Soulmates never die

      Школьное время — самый беззаботный период в жизни каждого человека. Так вам скажет любой взрослый человек, который столкнулся с настоящими проблемами зрелой жизни. Экзамены, двойки и домашка — ничто по сравнению с кредитами, неудачами на работе и отсутствием свободного времени для хоть малейшего отдыха. Феликс с этим не согласен, он считает, что в любом возрасте могут быть трудности, которые выбивают из колеи, заставляют страдать и мучиться. Его проблема — учитель Бан.       Феликс отлично помнил тот день, когда молодой и привлекательный учитель появился на пороге их класса, как все затихли и просто смотрели на него. Всем им было по четырнадцать лет и они не могли не оценить нового педагога. Учитель Бан носил рубашки с длинными рукавами, которые облегали его накаченные руки, никогда не застегивал верхнюю пуговицу, открывая прекрасный вид на яремную впадину и имел такие чудесные ямочки на щеках, что у Феликса вспыхивали щеки. Его сразу же полюбили за умеренную строгость, чувство юмора и веселую подачу материала. А еще, Феликс был уверен, девчонки не отрывали свои взгляды от его подтянутой пятой точки, когда он записывал что-то на доске. Он понимал этих девчонок, потому что сам старался не смотреть, отвлекал себя, упирался взглядом в доску, но иногда его взор скользил по красивому затылку, спине и ягодицам. В этот самый момент он терял все здравые мысли.       Феликс уже несколько лет четко осознавал свою ориентацию, потому что однажды он посмотрел «Тёмного рыцаря» и завис на Бэтмене в исполнении прекрасного Кристиана Бэйла. Это стало большим открытием для него. Он думал, что это пройдет, но все чаще стал обращать внимание на дворовых мальчишек, играющих в футбол, на актеров и певцов и мог только тихо вздыхать, когда понимал, что ему совсем не нравятся девочки. Что еще более ужасное — ему не нравились сверстники, они казались совсем детьми и совершенно неразумными, хотя головой Феликс понимал, что ничем от них не отличается. Родители поддержали его, когда он открылся им, предоставляли нужную информацию, разговаривали с ним и давали советы. Феликс рассказал им, что он гей, но никогда и ни за что не сможет рассказать, что его тянет исключительно на мужчин постарше.       Учителю Бану было двадцать два, когда он пришел преподавать в родную школу сразу после пединститута и его с радостью взяли, потому что он был любимым учеником директора. В нем всегда был талант к математике и точным наукам, поэтому Кристофер ни секунды не сомневался идя в эту профессию. Он любил детей, любил давать знания и любил науку, что может быть прекрасней, чем соединить все три фактора в один?       Кристофер отлично ладил со всеми учениками, у него не было собственного класса, потому что он был неопытным педагогом, но многие ученики шли к нему за советом и он им никогда не отказывал. Так прошло два года, школьники взрослели, набирались ума и все больше доставали учителя Бана, потому что он тоже продолжал цвести. Иногда он получал нелепые анонимные записки от школьниц, никогда их не читал, но старался выбросить незаметно, чтобы никого не обидеть, он был очень внимательным и чутким человеком.       Феликсу исполнилось шестнадцать, когда он перешел в десятый класс и их классная руководительница ушла в декрет. Директор долго не думал и передал учеников в руки учителя Бана, который набрался опыта и окончательно научился ладить с подростками, он был идеальным педагогом. Весь класс не скрывал радости, когда им объявили эту новость, все будто с ума сошли: кричали, прыгали и не могли усидеть на месте. Неспокойно было только Феликсу, потому что он два года был бесповоротно влюблен в своего учителя и всячески пытался гнать эти чувства, избегал его вне занятий и старался не контактировать без надобности. А теперь Кристофер Бан будет их классным руководителем и в разы больше будет участвовать в жизни Феликса.       