Глава XIX
7 октября 2023 г., 23:55
— Нет… — снова, как заевшая пластинка, повторил я, пересекая пустую лабораторию. Где-то позади — голоса, очевидно пытающиеся привлечь моё внимание. Я о них знал, но внимания им уделял не больше, чем другим известным фактам: тому, что в воздухе есть такой элемент, как кислород, или тому, что небо голубое.
«Или тому, что ты как-то умудрился вернуть к жизни своего мёртвого друга», — в тон моим мыслям добавила бесящая часть моего сознания.
— Нет, нет, нет! Захлопнись! И слышать ничего не хочу! — выпалил я и, дёрнув за ручку, распахнул ведущую в следующую комнату дверь. Пройдя внутрь, я захлопнул её чуть с большей силой, чем, возможно, сам того хотел. И стало темно.
Чтобы понять почему, мне пришлось потратить чуть больше времени, чем оно того реально стоило. Однако найдя ответ, я заключил, что мало чего добьюсь, простояв весь день в компании мётел и прочих уборочных средств.
Выходить оттуда обратно на свет божий было, мягко говоря, смущающе. Однако стоило моему взгляду споткнуться о небольшого металлического кота, как все эмоции заслонило собой одно лишь монолитное неприятие.
— Нет… — я отшатнулся и, не сводя с кота глаз, шагнул обратно в темноту чулана, тут же закрыв за собой дверь.
— Алекс, ты не можешь сидеть в кладовке вечно. Рано или поздно тебе придётся выйти и выслушать меня, — услышал я голос Роберта.
— Нет! Ты ошибаешься. Ты мёртв! Мёртв, а значит всё это сон и в любую минуту могу проснуться в своей постели! — выкрикнул я и тут же осел на пол, словно какой-то полупустой мешок с песком.
— Алекс, это не сон. Это реальность, и ты не возвращал мёртвого к жизни, — это уже был голос Луны.
— О, правда?! Тогда как ты объяснишь… — я приоткрыл дверь и ткнул пальцем в того, кто пытался представиться Бобом. — Это! — и я снова хлопнул дверью прежде, чем они успели бы ответить.
— Алекс, он не твой друг. Не совсем, он… — Твайлайт замолчала, словно что-то осознав. — Ну как описать? Не знаком с магией…
Последнее Твайлайт прошептала, но услышать её мне это не помешало: мои уши понемногу возвращали себе былую чувствительность. Ту, которая была им свойственна до всей этой кутерьмы с превращением обратно в человека и последующей медленной трансформацией в… нечто.
В основе своей я всё ещё был человеком, но тревожные изменения уже затронули моё тело. Я слышал то, чего в нормальном состоянии ни за что бы не услышал, чувствовал запахи, обычно остававшиеся за пределами моего восприятия, неуклонно становилось всё острее и острее зрение, чего бы я поначалу и вовсе не заметил, если бы не знал, что искать. Да и различия в оттенках кожи с течением времени словно бы смазывались.
Ах да, бонусом ко всему мои зрачки словно поставили перед собой цель заполнить всю поверхность глаза. И я не преувеличиваю.
— Это не так, — слова Луны прервали мои думы. — Я во снах сделала открытие. Он не знает специфики магии, но принципы ему известны. Пример: нет магии на планете, но есть слово, которое каким-то образом переводится как «некромантия».
Услышав это маленькое откровение, Искорка тихо воскликнула:
— Или вроде того, как невозможно говорить о вычислительных устройствах, не говоря о големах?
— Именно. Он знаком с основами магии, хоть некоторые из них и ошибочны, так как реальной магии он никогда не имел, — развернула мысль Луна. — Думаю, лучшее что мы можем сделать для начала — выяснить причину его поведения. Хорошо, что он считает некромантию злом, но почему? Оттуда и надо будет отталкиваться.
— Вообще-то, — вмешался я, давая тем самым пони понять, что слышал весь их разговор, — я не так уж и уверен, почему она считается чем-то однозначно плохим в реальности. Но в легендах и мифах моей родины это обычно объясняется тем, что некромантия всегда своего рода зло, ибо некромант прерывает покой мертвецов, его заслуживающих.
Одну короткую паузу спустя Солнечная пони прочистила горло:
— Ну, это определённо хорошая причина, но не настоящая причина плохости. Дело в том, что Вуаль… вредна… живым.
На какое-то время она замолчала, дав мне тем самым возможность обдумать сказанное.
— Простите, но что такое Вуаль?
