Огонь и Лава

Приказ пришел однозначный — «Сбросить Геф в реку Изобилия». Что делать дальше, Сайлас распоряжений не давал. Но Джек всем собой чувствовал его внутреннюю борьбу жадности и здравого смысла. Брок был полностью прав, описывая причины затяжной войны с Аббадоном. Вот и сейчас Сайласу нужно было решить: отбросить соседа обратно и взяться восстанавливать королевство или пойти дальше, сметая всех со своего пути. — Детка, может, тебе устроить твою прекрасную задницу на троне Гильбоа? — спросил Брок. — Только вопрос — а надо ли оно мне? — вздохнул Джек, вытянувшись во весь рост на своей койке. — Тут больше геморроя, чем положительных сторон. — А чем бы ты вообще хотел заниматься по жизни? — спросил Брок, устроившись у него в ногах и принявшись расшнуровывать берцы. — Хороший вопрос, — буркнул Джек, устраивая голову на скрещенных руках. — Всегда считал верхом своих желаний корону. Стремился к этому. Но если подумать, что я видел, кроме войны и самодурства Сайласа? Где был? В Гильбоа, Лисьем лесу Гефа да в военной академии. Сяду на трон — там тоже не сдвинуться будет. Королевство обнищало, экономика в руках Кроссов. Увязну надолго. — Это то, чего ты не хочешь, — улыбнулся Брок, стянул с Джека носки и принялся массировать ему ступню. — А хочешь-то чего, детка? — Не знаю, — признался Джек, закрыл глаза. — Хотеть, оказывается, очень непросто. Я всегда хотел, чтобы отец меня любил. И Баки я вроде бы нравлюсь. Хотел найти человека, с которым буду открыт полностью. С человеком не вышло, но демон — это же круче? — Джек тепло улыбнулся. — Чего хотеть теперь? — Места, в котором был бы твой дом, — серьёзно сказал Брок, аккуратно потягивая за пальцы. — Ты человек, для тебя это важно. Занятия, которое бы тебя увлекло и приносило удовольствие. Друзей, с которыми не одиноко. Может, домашнего любимца. Может, путешествовать куда угодно. Коллекционировать хоть твои любимые кольца. — Какие друзья у принца? — горько усмехнулся Джек. — Дом… да, я всегда хотел свой дом, место, куда хочется прийти, а не где ты тупо прячешься. Знаешь, наверное, это прозвучит очень эгоистично, но могу же я немного побыть эгоистом? Я хочу тебя рядом, навсегда. Любовником, мужем… — Демона? — удивился Брок, и на его голове, раздвигая всегда старательно уложенные волосы, выросли острые изогнутые чёрные рога. — Врага рода человеческого? — За спиной хлопнули, расправляясь, кожистые чёрные крылья, а в глазах вспыхнуло адское пламя. Джек перевернулся на бок, с теплотой и восхищением глядя на него. — Я люблю тебя, демона, врага рода человеческого. Очень люблю. — Весь в мать, — улыбнулся Брок, оскалив острые зубы и показав изрядные клыки. — У нас слабость к красивым и опасным мужикам, — подтвердил Джек, выдернул ступню из его рук и сел, разглядывая громадные черные крылья. — А тебе идёт. Джек аккуратно потрогал черный рог, обхватил его ладонью, сжал, коснулся большим пальцем самого кончика. — Осторожно, детка, рога острые, — предупредил Брок. — Острые, — согласился Джек и заулыбался. — А когти ты отращивать умеешь? Чтобы совсем по канону? А вообще, я ничего о тебе не знаю, кроме вкусовых предпочтений, размера члена и возможности трахаться чуть ли не на весу. Расскажешь? — Спрашивай, — улыбнулся Брок и показал чёрные острые когти. — Ты всегда был демоном? Родился им, или как вы появляетесь на свет? — начал с самого простого Джек, тем временем перенеся всё своё внимание на левое крыло. — Родился, — кивнул Брок. — В жерле вулкана, как все мои собратья. Наша мораль и способности чужды людям. Но люди забавные. — Это точно, — согласился Джек. — Со всеми нашими страстями и метаниями, да? И поэтому ты появился здесь? — Нас не так много на Земле, — объяснил Брок. — Одно извержение вулкана — рождение одного демона. Европа — мои владения, от Гренландии до Урала. Здесь кипят потрясающие страсти, ты прав, детка. — То есть, если меня понесет, скажем, в Америку, ты туда отправиться не сможешь? — нахмурился Джек. — Почему? — удивился Брок. — Просто договариваться придётся заранее. Я и на батьку твоего наткнулся, когда в Северной Америке в гостях был. Там, кстати, наших совсем мало — действующих вулканов всего ничего. — Ну мало ли, — выдохнул Джек, снова потрогал перепонку крыла и глянул Броку в горящие огнем глаза. — Не напугал. Рога тебе идут, крылья — ну… покатаешь меня как-нибудь. Так что с чего ты враг рода человеческого? — Я ж говорю — мораль у нас с человеческой не монтируется, — объяснил Брок. — И за просто так мы ничего никогда не делаем. Хочешь от демона услугу — будь готов заплатить. — Чем платить мне? — поинтересовался Джек. — Ты много для меня сделал, а условий я так и не услышал. — Ну как