Огонь и Лава

— Повтори, — попросил Джек, немного нервно облизал губы. — Сайласа признали невменяемым, — вздохнув, выполнила его просьбу Роза и провела по коленям, разглаживая невидимые складки на юбке. — Когда он пришёл в себя, то начал кидаться на врачей, снова вопить о грешниках вокруг, о возмездии. Это было страшно, дорогой. Я не узнаю своего мужа. Джек накрыл её ладонь своей, сжал, делясь теплом, стараясь поддержать. Одно дело ненавидеть Сайласа за всё, что он причинил лично ему и сотворил с королевством, и совсем другое — подвергать испытаниям маму. — Джек… — неуверенно начала Роза. — Ты поможешь мне? — Как я могу бросить тебя со всем этим? — тепло улыбнулся Джек. — Конечно, помогу. Мы справимся. — Я слишком отстранилась от ситуации в стране в последние годы, — призналась Роза. — Делами занимались Сайлас, Уильям… Они не воспринимали меня всерьёз. Я же женщина. — Зато я варюсь в этом супе из человечины уже очень долго, — качнул головой Джек, поднялся, подошёл к окну, за которым стремительно темнело. — Мама, дядя Уильям тебе не поможет, а только потопит нас всех. И Джек принялся, ничего не скрывая, не приукрашивая, рассказывать о реальном положении дел в королевстве, о том, что на самом деле творилось на линии фронта, какими усилиями отбивались метры земли Гильбоа и насколько сильно руку к этой войне приложил Уильям Кросс. Роза мрачнела всё сильнее и сильнее. — Но что мне делать, Джек? Он мой брат, понимаешь? — Понимаю, потому и предлагаю арест и инициирование разбирательства по поводу его вмешательства. Все активы Кроссгена должны принадлежать королевству, — выдохнул Джек и развернулся к матери. — Если ты хочешь править, то должно остаться, чем править. — Джек, я не справлюсь без твоей помощи. Мишель… она принцесса. — Я и не говорил, что оставлю тебя наедине со всем этим, — Джек опустился рядом с ней. — Война почти окончена. Геф отброшен за реку. Я полностью возьму на себя военных и Совет, пересмотрю старые договоры с соседями. Но ты должна мне довериться и сама быть сильной. Королевству нужна твердая рука. У тебя есть люди, которым ты доверяешь? — Доверие — странная штука, — ответила Роза. — Есть люди, которым можно доверить самую страшную тайну, но денег доверять нельзя. А есть люди, которым можно доверить любые деньги — но только деньги. — Очень правильная позиция, мам, — улыбнулся Джек. — Ты, главное, руки не опускай. Ладно? Если нужно, я тебе организую психолога откуда-нибудь из Франции. Но мы должны справиться. — Мы справимся, — заверила сына Роза. — Психолога… Да, имеет смысл. У тебя есть документальные свидетельства действий Уильяма? — Пока у меня есть только взгляд с той стороны, где солдатам королевства, в котором несколько военных заводов, не из чего стрелять, а винтовки с гербами Гильбоа держат в руках гефцы, — жёстко ответил Джек. — Но… — растерянно начала Роза. — Вы же воевали. Стреляли. Взрывали танки. — Это точно не заслуга дяди. Нам помог Брок. То вооружение, что стреляло в последние месяцы, закуплено было на его деньги у русских, — не стал скрывать Джек. — Пусть сообщит мне сумму, я верну ему деньги, — внезапно подобралась Роза. — Уильям совсем спятил от жадности. Геф национализировал все частные предприятия после последнего переворота. Неужели он хочет такой же судьбы для Кроссгена? — С Броком я давно все решил, — качнул головой Джек. — Так что с этой стороны подвоха ждать не нужно. А дядя Уильям… ему выгодна война. Пока стреляют — оружие продается по тем ценам, что укажет продавец. А национализация Кроссгена — это единственный выход из той задницы, где мы сейчас. Экономика, считай, целиком в руках Уильяма Кросса. Перекрой он поступления в казну — и всё, мама, всё, понимаешь? Нам только брать лопаты и идти перекапывать королевство в поиске казны Аббадона. Роза тяжело вздохнула и сказала: — Значит, Уильям будет арестован. Джек… Я хочу, чтобы ты короновался. — Нет, — покачал головой тот. — Я не имею никакого права на корону. Я не хочу править. — Вот как… — нахмурилась Роза. — Что ж, так тому и быть. Я королева, значит, мне и править, раз король лишился рассудка. Вот только где теперь брать наследников? Мишель бесплодна. Была надежда на тебя, но… — она махнула рукой. — Придумаю что-нибудь. — Суррогатное материнство и всё такое, — пожал плечами Джек. — И отправь Мишель на обследование куда-нибудь в Израиль или Германию. Может, не всё так плохо. — Да, — задумчиво