Жребий брошен

И в эту тьму тот свет придет,

И весь мир начнёт отсчет..

***

Сегодня, поселение у границ Куэля с Хайно Оккугу полыхало. Столб огня пожирал за собой высокие хвои на холмах, что прогибались под натиском пламени и сравнивали с землей, кланяясь в ноги огня, как собственной императрице. Они тлели на глазах, а над ними все сгущался плотный дым, умоляя о помощи. Рёв заглушает треск веток, и проносясь вихрем пред необъятным лесом, сумеречный дракон вновь извергает полымя. Такой буйный, такой жгучий пожар показывал всю мощь их независимости, их вольности перед законом. Этим всем они словно кричали:  “Да прибудет здесь новая власть, и будет с нашими ненавистниками тоже, что и с этим проклятым лесом!”. Они верх алчности, верх жестокости и безнравственности. Главный грех человечества столь такой же сильный, что те были отвергнуты самими богами, а их названия я побоюсь вам даже говорить, ибо закон, связанный с ними жесток. В шепоте уличных проспектов, в трактирах, на торжествах в тихих, безлюдных углах, вам могут рассказать по их совесть лишь одно — по имени они не зовутся, а информацию, связанную с ними, маги “сверху” всячески скрывают. Но от сплетен, вам донесётся краем уха — вновь возродились в мире их злодеяния. Стаей в дыме проносятся вороны, махая крыльями и кружась над лесной чащей, они граяли вокруг собственной потехи. Их не мучал совесть, если им вообще известно, что это за слово то такое. Не чувствовали они ни вины, ни других каких-либо чувств. Казалось — им безразлично, или на худой конец, для них это забава. Но безразличие ли их предупреждения? Этому народу, как и другому, как и тысячи другим не скажут правды до последнего. Скинут все собаки на кого угодно, лишь бы не признать свое поражение в борьбе уже с давно не детьми, что вдруг решили взбунтоваться. Это уже гораздо больше, чем история с  восстановлением справедливости. Это призыв к борьбе с собою, со своими товарищами, с родными. Не зря говорят — история из раза в раз повторяется.   — Вороны — это скверный это знак. — прошептал мужчина, смотря из окна на горящий лес вдали. Так ярко полыхал, что резало глаза даже здесь, в избе. А дым все нёсся с течением ветра, перекидывая языки пламени все дальше и дальше.  — Элиса! Элиса, Запри все двери, да поживее! Мужчина никак не мог дозваться до своей старшей из дочек. И не дозовётся, ведь он ещё не знал, что сейчас, его юная Элиса бежала по горящему лесу, крича об помощи. Её ноги дрожали от страха, переступая через обломленные бревна обгоревших деревьев, перехватывая языки пламени на себя, и чувствуя, как они выжигают кожу. Она уже тысячу раз успела пожалеть об том, что  связывалась с этими отступниками, и что когда-то тоже стояла в низком поклоне перед Араоном. Хотелось забыть это все как страшный сон, стирая из памяти. Но карма настигла и Элису, которая знала по мнению их слишком много.

  История вновь повторяется. Старые лица — новые методы.  

