Свободные вместе

Олежа внимательно следил за рукой Антона, которая выписывала последние предложения их конспекта. Душнов уже всё написал и теперь ждал лишь Звёздочкина. С одной стороны было чувство радости, что они наконец-то доделали задание, но с другой стороны - в душе собирались мрачные серые тучки. Вот они закончат, и что им делать оставшийся день? Что если Антон предложит уехать раньше времени? Беспокойство копошились под кожей, из-за чего Олежа уже минут 5, задумавшись, нервно качал ногой. - Чертей катаешь? - Олежа замер и вопросительно уставился на студента. - Что? Ты о чём? - Да ты уже минут пять ногой качаешь, вот и спросил, - оторвавшись от записей, Антон поднял глаза и ухмыльнулся. Когда он смотрит так исподлобья на Олежу, внутри парня что-то смущённо извивается, из-за чего глаза тут же убегают куда-то в сторону окна или шкафа. Кстати, сам он и не заметил, что всё это время находился в таком состоянии. А вот Антон заметил. - Ты прям как моя мама говоришь... - сказал Олегсей, закатив глаза. Он не раз слышал дома подобную фразу, когда задумчиво начинал качать ногой. Часто его ещё спрашивали: "Куда бежишь?". После этого почему-то Олежа замирал, но через минут 10 всё начиналось по-новой. Звёздочкин лишь улыбнулся на слова студента и продолжил сосредоточенно выводить ручкой слова. Душнов подметил, что у Антона довольно красивый почерк, он был аккуратным, но при этом словно острым, в нём не было плавности, что совершенно его не портило. За окном уже темнело, солнце постепенно уходило, окрашивая напоследок небо в оранжевые оттенки. Ещё минут 20 и всё это пройдёт, останется лишь темная синева близкая к ночному небу. Олежу завораживали красноватые коралловые облака, которые ярко выделялись среди неба, оставляя за собой розовато-желтый шлейф, разукрашивая мир в невероятные цвета. Однако, наблюдая за этим чудом природы, студент понимал, что завтра будет холодно. Дед часто на восхищения внука таким небом говорил, что ветров ждать нужно холодных, и на следующий день, будто по прогнозу, действительно тепла не ожидалось. Тем временем Антон отложил ручку и довольно потянулся, словно выспавшийся кот. - Готово. А теперь... - не успел Звёздочкин договорить, как вдруг гаснет свет. Дом погружается в полумрак. Комната ещё кое-как освещается розовато-красным светом, однако было всё равно довольно темно. Антон непонимающе замер и взглянул на Олежу. Он явно не понимал, что произошло. - Приплыли... - лишь проговорил студент и медленно встал из-за стола. Душнов вопросительно взглянул на Звёздочкина. - И из-за чего это могло произойти? - глупый вопрос, возможно, но может у Антона были какие-то мысли. - Это я и собираюсь узнать, - слегка подумав, ответил парень, - в лучшем случае, какой-то небольшой сбой у нас в доме. В худшем - сбой там, где обеспечивают электричество. Я на самом деле не сильно в этом разбираюсь. Антон включил на телефоне фонарик и направился куда-то в сторону коридора. Олежа решил, что его помощь может понадобится, и потому направился за студентом. Звёздочкин тем временем, присев, открыл ляду* и начал аккуратно спускаться в подвал, держа в руках телефон. Студент терпеливо стоял рядом, наблюдая за пропадающим в темноте силуэтом Антона. - Олегсей, можешь спуститься, пожалуйста? И да, захвати телефон, - через какое-то время из подвала глухо зазвучал голос Антона, - мой разрядился и вырубился. Олежа достал из кармана телефон и, включив фонарик, направил его на спуск в подвал. Свет осветил лицо появившегося у лестницы внизу Антона. Он забавно щурился, пытаясь разглядеть студента. - Хорошо, сейчас! - Присев и оперевшись одной рукой об пол, юноша начал правой ногой нащупывать ступеньки. Как только под ним оказалась твердая основа (хотя и не особо надёжная), он начал аккуратно и не спеша спускаться. Мобильник в руке немного затруднял спуск, парень всё боялся пошатнуться и свалиться с лестницы. Его руки дрожали, а глаза внимательно впились в ноги, осторожно опускающиеся всё ниже и ниже. Внезапно Олежа почувствовал, что он будто зацепился рукой за что-то, а точнее рукавом рубашки. Он попытался отцепить ткань, как оказалось, от шапки гвоздика, торчавшего из ляды, но в итоге начал терять равновесие. Нога слетела со ступеньки, послышался треск ткани. Олежа почувствовал как его тело тянет вниз. Адреналин подскочил. Послышалось громкое: "Антон!!" Крепкие руки студента поймали падавшего Душнова, который схватился за Антона, словно утопающий за спасательный круг. Что-то громко хлопнуло. "Блять" - подумал Олежа. - Пиздец, - сказал Антон. Чтобы оценить всю "прелесть" ситуации, Олегсей посветил наверх, там где по сути был выход из подвала. Недавно существовавший проход наверх был закрыт. Видимо, зацепившись за гвоздь, Олежа при падении случайно