Восхищение.
22 сентября 2022 г., 19:42
Рюджин откинулась на спинку стула, равнодушно наблюдая за тем, как девушка из команды противников доказывала полезность школьной формы. Её взгляд то и дело опускался на рваные джинсы с цепями на карманах и толстовку Рюджин, будто это были самые страшные вещи из всех, которые она когда-либо видела. Конечно, на фоне остальных ботаников в юбочках и идеально отглаженных рубашек она выглядела сбежавшим с рок-концерта панком, но разве это имело значение? Разве на этом конкурсе не должны были оценивать мозги, а не внешность?
«Ботаны», – мысленно хмыкнула Шин, глядя на мыски своих тяжёлых ботинок. – «Или просто завидуют».
Сейчас они выигрывали со счётом в десять очков, что не оставляло команде соперников ни единого шанса на победу. Несмотря на то, что судье явно не нравился внешний вид Рюджин, он явно был на стороне их команды. Впрочем, Шин это не удивляло, Йеджи всегда умела быть убедительной. Она стояла за трибуной напротив их стола, с прямой словно палка спиной, – уверенная и сильная как и всегда. Рюджин нравилось видеть её такой, но она не могла перестать думать о девушке, которая цеплялась за неё на недавней вечеринке и плакала во сне. Кем был Хёнджин? Бывшим парнем? Другом? Любовью всей жизни? Или, может, Хёнджин был девушкой? В голове у Рюджин постепенно строилась история трагичной любви в стиле «Ромео и Джульетты» с мудаком-отцом в роли коварного злодея.
«По крайней мере это объясняет, почему Хван была такой сукой», – подумала Рюджин. – «Потеря много оправдывает. Не знаю, что бы делала, если бы потеряла Юну».
Рюджин осмотрела команду. Черён как и всегда была невозмутима, Юна с интересом оглядывала соперников, а Джису накручивала на палец длинный русый локон – типичная черлидерская привычка. Йеджи тоже делала так, когда думала. Не то, чтобы Рюджин следила за ней в такие моменты, просто она на самом деле склонна замечать детали.
– Очередь Йеджи, – пробормотала Джису, цепляясь пальцами за край юбки.
– Не волнуйся, она справится.
– Ты так думаешь?
– Я в этом уверена, – кивнула Рюджин. – Это же Хван, она крута во всём, что делает.
– Я думала, она тебе не нравится.
– Ну, это ведь не значит, что я не могу здраво оценивать её способности, верно? Личные отношения – главный враг учёного. Я, конечно, пока не учёный, но мне тоже не нравится быть субъективной. Это очень мешает.
– Говорит человек, который влюблён в лучшего друга.
– Делай скидку на то, что я подросток, солнце. Все подростки хотя бы раз влюблялись в друзей, даже если не осознавали этого.
***
Кофе старшей школы имени Нила Армстронга оказался таким же дерьмовым, как и их команда по КвизБоллу. Рюджин бы выплюнула его после первого же глотка, но её телу была жизненно необходима энергия. Юна всегда говорила, что её зависимость от кофеина не приведёт ни к чему хорошему, но Рюджин думала, что ничего, кроме науки, не привело бы к положительному результату. Черён села рядом как раз в тот момент, когда она допила первую чашку. – Скучаешь? – Нет, – ответила Рюджин. – А я – да. Мне нужно с кем-то поболтать. Мой мозг сейчас вроде как перегружен. Не хочу устраивать истерику, пока не доеду до дома. – Истерику? Кто-то из этих ботанов сказал тебе что-то грубое? – Тот, – она указала на невысокого парня с редкими тёмными усиками. – Связано с Цзыюй? – Да. – Хочешь, чтобы я ему врезала? – Тогда тебя дисквалифицируют. – Ну, ты всегда можешь уговорить свою новую подружку занять моё место, – усмехнулась Рюджин. – Чживон? У неё уже есть эта игра… футбол… лакросс… не помню, как называется. На самом деле… не знаю, может, это грубо, но я хочу, чтобы ты рассказала мне про Минджон. – Про Минджон? Зачем? – Хочу поверить, что существуют здоровые отношения, услышать милую историю. На самом деле мне просто нужно забить мозг бесполезными фактами. – Ну… там нет ничего особенно интересного. Мы просто дружили. Познакомились, когда были ещё детьми. Мы