Непреклонный?

Александр лежал на своей постели, вспоминая, как около часа назад уходил от Шерлока. Он чувствовал, что в их отношениях что-то изменилось — точнее, изменилось его собственное восприятие. От этой мысли в груди разливалось тепло. Хотелось сделать что-то… — прикусил губу, — что-то необдуманное, бесстыдное.       Тогда он замедлился, пытаясь собраться с духом: сделать первым шаг или дождаться действий Холмса. Естественно, детектив не собирался облегчать его дилемму и просто хмыкнул, когда Александр произнёс неловкое прощание.       Он моргнул, жмурясь. Глаза ощущались сухими и уставшими, хотя общее самочувствие было вполне нормальным, если не считать небольшую слабость и раздражительность.       Пожалуй, ужин он пропустит.

―

Ему снились чужие губы, которые нежно касались его лица в любой точке, кроме губ. Приходилось тянуться к манящим устам, требовать их тихими недовольными вздохами. Ох, как мучительно…       Александр открыл глаза и встретился с насмешливым взглядом синих глаз. Он сонно проморгал, ожидая, пока видение исчезнет, но увы, не исчезло. «Видение» хмыкнуло и чмокнуло в нос. Это, мягко говоря, было неожиданно и, к своей гордости, Флорал даже не вздрогнул.       — Что ты здесь делаешь?.. — хриплым голосом от сна спросил он.       В голове мелькнула мысль прижать Холмса к себе, уткнуться носом в шею и дальше досыпать.       — Ты такой милый, когда спишь, — промурлыкал детектив, отнюдь не собираясь слезать с лорда.       — А ты пришёл посмотреть, как я сплю?       — Не совсем, но ты был близок. У меня есть пара зацепок и, — Шерлок почесал подбородок, — труп.       — Что?! — сонливость вмиг пропала, и Александр столкнул детектива на свободную часть постели. — Рассказывай, — бросил он и принялся переодеваться.       И Шерлок рассказал. О том, как ночью вломился в особняк Бомонта, в кабинет. Украл у пьяного вусмерть маркиза то самое письмо.       — Проникнул в особняк маркиза… — пробормотал Александр, уже не удивляясь выходкам детектива.       Письмо было любовным — от мёртвой супруги какому-то Тому об их общем ребёнке, которого она носила под сердцем. Вероятно, у покойной маркизы начались схватки, и письмо она спрятала, думая потом отправить, но умерла при родах. Только почему его нашли всего несколько месяцев назад? Может, в порыве ностальгии маркиз перерыл туалетную комнату своей покойной жены и нашёл её грязный секрет?       — Есть предположение, что письмо ему подкинули и, может, даже подделали. Почерк легко подделать, если найти хорошего мастера и заплатить нужную сумму, — проговорил Шерлок. — Кому-то нужно было опорочить в глазах маркиза младшего сына, чтобы… Ооо… а это, действительно, неплохо.       Александр не разделял энтузиазма Холмса и его больше волновал некий труп, упомянутый недавно, чем теории о письме.       — Ты говорил что-то про труп, — напомнил он, застёгивая рубашку.       — Ах да. Один из моих информаторов сообщил, что полиция нашла мальчишку, похожего на нашего пропавшего, — в одном из старых домов Ист-Энда. Самоубийство.       Александр вздрогнул и чуть не выронил галстук.       — Неожиданно… Что мог младший сын маркиза забыть в этом… опасном районе?       — Вот и я думаю. В побег я охотно верю, а в его суицид — не очень. А вообще нам нужно осмотреть тело, пока оно не начало разлагаться.       — Только не говори, что ты влезешь в морг, — пробормотал Алекс, надевая пиджак.       — Нет, конечно, — махнул рукой детектив. — Мы это сделаем!       — Что?!

