Немного милосердия

Это лето было самым лучшим за всю чёртову жизнь Кевина Дэя. Никогда прежде он не чувствовал себя настолько живым и счастливым. Они с Крисом продолжали тренировки, но, наладив контакт, дела пошли в гору за считанные недели. Кристофер по-прежнему выполнял все, что требовал Дэй, но теперь словно сам поверил в то, что способен чего-то добиться. С каждой новой тренировкой он чувствовал себя увереннее и способнее, что отлично сказывалось на результате. Кевин почувствовал, словно сама судьба послала ему капельку милосердия в тот день, когда он рассматривал анкету Кристофера. Тренировки проходили отлично и продуктивно, но за стенами стадиона все было не так очевидно и понятно. Их отношения стали теплее. Они завтракали вместе, обменивались взглядами, гуляли и ели сэндвичи под тем самым деревом в парке. Кевин чувствовал сильную, необъяснимую тягу к Кристоферу, но не делал никаких шагов на встречу. Ему не хватало смелости сделать ситуацию серьёзнее, возможно, предложить Нолану встречаться, чтобы прояснить их отношения окончательно, и это усугубляло то, что и Крис не особо заботился о происходящем. Его словно устраивали эти непонятные отношения, ему нравилось просто целоваться с вином и фильмом на фоне, ему нравилось зажимать Кевина после тренировок в пустой раздевалке и по-прежнему не делать ничего, кроме поцелуев. А у Дэя постепенно сдавали нервы. Все происходящее одновременно казалось верным и нужным, и в то же время неправильным. Он чувствовал, что Крис должен быть рядом с ним, но боялся предпринять хоть что-то, допуская, что взгляд Нолана на эти отношения может быть совершенно иным. Он наслаждался происходящим и одновременно терзал себя по ночам. Вплоть до самой первой игры в сезоне.

***

— Я понимаю, что половина команды сейчас нервничает сильнее, чем другая, но в этот момент вам надо взять свои задницы в руки и выйти на поле, чтобы... — Задницы в руки? Надеюсь, это не один из буквальных приколов твоего отца? — усмехается Крис на ухо Кевина, но даже в этом привычном жесте сквозит беспокойство. Не о шутках Ваймака, конечно, а о его первой профессиональной игре. — Это переводится как: «собраться с силами», — Кевин улыбается, взглянув на Криса в ответ. Вокруг них вся команда, оставшиеся монстры и новенькие. Переживают и дёргаются без малого все. Для некоторых это новая команда, первая игра с ней, а для других это первый сезон без Дэн, Мэтта, Элисон и Рене. Первая игра без них. С теми, кто будет на их местах, но все равно не будет ими. Нервное напряжение Дэя берёт верхнюю планку. —...а после того, как вы надерете им задницы — куча алкоголя в моей квартире, в независимости от исхода игры. Однако, только попробуйте продуть..! Команда нестройно реагирует торжественным кличем, после чего тренер посылает всех на разминку, а Кевин пользуется моментом, жестом попросив отца оставить их с Крисом на пару минут. — Эй, нам необходимо размяться, — напоминает Кристофер, стараясь сохранять на лице привычную уверенную улыбку, что сейчас даётся все сложнее и Кевину, привыкшему за эти месяцы к настоящим эмоциям Нолана, заметно это слишком сильно. — Переведи дух. Выдохни. Послушай меня, — Кевин подходит поближе и ловит бегающий взгляд Криса собственным. — Кев, я... Ужасно нервничаю. Ты убил на меня столько времени, что делать был не обязан и... Я не хочу подвести тебя. — Меня слушай, — напоминает Дэй, слегка склонив голову вбок, чтобы Крис точно не избежал зрительного контакта. — Ты должен думать только о себе и о том, что мы делали все это время. О том, какого результата хочешь добиться сегодня. Ты в отличной форме, тебе просто нужно взять себя в руки. Я уверен в тебе и твоих силах. Давай, Крис, сделай это ради себя, договорились? Кевин улыбается настолько мягко, насколько способен, а после отстраняется, натягивая шлем и оставляя Криса одного. В том числе для того, чтобы и самому взять себя в руки. — Воркуешь с новым мальчиком, Кевин? Ай-яй-яй, — лыбится Эндрю, едва заметив приближение опаздавшего Дэя, но тот уже отстраняется от всего на свете, концентрируя мысли на будущей игре.

