Приехали, блять!

— А прикинь, лифт сейчас остановится? — Коломиец поправляет светлые волосы, спавшие на лицо, и смеётся. Нажимает на кнопку потрёпанной панели, следя за тем, как тяжёлые двери сходятся. Взгляд падает на возлюбленного, что разглядывает себя в заляпанном зеркале. — Ага, блять, как в тупом сериале! — он отрывается от «интересного» занятия и смотрит на младшего через зеркало, — А потом мы ещё ебаться начнем, да? Илья глядит в глаза смущенные и улыбается, пускает смешок, когда тот взгляд свой стыдливо отводит в другую сторону. Денис задумывается ненадолго, пальцы перебирает, да губу закусывает. Вдруг внезапно выпаливает: — Почему нет? Действительно, почему бы и нет. Коряков задумывается о том, что идея и в правду неплохая. Или же на самом деле идея полное дерьмо, и ебаться лучше дома на мягкой кроватке, а не на холодном грязном полу лифта? Но ведь все любят эксперименты, даже такие странные. А у некоторых вообще фетиш на секс в общественных местах. Хотя Илья и не имеет таких странных фетишей, но от внезапных пошлых мыслей щеки заливаются краской, и он всё-таки отходит от этого зеркала, чтобы стыднее не становилось от вида собственного. — Хули заткнулся то? — вдруг прерывает раздумья Коломиец. — Да так, думаю, удобно ли ебаться в таком маленьком лифте. Или здесь места только на минет хватит, — он смеётся нелепо, — Вот бы остановился. Коряков явно шутит, это Денис точно понимает, хотя где-то глубоко внутри реально задумывается, что хотел бы, чтобы лифт остановился прямо сейчас. Ну а вдруг судьба будет на его стороне и каким-то волшебным образом услышит и исполнит его желание? И парень понял, что судьба услышала его, когда движение явно прекратилось, без какой-либо причины для этого. — Приехали, блять! Глаза Коломийца округляются, он щипает собственную руку, убеждаясь, что это никакой не сон и все это в самом деле происходит. Смотрит на Илью, который удивлен не меньше и глядит также в ответ. Коряков сползает по стене вниз, садится и вытягивает ноги вперёд, скрещивая руки на груди. Да плевать, что полы тут неизвестно когда моют, и моют ли вообще. Делать что-либо в такой ситуации глупо, зная, что кнопка вызова помощи давно сломана местными хулиганами, если вообще когда-то работала, да и номера никакого здесь нет, а выпустят их отсюда только тогда, когда бабулька-вахтерша заметит неладное. — Ну блять, чё за хуйня? — говорит он возмущённо, сводя брови к переносице. Зажмуривается, откинув голову к стене, как вдруг чувствует чужой вес на ногах и распахивает глаза. Видит перед собой улыбочку Коломиеца и глаза горящие. Совсем близко. Руки Дениса размещаются на плечах Ильи, тот же намёк понимает, руки свои всё-таки размыкает и перемещает на чужую талию, поглаживая и задирая серую ткань свитшота выше, оголяя кожу. Младший двигается ближе, жмётся как котёнок маленький, руками обвивая шею, наклоняется к уху, обдавая горячим дыханием. — Ты же об этом думал? — тихо шепчет он и Коряков думает, что щёки красные всё-таки сдали его. Эти щеки сейчас даже ярче горят, чем ранее, а в штанах все теснее становится. По телу тысячи мурашек пробегают, когда младший руками забирается под худи и пальцами холодными проводит по торсу, доходит до груди и шеи, ткань задирая все выше и выше, вырисовывает узоры непонятные. В холодном ранее лифте становится слишком жарко и невыносимо душно. Илья ладони перемещает резко на ягодицы парня, ближе к себе придвигая, касается губ розовых, проникает языком глубже. Поцелуй разрывая спускается губами к шее нежной. Денис лишь голову назад запрокидывает, цепляясь пальчиками худыми за плечи широкие, ёрзает на бедрах чужих, вздыхая. Коломиец все же решает исполнить то, что изначально и задумывал, отрывает Илью от шеи своей, хватается за щеки его и в губы целует жадно. Сползает ниже, к шее припадая, оставляет едва видимые следы. Со штанами спортивными справляется, стягивая вниз, за пару секунд, тянется снова к возлюбленному за новыми поцелуями, ручкой проводя по уже вставшему члену сквозь ткань боксеров, дразнится. Второй рукой зарывается в волосы, целует в губы, в скулы, в шею — везде, где только можно дотянуться. Рука все ещё располагается меж ног Корякова, который уже терпеть не может. Но Денис, кажется, совсем не спешит, — продолжает зацеловывать шею, улыбается, чувствуя, как тело под ним ёрзает туда-сюда. — Блять, Денис, ну не тяни! — не выдерживая умоляет старший, вызывая улыбку у Коломиеца. А того долго упрашивать не надо. Он заканчивает наконец с поцелуями, спускается ниже. Хватается пальцами за резинку трусов, оттягивая вниз. Проводит по члену ладонью, слышит вздохи довольные. Кидает взгляд на Илью разгоряченного, тот глаза зажмуривает, губы закусывает едва не до крови, пальцами ткань темную сжимает, пока рука чужая водит то вверх, то вниз. Коряков раскрывает глаза растерянно, когда перестает чувствовать чужой вес на себе. Денис спускается на пол, разводит ноги Ильи немного в стороны, устраиваясь между них поудобнее и продолжает начатое. Проводит языком по всей длине и снова выжидает реакцию возлюбленного. Обхватывает губами горячими головку, насаживается глубже, помогая себе одной рукой, вторую размещая на бедре. Рука чужая касается головы мягко, без напора, поправляет волосы мешающие, гладит аккуратно, дав Коломийцу понять, что он делает всё правильно. С губ Корякова стоны срываются глухие, он кулаки сжимает до побеления костяшек, кусает губы, руки собственные, чтобы никто снаружи случайно не подслушал, какими непристойностями занимаются в сломанном лифте. Ноги Ильи дрожать уже начинают, Денис это чувствует, сжимая бедро чужое пальцами своими. Дыхание прерывистое и учащённое, стоны уже громче слышатся, — стало совершенно плевать, если кто-то может их услышать. Парень ускоряет темп, насаживается губами усерднее, рукой себе помогая. Чувствует, как рука на голове за волосы хватает крепче, отводя резко голову вверх, а с губ возлюбленного слетает его имя ласково и протяжно. Илья кончает, пачкая и себя и Дениса, но никто из двоих и внимания на это особо не обращает, не в первый раз же. Старший тянет Коломиеца к себе, целует в губы, укладывает на себя и прижимает как можно сильнее, обвивая тело руками зарывается в волосы. Младший улыбается довольно, но устало, поудобнее устраивается на груди чужой и глаза прикрывает. Наверняка ведь придется заночевать прямо в лифте...