закрыл ляду. Теперь вся ситуация выглядела так, словно они были в одном из ужастиков, где главные герои оказываются запертыми в тесном и темном помещении. Опомнившись, Олежа быстро спустился с рук Антона, немного смущённо отойдя от него. Ему показалось, будто он услышал смешок со стороны студента в этот момент, но может это всего лишь обман слуха. - Я надеюсь, она не напрочь захлопнулась, как в каком-нибудь хорроре? - задумчиво спросил Душнов, оборачиваясь на Звёздочкина. - Вряд-ли. Мы это, конечно, проверим, но сначала посмотрим, что там со светом, - сказав это, Антон мягко взял студента за локоть и потянул за собой. Олежа слегка вздрогнул от прикосновения, но пошёл за парнем, освещая пространство перед ними. Звёздочкин подошёл к счётчикам электроснабжения и, открыв, начал осматривать их. Душнову не понравился тяжкий вздох со стороны студента. - Что там?... - Проблема не у нас... - Обречённо сказал Антон и обернулся к Олеже. - И что теперь делать? - дыхание невольно задержалось внутри, Душнов боялся услышать решение о возвращении обратно домой. Ему хотелось ещё хоть чуть-чуть побыть в этом загородном доме. Когда ещё выпадет такая возможность? После небольшой задумчивой паузы, Антон всё же ответил: - Нам придётся остаться здесь, пока электричество не дадут. Я боюсь, что у нас что-то было не выключено и, когда электричество вернётся, могут возникнуть проблемы. Олежа снова задышал. Всё оказалось лучше, чем он думал. Хоть и без света и отопления, но зато в спокойствии, вдалеке от городской суеты ещё примерно один день. Звучало отлично. - Хорошо, я понимаю. - Так, а теперь давай проверим, сможем ли мы выбраться отсюда, - с этими словами Звёздочкин подошёл к лестнице, немного поднялся по ней и толкнул ляду вверх. К огромному облегчению обоих студентов, она легко поддалась и открылась. Не медля, Антон с Олежей выбрались наружу. - Предлагаю устроить перекус, - отряхнувшись, проговорил Антон и, щурясь, посмотрел в сторону Олежи с фонариком. - Ужин при свечах? - Звёздочкин немного растерялся с шутки Олегсея, но спустя мгновение рассмеялся. - Ну чисто теоретически так и будет, - Олежа смущённо отвёл глаза и засмеялся. Ситуация должна была выглядеть абсурдной, но это не так. Душнова радовало, что в их монотонной жизни начало происходить что-то необычное. Спустя время оба студента уже были на кухне. Олегсей зажигал свечи, которые принёс ему Антон, а сам Звёздочкин стоял у плиты и варил пельмени. В этот раз за соль отвечал Олежа, и это решение было принято, кстати, негласно. И вот на столе уже дымятся две тарелки с горячими пельменями. Пожелав друг другу приятного аппетита, они принялись за уничтожение пищи. Сначала они сидели молча, но потом Олеже приспичило, не подув на пельмень, съесть его, после чего студент начал махать руками на рот и пытаться прожевать несчастную еду. По итогу, Душнов обжёг язык, а Антон принёс ему холодной воды, пытаясь хоть как-то помочь. После такого Звёздочкин внимательно следил, чтобы Олежа, задумавшись, снова не повторил подобного опыта по обжиганию языка. Доев свои порции без дальнейших происшествий, студенты сидели за столом и пили чай, размышляя как сегодня пережить ночь. - Отопление у нас не работает теперь, поэтому нам придётся перебраться скорее всего в гостиную, там камин есть, - рассуждал Антон, - туда мы можем принести матрасы, и по итогу мы не так сильно замёрзнем. - Звучит как план, - кивнул Душнов, смотря в кружку с ароматным чаем. - У тебя есть с собой какая-нибудь более теплая кофта или свитер? - немного подумав, спросил Звёздочкин, оглядывая одежду Олежи. Она не выглядела особо теплой, это и беспокоило Антона. - На самом деле нет, у меня не было ничего теплее. Но и эта кофта вполне тёплая, так что всё нормально. После слов Олежи Звёздочкин задумался. Было ощущение, будто у него была какая-то идея, но он её не озвучил. Студенты ещё немного посидели, болтая о том и сём. Однако решение идти готовиться ко сну было принято Антоном, который заметил, что юноша уже весь обзевался. Поднявшись на второй этаж, Антон с Олежей совместными усилиями притащили в гостиную два матраса и одеяла с подушками. Душнов, раскладывая одеяло, почувствовал, как вдруг в него прилетело что-то лёгкое и мягкое. Студент снял со своей головы какую-то вещь. Это оказался теплый свитер, принадлежащий скорее всего Антону. Олежа обернулся на Звёздочкина и вопросительно взглянул на него. - Это тебе, чтобы не замёрз. Ты и так сегодня под дождём набегался, не особо хочу, чтобы ты заболел, - объяснил Антон, попутно опускаясь на свой матрас. Сам он тоже был в каком-то своем старом свитере. Видимо в доме есть шкаф с одеждой, которую оставляют как раз на такие случаи как сейчас. Душнов надел на себя мягкую и теплую вещь. Свитер был для него слегка