же? — удивился Брок. — Ты просил оружие и взрывчатку и заплатил за них поцелуем. Всё честно, детка. — Недорого берешь, — хохотнул Джек. — Или для меня персональные скидки? Семейные? — Ты не представляешь, детка, как дорого стоит твой поцелуй, — улыбнулся Брок. Притянув Брока к себе за шею, Джек коснулся его губ лёгким поцелуем, затем ещё одним, ещё, ещё и ещё. Провел языком по тонким губам демона и выдохнул: — Я хочу быть твоим. — Ты будешь, — пообещал Брок. — Когда решишь, как желаешь прожить жизнь. — Дай мне немного времени, я определюсь, — пообещал Джек и снова потянулся за поцелуем. Они целовались долго и увлечённо. Никто не рвался к палатке полковника: ни денщик, ни вестовые, ни младшие офицеры. Словно все позабыли о ней. — Мне завтра возвращаться в столицу, — прошептал Джек, когда лёгкие заболели из-за нехватки кислорода, устроил голову на плече Брока. — Тебя это как-то напрягает? — спросил тот. — Общение с Сайласом никогда не было мне в радость, а сейчас его не избежать, — признался Джек. — Нужно получить более четкие приказы по тому, что дальше делать с Гефом. Да и день рождения у него скоро — грандиозный праздник. — Я могу что-то сделать для тебя, детка? — Верь в меня, — попросил Джек. — Даже с Сайласом справлюсь. А знаешь… пойдешь со мной на банкет по случаю его дня рождения? Пошел он нахер со своей гомофобией! — Как «плюс один»? — уточнил Брок. — Как мой партнёр, — ответил Джек, снова обхватил ладонью один из рогов. — На невесту ты не очень тянешь, ты старше да и побрутальнее меня будешь. Брок хохотнул. — Форма одежды парадная? — спросил он. — Рога надевать? — Не-ет, они не достойны столь величественного зрелища, — заулыбался Джек. — Так что обойдутся. — Ну так я зайду к тебе перед выездом, — пообещал Брок. — Лет сто ничего такого не носил. Забыл все правила. — Отличная идея, — поддержал его Джек и наконец выбрался из объятий. — Отъезд завтра, но сегодня у меня ещё полно дел здесь. Обуваться пришлось заново. Джек быстро зашнуровал берцы, чмокнул Брока в зацелованные губы и вымелся прочь. А Брок неторопливо растаял в воздухе, и когда в палатку заглянул денщик Джека, она была пуста. Выезд в столицу был назначен на раннее утро, потому Джек мгновенно вырубился, устроившись на заднем сидении машины, только сунул под голову свёрнутую несколько раз куртку и закрыл глаза. — Ты вкрай мне заездил ребенка, — вздохнул над его головой Барнс. — Твой ребёнок полком командует, — хмыкнул Брок. — Не ной. Ты в его возрасте уже с поезда брякнулся. — Я не ною, я оберегаю то единственное, что у меня есть, — огрызнулся Барнс, погладил спящего Джека по голове. — От небольшого недосыпа детка умом не двинется, — заверил Брок. — И от переёба не помрёт. Ни водитель, хмурый рядовой, ни охрана этого разговора не слышали. Джек продрал глаза, когда до Шайло осталось едва ли минут десять езды, сел, широко зевнул и потёр ладонями лицо, после чего полез в карман за телефоном. Но там снова ни звонков, ни сообщений. — Ничего нового, — хмыкнул Джек, подался вперёд и хлопнул водила по плечу. — Рули в пентхаус. — Слушаюсь, господин полковник. Брок уже ждал Джека в гостиной, попивая коллекционный виски. Он поднял бокал, приветствуя хозяина дома. Баки звенел бутылками в баре. — Привет, малыш! — ласково сказал он. — А бурбона у тебя нет? — Раз ты его ещё не нашёл, значит, нет, — улыбнулся ему Джек, навис над Броком и коснулся вкусных губ поцелуем. — Через два часа придет парикмахер и маникюрша. — А надо мной они поработают? — спросил тот, мигом выпустив рога и когти. — Маникюр для слабаков, — неуверенно сказал Баки. — Маникюр — это дань собственному телу. Все те банки в ванной помогают расслабиться, отпустить мысли. Маникюр входит в перечень моих обязательных процедур, отец. Попробуй, может, тебе понравится, — предложил Джек. — К тому же я очень люблю кольца, а они вряд ли будут смотреться на руках фермера. — Детка прав, Баки, — кивнул Брок, тиская Джека. — Это во времена твоей суровой молодости мужик должен был быть могуч, вонюч и волосат. Иди в ногу со временем! Баки возмущённо фыркнул и исчез. Вскоре в одной из гостевых ванных зашумела вода. — Всё-таки это так странно, что вам обоим очень много лет. Отцу почти под сотню, а сколько тебе, и спрашивать боюсь, — покачал головой Джек и снял форменную куртку. — Не так много, — ответил Брок, поглаживая его по бёдрам. — Я родился во время извержения Везувия, когда он залил лавой Помпеи. Множество душ ушли на перерождение в тот день, огромная энергия. Потому-то я такой человечный по демоническим меркам. Обстоятельства повлияли. Но что мы всё обо мне да обо мне? Не пора ли нам в спальню? До завтрашнего вечера времени ещё вдоволь.