ты - мой наркотик

Он закидывает несколько таблеток в рот, дабы ощутить это, погрузиться в эйфорию. Сегодня его бросила девушка и ему не хочется ничего чувствовать. Пожалуй, это слишком больно. Именно поэтому он приперся к кому-то на квартиру вместе со своим другом Томасом. Бедолага Эдисон не мог отпустить Рассела одного. — Ньют, давай уйдём отсюда, — парню не нравилось это место, не нравилась эта компания. Он не поддерживал наркотики, тем более, когда это касалось его близких. — Мне жаль, что тебя бросила Сью и я понимаю твою боль, но это не выход. — твёрдо произносит Эдисон. — Ты должен прожить эти эмоции, а не подавлять и заглушать их. «Легко сказать». — Да ладно тебе, Томми, — похлопал его по плечу Рассел. — Будет весело, — ухмыльнулся 16-ти летний. — Нет. — твердо ответил Том. Эдисон берёт друга за шкирку и выводит из этого здания. Блондин разозлённый поведением друга, брыкается какое-то время, но раз на 10-й сдаётся. «Ну вот, опять он всё испортил». Томас отпускает его и садит на лавочку. Ньют какое-то время смотрит на брюнета, а после начинает жутко смеяться. Смеяться так, будто давным-давно свихнулся и стал шизом из любимой книжки Эдисона Брюнет не удивился бы если Ньют вкинул что-то типо:«Сунул нос в чужой вопрос. Отхватили — как не рос». Это и правда стало бы подтверждением — его друг окончательно поехал кукушкой. Рассел смеётся ещё несколько минут, а потом резко начинает рыдать. Да, кажись план с заглушением чувств таблетками и алкоголем провалился. — Ну и кланк! — выкрикнул Ньют, явно запомнив пару сленговых словочек из рассказов своего друга. Блондин пинает какую-то бутылку, сквозь слезы. Не так он себе представлял этот вечер. Ньют ещё никогда не чувствовал так много. Отвратительно и больно. Сейчас он испытывал злость на Сью, из-за расставания. Не понимал, что делал не так. Может быть он слишком погружался в эти отношения с головой и поэтому потерял интерес у неё как личность? Или наоборот делал недостаточно? Подарил не те цветы или случайно забыл о годовщине? Был слишком эмоционален или вовсе холоден? Забавно, ведь она не озвучила причину, лишь напечатав краткое: «Ньют, мы расстаемся. » Ньют испытывал ненависть и раздражение к себе, считая, что именно он, Рассел, всё испортил и с ним, что-то не так, возможно он просто не заслуживает любви.? Возможно, он просто никчёмный кусок дерьма, самого настоящего кланка, который он когда-либо встречал? Что вообще Томас забыл с таким ничтожеством как Ньют? И о да, кстати, о Томасе. Ньют испытывал злость на Томаса, злость за то, что он снова как никогда прав и не даёт ему черт возьми просто уйти от ответственности. Не даёт ему раствориться. Ньют испытывал злость на Томаса за то, что тот мог контролировать свои эмоции и в сложных ситуациях сохранять хладнокровие, в отличие от него. Жалкого слабака, который и в руки то себя взять не может. Эта ненависть, злость и боль буквально пожирала, он не знал как прожить эти эмоции. Рассел ещё пару минут кричит, издеваясь над бутылкой, а позже и вовсе разбивает костяшки о ближайшее дерево. Томас же встает перед этим деревом, блокируя удары и берёт его руки в свои, тяжёлой хваткой, отпуская лишь, когда тот остынет. Эдисон видит страдания друга и с пониманием обнимает, медленно гладя по спине будто убаюкивая, словно ребёнка, кем Ньют и был, впрочем как и он сам. Томаса не смущают слезы друга, он не считает это чем — то женским, а то и вовсе самым глупым и жалким, он просто осознаёт. Осознаёт, насколько тому сейчас больно и тяжело. Даёт возможность Ньюту побыть слабым, хоть на несколько минут и показывает, что он — его Томми, он рядом, в каком бы состоянии его друг не находился. Он примет его любым и всегда разделит с ним его горе. Рассел утыкается в его грудь, продолжая рыдать и периодически бить кулаками. -Ну вот, Томми, — вздохнул огорченно Рассел. — Теперь вся твоя куртка в моих соплях и слюнях. — Это всё ерунда, Ньют, — махает он рукой, по-доброму улыбнувшись. Ньют готов поклясться, эта улыбка сейчас выглядела, будто выглянувшее солнце из-за туч. Такое тёплое и приятное. — Главное, чтоб тебе это помогло, а куртку. Куртку можно и постирать, чувак. Только пожалуйста, ничего не принимай больше.