Время неумолимо шло и Феликс буквально сходил с ума, встреч с учителем становилось все больше, а нервов и сдержанности оставалось все меньше. Иногда ему хотелось выть от того, как Кристофер прекрасен, хотелось рассказать ему обо всем, обнять крепко и не отпускать никогда. А когда одноклассницы делали несдержанные комплименты учителю, смотря на то, как он неловко краснеет, хотелось закричать, что учитель Бан только его и ничей больше. Но здравым умом Феликс понимал, что это не так. Крис не его и никогда, скорее всего, не станет. Терпение медленно заканчивалось.              — Учитель, Бан — Феликс обратился к нему, когда урок закончился и все разошлись, — я не понял последнюю тему с интегралами.       — Что именно тебе непонятно? — спросил Чан, вытирая остатки мела с доски.       — Всё.       Чан удивленно посмотрел на него. Феликс был лучшим учеником в классе и у него никогда не было проблем с математикой, были темы куда более сложные и запутанные, чем интегралы. А сейчас ученик стоял с опущенной головой, переминаясь с ноги на ногу, совсем на него не похоже.       — Я могу тебе чем-то помочь? Может быть мы могли бы провести для тебя дополнительный урок?       — Это было бы здорово, учитель, — Феликс просиял своей яркой улыбкой и стал менее неуверенным.       — Хорошо, в будние дни я не смогу уделить тебе время, потому что у меня еще ученики на репетиторстве, что насчет субботы?       — Да, учитель Бан, я подстроюсь под ваш график.       — Феликс, ты можешь звать меня просто Кристофером, когда мы не на уроке, хорошо? , — Феликс энергично покачал головой, — вот и отлично, тогда давай в субботу часа в два встретимся? Я тебе скину адрес.       Феликс был возбужден и встревожен, он не знал толком зачем придумал эту историю с интегралами. Он прекрасно понял тему, это проще простого, но ему так хотелось побыть немного с учителем наедине, а другого предлога просто не найти. Он думал, что они останутся после уроков и просто посидят за одной партой, Кристофер будет увлеченно рассказывать тему, а Феликс полюбуется на него с близкого расстояния. Крис был очень красивым и соответствовал всем стандартам Феликса: умный, спортивный, веселый, но самое главное — его чистая душа. Учитель Бан был таким добрым и внимательным, Феликс не мог не влюбиться в него, просто глядя в яркие глаза цвета шоколада. Феликс грезил им, представлял рядом с собой, когда засыпал. Он мечтал оказаться в теплых объятиях сильных рук, целовать слегка обветренные губы, гладить мягкую кожу. Учитель снился Феликсу в самых разных по накалу снах, иногда он просыпался дрожа, переживая последние волны ночного оргазма, это было мучительно, но потрясающе. Он часто заходил в инстаграм Кристофера, пролистывал фотографии и всякий раз боялся наткнуться на фото с девушкой, потому что про личную жизнь учителя ему не удалось ничего выяснить. В какой-то момент чувства Феликса перестали походить на простую подростковую влюбленность, которая проходит, как пшик. Все что ему хотелось — любить и оберегать этого человека, быть рядом, поддерживать и заботиться и его совсем не волновала восьмилетняя разница в возрасте. Крис был молодым и красивым, а Феликс не был таким уж ребенком.       Ликс робко нажал на кнопку звонка и через несколько минут входная дверь открылась.       — Привет, Феликс, проходи, — Крис проводил его жестом в квартиру и закрыл дверь на защелку, — ты голодный? Давай сначала пообедаем.       — Я бы не отказался, — Феликс улыбнулся и проследовал за учителем.       — Тогда помой пока руки, а я накрою на стол.       