. Я хочу быть для тебя лучшим другом. Такой друг, которого можно было бы крепко прижать в объятиях. Хочу, чтобы ты впустил меня в свой личный мир, показал мне самые глубокие и сокровенные мысли, которые ты держишь в ловушке в своей голове. Я обещаю быть тем другом, который будет хранить воспоминания обо всём, что ты говоришь. Я хочу видеть твою глупую улыбку, появившуюся на твоём лице специально для меня. Да, я действительно хочу быть таким другом".

      Это письмо и содержало в своём углу эту милую рожицу они. Это был получатель. Тот, кому Аято ни за что бы не отправил это письмо. Он выразил свои чувства, думая, что это поможет облегчить его страдания, но..       — Братан! — восторженно воскликнул Итто и тут же закрыл ладонью рот. Громковато.. Чуть было не разбудил! Он улыбчиво посмотрел на спящего друга и радостно закивал. — Вот оно! Братан, спасибо! Я бы так не написал, это круче моего письма! Я подарю тебе штаны прямо завтра, ты мой спаситель, братан!       На радостях Аратаки решил прямо сейчас отнести его в издательский дом. Свернул его пополам и, наконец, оставил в покое своего друга. И всё бы хорошо, если бы сокрытая им задняя сторона не имела продолжения:

"Хочу быть другом, которого бы ты хотел прижать в постели. Другом, который будет хранить воспоминания о форме и вкусе твоих губ. Мне не терпится открыть для себя каждый дюйм твоего тела, каждую кривую и каждую родинку. Я хочу знать, где прикоснуться к тебе и как прикоснуться к тебе. Как мне заполучить тебя,

Итто?"