— Вуаль… Субстанция, извлекающая из мертвецов души для другой жизни. Она не зло, не вред, но вредна для живых. Живой коснётся Вуали — живой теряет рассудок, — видимо, тщательно подбирая слова, пояснила Солнечная. Но как бы осторожна она не была, у меня всё равно чуть не снесло крышу:
— Я что… сойду с… — я заткнулся, когда приглушённый тяжёлый удар дрожью отозвался по всему огромному замку, что мгновенно заставило меня забыть о прежних опасениях и снова приоткрыть дверь. — Что это было?
— Я-я не знаю, — выдавила Искорка, даже не пытаясь скрыть тревогу.
— Не знаю тоже, но уверена, это не к добру. — сказала Солнечная, уже направляясь к выходу. — Я пойду, найду, что не так. Оставайтесь здесь, продолжайте объяснять Алексу, затем помогите с ним Роберту.
Провожая её взглядом, я ровным счётом ничего не мог поделать с царящим в голове сумбуром. Зная о том, что притаилось над небесами этой планеты, я просто не мог не задуматься над возможным сценарием: может быть именно сейчас пришельцам таки надоела игра в шарады и они начали бомбить город.
— Ладно, давайте возвращаться к работе, — сказал я, бахнув со всей дури дверью о стену, чем заставил вздрогнуть всех, кто собрался в комнате. — Нам всё ещё нужен компьютер, чтобы заставить заработать это ваше оружие, а запертый в чулане я — существо более, чем бесполезное.
Всё в голове вдруг стало таким… чётким. Грохот отрезвил. Если у этой планеты есть хоть какие шансы пережить то, что должно произойти (или, быть может, уже происходит), я ни на секунду не должен отвлекаться от дела.
В частности, не должен отвлекаться на то, что меня каким-то образом угораздило вернуть друга из мёртвых. Возможно я и нарушил покой Боба, чем уже навлёк на свою голову гнев мертвецов. Быть может я уже на полпути к жёлтому дому. Однако пока на кону стоят чьи-то жизни, это не так уж и важно.
— Боб, я очень сожалею, что я нарушил твой покой. Надеюсь, однажды ты сможешь меня за это простить, но прямо сейчас, пока у меня ещё не совсем поехала крыша, нам следует убедиться, что мы сделали всё возможное, чтобы не дать Им захватить эту планету, — произнёс я, воспользовавшись тем, что ещё не все пришли в себя, и я могу вставить ещё пару слов.
— Алекс, остановись на секунду и прислушайся к тому, что говорят инопланетные пони. Ты не возвращал меня из мёртвых, — подбежал Боб к моим ногам. — Это было одной из первых вещей, что я тебе сказал, но непохоже, чтобы ты меня тогда слушал.
Естественно, я замер на полпути.
— Подожди, тогда как, чёрт возьми, по-твоему, я превратил тебя в кота? — в замешательстве я поднял взгляд на Луну и Искорку. — Как, по-вашему, я превратил Боба в робокота?
— Ты не превращал. Это не Роберт. По крайней мере, не совсем, — печально ответила Луна.
— Алекс, Роберт мёртв. Однако если кто-то умирает достаточно жестоко, трагично, сильно сожалея о чём-то, он может… оставить часть своей души позади, — медленно произнесла Искорка.
— Погоди… что ты хочешь этим сказать? — спросил я, пытаясь осмыслить сказанное.
— Мы хотим сказать что умирая, Роберт оставил в тебе часть своей души. Часть души, которую ты использовал, даруя коту умственные способности. Не Роберт, но во многом на Роберта похож. Думай о коте, как об эхе того, что было когда-то.
— Или как о призраке, — сказал я, тяжело осев на один из столов. Почти сразу мне в голову пришла мысль: — Подождите, вы говорите о нём, как об осколке, но этот осколок говорит и думает почти в точности так же, как и Боб. И отчего вдруг ко мне должен был прилипнуть фрагмент его души, если я даже не был рядом в момент его смерти?
— Нет? Не был рядом? — на мордочке Искорки явно отражался интерес, когда она повернулась к Луне. — Это опровергает данную теорию, но свидетельствует в пользу других.
— Вы уже даже теорию составили? — меня немного удивило то, как быстро они придумали какое-то объяснение произошедшему.
— Да. Теория основана на состоянии фрагментов Роберта, нужно провести тесты, чтобы её подтвердить, но теория довольно уверенная, — убеждённо сказала Искорка, на что я только поднял бровь.
— Что ты имеешь в виду, говоря о состоянии "фрагментов" Роберта?
— Она имеет в виду, что душа Роберта — не один фрагмент, а множество, — осторожно сказал Мун. — Их сорок восемь, если быть точной.