***

— Кевин породил монстра! Нет, ну вы видели его? После финального гудка сирены все в голове Дэя смешалось в огромный комок, а в ушах стоял чистый белый шум. Всё не было идеально, даже несмотря на победу. Кевину казалось, словно они откатились во времени к тому моменту, когда он только начал играть за Лисов. Слишком разные люди, которые не хотели или не умели играть в команде, но, боже, Крис... Казалось, волнующийся больше всех, неуверенный и совершенно не такой, каким Кевин привык его видеть, но он все же нашёл в себе силы, чтобы собраться и разбить всех на чёртовом поле. Дэй так сильно им гордился. Никем и никогда он не гордился так, как Крисом в этот день. Он не думал о том, что это его заслуга, он не думал ни о чем, кроме того, насколько шикарен этот парень. — Боюсь представить, что он делал с ним, пока нас не было! — Уж точно не то же самое, что ты делал с Эриком, пока мы спали на полу в соседней комнате. Кстати, мы рассказывали, как проебались с бронью отеля на каникулах? Кевин выныривает из мыслей, оторвав уже более осознанный взгляд от пола. Квартира отца была по-прежнему рассадником хлама, но сейчас здесь было уютно. Аарон с Ники были особенно болтливы, Нил с Эндрю молчаливы в объятиях друг друга, Ваймак занят разговорами с Эбби и парочкой новичков, что все же решили посетить эту «тусовку». Кристофер рядом с Кевином выглядит тысячу раз мило, смущаясь от новых и новых обсуждений того, как он был хорош на игре. Но он все ещё был не в своей тарелке и волновало это именно Дэя. Они не встречались, но Крис стал таким близким для него, что заботиться хотелось вне зависимости от их статуса. — Пойдём, выйдем на лестничную площадку? Здесь душно, — произносит Кевин у уха Кристофера, на что тот слишком уж охотно кивает и разрывает своеобразный круг из людей на полу первый. Уходя, они ловят пару взглядов в спину, но Кевин даже не оборачивается, закрыв за ними входную дверь. За пределами квартиры тихо и прохладно. Кевин не успевает отдохнуть от духоты наполненной людьми маленькой гостиной, потому что не проходит и минуты, как объятия Кристофера, быстрые и отчаянные, стопорят его, пригвоздив к месту. Он никогда не обнимал его раньше, а Кевин и не пытался, зная, что прикосновения даются Крису сложно. Но теперь, в руках Дэя, Нолан такой тёплый и мягкий, несмотря на твёрдость мышц, что Кевин почти отключается от реальности, даже не сразу подумав, чем вызван такой порыв. — Ты чего? Неужели не привык слышать столько похвалы? — Дэй неловко усмехается, уложив ладони под лопатки Кристофера, словно придерживая его в объятиях. — Мне стыдно. — Тебе... Чего? — Мне стыдно, Кевин, совсем слух отбило? — Кристофер возмущается, но совершенно не зло, даже от объятий не отстраняясь. Даже в тот момент, когда офигевший Кевин попытался их разомкнуть. Чего Крису стыдиться? — Я сделал это только ради себя. Подумал, что если ты посмотришь на результаты своей работы, у меня будет больше шансов... На твоё согласие, если я попрошу тебя стать моим парнем? Кевин замолкает, осмысливая сказанное и попутно надеясь, что его молчание Крис не примет за ответ. — Ты хочешь предложить мне встречаться? — уточняет Дэй, послушно отстраняясь, когда Крис делает нервный шаг назад. Его кудряшки падают на лоб, лезут в глаза, но он старается выглядеть уверенно, пусть и кивает, судорожным жестом пытаясь убрать волосы. — Не одобряю твоих методов, но я бы ни за что не отказал тебе. Я... И сам хотел это сделать, но думал, что тебе нравится то, что есть сейчас. — Нравится, но, во-первых, я хотел большего, но боялся все разрушить, а во-вторых... Я все равно стану куда счастливее, если мы не будем просто целоваться и расходиться по разным кроватям. Это... По-детски. — По-детски, — кивает Кевин, пока уголок его губ дёргается, а после он и вовсе не сдерживает довольный, бархатистый смех. — Хорошо, ладно. Теперь будем поступать по-взрослому. Дэй не дожидается ответа и, взяв Криса за руку, притягивает обратно к себе, целуя бережно, но так голодно, словно мечтал об этом тысячу лет. В этот раз поцелуй совершенно иной. У него нет вкуса водки, Кевин чувствует лишь тепло и невероятную мягкость губ Кристофера. Он чувствует его желание, его чувства, его нежность, пока в груди поднимается незнакомое чувство настоящей эйфории в перемешку с волнением и совсем немного интересом, когда за дверью, в коридоре квартиры, слышится скрип половиц.