***

Время все нещадно шло вперёд, но в зале конференций, где столь редко собирались высшие сословия по-прежнему было холодно. В старинный замок, что был построен еще при великой Богине Илларии на небольшом острове Альесенте, сегодня прибыли самые важные маги из всех государств. Последняя встреча здесь проводились лет семнадцать назад, и поэтому, все успели забыть ранее знакомые очертания величественного построения с его холодными коридорами. Даже несмотря на то, что внешне замок был для своего возраста в хорошем состояние: все ещё сохранялся позолотистей фасад, великолепные арки у входа, и самое главное, этот источник вечной воды в виде водопада на возвышенности, что так гармонично сочетался с красивыми пейзажами вокруг, то входя во внутрь, вы смогли бы понять — от былой роскоши не осталось чего-то подобному фасаду. Внутри были только холодные коридоры с большими, но уже старыми арками, а эти гербы каждых стран казались потрепанными и грязными. Изнутри он не вызывал приятных ощущений. Но на ум не шло дело до внутренних ощущений от этого места, когда на кануне стоит вопрос об безопасности всех. Вот зачем сегодня все стояли у круглого стола. Вокруг стола для переговоров на своеобразных тронах томительно ожидали череду долгих разговоров Императоры и Короли. Каждый считал своим долгом перекинуться парочкой слухов с рядом стоящим, а некоторые даже позволяли себе надменную улыбку. Никто не жаждал показать своё слабое звено в виде страха, что окутывал их с ног до головы. Все только гордо задирали головы у магических знаков, делая вид, что всё под контролем. В прочем, как и всегда.    — От былого величия здесь даже слова не осталось. — сказала одна из правительниц справа сидевшему от неё Лорду. — Вы верно подметили, Мэйуми. Скоро совсем тут ничего кроме названия не осталось..  Наконец томительное ожидание сменилось некой радостью того, что в зал прибыла главенствующая здесь Исидора. Она появилась в сопровождение своей свиты через портал, чем вызвала у некоторых помощников правителей восхищение. Её редко можно было встретить вне своего божественного храма, куда так часто делали подношения маги всех возрастов, от того её простое появление здесь — уже праздник. И все же, племянница Илларии была все также прекрасна, как и при жизни её матери, чего, к сожалению, никто из присутствующих не успел застать. Она была такой же, как её изображали на полотнах картин: белоликой, с не очень длинными, шелковистыми волосами каштанового цвета. У Исидоры были темные брови, а глаза, прикрытие густыми ресницами — словно морская волна. Чуть припухшие губы отдавали коралловым оттенком, а нос у неё был аккуратный и без лишних изъянов. Сама Богиня была не толста и не худа, плавая где-то в середине этих категорий. Ткань глубоко коричневого цвета на ней не подчеркивала ни её талии, ни каких либо форм, разве что оголяя левое плечо. Но и то прикрывали волосы. Всё выдавало её как Богиню, а в особенности, эффектные появления, как и сейчас. — Да прибудет с вами Иллария, дорогие Императоры и Короли. — громко произнесла на весь зал заседаний Исидора. Руки женщины покалывала мелкая дрожь, а бледнота лица готова была выдать её волнение. Никто еще за все года сборов на Альсенете не видел Богов такими тревожными. Улыбка у Богини была вымученная, и та всеми силами пыталась сделать спокойный вид. Эта работа Господ — успокаивать бушующий народ, ведь лишь им подчинялись те, только их проповеди готовы были вразумить. От этого напряжение, что витало в зале, всем было не по себе. Удручали положение на этой пороховой бочке и две Императрицы, что вели войну меж собой уже нескончаемое время, впутывая в ненависть со времён еще Диаманты и Каллисто свой народ. Шептания между друг другом окончились, и все готовы были выслушать богиню. — Все мы знаем, зачем сегодня созвали совет. Нападение Палачей справедливости вновь возобновились, и мы не можем игнорировать их вечно. Также, до меня дошли сведения, что народ стал бунтовать против властей. Это правда? — Ваше сиятельство, позвольте мне. — подняла руку Мэйуми, обратив внимание других на себя, в том числе и внимание Летиции — На днях они сожгли мои поселения и лес в стороне к границам Куэль. Маги негодуют, из-за этого и бунтуют. Мы не можем усмирить вновь всполохнувший гнев тех лет даже в Ишубару. — Простите что я вас перебью, Госпожа Мэйуми, но вы не можете усмирить их гнев уже очень долгое время — отозвался голос Летиции, что находилась напротив правительницы огня. — К чему вы клоните? — К тому, что наверное не стоит впутывать при, не побоюсь выразиться, удобных обстоятельствах вы сами знаете кого.     — Давайте вы будете следить за своим государством, и в частности, за вашей столицей, Госпожа Летиция. Или быть может, нам всем стоит напомнить, что они сделали и с вашей столицей?     — Позвольте спросить, — решила вмешаться в нарастающий конфликт Исидора — а что же они сделали с вашей столицей, Летиция?     — Эти, прошу прощение, отступники сожгли практически до тла Виего, ваше сиятельство. И пусть это прозвучит оскорбительным, но я придерживаюсь мнение, что это могла бы быть какая-нибудь их девчонка из Хайно Оккугу.     — Да что вы такое говорите! Наши дети пусть и верны своей родине, но такого кощунства не позволят себе!     — Госпожа Мэйуми и Летиция! — уже не выдержав столь безобразного отношения друг к другу, прикрикнула Исидора. На секунду, все умолкли, и только шумно вздохнула Богиня, продолжив обращение к ним — Я прекрасно понимаю ваше негодование, но не забывайте для каких целей мы сюда собрались. Давайте будем благоразумными, и перестанем конфликтовать, особенно, в такое время. Ради своего народа и будущего, сейчас нам нужно объединить все силы.     — Что вы предполагаете под « объединить все силы »? Нам не одолеть в одиночку этих, простите за выражение, отступников, вы же благоразумны и понимаете это. Особенно учитывая, кем именно является их главарь, давайте уж об этом не забывать. Ему под стать разве что..     — Это я и хотела вам сказать с самого начала. — женщина поддержала недолгую паузу и начала свою проповедь — Как вы наверняка знаете, скоро подойдёт время того, когда предназначение избранницы должно осуществиться. — Избранницы? Разве она не погибла в ночь бунта вместе с Рианой? — вмешался один из королей в её монолог.     — Прошу, не перебивайте. Совсем недавно, я увидела две ведущие от неё нити, а это значит, что без всяких сомнений — она жива, и в данный момент, находиться среди магов. Нам остается лишь найти её и переманить на верную сторону, дабы все пошло в нужное русло.     — Это, конечно, замечательно, но что вы предлагаете? Не сможем же мы против её воли схватить и посадить само перерождение вашей драгоценной тётушки под замок, ожидая, когда же это за ней придёт этот « помощник исполнения »? Практика прошлых лет показала, что это скверный подход.     — Да, Лорд, я тому и не противоречила. В наших с вами силах сейчас разве что только улучшить дозор на границах, и смотреть в оба глаза. Я надеюсь на ваше понимание, господа, и хочу быть уверена, что вы не подведете всевышних, и не спровоцируете их гнев.     — А что же нам сказать об ней? Если быть точнее, что же мы скажем народу? Мы ведь признали, что это легенда — сплошь выдумка!     — Я думаю, вам не составит труда признать обратное. Всё-таки, не я правительница ваших земель, и не вправе решать заместо вас, как и что вам говорить. Если, конечно речь не идет об сами знаете ком. На этом, наше с вами заседание я объявляю закрытым.     — Нет, ну постойте же..! — начали вновь эту неурядицу меж собой правители, когда блекли огни, а сама всевышняя направлялась в сопровождение своей свиты к выходу под звон цоканья под ногами. Этот балаган был слышен даже за узорчатым окошком у самого потолка, возле которого расположились два ворона. Поняв, что более ценной информации они не смогут услышать из-за стоявшего шума, да и окончания самого собрания, они, взмахнув пестрыми, смольными крыльями, улетели прочь, каркая половину своего пути.    

