Особенный

      Северус и сам не понимал, почему не вернулся к ней на следующее утро: то ли из-за стыда, то ли из-за злости на самого себя. Или же это было связано с похмельем, поскольку он уже давно не брал в руки алкоголь. Да и вообще к выпивке Снейп относился нейтрально, даже с осторожностью. Но вчера он посчитал, что огневиски очень кстати снимет как физическую, так и моральную боли.       С тех пор, как Северус узнал, что Рональд Уизли, будучи в отношениях и браке с Гермионой, злоупотреблял спиртными напитками, он вообще перестал пить. Боялся, что девушка, учуяв от него запах алкоголя, запаникует и не сможет ему доверять.       Возможно, это стало ещё одной причиной, по которой Снейп не вернулся в её комнаты: он не мог знать точно — пахнет ли от него огневиски или нет.       Однако он пошёл на такие крайние меры только в эту ночь, когда ему чем-то нужно было заткнуть в себе ощущение ярости, а алкоголь как раз расслабил его и быстро отправил в кровать.       Северус нашёл себе новое занятие. Проект, над которым он пообещал поработать, к тому же он принесёт пользу и Грейнджер.       Снейп с головой ушёл в свою работу. Беспорядочные заметки Джорджа Уизли перемешались с книгами о травмах и эмоциональном истощении. На протяжении всей жизни он работал всегда с двумя книгами сразу, которые были разложены на его рабочем столе по обе стороны. В юности Северус приобрёл навык воспринимать и переваривать информацию одновременно, который стирал все умения его сверстников в пыли половиц.       Вода в котлах была доведена до кипения, ингредиенты — нарезаны, измельчены и очищены от кожуры.       Он допускал ошибки.       Будучи Мастером зелий, Северус имел многолетний опыт в создании и тестировании усовершенствованных зелий. Он всегда старался искать более доступные, более эффективные способы улучшить те зельеваренческие открытия, которые кто-то сделал до него.       Однако сейчас перед ним стояла совершенно новая задача.       Снейп мало имел дел с превращением зелий, их консистенций, в различные формы, но это было жизненно важно — сейчас — сделать всё возможное, чтобы попытать удачу в проекте Уизли. В то время как варить Северус мог даже во сне, придавал форму жидкостям он с тяжким трудом. Этот проект требовал и того, и другого.       В большинстве случаев неправильно нагретые ингредиенты взрывались, и Снейп оказывался с головы до ног облитым сладким веществом. Он уже тысячу раз проклял тот день, когда согласился на эту авантюру, но у него была причина двигаться дальше и не сдаваться.       Первый продукт, наконец, обрёл форму, но не совсем ту, на которую рассчитывал Северус. Он надеялся, что поможет ему со всем этим розовым беспорядком Гермиона, но Снейп решил не трогать её.       Не после того, что услышал от Медузы.       — Она не спит, змея в теле человека. Она не ест. Она ходит, разговаривает, что-то пишет и кричит на воображаемых людей, — прошипела женщина со змеиной головой, ворвавшись в чужой потрет его лаборатории.       Северус не поднял глаз, лишь нахмурился, перепроверяя температуру содержимого котлов.       — Это называется исцелением, восстановлением после пережитого горя. Она принимает свои зелья?       Медуза прошипела себе под нос что-то неразборчивое, а затем уже обратилась к Снейпу:       — Их ей приносит эльф. Она принимает зелья, и больше ничего. Она полностью себя истощит, если ты ничего не предпримешь.       — В её зельях есть элементы насыщения, что-то по типу дополнительного питания, — сказал он, осторожно помешивая варево. Снейп перевёл взгляд на заметки Джорджа.       — А я знала, — громко захихикала Медуза, — что внутри ты змей. Хитрый зверюга.       И пусть Северус не мог оторваться от своей работы, чтобы проверить Грейнджер, но, если с ней что-нибудь случится, ему непременно об этом доложат.       — Она делает себе больно? — спросил он, беря палочку для варки в надежде, что та поможет придать зелью нужную форму. Снейп всё не оставлял попыток добиться того результата, который совсем случайно получился у него минутами ранее.       — Только словесно. Она плачет и в это время начинает всегда громко кричать, раздирая себе горло.       Северус слишком хорошо знал эти чувства. Гермиона была в ярости, была против всего мира и самой себя. В одной из книг он прочитал, что это нормально для человека, на протяжение длительного времени переживавшего травмы, и даже хорошо: пусть выпускает боль, но взамен не причиняет её себе.       — С Гермионой всё будет в порядке. Никто не выходит из этого состояния безболезненно, а далее — каждый уже страдает и переживает по-своему.       — Что же мне тогда делать? Чем помочь моей госпоже? — спросила Медуза. Северуса удивил её поступок: она отыскала его и теперь пыталась всеми силами поддержать Гермиону.       — Убеди её поесть и поспать. Если она решит поговорить, слушай её. А если услышишь, что Гермиона хочет причинить себе вред, сразу зови меня, — твёрдо ответил он.       Хлоп.       Бам!       И его снова покрыла липкая смесь. Придётся вернуться на несколько шагов назад и больше не отвлекаться.       — Это я могу сделать. Что ты тут творишь, змей?       Северус взмахнул палочкой, пытаясь убрать беспорядок, который лип не только к нему, но и к окружающим его предметам.       — На данный момент творю беспорядок и планирую взять свой проект под контроль.       — Благословляю Афину на эту твою работу. Вернусь, если ты вдруг понадобишься моей госпоже.       И оставила его. Снейп вернулся к своей работе. Ему понадобится благословение каждого божества, если он всё-таки собирался закончить этот проект.       Если это произойдёт, Джордж Уизли сможет изменить жизни многих людей, как и жизнь самой Гермионы.       Две недели пролетели слишком быстро.       К концу каникул Снейп подготовил пять продуктов для тестирования. Джордж уже согласился стать его подопытным кроликом и взял один из образцов. Остальные Северус хранил в своём кабинете. Внутри него поселилось отчётливое ощущение, что эти изобретения будут использованы уже в начале следующего семестра.

***

      Первый учебный день принёс с собой очередные головные боли.       Именно ему накануне пришлось отправиться вместе с Хагридом встречать прибывших учеников на платформу. Минерва ещё не вернулась в замок, сообщив, что приедет ближе к вечеру. Как заместитель директора, Северус отвечал за порядок и расписание в Хогвартсе. Вот почему он никогда больше ни за что не станет его директором.       Проснулся Снейп позже, чем планировал, поэтому пришлось собираться впопыхах, дабы успеть проверить Гермиону: её состояние и готовность преподавать.       Подойдя к её покоям, он поймал на себе вопросительный взгляд Медузы.       — Её здесь нет, змей. Она ушла ещё до рассвета.       — Спасибо, — коротко бросил он и ушёл. Он сосредоточился на своих ощущениях и почувствовал Грейнджер в классе Маггловедения.       Возможно, вся её ярость достигла таких пределов, что Гермиона перестала бояться этого места, подумал Северус, поднимаясь на четвёртый этаж.       Из класса доносилось её хихиканье, и уголки его губ растянулись в лёгкой улыбке. Похоже, сегодня у неё было хорошее настроение.       И остановился на полушаге возле входа в класс.       — Гермио… а. — Гермиона стояла в кабинете и улыбалась Виктору Краму. Массивный мужчина, стоя перед ней, корчил ей рожицы. И держал за руку. Северус, увидя их соединённые руки, вспыхнул от ревности. — Я решил проследить, не возникло ли у вас трудностей с этой комнатой, но, похоже, всё под контролем.       Снейп сверкнул глазами, развернулся на каблуках и быстро двинулся в сторону лестницы. Он слышал, как Гермиона его звала, но не остановился и даже не обернулся.       