Феликса слегка потряхивало от того, что он находился в квартире учителя, она казалась такой же спокойной и сдержанной, как и ее обладатель. Крис открыл ему дверь в домашней одежде, таким его Феликс видел впервые. Футболка без рукавов не скрывала спортивных рук и Феликс, чтобы успокоиться, не только помыл руки, но и как следует умылся ледяной водой. Проведенное вместе время будет очень непростым.       Они пообедали и это была вкуснейшая еда, которую Феликсу приходилось пробовать. Простая паста из морепродуктов делал его очень счастливым и сытым, но, даже если бы Крис пожарил обычную яичницу, Феликс все равно бы насладился этим так, будто это лучшая еда в мире. Феликс любил Криса, в этом крылся секрет.       Когда Кристофер объяснял тему, Феликс изо всех сил старался слушать и даже записывать, но все, о чем он мог думать, это то, как близко сидел к нему учитель. Их бедра слегка соприкасались, обдавая Феликса волной жара. Его щеки пылали и иногда ему казалось, что он забывает дышать, если Кристофер что-то и замечал, то старался не подавать виду. В какой-то момент Феликс перестал смотреть в тетрадку, он открыто пялился на двигающиеся губы учителя. Он практически ничего не соображал, все, что ему хотелось — прижаться к ним своими сухими губами и навсегда остаться в этом моменте.       — Феликс, ты совсем меня не слушаешь, — вырвал его из размышлений Крис, — что с тобой?       — Все в порядке, я слушаю, — Ликс прочистил горло и склонился над тетрадкой.       — Феликс, я много встречал людей, которые не понимают математику или какую-то тему. Я ведь не только учитель, но и репетитор, так что знаешь, опыт у меня большой и ты совсем не похож на человека, который не понимает. Так зачем ты тут?       — Я… — Феликс запнулся, — учитель… Кристофер, простите, я правда буду хорошо вас слушать, только не выгоняйте меня раньше времени.       — Я не планировал тебя выгонять, просто не понимаю, почему мне приходится разбирать тему интегралов с человеком, который понимает ее чуть ли не лучше меня самого. Так что я еще раз спрошу, зачем ты тут?       Феликс, сделал глубокий вдох, рано или поздно этот разговор должен был произойти, он сам себя подписал на это. Ничем другим эта встреча не могла закончиться, он давно вынес себе приговор.       — Я просто хотел с вами немного побыть, — решился Феликс.       — Что это значит? — Крис слегка отодвинулся от него, разрывая тесный контакт.       У Феликса совершенно пустая голова и при всем желании он не сможет ответить на поставленный вопрос. Поэтому он привстал на дрожащих ногах и пересел на колени к учителю. Абсолютно все перестало существовать. Кристофер шокировано посмотрел на него, вцепившись руками в талию и попытался снять с себя, но Феликс только крепче обвил его шею руками.       — Крис, я… влюблен в тебя. С самого первого дня, как ты к нам пришел преподавать. Я не могу больше держать это в себе, прости.       Феликс невесомо прижался губами к его губам и почувствовал, как хватка на талии слегка ослабла. А когда учитель робко ответил на его поцелуй, Феликса пробило на дрожь и все что он мог сделать — это углубить поцелуй. Губы Криса были такие же мягкими, как он и представлял, целовать его было одним удовольствием, поэтому Феликс запустил пальцы в темные волосы учителя и притянул его ближе, чтобы между ними не осталось и миллиметра. Этот поцелуй был пыткой, потому что Феликсу хотелось смеяться и плакать от того, что он наконец сделал это, казалось прошла целая вечность, когда Крис мягко отстранил его и одним движением снял с себя, усадив рядом. Они оба тяжело дышали.       — Мы не должны были этого делать, тебе нужно уйти и забыть обо всем, — это все что произнес Кристофер, прежде чем встал и начал заталкивать принадлежности в рюкзак Феликса.       — Почему? — Феликс тоже встал и подошел к нему.       — Потому что тебе шестнадцать. Потому что я твой учитель, а ты мой ученик, потому что я на восемь лет старше, мне продолжать? — казалось Кристофер начал выходить из себя.       — Но ты тоже этого хотел, ты… я чувствовал, что ты отвечал на мой поцелуй, — безжизненно произнес Феликс и уткнулся носом куда-то между лопатками учителя.       — Уходи, Феликс, тему ты понял, значит я смог тебе помочь.       — Уйду только если скажешь, что я тебе не нравлюсь, Крис. То, как ты целовал меня говорит мне совсем о другом.       — Ты мне не нравишься, — бессильно произнес Кристофер и опустил глаза в пол.       Феликс почувствовал, как земля уходит из-под ног, а голова начала кружиться. Он смотрел на учителя и не верил своим ушам. Каким же он был дураком, раз подумал, что на его чувства могут ответить, что он мог понравиться кому-то столь прекрасному, как Крис. Слезы сами собой покатились по его щекам, он схватил свой рюкзак, выбежал в коридор и громко хлопнул дверью.       Ты не нравишься мне… я люблю тебя, прости, — прошептал Кристофер.       Всю ночь Феликс не мог уснуть, он ворочался и думал только о том, что натворил. Конечно Кристофер не мог быть в него влюблен, Феликс — нескладный, щуплый школьник, который застрял в своих мечтах. Он не знал, как вести себя дальше, как смотреть учителю в глаза, но точно понимал, что в понедельник подойдет и извинится перед ним и пообещает больше никогда так не делать. Бедное сердце Феликса сжималось от мысли, что Кристофер больше никогда с ним не заговорит.       В понедельник математика четвертым уроком, Феликс весь день дергался и изнывал от нетерпения. Ему так хотелось взглянуть на Кристофера и убедиться, что тот не так сильно зол на него. Когда долгожданный звонок прозвенел, в класс вошла пожилая женщина, Феликс раньше видел ее в школе и предполагал, что она тоже учительница.       — Здравствуйте, я ваша новая учительница по математике, меня зовут миссис Браун, — она записала имя на доске.       — А где учитель Бан? — в недоумении выкрикнул Феликс.       — Насколько мне известно, он больше не работает в этой школе, молодой человек. И не надо так кричать. На моих уроках можно разговаривать только тогда, когда я спрашиваю.       Внутренности Феликса скрутились в тугой узел, когда он услышал от нового учителя эту новость. По классу прошелся тихий шепот, другие ученики тоже не были готовы к такой резкой смене учителя в середине года. Феликсу казалось, что он задыхается, его бросало в жар и в холод, руки дрожали и хотелось заплакать. Он знал, что это из-за него, он настолько противен учителю Бану, что тот предпочел уволиться. Феликс обязательно побежит к нему после уроков и будет умолять его простить, только чтобы учитель Бан вернулся и продолжил их учить.       Феликс долго звонил в звонок знакомой двери, за которой совсем недавно совершил такую непоправимую ошибку, но Кристофер не открывал ему. Он знал, что ведет себя надоедливо, но ему так хотелось, чтобы Крис вышел и хотя бы прогнал его, а не прятался там за дверью. Спустя несколько минут замок двери щелкнул, но открылась соседняя дверь.       — Долго ты будешь так трезвонить? — из двери выглядывал высокий молодой человек, — очевидно, что никого нет дома.       — Простите, сэр, а вы не видели вашего соседа?       — Видел, он вчера съехал из квартиры.       Феликсу хотелось кричать и плакать, но он спокойно попрощался с незнакомым мужчиной и побрел домой. На душе было мерзко, Феликс не мог даже нормально вздохнуть, настолько сильно его пожирала вина изнутри. Он так сильно обидел Кристофера, что тот решил бросить все и не только уволиться, но и переехать. Феликс звонил ему, но телефон был выключен, ему так хотелось попросить прощения, но Крис сжег все мосты.