―

Покинув кэб на улице Старого Монтегю, Александр почувствовал на себе алчные и злые взгляды. Наверное, им стоило сменить одежду.       — Шерлок, сдаётся мне, нам стоило немного замаскироваться.       — О, я забыл, что ты выделяешься, — усмехнулся детектив и, закинув руки на шею, ускорил шаг.       Это был комплимент или оскорбление?       Александр, щурясь от яркого утреннего солнца, поспешил за Холмсом, укрываясь в тени ветхих зданий. К счастью, Уайтчепелский морг был недалеко. Но ощущение, что они и так уже привлекли слишком много внимания, не отпускало.       — Как мы проникнем?       — О, у меня есть план.       Когда за ними закрылась тяжёлая дверь, их встретил рослый мужчина, сидящий за столом, на котором был раскрытый журнал и керосиновая лампа. Помещение было мрачным и холодным.       — Кто?       Шерлок растянул губы в улыбке и извлёк из внутреннего кармана плотную картонку.       — Инспекторы Лестрейд и Грегсон.       Мужчина долго всматривался в удостоверение (наверняка, поддельное) Холмса, потом перевёл взгляд на Александра.       — У моего напарника карманник стащил кошелёк, где как раз и хранилось его удостоверение, — вставил Шерлок, покачав головой.       — Всё так, — кивнул Александр, ощущая абсурдность ситуации.       Сторож посмотрел на них подозрительно.       Александр мысленно ругался на то, что некоторым самовлюблённым детективам стоило посвящать своих спутников по несчастью в свои планы!       — Сэр, это очень срочно! — снова заговорил Шерлок. — Есть подозрение… — он замолк, огляделся и наклонился ближе к мужчине, как будто хотел поделиться важным секретом, — что тело, доставленное утром, принадлежит аристократу, — шёпотом закончил он.       — Интересно, — пробасил сторож. — Ладно. Проведу вас в лабораторию и привезу тело, — и взял ручку, записывая их в журнал. — А там уже решите — ваш клиент или нет.