* * *
— Сосредоточьте усилия на тех очагах пожара, — крикнул капитан Стар Блейз, направляя Кантерлотскую погодную команду туда, где они были нужнее всего. — Что здесь произошло, капитан? — раздался сзади знакомый голос, заставивший его без промедления развернуться и отсалютовать приземлившейся Солнечной принцессе. — Что-то упало с неба, Ваше Высочество. Из-за вспыхнувшего пожара мы пока не можем добраться до него, но, со слов очевидцев, это был какой-то метеор, — доложил Стар Блейз. — Нам обоим известно, что это не так. Постарайтесь как можно скорее потушить пожары, убедитесь, что пострадавшие доставлены в госпиталь, и, на всякий случай, всех пересчитайте. Я изучу место катастрофы. — Уже работает над этим, Ваше Высочество. Мы бы справились с расследованием самостоятельно, но жар там слишком силён даже для наших лучших чар. — Хорошо. О, и ещё, капитан, будьте внимательны ко всему подозрительному. В особенности ко тому, что может иметь отношение к другой аварии. — Есть, мэм.* * *
По правде говоря, Селестия понятия не имела, что стало причиной второго крушения, однако, основываясь на имеющейся информации, некоторые возможные объяснения можно было исключить. Прежде всего, она точно знала, что это не бомбардировка, иначе за первым ударом последовали бы другие. По той же логике, следовало исключить из списка гипотез то, что это могла быть десантная капсула сил вторжения. Не говоря уже о том, что разрушение капсулы привело бы к гибели всех находившихся внутри солдат. Оставалось два варианта: это или несчастный случай, или своего рода предупредительный выстрел Селестия с некоторым трепетом спикировала прямо в сердце пламени. Капитан Стар Блейз не преувеличивал, говоря о том, насколько горячо здешнее пламя, но связь Селестии с Солнцем Эквуса позволяла ей не беспокоиться о своей безопасности даже в местах куда более жарких. Добравшись до очага пожара, Селестия сосредоточилась, задействуя имеющиеся в её распоряжении колоссальные запасы магии. Силой мысли она перенесла большую часть тепла на себя саму, зная, что нет нужды контролировать дальнейший путь этой энергии: она переместится прямиком на Солнце, туда, где её присутствие уже никому не причинит вреда. С почти хныкающим шипением пламя погасло, оставляя Селестию наедине с обгоревшим остовом искорёженного металла, покоившемся прямо в центре образовавшегося от удара кратера. Осторожно подойдя к нему, она потянулась магией к приоткрытому люку, опасаясь, какие ужасы могут скрываться внутри. Но там было пусто. Будь Селестия поглупее, она, скорее всего, предположила бы, что тот, кто находился внутри, погиб и сгорел без остатка. Однако была у этой теории была одна проблема: изнутри-то капсула была относительно невредима. Кроме поверхностных повреждений оборудования и чуть подпалённых поверхностей, немногое указывало на то, что в ней вообще был пожар. — Либо к капсуле изначально никого не было, — задумалась Селестия, подняв взгляд на чистое голубое небо, — либо, кто бы там ни был внутри, он успел выбраться до того, как она разбилась. Немного поразмышляв об этом, Селестия пожала плечами и взлетела, взмахнув своими алебастровыми крыльями. «Если внутри этой штуки есть вычислительное устройство, я уверена, ~Алекс~ сможет раскрыть все секреты, которые оно хранит». Оставалось надеяться, они будут стоить тех жизней, которые унесла эта катастрофа.* * *
— Какого чёрта?! — рявкнул Хазалк, снова вводя в консоль команду для перехода на ручное управление. Безрезультатно. — Как мы умудрились потерять управление? — Не знаю, сэр, но… Ух, — вырвалось у Вендалаза, когда он вызвал консоль. — Если мы с минуты на минуту не вернём контроль, нас сотрут в порошок! Хазалк клацнул по личному комлинку, надеясь, что он не был взломан вместе с остальными системами корабля. — Внимание всему составу, это Хазалк. Мы потеряли управление кораблём. Повторяю, мы потеряли управление кораблём. Мостик запечатан, мы отрезаны от остального корабля. Если кто-то неподалёку от компьютерного ядра, вырубите его или, если это невозможно, уничтожьте — и как можно скорее. Там кто-нибудь есть? Приём. Несколько секунд Хазалк ждал ответа. Его сердцам стало тесно в груди. Он уже хотел повторить попытку выйти на связь, когда его комлинк ожил. Хазалк испытал одновременно облегчение от того, что не потерял возможности отдавать приказы, и опаску услышать на том конце звуки боя. — Это Верило, слышу вас хорошо. На это уйдёт несколько минут. Автоматические