он фотогеничен

            Потирая глаза тощими, с выдающимися голубыми венами, руками, Финни Блейк поправляет штатив и направляет камеру на сидящего перед ним парня. На вид тому было около двадцати и, хотя это была фотосессия на альбом для выпускного класса, Финни никак не мог убедить себя в обратном.             Бандана с узорами в стиле хиппи-цветов красовалась на лбу коренастого парня. Его взгляд был высокомерным и, при всём уважении, застенчивым. Две крайности.             Сейчас — хорошее время для фотографов, пусть в этом маленьком городке редко бывают свадьбы и нет богатеньких семей в которых на день рождения отпрыска заказывают фотографа, чтобы тот запечатлел веселье маленьких упырят.             Финн не любит детей, не любит подростков, самому ему уже исполнилось двадцать три, но даже так он не любит свой возраст. — Сядь немного … — Финн наклоняет голову, и его длинные каштановые волосы падают ему на глаза, на одной стороне его головы красуются две заколки.             Гвен.             Так она заботится о нём.             После смерти отца она расцвела, страх за то, что она была странной испарился и Финн изо всех сил работает, чтобы оплатить её обучение.             Она хочет стать криминальным расследователем.             И это круто. — Сядь прямо и смотри в экран, — Финн борется с желанием закурить. Гадкая привычка, но, не такая вредная как алкоголизм его отца. От рождения у Финна болит голова, и доза никотина снижает ту боль, с которой не справляются таблетки. — Это тупость, — парень показательно отводит взгляд и поджимает губы. — Слушай, просто делай, что я говорю, так мы быстрее закончим, — Блейк потирает переносицу и набирает в лёгкие больше воздуха. Уже конец мая и печёт как в Аду. — Можно я просто дам вам двадцатку, а вы скажите, что все мои фотки не удались? — Парень складывает руки на груди и выгибает бровь. Обещание, он, похоже, намеревается сдержать. — Парень... — Робин, — перебивает его пацан, — Ареллано, — добавляет он секунду спустя. — Так Робин, мы могли бы уже закончить, но ты мешаешь мне сделать более или менее удачный кадр, так что просто заткнись и сядь ровно, — шикнул на Ареллано Блейк и наклонился над камерой.             Прямо в душу ему смотрели черные глаза.             Несколько прядей выбивалось из банданы и падало на лицо парню. — Робин, — Блейк отходит от камеры и щурится. — Нормально в камеру смотри, — Ареллано на это лишь хмыкает и как-то странно подмигивает.             Финн и до этого получал странные намеки.             От девушек.             Некоторые закусывали губу и подходили очень близко (прямо на съёмке!), другие напрямую говорили, что считают Финни сексуальным и так далее.             Но это.             Это просто ребячество.             Финн ненавидит подростков. Особенно таких вот, заносчивых, накачанных, тупых.             Но вдруг Робин становится спокойным.             На его лицо будто наклеили улыбку. Но она не была обычной, Финн теперь видел, что у Робина острые клыки, что зубы у него белые-белые, что из-за его смуглого цвета кожи он кажется похожим на … Демона Врубеля.             Такие же глубокие глаза, смуглая кожа, губы, не выраженные, но привлекающие, поза, обычная вроде бы, так все садятся, но в исполнении Робина …             Имя этому парню не подходит.             Его должны были бы звать Мигель. Просто и со вкусом.             Фамилию можно оставить. — Знаешь, — Финн вдруг понимает, что достаточно долго молча пялился на парня, он, конечно, делал фотографии, но в голове вдруг промелькнула мысль. — Хочешь, я сфотографирую тебя не как всех?             Что это была за перемена? Зрачки у парня расширились, и улыбка медленно исчезла с губ, он вдруг как-то непривычно для такой коренастой фигуры поёжился. — Как, — Финн слышит, что в горле у парня вмиг пересохло.             Отчего-то это заставляет Финна почувствовать власть над парнем, над ним самим часто издевались вот такие же парни из школы и сейчас, стоя напротив такого же потенциального задиры и сумев заставить его испытывать растерянность, он ликует.             Его руки касаются лба парня и снимают его бандану, он говорит Робину снять футболку и сесть на стуле, обняв свои колени. — Смотри в даль и чуть ниже, губы сожми, веки чуть опусти, — командовал Финн, настроив аппаратуру, он делает несколько снимков, на удивление этот парень очень фотогеничен. — Красиво, — Финн не совсем понимает, что сказал это вслух, лишь, когда он поднимает глаза и встречается взглядом с напуганными черными глазами, он осознает свою ошибку.             Не говоря ни слова, Робин быстро одевается и направляется к выходу из кабинета, который выделили для съёмок выпускных классов.             Лишь открыв дверь он, вдруг оборачивается и резко спрашивает: — Как вас зовут? — Блейк. Финн Блейк, — от резких движений парня, фотограф теряется и не сразу осознает, что говорить, свое настоящее имя было не лучшей идеей.             Ну, мало ли что.             Роб лишь кивает и выходит из классной комнаты.