***

— Что же это выходит? — задумчиво бросил своим слугам мужчина в черных одеяниях, что вальяжно развалился в кресле, откинувшись на спинку и скрываясь в её тени. В комнате слышался, разве что, треск тлеющих дров, огонь от которых мирно кидал свой отблеск на центральную часть зала. Его верные как псы подчиненные смиренно сидели вокруг него, и только те, что прибыли, в глубоком поклоне стояли напротив своего Господина — Мало того, что эта девчонка ещё жива здорова, так они хотят ее пригрести себе первыми? Ха.. ха-ха! Резко наклоняясь в кресле, он как не в себя рассмеялся раскатистым басом. Невольно волна мурашек пробежала по всех их телам, заставляя сглотнуть вязкую слюну в пересохшей гортани. Но смех умолк также быстро, как и начался, сменяясь на злобное выражение лица. Он был зол, он был очень зол, и это нельзя было передать словами. — Это получается, эта маленькая ведьма скоро будет им пригодна и очень нужна нам? — тихим, со смесью зла голосом проговорил мужчина, шёпотом добавляя — Почему она еще не здесь? — Милорд, никто не знает её место нахождения на данный момент, но я даю свое слово, что мы кинем все усилия на её поимку. — Я жду результатов. Одним рывком он поднялся, взмахнув накидкой. Под его тяжёлыми шагами, неприятно скрипели половицы. Мужчина подошёл к камину, задумчиво смотря на огонь. Он сохранял молчание, и оно давило с каждой секундой все сильнее. Никогда не знаешь, что сейчас он может выдать. Этот маг просто непредсказуем. Араон был человеком жестоким, беспринципным, не гнушающимся никакими средствами для достижения своей целей, в чем бы это не проявлялось. В общем то, что и ожидаемо от чистого зла, как его называл народ. Поэтому и находиться с ним дольше пары секунд было не только тяжело, да еще и опасно для жизни, и это касалось не только его главных врагов. — Что они еще говорили по этому поводу? — наконец, прервал тишину он уже более спокойным по сравнению с прошедшими минутами. — Ничего ценного более, милорд. — послушно ответила Ванесса, что склонялась перед ним в глубоком поклоне. — Совсем? — он удивлённо приподнять бровь, глядя на неё в упор — Печально. Ну раз так, я думаю, нам надо поскорее найти её. Как же её там звали.. — он щелкнул пальцами, круто развернувшись — Лили вроде бы? М, точно, Лили, да. В общем, если хоть что-то, даже краем уха услышите о ней, я жду донесение мне мгновенно. Я надеюсь, меня все услышали и всем все понятно? — Да, милорд! — Свободны. Дверь закрылась, и Араон погрузился в свои мысли, рассуждая; — Славно. Что ж, я думаю, это самое прекрасное время для возвращения Палачей справедливости, хаоса и раздора. Нам остаётся лишь поймать её, и использовать в своих целях, дабы все пошло в нужное русло. — задумчиво произнёс он, облокачиваясь на спинку кресла и скрываясь в ее тени снова — Да прибудет с вами Великая Рейша! И конечно, с тобой, Лили. Мы-то с тобой уж знатно повеселимся, моя маленькая ведьма!

***