Конечно, кто, как не Виктор Крам, попытает удачу добиться её сердца теперь, когда Грейнджер рассталась с мистером Уизли…       Неужели он не учёл тот факт, что, пока Гермиона не поправится в эмоциональном плане, любые новые отношения только увеличат шанс на возможную депрессию…       Разве он не понимает, что сейчас, находясь в таком уязвимом положении, она нуждается в друге, а не в очередном ухажёре?..       Северус пытался найти всему происходящему логичное объяснение, но в глубине души понимал, что причина крылась в его ревности.       Он снова откатился на то место, с которого начинал.       Какие у меня шансы против Виктора Крама?       С кислым выражением лица Снейп занял своё место за столом, завтракая быстрее обычного и не желая застать их прихода.       Он знал, что Крам находился в стенах замка, и был благодарен за то, что молодой человек решил обеспечить Гермионе нелишнюю защиту. Но теперь Северус хотел, чтобы он просто исчез отсюда.       Раздражительно по-детски, он это понимал, но лучше позволить себе пережить эти чувства, иначе на них можно зациклиться надолго.       В Большой зал, держась за руки, вошли Гермиона с Виктором. По крайней мере, у неё хватило ума вовремя отдёрнуть свою руку, чтобы не пустить ненужный слух по волшебному миру. Неужели Грейнджер встречалась с Крамом? Почему Медуза не сказала ему, что Виктор находился в её комнатах всё это время?       Внутри него поднялась волна гнева, пора уходить. Северус встал и посмотрел на подошедшую парочку.       Указав на своё место, он состряпал на своём лице громко-говорящую гримасу «я не хочу, чтобы ты тут сидел», но…       — Присаживайтесь, мистер Крам, рядом с мисс Грейнджер. Я уже закончил.       И собрался было уйти, как его снова остановили:       — Северус.       — Да, профессор Грейнджер? — Снейп посмотрел на неё сверху вниз, пытаясь скрыть гнев и одновременно желая, чтобы Гермиона поняла, насколько он чувствовал себя преданным. Неважно, что это была не её вина.       — Спасибо, что пришли проведать меня этим утром.       Её улыбка была кроткой. По глазам он видел, что девушка пыталась угадать: злится Северус на неё или нет.       — Мой долг — следить за тем, чтобы все мои коллеги чувствовали себя спокойно и безопасно.       Он пошёл прямиком в свой класс. Ему нужно было успеть подготовиться к уроку.       Сегодня студенты будут работать над выявлением проклятий на предметах и их изъятии. Снейп разложил на каждой парте ряд вещей. Перед началом урока ученики должны понять, что это за предметы. Он надеялся, что они не забыли про своё домашнее задание…       Ему потребовалось несколько минут, чтобы осмотреть территорию и посчитать количество предметов. Метод подсчёта позволял брать контроль над собственными эмоциями. Очень полезный навык; жаль, что этому никогда не научат в Хогвартсе. Это спасло бы его от множества разбитых чувств.       В класс ввалилась толпа учеников, и Северус начал свою лекцию, объясняя различия между представленными предметами и спрашивая, помнит ли кто о проклятьях, которые они изучали ещё до каникул.       Как только он перешёл к самой главной части урока, в класс с дикими глазами и раскрасневшимся лицом влетела студентка:       — Профессор Снейп! Помогите!       Северус вытащил свою палочку и быстрым шагом подлетел к ученице.       — Что случилось?       — Профессор Грейнджер там, на полу, она не приходит в себя, лежит с открытыми глазами и всё! — протараторила гриффиндорка, хватая его за руку и таща к выходу из класса.       — Так, слушайте меня внимательно! Уберите свои палочки и прочитайте пятнадцатую главу. Если закончите раньше времени, перечитайте снова, — громко и чётко проговорил он, вбегая в свой кабинет.       Из ящика Снейп вытащил коробку с экспериментальными изобретениями и выбежал обратно, опередив студента.       Его класс располагался на втором этаже, её — на четвёртом. Преодолевая второй пролёт, он в очередной раз вспомнил, насколько ненавидел эти чёртовы лестницы.       — Прочь с дороги, — рявкнул Северус, пробираясь к Гермионе.       Она лежала на полу с полуприкрытыми глазами и очень активно двигалась. Девушка тяжело дышала, как будто это она только что пробежала несколько лестничных пролётов, а не он. Снейп опустился на колени, проводя над ней волшебной палочкой в поисках возможного проклятья или магической причины, из-за которой возникла такая реакция. Ничего не нашёл.       — Грейнджер, — позвал её Северус, тряся за плечо. — Грейнджер, — повторил он, положив руку ей на затылок и приподняв голову с пола.       Казалось, Гермиона услышала своё имя и слабо взглянула на Снейпа, прежде чем снова закатить глаза.       Из кармана он вытащил небольшую склянку, открыл её и достал оттуда розовую восьмиконечную звезду. Указательным пальцем Снейп постучал по её подбородку.       — Откройте рот, — он постучал снова.       Грейнджер подчинилась. Северус быстро положил лекарство ей на язык и вернул руку ей под шею.       Другой рукой он принялся растирать челюсть, чтобы вещество как можно скорее рассосалось у неё во рту. Благодаря качественной разработке, подавиться им было невозможно.       — Жуйте. Пусть как можно быстрее растворится у вас на языке. Это поможет.       Северус не обращал никакого внимания на столпившихся вокруг них учеников. Он смотрел в её глаза и заглядывал дальше. Видел, что Гермиона боролась с чем-то, что представлялось ей океаном. В её голове была сплошная каша.       — Грейнджер, вы здесь, с нами? Всё хорошо?       Он видел, что Гермиона узнала его, её глаза расслабились, дыхание нормализовалось.       — Да, я здесь, с вами.       Похоже, Паническое Замедление сработало.       Скорость, однако, впечатлила, но что по побочным эффектам?..       — Очень хорошо. Как вы себя чувствуете? — ему нужно было знать, вдруг стоит внести какие-либо коррективы. Снейп молился всем богам, чтобы всё прошло нормально, поскольку у него катастрофически не было лишнего времени.       — Лучше, — Гермиона глубоко дышала, держась рукой за голову.       Ага, прелестно, так и напишу в своих заметках: субъект номер один просто чувствовал себя лучше.       — Грейнджер, мне нужно реальное описание, я только что проверил кое-что новое на вас.       Её глаза и рот расширились, кажется, она даже растерялась от его ответа.       — Вы что?       — Как вы себя чувствуете? — снова спросил Снейп. У него не было времени обсуждать с ней её вопросы: в его классе без присмотра остались горе-ученики один на один с проклятыми предметами. К тому времени, когда он вернётся, кто-то точно во что-то да влипнет.       — Э-э, как будто всё вокруг растаяло. Темнота и непонятные звуки отступили. Я не чувствую никакой тяжести, чувствую лёгкость. Как будто я не могу утонуть, держусь на плаву.       Он коснулся её лба рукой, проверяя температуру, затем сосчитал пульс. Всё постепенно приходило в норму — идеальный результат, ничего не скажешь.       — Головная боль, боль в животе, какое-то покалывание?       — Небольшая боль. Но, возможно, я просто ударилась головой, когда падала.       Северуса так и подмывало закатить глаза.       — Удивительно, как ваш мозг выдерживает столько падений и ударов, — он встал и протянул ей руку.       — Что вы здесь делаете?       Снейп поднял её, держа за талию: Гермиона, покачиваясь, с трудом удерживалась на ногах.       — Меня сорвал с урока ваш испуганный студент, сообщив, что вы потеряли сознание, — расстроенно ответил он. Для него было жизненно важно, чтобы Грейнджер как можно скорее пришла в себя и он смог вернуться к своим ученикам.       Глаза её закрылись, а в следующую секунду, чудом увернувшись, Северус стал свидетелем её тошноты. Весь завтрак вышел наружу. Очевидно, проблема в головокружении.       — Вот и вылез один побочный эффект. Надо бы поработать над этим…       Он взмахнул палочкой, убирая беспорядок.       