Табак и зимний морозный воздух

— Морфей! Сон!!! — Твой зов буквально оглушил меня. Джоанна вздрагивает и оборачивается. Тёмная фигура молчаливо стоит за её спиной, а кошмар замирает, отчего она облегчённо выдыхает. Она нервно оглядывается на застывшего рядом мужчину, уже занесшего руку для удара, и закусывает губу: — Можешь ли ты перенести нас в явь? — Конечно, могу, — Король Снов медлит, пристально вглядываясь. Ворот темного пальто поднят, частично скрывая челюсть, а волосы растрепаны меньше чем в прошлый раз. Зрачки с клубящейся внутри тьмой заинтересованно ищут ответы, — Но кто тебе снился? — Отец, — она ёжится и выдавливает сатирическую усмешку, — Как видишь, он был не особо хорошим человеком. Сон медлит: — Верно, — он кидает на неё секундный взгляд, уже совершая взмах ладонью, — Но в чём-то это сделало тебя сильнее. Сильнее. Давно ей этого не говорили. Джоанна просыпается, шумно дыша и зарываясь рукой в волосы, с силой оттягивает их. Она поднимает взгляд и тихо смеётся, ловя вопросительный взгляд. — Серьёзно, ты должен хоть как-то оповещать о своём присутствии. Морфей в ответ усмехается и легко дёргает плечами: — Привыкнешь, такими темпами. Джоанна прокашливается — горло немного дерёт от криков — и спешно рыщет по ящикам в поисках заброшенной пачки сигарет. Руки у неё дрожат когда она пытается подкурить. Песочный Человек учтиво ждёт, замерев на месте и сложив руки в ожидании пока она откроет окно и впустит холодный ночной воздух. Капли барабанят по окну и она поворачивается к нему спиной, рассматривая мокрые дорожки, золотисто подсвечивымые фонарём. Он подходит и аккуратно вынимает зажигалку из её рук — руки его ожидаемо прохладные — огонёк мирно пляшет у него в ладонях. Джоанна кивает и спешно затягивается, выдыхая дым в сторону. Она ёжится от порыва ветра и возвращается на диван, накидывая одеяло себе на плечи. Сон чинно садится рядом, однако уже раскованней, не сторонится и не отсаживается на край, касается бедром её колена — она подобрала их под себя. Смотрит, ждёт. И молчит. — Прости, если потревожила. Тот хмурится, будто услышал непревзойдённую глупость: — Если бы я не мог, я бы не пришёл. Джоанна кивает, слабо улыбаясь, и негромко шепчет «спасибо», почти одними губами. Морфей зачем-то кивает, серьёзно на неё глядя, и Константин хочется коснуться этих чуть приоткрытых губ. Свет не включен, так что она щурится в попытке увидеть больше. — Я позвала тебя неосознанно. — Да? — тот удивлённо вскидывает брови. — Подумала даже сначала, что приснилось. Морфей растягивает губы в маленькой робкой улыбке: — Присниться может многое. В том числе я. Выходит, ты искала моей помощи? — Не знаю. Наверно? — Я могу избавить тебя от кошмаров. — Не стоит. Я этого не заслуживаю. Просто… Я не хочу больше видеть его. И кого-либо из семьи вообще. Сон кивает. — Он был настолько плох? Ты… — Да. Был больше пьяницей, чем отцом. Да и им он никогда не был, даже когда не пил со своими дружками. Морфей кивает и произносит «Он тебе больше не приснится» таким тоном, которым люди обычно говорят «Мне жаль». Джоанна грустно улыбается и плавно протягивает руку к его лицу. Не встречая сопротивления, она касается шёлковой щеки и гладит уголок губ. Сон сначала замирает, и она думает что вот-вот он встанет и уйдет, но после он вроде как расслабляется и даже прикрывает глаза, задумчиво вслушиваясь в ощущения. Щека у него тёплая и мягкая, как и губы. Сигарета в руках всё ещё тлеет и она, отвлёкшись, стряхивает пепел прямо на пол. Он прослеживает его взглядом, и неуловимо тянет воздух когда она выдыхает дым. Джоанна это даже не слышала, просто заметила по тому как затрепетали ноздри. Следующую затяжку она, не отрывая руки от его щеки, заинтересованно выдыхает ему прямо в лицо. Тот чуть подаётся вперёд и невозмутимо его вдыхает, даже не поменявшись в лице. Джоанна усмехается. — А целую себе взять на хочешь? Морфей расплывается в полуусмешке в ответ: — Зачем, когда у меня есть ты? Джоанна глядит на него с выражением нежности на лице, в которой она никогда себе не признается. Она поднимает руку выше и убирает спадающие ему на лоб волосы. В конце концов устраивает её у него на шее, почти касаясь пальцами уха. — Я поцелую тебя? Губы у Короля Снов бархатные, как табак и зимний морозный воздух. Где-то окном кричит ворон.