***

            Сейчас два часа грёбанной ночи, но Финн стоит на балконе, в одной футболке и шортах, выкуривая третью сигарету. Из-за никотина, ударившего в голову, Финн не осознаёт, что сейчас больше двадцати пяти градусов и стоит уже заканчивать.             Внезапно.             Звонок в дверь.             На секунду Финн не верит своим ушам, на террасе включился свет и Финн погружается в раздумья. Не долгие, потому что Гвен могла проснуться и начать нервничать.             Выкинув сигарету с балкона, засунув пачку дешёвых сигарет в карман и убрав несколько прядей со лба, Финн идёт открывать дверь запоздалому гостю.             На пороге стоит Робин. Робин Ареллано. — Что ты чёрт возьми, делаешь в моём доме и каким, я извиняюсь, чёртом тебя сюда занесло, ты же … только имя. Верно? — Облокотившись о кулак, Финн морщится и закусывает губу. — Вы слишком меня недооцениваете — городок-то не большой, да и студий фотографий здесь не так уж и много. — Девять, — поправил парня Финн. — А я всего шесть обошёл, вот как мне повезло, — хмыкнул Робин, потягивая газировку. Она была у него в руках, когда он занёс руку для второго звонка и когда Финн, быстро и резко открыл дверь. — Боже, и зачем ты припёрся, — Финн, не думая о последствиях, достал пачку и быстро, чиркнув зажигалкой, закурил. — Хотел спросить кое-что, — Робин отчего-то съёжился и отвёл глаза, будто ему было действительно стыдно за то, что он пришёл в дом к Финну. Финн подёрнул глазами и затянулся.

***

            Странно было всё это, парень, сидящий перед ним на кресле и потягивающий свою же газировку, его сигарета, которая быстро заканчивалась, эта весенняя ночь, что была настолько жаркой, что даже курить было утомительно. — Ненавижу жару, — простонал Финн. Удивительно, что Гвен не проснулась. — Ага, — качнул головой Робин, не встречаясь взглядом с Финном. — Что ты хотел и да, должен сказать, что я не лучший советчик и детей я не люблю. — Финн откидывает назад голову, чтобы не видеть собеседника. Робина эти слова, похоже, совсем не смутили. — Парни могут быть красивыми? — Ареллано выделил последнее слово, что заставило Финна резко перевести на него взгляд. — Смотря что ты подразумеваешь под этим, мужское и женское понятие красоты очень разняться, какую именно красоту ты подразумеваешь? — Финн наклоняет голову и глаза у Робина следят за тем, как волосы фотографа падают ему на глаза. — Что значит понятие «женской» красоты? — Начал допрос Ареллано. — Веришь или нет, но девушкам не очень-то нравятся качки вроде тебя, сам слышал, как они говорят о том, что их больше интересуют худые, высокие, с длинными волосами, парни, — всё это время глаза Робина не отрываясь смотрели за движениями Финна. За тем, как он поправляет волосы, за губами, которые обхватывают тонкую сигаретку за глазами, что в какой-то момент пристально вглядываются в человека, а в какой-то, просто бесцельно шныряют по стенам и полкам с книгами. — Мне тоже, — вдруг сказал Робин, и глаза его стали больше, чем у фарфоровой куклы. Финн, незаметно для себя, ухмыльнулся. Но быстро спрятав не поддающуюся контролю эмоцию, Блейк вновь посмотрел на Робина. — Прости? — Финн всё слышал и Робин это знал, но отчего-то некое любопытство было сильнее правил хорошего тона. — Вы в особенности. Вам, наверное такое говорили, потому что они сами испытывали к вам симпатию, а вы, либо просто бесчувственный кусок говна, либо просто не чувствовали к ним симпатии. — Робин, говоря эти слова, менялся на глазах. Его поза стала развязной, бутылку с шипучкой он поставил на пол, тёмные глаза блестели. На пальцах он крутил свои тёмные локоны и смотрел, смотрел, смотрел...             А Финн наоборот, съёживался в маленький комок, подбирал ноги под себя, затягивался всё быстрее и короче, глазами не встречался с собеседником напротив. — Ну, что скажите?             А что говорить, когда в горле совсем пересохло и сигарета обжигает пальцы. — Мне нужно что-то покрепче этих дрянных сигарет.