Сражаться нельзя, любить

      Дар Басри ненавидел неверных всей душой, но сам не был порядочным мусульманином. Точнее сказать, что у него были своеобразные отношения с Аллахом.       Его растили, как положено, с верой и уважением к Господу. Но так получилось, что с самого детства будучи любознательным мальчиком Дар задавал много вопросов:       Почему песок песочного цвета? Почему на планете много континентов и островов, а не один большой участок суши? Почему мы ходим на ногах, а не на руках? Почему, когда сам кусаешь язык боли нет, а если случайно во время еды она есть? Почему нельзя пить и дышать одновременно? Почему учить уроки важнее игры с друзьями в футбол? Почему день сменяется ночью?       Он спрашивал миллионы и миллионы разных «Почему». Задавал их родителям, задавал учителям, задавал своим друзьям — сверстникам и задавал мулле. И всегда получал один и тот же ответ: «На всё воля Аллаха». Так маленький Дар понял, что у всевышнего странное представление о порядке и логике. Иначе, как объяснить, что мировая география и готовность его домашнего задания одинаково важны и контролируются богом?       Когда будущий капитан подрос, у него появились новые «Почему»:       Почему женщины должны покрываться паранджой, а мужчины нет? Зачем давать человеку свободомыслие, если есть только один правильный выбор, а за остальные следует наказание? Если Бог един, то почему он допустил существование множества религий? Почему Аллах допускает страдания ни в чем неповинных детей? Почему всевышний в боли и мучениях забрал себе его новорождённую сестру? Почему Бог есть любовь, но любить мальчикам друг друга нельзя? Если вера делает человека лучше, почему ту женщину на площади убивали верующие? Если Аллах всесилен, почему он допускает войны? Почему в сражении умер именно его отец?       Юноша никогда не решался задавать такие вопросы горюющей матери, чёрствым учителям, друзьям, разбалтывающим всё взрослым, и конечно консервативному мулле. Подросток боялся стать отверженным в обществе, в кругу сверстников и в своей семье, потому продолжал усердно молиться вместе со всеми, в положенное время совершая поклоны.       Сомнения, зародившиеся в детстве, крепли. Война, неудавшийся брак и бездетность не усиляли религиозных чувств. Отдалившись от жены, потеряв веру в собственную счастливую семью, Басри начал отворачиваться и от Аллаха.       Во взрослом возрасте Дар начал грешить. Речь не про детские шалости и не грех по незнанию или неосторожности. Иракец осознанно нарушал прямые запреты. Он ел харамную пищу и распивал алкоголь. Он играл в азартные игры. Он прелюбодействовал с одной скучающей вдовой, которая была не прочь поразвлечься. Он подглядывал за переодеванием своих сослуживцев, а ночью дрочил на это.       Молитвы, обращения к Аллаху, соблюдения уразы стали просто привычкой, которую капитан соблюдал ради своих родных. Он вроде бы полностью разочаровался в исламе, но было одно «но». Он не знал наверняка, есть ли Аллах на самом деле.       Та часть его разума, что с детства мучила вопросами, спросила: «Почему бы Аллаху и не быть? Может, он совсем не такой как сказано в Коране. Но вероятность его существования есть всегда»       И с тех пор Басри играл с огнём. Ему нравилось не знать, чем же всё кончится. Он грешил и вымаливал прощения, повторяя снова и снова. Он брал всё лучшее из ислама, мешая это с реалиями своей жизни. Он не был ни религиозен, ни неверующим. У него были своеобразные отношения с Аллахом.