Из коридора донеслись громкие шаги, приближающиеся к классу Маггловедения. Как будто к ним со всех ног бежал медведь.       В класс ворвался не кто иной, как Виктор Крам, и вмиг оказался возле Грейнджер.       — Гермиона! Что случилось?!       Северусу было невыносимо видеть эту взаимную симпатию; ревность в нём росла с экспоненциальной скоростью.       Вернув на место свою холодную маску, Снейп отошёл подальше от парочки — поближе к выходу. Даже несмотря на весь гнев, он нёс ответственность за то, чтобы с его учениками и преподавателями всё было хорошо.       — Мистер Крам, с ней, кажется, всё в порядке. Оставляю её в ваших руках. Меня ждут студенты.       — Северус.       Он повернулся. Гермиона отстранилась от Крама и взглянула ему прямо в глаза.       — Да, профессор Грейнджер?       — Спасибо.       — Предлагаю переместить ваш класс в пустой, поближе к моему, чтобы в следующий раз мне не пришлось терять лишнее время на подобные выходки.       Не было никакого желания устраивать кроссы по лестницам каждый раз, когда вокруг неё рушился мир. Северус направился к коридору, оставляя их наедине со студентами.       Вернувшись в свой класс, Снейп весьма удивился. Только один ученик решил его ослушаться и теперь был в полной власти танцевального заклинания. Он снял за это соответствующее количество баллов.       Остаток дня он игнорировал шумы, доносящиеся из коридора. Виктор Крам ради своей подруги самолично занялся её переездом на новое рабочее место. К вечеру Северус был уже настолько взвинчен, что рискнул протестировать на себе одно из собственных творений.       По-видимому, Тянущаяся Ириска вызывает неконтролируемую отрыжку. Северусу это открытие не понравилось.

***

      До конца недели Гермиона нигде не появлялась без неуклюжей фигуры Виктора Крама.       На протяжение всего ужина они то и дело болтали чуть ли не над его тарелкой: о квиддиче тех времён, когда Болгария не приняла к сведению парочку законов.       Ему пришлось признать своё искреннее удивление: Северус даже и не думал, что Крам был таким интересным собеседником, поскольку лично он не слышал ранее от него больше пары невнятных слов. Похоже, над этим поработала сама Грейнджер.       От этого Снейпу стало ещё паршивей. Ведь в её жизни появился ещё один человек, которого она смогла раскрыть совершенно с другой стороны. Он всячески пытался не сравнивать себя с молодым красавцем, но это было почти невозможно. Они постоянно маячили у него перед глазами: особенно теперь, когда кабинет Грейнджер располагался рядом с его.       В середине недели из её класса начал доноситься какой-то шум. Кто-то притащил проигрыватель компакт-дисков. Теперь её студенты и она сама в полной мере могли погрузиться в изучение маггловской музыки и культуры. И почему Северус сам не додумался подарить ей проигрыватель?       В субботу утром Гермиона вместе с Виктором отправились за покупками, и ревность достигла небывало высокого уровня. Раньше она никогда не уходила за пределы замка без Снейпа.       — Я схожу с ума, — пробормотал он вслух, расхаживая по комнатам.       При помощи чар Северус удерживал книгу в воздухе, параллельно читая её и не прекращая торопливо выхаживать взад-вперёд.       — Проблема во мне? Может, я слишком остро на всё реагирую? Есть ли у меня вообще причина так себя вести? — спрашивал он сам у себя, качая головой.       И спустя несколько секунд Снейп с ужасом понял, что делает.       Он делал с Гермионой то же самое, что и с Лили.       Он ходил, дулся, злился на неё, когда Лили проводила время с Мародёрами.       Северус думал о ней как о собственности, о том, что она не должна им принадлежать — только ему.       — Блядь.       Он рухнул на диван, запустив пальцы в волосы. А это уже катастрофа. И её необходимо предотвратить прежде, чем история повторится снова.