***

      — Ликс, почему ты ни с кем не встречаешься? — спросил Брайан, растянувшись на полу в комнате Феликса.       — Потому что я не могу встречаться без любви, — ответил Феликс, не отрываясь от ноутбука, где готовил курсовую.       — Но тебе уже двадцать, ты что, никогда не влюблялся? — продолжил допытывать лучший друг.       — Влюблялся, но… — Феликс, наконец посмотрел на парня, — это не было взаимно и с тех пор я никого, даже отдаленно похожего, не встречал.       Феликс сидел на лавочке возле дома, когда почувствовал, что на него кто-то смотрит. Он оторвался от книги и осмотрелся, на мгновение его сердце остановилось. В нескольких метрах от него стоял Кристофер, убрав руки в карманы джинсов, он слегка покачивался. С последней их встречи он изменился, стал еще мужественней, поменял цвет волос на блонд, но его взгляд остался таким же теплым, а улыбка нежной. Феликс отложил книгу и встал, сделав несколько шагов навстречу, Крис тоже шагнул к нему. Когда они встретились, Феликс не выдержал и кинулся в объятия к человеку о котором не забывал ни на день. В этих объятиях было тепло и надежно, его не отталкивали и Крис сам пришел.       — Почему ты тут? — сквозь слезы спросил Феликс.       — Решил, что нам пора поговорить.       — Прошло четыре года, — Феликс отстранился, — ты просто исчез. О чем же нам разговаривать?       — Столько времени я дал себе, Феликс. Давай найдем какое-то место, где я все расскажу.       — Мы можем зайти ко мне, родители уехали, — неуверенно предложил Феликс.       — Хорошо, да, нам там не помешают.       Они двинулись к дому Феликса держась за руки, бедное ликсово сердце готово было выскочить из груди, ему казалось, что он спит. Но Кристофер действительно был тут, держал его руку и тихо шагал рядом. Когда они зашли в дом и сели на мягкий диван в гостиной, Кристофер заговорил.       — Ты так изменился, стал еще более красивым, — сказал он глядя Феликсу в глаза.       — О чем ты говоришь? Ты ненавидел меня.       — Глупости, Феликс. Как я мог тебя ненавидеть, если всегда любил?       — Что? — Феликс не верил своим ушам.       — Ты думал я бросил все, потому что ненавидел тебя? Я ненавидел себя, Ликс, потому что ты был ребенком, ты был чистым и невинным, а я позволил себе мечтать о тебе, думать о тебе… Когда ты вернулся с летних каникул шестнадцатилетним расцветшим и таким красивым, я хотел себя убить за мысли, которые допускал в твою сторону. Ты стал всем для меня: и счастьем и самой главной ошибкой, я не мог от стыда на тебя смотреть, потому что я мечтал о тебе. А потом ты поцеловал меня и, знаешь, я просто слетел с катушек, я столько всего хотел с тобой сделать. Но, Феликс, ты был ребенком и я подумал, что твоя-то глупая влюбленность пройдет, а свою я спрячу куда подальше, уеду, забуду.       — Крис, — прошептал Феликс, но тот лишь положил ладонь на его рот, заставляя замолчать.       — Я дал себе четыре года и пообещал, что если не перестану тебя любить, то вернусь и признаюсь. Четыре года на то, чтобы разлюбить и дать тебе повзрослеть. Дать тебе время забыть меня, или возненавидеть. Как видишь я тут и мои чувства со мной. По правде говоря, не было и дня, чтобы я не вспоминал тебя. И, конечно, я не жду, что ты примешь меня после моего предательства, но я хотя бы объяснился с тобой.       — Я ни с кем не был с тех пор, знаешь? — снова прошептал Феликс, ему казалось, если он начнет громко говорить, то Крис исчезнет, — я пробовал несколько раз, но я не могу без любви. Не могу без тебя… я думал, что настолько противен тебе, что ты исчез, а теперь ты говоришь, что любишь меня. Ты правда это имеешь ввиду?       — Да, Ликси, ты — всё для меня, все эти годы я вынашивал свою любовь и если ты примешь ее, я подарю тебе весь мир, сделаю тебя самым счастливым, буду заботиться и оберегать тебя. Ты простишь меня и будешь со мной?       Феликс посмотрел на него большими глазами из которых скатились первые слезинки и энергично закивал. Он не мог сказать и слова, чувство любви и безграничного счастья окутали его с ног до головы, дыхание перехватило. Но когда он оказался в теплых и таких надежных объятиях, все страхи и сомнения покинули его.       Феликс знал, что каждая мучительная минута из этих четырех лет стоила этой встречи.