―

В лаборатории морга было неуютно. Плохое освещение, запах ужасен, а все инструменты, предназначенные для вскрытия, были слишком пугающие. Алекс бросил взгляд на Холмса, переминающего с пяток на носки. Он явно чувствовал себя вполне комфортно.       Господи… на что же он подписался?.. Александр никогда не видел трупов и видеть не хотел, но…       — Ты здесь чувствуешь себя вполне… комфортно, — заметил он.       — Ну да, — пожал плечами Шерлок. — Это моя работа.       Дверь скрипнула и сторож вкатил тело подростка. Александр впился взглядом в посеревшее почти детское лицо, оно было спокойным и умиротворённым. Словно он просто спал… Но осознание, что это труп, всего лишь мешок с костями, а не человек, вызывало тошноту.       Но он не мог поддаться эмоциям. Только не здесь. Не сейчас.       — Я не могу надолго оставить пост, а патологоанатом у нас заболел, — пробубнил сторож.       Когда дверь закрылась, Шерлок достал фото Сириуса Бомонта, сравнивая, затем начал осмотр тела.       — Это наш пропавший. У нас около десяти минут.       — Почему?       — Потому что… — Шерлок нахмурился, смотря на покрасневший нос трупа, — громила не поверил нам ни капли, — он осмотрел рот юноши. — Или он знает, как выглядят инспекторы Лестрейд и Грегсон (что маловероятно), или знает, как я выгляжу из-за идиотских книг Джона… — пробормотал, осматривая шею, на которой виднелась ровная линия от верёвки. Потом поднял руки, оголяя запястья трупа, и почему-то уделил внимание пальцам и ногтям.       Александр ощутил, как сердце бешено застучало. Им не поверили? Но почему пропустили?       — Это не самоубийство, — прервал его раздумья Шерлок. — Я уверен, но нужно кое-что проверить, — Холмс быстро схватил скальпель с полки и, расстегнув жилет и рубашку на трупе, провёл лезвием по грудной клетке — появились густые тёмные капли.       Александр отвернулся, ощущая, как его мутит. Он прикрыл рот. Сразу после пробуждения побежал за Шерлоком, не позавтракав, и рвать нечем, но это было слишком.       — Я всё.       Послышался шорох, всплески — вероятно, Холмс мыл руки в резервуаре с водой в углу лаборатории.       Александр медленно обернулся. Его взгляд прикипел к трупу юноши, который снова был прилично одет. Только кровь на ранее кипенно-белой рубашке напоминала о вскрытии. Он предпочёл перевести взгляд на отряхивавшего руки Шерлока.       — Пора сматываться, — сказал тот с ухмылкой. — Это дело интереснее, чем я думал, — и пошёл на выход.       Александр направился за детективом, но на выходе их ждал недовольный сторож.       — Мы закончили, сэр, — любезно проговорил Шерлок, но слишком довольно улыбался, чтобы его лживой учтивости поверили.       — Подождите, нужно расписаться…       — Нет-нет! — перебил Холмс. — Мы спешим! — и схватил Александра за руку, устремившись на выход, где их уже ждали полицейские.       Александр бежал за Шерлоком, ощущая, как страх и адреналин полностью охватили его. Если поймают — это будет удар по репутации!       — Остановитесь! — пригрозил им один из полицейских, когда они выбежали из здания.       — Блядь, «бобби» вообще нечего делать? — бурчал Холмс. — С чего они так быстро среагировали на подделку документов? Тем более в Ист-Энде!       Александр поражался выносливости Холмса. Он сам задыхался, бежал лишь на адреналине. А тот — ещё и комментировал происходящее, крепко держа Алекса за руку. Шерлок всегда его удивлял.       Детектив водил его по разным улочкам, мелькавшими перед глазами, пытаясь запутать полицию. В итоге уже сам Александр не знал, где они находятся, пока Шерлок не завёл его в какой-то переулок и не затащил в какое-то заведение.       Когда детектив отпустил его, Александр прижался к стене, тяжело дыша. Это помещение было почти пустым, за исключением пары человек за столиком в дальнем углу. Всё было пропитано сыростью и дешёвым элем.       — Номер. Любой. Вы нас не видели, — сказал Шерлок пожилому мужчине за барной стойкой, лениво протиравшего мутный стакан.       — Двести сорок пенсов.       — А ты не охренел?! — возмутился Холмс.       — Не пени меньше, или катитесь отсюда, — пожал плечами бармен (или хозяин) так называемой гостиницы.       — Ладно! — прорычал детектив и достал из кармана мятый фунт. — Подходит?       — Вполне, — бармен быстро схватил купюру и достал ключ. — Второй этаж, первая дверь слева.       Шерлок схватил ключ и, кинув выразительный взгляд на Александра, последовал на второй этаж. Тот, несмотря на сбитое дыхание и ноющие мышцы, последовал за Холмсом, поправляя на ходу сбившийся пиджак от бега.       Оказавшись в комнате, лорд устало уселся на потрёпанную жизнью кровать. В этот момент было все равно кто, что и как на этом лежбище делал. Мышцы ног невыносимо болели.       — Во что ты меня втянул?.. — пробормотал Александр, смотря на задумчивого детектива, который никаких затруднений не испытывал после такого забега.       Он, конечно, помнил, что под этим изношенным костюмом скрывается крепкое тело с чёткими выверенными мышцами, которые восхитительно было трогать… Стоп! О чем только он думает? — Александр покачал головой, пытаясь отогнать несвоевременные мысли об обнажённом детективе. — Когда всё это закончится (или хотя бы, когда он сегодня останется один), ему нужно спустить пар.       — Не переживай за свою репутацию, — хмыкнул Холмс и облокотился на стену, спрятав руки в карманах. — Через некоторое время мы уйдём и, когда вернёмся на Бейкер-Стрит, наш будет ждать Лестрейд. Будет меня отчитывать, — закатил глаза. — Насчёт тебя — все точно подумали, что я со своим извечным другом, Джоном Ватсоном. Что он, что ты — светловолосые. А на более умные выводы эти тупицы, мнящие себя стражами порядка, не способны.       — Ты уверен? — с сомнением спросил Александр. — Слишком плохого мнения ты о нашей доблестной полиции.       — Правдивого, — криво улыбнулся Холмс и, резко сменив тему, ухмыльнулся. — Насчёт нашего клиента — убийство. И это превосходно!       — С чего ты взял? — спросил Флорал, проигнорировав ненормальное воодушевление Холмса.       — Это же просто!       — Не для меня, — покачал головой Александр и чуть приподнял уголки губ.       На фоне известного детектива слишком легко ощутить себя полным идиотом.       Шерлок на него посмотрел, прищурив глаза, и милостиво начал пояснять:       — Как минимум из того, что нет мотивации. Подростки-аристократы, особенно избалованные, любители драмы, когда не получают желаемое или их ущемляют, но с жизнью расстаться не готовы. А как максимум, его труп о многом мне рассказал. Видел его умиротворённое выражение лица? — Александр кивнул. — Висельники так не выглядят. А идеально ровная полоса от верёвки? Даже самые смирившиеся, готовые на смерть, не могут бороться с собственным инстинктом самосохранения, когда дыхания не хватает, а боль от удушения становится всё сильнее. Человек будет пытаться оторвать верёвку от шеи, независимо насколько это бесполезно. При смертельной опасности, люди идут на поводу своих инстинктов.       — Может, мальчик связал себе руки или попросил кого-то, а потом вошёл в петлю… — пробормотал лорд и поймал на себе снисходительный взгляд. Что-то Александру расхотелось снова высказывать своё мнение.       — Нет, об этом говорит отсутствие каких-либо следов на запястьях. Даже если, предположим, верёвки сняли, то во время удушения мальчишка попытался бы освободить руки и они натёрли бы ему руки.       — Тогда как?.. И почему ты делал, — Александр проглотил тяжёлый ком в горле, — вскрытие?       — Ооо, это и самое интересное. Заметил, что под носом было покраснение? Сами дыхательные пути были обожжены, в ротовой полости тоже есть ожоги и я ощутил очень слабый аптечный запах. Он был слишком слабым, чтобы я был полностью уверенным и поэтому провёл вскрытие его лёгких, из которых я учуял более чёткий запах.       Александр боролся с тошнотой, вспоминая ту сцену.       — Это был хлороформ, — продолжил Шерлок. — Его усыпили перед тем, как повесить. Вполне неплохая идея, чтобы скрыть убийство, но слишком много ошибок убийцы допустили. Перед тем, как взять тебя с собой, я осмотрел место, где нашли труп. Я подозревал, что «бобби» и местные бродяги могли затоптать улики, но так просто нечего было затаптывать! Дом слишком чистый для заброшенного, тем более в Ист-Энде! Как можно быть такими небрежными!       А Александр не мог понять, как можно порицать убийц не за факт убийства, а за небрежность. Слишком эксцентричная личность с моралью, далёкой от общепринятой. Если вспомнить, кто лучший друг детектива, — подозреваемый, как Преступный Лорд, хоть с него и сняли все обвинения, — то удивляться не стоит, но это всё так… Как-то слишком…       — Где летаешь, дорогой? — прозвучал над ухом сладкий голос.       Флорал вздрогнул.       — Я не… — он встретился с пронзительными синими глазами, которые были слишком близко. — Всё в порядке, — сердце пропустило удар и Александр отвёл взгляд. — Сколько нам ещё здесь сидеть?       — О, — Шерлок выпрямился и уселся рядом, — думаю, ещё недолго. Когда выедем на главную площадь, то предлагаю разделиться. Не стоит Лестрейду видеть тебя.       Пальцы детектива дотронулись до руки Александра, отчего он резко выдохнул.       — Как скажешь.       Это была забота? Или какой-то неведомый Александру расчёт? Даже если и последнее, то в груди всё равно разлилось тепло.