обе были в продвинутой группе, которую организовал её отец. Я ненавидела проигрывать, а она всегда решала задания первой. Типа… блин, она была просто чертовски талантлива, и я ненавидела её примерно несколько месяцев, пока до меня не дошло, что дружить с ней в разы круче. Я почти не разговаривала с другими детьми, они казались скучными, а Минджон была такой же, как я. Через год её отец закрыл группу из-за скандалов с другими родителями, но я всё равно приходила к ним в гости, чтобы позаниматься с мистером Кимом. – Насколько она хороша? – Абсолютный гений. Помнит число Пи до ста пятидесятого разряда, считает в уме быстрее, чем калькулятор. Она робот, когда дело доходит до точных наук. Нам было по 10, когда она шутки ради решила контрольную, которую мой отец приготовил для своих студентов. Она знала теорему Эйлера с пяти лет. В семь увлеклась иррациональными числами. Такие люди рождаются раз в сто лет. – Так ты ею восхищаешься? – Конечно. Как я могу не восхищаться? – Я не это имела в виду. Я хотела спросить – любишь ли ты её или просто путаешь любовь с восхищением? – Люблю, – уверенно ответила Рюджин. – Она крута в математике, да, но Ким Минджон, – та Ким Минджон, которую я знаю, не просто потрясающий математик. Та Ким Минджон, которую я знаю, может часами играть в видеоигры. У неё заразительный смех и холодные руки. А ещё она постоянно забывает перчатки, поэтому я всегда должна носить запасную пару. Ей нравится боевики, даже самые дерьмовые, хаски и холодная пицца. А ещё в десять она сломала запястье, когда пыталась повернуть руку на триста шестьдесят градусов. В одиннадцать она этому научилась. Я восхищаюсь её знаниями, да, но ещё я люблю её. Кажется, эти чувства отлично друг с другом сочетаются. Как кофе и молоко. – Сперва я думала о Цзыюй точно так же, как ты о Минджон, – призналась Черён. – Мы встретились, когда я переехала из Бостона в Лос-Анджелес. Жизнь казалась полным дерьмом, родители постоянно ругались, Чэён нашла себе подружку, а я в один момент лишилась всех друзей. У меня была только куча бесполезных на первый взгляд знаний. Они помогли поступить в хорошую частную школу, Цзыюй училась в моём классе. Звезда школы, как и Хван, – красивая, умная, сдержанная, – как тут устоять? Она сказала, что вместе мы свернём горы. Даже не знаю, любила ли она меня. Рюджин чувствовала, как гнев постепенно распространялся по телу. Руки снова затряслись. Захотелось просто схватить эту суку за лацканы идеального пиджака и хорошо встряхнуть. Так, чтобы ей тоже было больно. – Ты облажалась? – Она сказала, что я должна её заслужить. Типа как в романах. Она принцесса, я рыцарь. Она хотела, чтобы я спалила дом учителя, который поставил ей B за контрольную. Я хотела… правда хотела, наверное, я бы сделала это, если бы Чэён в последний момент не заметила, что я веду себя странно. Она никому не сказала, отвела меня к хорошему психологу. Я поняла, что это пиздец, но Цзыюй… она не принимает отказов. Я помню только обрывки. Мне всё время хотелось увидеть её, но я понимала, что не могла. В результате я разбила окно в её комнату, а она обвинила меня в домогательствах. Чэён забрала мои документы и увезла сюда. – Я сделаю так, что она больше никому не понравится. – Нет! Рюджин покачала головой. – Расслабься, никакого насилия. Мы же не обезьяны, в конце концов. Мы сделаем её на национальных, ответим на каждый вопрос, проведём лучшие дебаты за всю историю КвизБолла. Она будет первым капитаном, проигравшим соревнования, за последние десять лет и весь выпускной год на неё будут смотреть как на лузера, которая не просто вела себя как сука, но и облажалась, потеряв такого ценного игрока как ты. – Я думала, ты против грязных игр. Или это касается только Хван? – Йеджи такого не заслуживает. Она… приятная, даже милая в некоторых моментах. Цзыюй – сука. Ей нужно преподать урок. Сделаем это? – Сделаем это! – Уверенно ответила Черён.