большим, но это особо не мешало, даже как-то комфортнее было. - Спасибо, - Олежа мягко улыбнулся парню напротив. Антон отвёл глаза и уголок его губ слегка поднялся. Звёздочкин перевел взгляд на огонь, яркими всплесками искрящийся в камине. Мягкий оранжевый свет отражался в янтарных глазах студента. Олежа мысленно сравнил буйную стихию, танцующую сейчас перед ним, с самим Антоном. Да, внешне парень по поведению не был похож на огонь, однако, казалось, что внутри него всё находится в пожаре, ярком пламени. В очередной раз Душнов задавался вопросом, почему Антон запер самого себя будто в клетке и надел маску холода, отчуждённости и идеальности. - Знаешь, а ты отличаешься от себя в институте. Почему-то за последние два дня я как будто узнал другого Антона, - немного замявшись, проговорил Олежа. В глазах Звёздочкина промелькнула искорка страха. Страха, что он зря показал кому-то частичку настоящего себя, что может этого не нужно было делать. Как он вообще позволил себе такую слабость? Однако, завидев улыбку Олегсея, пришло небольшое спокойствие. В глазах студента не было ни разочарования, ни осуждения. - Это же не плохо, верно? - не удержался Антон от вопроса. - Конечно же, нет. Мне больше нравится видеть тебя таким, - Олежа сказал, не подумав. В его глазах блеснуло смущение, а рука быстро легла на шею. По всем движениям было видно, как ему стало неловко от этой фразы, но он успокоился, как только заметил, что от Звёздочкина не последовало никакой странной реакции. Наступила тишина. Оба студента смотрели на плескавшийся огонь в камине. Олежа лежал, опираясь головой о сложенные руки, а Антон сидел, согнув одну ногу в колене. Они чувствовали себя расслабленными в этом холодном загородном доме без электричества. - Ты когда-нибудь задумывался о том, что значит быть свободным? - внезапно тихо заговорил Антон, продолжая смотреть в камин. Он лишь слегка покосился на Душнова. - Мм, пожалуй, да. Помню я на подобную тему писал сочинение в 11 классе, - Звёздочкин засмеялся, не ожидав такого ответа. Олежа же самодовольно улыбнулся, его шутка удалась. - Хорошо, допустим. И что же ты написал в этом сочинении? - Вроде то, что свободным может быть тот, кто не ограничивает себя лишними рамками, - Олежа сказал это уже чуть более серьезно. Он встретил заинтересованный взгляд Антона и продолжил, - ну, допустим, человек считает себя скучным и необщительным, но при этом хочет находиться в компаниях, общаться с кем-то. Но он ничего не делает, потому что считает себя скучным. Он изначально задаёт исход событий у себя в голове, но проблема в том, что так считает лишь сам человек. Он не пытается, не проходит через ошибки, чтобы обнаружить, что он кому-то интересен и может общаться с людьми. Задаёт рамки и в итоге ограничивает свою свободу общения и взаимодействия с людьми. - А если человек находится в этих самых компаниях и общается с людьми, но при этом ведёт себя не так, как хочет? - Звёздочкин стал тоже более серьезным, эта тема его явно заинтересовала. - Если его рамки навязаны им самим, то есть человек просто скрывает себя настоящего, потому что считает, что не может вести себя иначе, должен следовать каким-то стандартам или угождать всем, то это тоже ограничение свободы, - взгляд голубых глаз стрелой метнулся в студента, как будто понимал, что его фраза напрямую касается Антона. Звёздочкин замер и задумался. Олегсей же мог лишь предполагать, что задел какую-то тонкую ниточку в его душе, тревожащую его не первый и не второй день. - А если у человека нет выбора вести себя иначе? - тяжкий вздох и тихая фраза - вот, что услышал Олежа. Было ощущение, что от его ответа сейчас зависело что-то, поэтому он немного призадумался, пытаясь получше сформулировать мысль. - Выбор есть всегда. Просто он не прямой. Это либо тернистый путь, весь в колючках и шипах, либо обходной и извилистый. Главное, что он есть. Мысли Антона завертелись словно вьюга. Часть подсознания отрицала такой ответ, он не считал, что у него есть выбор. Однако где-то в душе он понимал, что он может жить иначе, но трудности пугали, и весь настрой в страхе убегал в закат. - Возможно, ты прав... - Единственное, что смог сказать Звёздочкин, укладываясь на матрас и зевая, - но думаю нам пора уже ложиться спать. - Да, тоже так думаю, - Олежа слегка улыбнулся. Он зацепил что-то в душе Антона. - Спокойной ночи, Антон. - Спокойной ночи, - Звёздочкин напоследок посмотрел на Душнова, улыбнулся, и, отвернувшись, закрыл глаза. Студенты ещё долго не спали, каждый был в своих мыслях, но по итогу каждый погрузился в мир сновидений. На утро никто из них не будет помнить, что им снилось, однако, точно не что-то плохое, ведь они впервые за долгое время почувствовали себя настолько умиротвенными и почти свободными.