кивнула Роза. — Отправлю. Пока всё здесь будет меняться, ей лучше оказаться в другой стране, подальше отсюда. — Мама, это всё так, но давай вернемся к делам. — Джек сжал ее ладонь. — Прикажи сейчас опечатать кабинет Сайласа и кабинеты министров. Прикажи арестовать Уильяма. Пусть домашний арест, но он не должен уничтожить ничего из документации. — Королевский кабинет опечатан, — ответила Роза. — Насчет кабинетов министров я сейчас распоряжусь. И про Уильяма… тоже. — Я правда понимаю, как тебе сейчас тяжело, но ничего не делать мы не имеем права, — мягко произнес Джек. — Обними меня, — попросила Роза внезапно. Ничего не спрашивая, Джек притянул к себе Розу, крепко обнял и замер, понимая, насколько маме сейчас должно быть плохо. Джек никогда не видел мать слишком взволнованной, слишком радостной или расстроенной. Роза умела держать себя в руках, отгораживаясь от любых эмоций. Она и сейчас выглядела уравновешенной, но эта просьба выдала всё, что было у неё на душе. В одночасье Роза лишилась обоих мужчин, бывших ей опорой — и мужа, и брата. Джек разжал объятия только когда Роза попробовала сама отстраниться. — Мы справимся, — пообещал Джек, коснулся губами виска матери и отстранился. — Я сейчас поеду в офис дяди Уильяма. Хочу изъять документы. Ты мне даёшь полную свободу действий? — Да, дорогой, — ответила Роза. — Ступай. Именно сейчас Джек не очень хотел оставлять мать в одиночестве, но дела не терпели отлагательств. Нужно было заняться Кроссгеном, связаться с генштабом, утрясти все вопросы с военным командованием на фронте и закончить войну как можно скорее. Едва Джек вышел от матери, рядом нарисовался Брок. — Отдай Уильяма мне, — предложил он. — Я просто сверну его и доставлю куда скажешь. Быстрее будет. Джек потер лоб и покачал головой. — Нет, не нужно. Я знаю, что он урод и мудак, но он брат моей матери. Не хочу её травмировать ещё сильнее. Просто присмотри, чтобы он не успел навредить ни себе, ни делу. — Хорошо, — не стал спорить Брок. — Кого возьмёшь? Не один же ты пойдёшь брать Кросса. Тебя его секретарши каблуками затопчут. — Думаешь, с дамами не справлюсь? — усмехнулся Джек. — У меня всегда был к ним особый подход. — Но тут же посерьёзнел. — Возьму парочку мужиков из гвардии, мы вместе служили, так что поддержат, и вызову с фронта своих. Что-то мне подсказывает — самые жёсткие бои нам ещё предстоят. — Послушаешь моих советов? — спросил Брок. — Я видел множество империй и королевств. — Я сейчас рад любой помощи, — выдохнул Джек. — Пока ощущение, что оступился и падаю, а до дна ещё лететь и лететь. — Я тебя подхвачу, — заверил Брок. — И батька твой тоже. Идём в твой кабинет, и я тебе расскажу всякого. Джек кивнул и, пока они шли, успел дозвониться до своего отряда на фронте, предупредил о том, что им нужно прибыть в столицу как можно скорее. Связался с офицерами своего полка, поставил их в известность о том, что отзывает людей. В кабинете Брок устроился в кресле, а на столик рядом с креслом Джека шлёпнулись блокнот и ручка. — Будешь записывать полезное, — объяснил Брок и принялся рассказывать. Он и правда знал о кризисных ситуациях неизмеримо много. И о том, как выходить из них наилучшим образом. Джек слушал молча и внося записи в блокнот, стараясь не удивляться опытности и прошаренности любовника, напоминая себе каждый раз, что имеет дело не с человеком, а с демоном, прожившим на земле не одно столетие и видевшим такое, что Джеку и не снилось. Когда Брок договорил, на плечи Джека опустились тёплые даже сквозь одежду руки. — Малыш, чем я могу тебе помочь? — спросил Баки. Джек тепло улыбнулся, прижал ладонь отца к своему плечу щекой, закрыл глаза, давая себе возможность на мгновение отключиться от всего этого дерьма. Но длилось это недолго. Времени рассиживаться просто не было. — Да, мне очень пригодится сейчас твоя помощь и поддержка. — Джек ткнул ручкой в исписанные мелким почерком страницы блокнота. — Только сразу скажи, если я прошу слишком многого. Можно ли как-то ускорить в мозгу нынешнего правительства Гефа мысль о том, что мир с Гильбоа — это то, что сейчас нужно обеим странам? — Сделаю, — мрачно пообещал Баки. — Жди гефцев с предложением о мире в ближайшие дни. — Спасибо, — искренне поблагодарил Джек, поднялся и обнял отца, но не из-за того, что тот пообещал помощь, а потому что он рядом. Простояв так с минуту, Джек отстранился. — Ладно, пора начинать.