системы защиты с ума посходили, добраться до ядра напрямик будет проблематично. — Радуйтесь тому, что корабль на аппаратном уровне не способен разгерметизироваться. — У нас и так кислород скоро кончится, если не вернём управление компьютером, — отозвался сержант. — Есть более срочная проблема. Корабль, готовый при первой же возможности разорвать нас на части, если мы не сможем вернуть контроль над этим летающим ведром. Хазалк замолчал, отвлёкшись на вскрытие очередной панели в попытке восстановить управление. — Вас понял. — Есть ли там ещё кто-нибудь живой? Если да, то как можно быстрее спускайтесь к ядру и помогите Верило и его команде его отключить, — приказал Хазалк. Отбросив в сторону комлинк, он полез в открывшуюся секцию, надеясь, что ещё кто-то из его команды уцелел, но мысленно готовясь к худшему. — Талиан, как обстановка? — Судя по всему, корабль неплохо справляется со своей задачей, — сухо ответила лейтенант. — Выставленный против корабля класса Нова, он должен был выдержать не более семи минут. Мы живы уже одиннадцать. — Это... странно. Думаешь, они должны были нас уже уничтожить? Особенно если учесть, что мы первые открыли огонь, — крикнул Вендалаз с другого конца комнаты. — Нет, если они хотят взять нас пленными. Помните, сейчас мы не в состоянии войны, хоть это и может послужить поводом для начала боевых действий! — крикнул в ответ Хазалк. — Вам также, вероятно, будет интересно узнать, что в живых у нас остался не только отряд Верило. Коммандер Ивтиль и несколько выживших техников зажаты в инженерном отсеке, а доктор Улия и её команда заблокированы в медотсеке, — доложила Талиан. «Хорошие новости. Благодаря Ивтиль у техников есть шанс продержаться ещё несколько минут, а медицинский отсек, как и мостик, можно заблокировать и перевести на автономное воздухоснабжение во время повышенной готовности», — подумал Хазалк, отключая консоль, на которой он работал, от остальной сети. — Держите меня в курсе, если кто... Однако не успел он закончить эту мысль, как весь мостик погрузился в темноту. Почти сразу загорелись красные аварийные лампочки. Хазалк вздохнул с облегчением. — Талиан, скажи Верило, чтобы он как можно скорее запустил резервное ядро! Нам нужно убираться отсюда, пока... — Сэр, это был не Верило, — сказала Талиан, подсовывая что-то под руку капитану. — Вот, сэр, вам это понадобится. Хазалк оторвался от консоли, и схватил протягиваемый Талиан комлинк. — Алло? Что там у вас произошло? Ненадолго повисла тишина, пока с соответствующим звуком снова не заработал комлинк: — Извините, сэр, но я не видела другого выхода, — раздался голос Ивтиль. — Был выбор: остановить реактор или умереть от нашей собственной охранной системы. — Ты остановила реактор?! — недоверчиво переспросил Хазалк. — Это… это гениально! — Эм… боюсь, что нет, сэр. Теперь мы лёгкая добыча, и… — заговорила Ивтиль, но была прервана, когда Хазалк снова клацнул по комлинку. — Коммандер, остановитесь на секунду и доложите, что вы слышите. Наступила долгая, неловкая пауза. Хазалк ждал ответа. — Сэр, я не понимаю, что... — начал было говорить Вендалаз, но Талиан шиком заставила его замолчать. — Неужели ты не слышишь? — тихо спросила она. Наконец, комлинк ожил. — Прошу прощения, сэр, но я ничего не слышу, — раздражительно отозвалась Ивтиль. — Именно! — особым тоном сказал Хазалк. — Ни ударов, ни грохота, ни, что самое главное, звуков стрельбы. — Сэр, вы имеете в виду?.. — нерешительно уточнила Ивтиль. — О, вы прекрасно понимаете, что я имею в виду, — ответил ей Хазалк. Затем он прочистил горло, прекрасно осознавая, что сейчас отдаст один из самых странных приказов в своей жизни. — Внимание! Всем экипажам. Мы восстановили контроль над кораблём, но скоро все изменится. Скоро нас будут брать на абордаж. Стандартные инструкции не применять. Повторяю, не следуйте инструкциям и не оказывайте сопротивления. В случае, если вы увидите кого-то, кто не является крином, следует сложить оружие и сдаться. Повторяю, не вступать в бой, сложить оружие и сдаться. Повисла пауза. Прервал её лейтенант Вендалаз, откашлявшись, привлекая внимание. — Эм, сэр? Вы уверены, что это разумно? — О да. Они уже миллион раз могли уничтожить нас, но так и не сделали этого, — заметил Хазалк. — Я уверен, что нам следует подождать и посмотреть, что кьюзины нам скажут. А вот палить по ним вслепую было бы действительно неразумно, не так ли? Вендалаз только вздохнул в знак поражения: — Надеюсь, вы правы, сэр.
