Винни-Пух и все-все-все…

Вэнь Кэсин пришёл в себя от тяжести в затылке. Волосы как будто склеились с кожей в неестественном положении, и теперь каждое движение отдавалось тупой болью в голове. Сo вдохом тоже нехорошо получилось: он рассчитывал на кислород, а получил полный нос аш-два-о. Задёргался, затрепыхался и вырвался на свободу, кашляющий и отплёвывающийся, будто щенок, потыканный в собственно дерьмо. На него разом навалились звуки, запахи и ощущения. Кто-то держал его за волосы. Кто-то скрёб трёхдневную щетину нестриженными ногтями. Кто-то перестукивал в рваном ритме по ножкам стула, где-то сзади многообещающе звякали цепи. Очень хотелось убивать. Он поднял мутный взгляд, раскосые улыбки стали шире и задорнее. ¬ С-с-скорпионы, – просипел он, пародируя змееустов из «Гарри Поттера», и получил удар в затылок. Видимо не первый, потому что ощущалось не особо ярко. - Эй, повежливее, ты, ушлёпок. У нашего босса сегодня день рождения, – жеманно донеслось справа, а вот там он не видел ничего. Даже глаз не открывался. Правый. Спёкшаяся кровь залепила половину лица жёсткой коркой, не давая мышцам свободы. Не то чтобы он собирался активно использовать мимику, но часть обзора было жалко. - Я скромный торговец мебелью. Я даже не знаю, кто ваш босс, – Вэнь Кэсин любил это. Самое начало допроса, когда ни одна сторона пока не в курсе друг о друге, и все примеряются, притрахиваются друг к другу как острогранные камушки в жестяной банке. Никто не знает манеры речи оппонента, как надо задавать вопросы, с чего начинать, на что давить… Ах-ах, этот конфетно-букетный период пыточного времяпровождения. Если с самого начала произвести впечатление туповатого, но пугливого придурка, то могли даже отпустить. Несколько раз он проворачивал этот фокус. Но давно. Ещё в те времена, когда ехать в лес в багажнике было его чуть ли не еженедельным развлечением. Он тогда был моложе и выглядел невинным поросёнком, которого до полноценного жаркого следовало основательно откормить. Зато как потом было весело смотреть на эти ошарашенные рожи, когда тот, которого они запомнили недалёким жлобом с запасом слов как у Эллочки Людоедки, несколько часов спустя с элегантностью и глубокомысленным пафосом (иногда хотелось, чтоб и под аккомпанемент виолончели) исподтишка потчевал их винегретом, то есть свинцом, то есть отстреливал конечности. Ещё ему нравилось ошарашивать похитителей ответами. Ну там «и давно это у вас?», «а в тюрьме сейчас ужин - макароны», «ты зачем усы сбрил, дурик?», «и тебя вылечат, и меня вылечат», «ку!» и другие прелести из золотого фонда зарубежного кинематографа. Если кто-то начинал понимающе смеяться, то он менял пластинку и делал мысленную пометку, этого убивать быстро, не мучая. Отличные интеллектуальные игрища с собой. Они тебе про Фому, а ты им про Ерёму. Ещё можно было читать молитвы, рассказывать стихи или петь песни. Последнее он особенно любил. В Долине Призраков как-то мало было поклонников его голоса, а тут – никого не жалко. Ебитесь как хотите. Или подпевайте. В этот раз удар прилетел слева и, наконец, девка в полупрозрачных струящихся одеждах, достойных гарема самого падишаха, попала в поле зрения. Вэнь Кэсин присвистнул, масляно улыбнулся и получил уже пинок. С привязанными к ножкам стула ногами было сложно уворачиваться - Такая красавица и такая жестокая. Ладно-ладно, я понял. Не надо меня бить. Только вчера вколол ампулы красоты, так может и контур лица поехать. Что подарить вашему боссу, чтоб он меня простил? Мы производим элитную мебель из редких и экзотических сортов дерева на заказ. - Где ключ? - К сожалению, замки и запорные механизмы мы не производим… Удар. - …но раз вы очень просите. Я поищу методичку в Вейбо. Но всё-таки мы специализируемся на мебели. Вы уверены, что вашему боссу не нужен трёхспальный диван? - Трёхспальный диван? - Он, его мужик и его комплексы. Чтоб все поместились. Ещё одна вещь, которую Вэнь Кэсин любил. Когда беседа вроде идёт ровно и логично, похитители думают, что он в их власти и начал колоться, и даже сами задают вроде как невинные вопросы, на которые именно он их спровоцировал. А потом получают ответ, после которого у них вспыхивает задница. Жопа горит, гнев выплёскивается, но не признать свою тупость не получается. Самое обидное тут – сами спрашивали. Вэнь Кэсин хохочет, закидывает голову, выставляет некрасиво трепещущее горло и ненароком осматривает помещение. Ну сколько можно ждать? Когда же придёт их ёбаный именинник? - Я так понимаю, вы сами не знаете чего хотите. Когда там придёт ваш недоёбаный именинник? Может хоть он знает, что хочет? Или кого? - Ты, сука, ваньку не валяй. Он и так из-за тебя расстроился. - Э? – Вэнь Кэсин правда удивился. То, что это уже его ошарашили выпадающей из контекста информацией, было обидно, но он был болен грехом любопытства, так что великодушно простил себя, тем более паукообразные беседу поддержали. - Думаешь кому-то охота в свой день рождения тереться на идиотском приёме с денежными мешками и выслеживать конкурента? – видимо это и всю скорпионью ватагу задевало за живое. Забыв его ударить, они наперебой принялись, чуть ли не стеная, жаловаться на тяжёлую долю главного скорпионишки. Причём в таких выражениях, что будь это котёнок, Вэнь Кэсин бы даже погладил. Утюгом. Нагретом на три точечки. - О? - А тут ты. Всё внимание Ифу на себя отвлёк, полчаса с ним ворковал, а ещё подарок не отдаёшь. - Какой подарок? - Гони ключ от сейфа. - Я мебельщик, мы сейфы не делаем… Удар. - …но раз вы очень просите. Я где-то видел статью «Сейфы для начинающих». Или для кончающих? Не уверен в формулировке. У вашего босса с чем проблемы? Вэнь Кэсину нравилось доводить людей до нужной кондиции. Можно было узнать много нового, из первых рук и без завуалированных формулировок, которые обозначают маленькой звёздочкой внизу страницы. Вот и сейчас, придурок в кожанке с металлическими заклёпками на рукавах и без одной брови вытащил откуда-то - Вэнь Кэсин очень надеялся, что не оттуда, куда он бы ему засунул – бумажку с эмблемой швейцарского банка и принялся тыкать в нос. - Видишь, что тут написано? – бандит схватил Вэнь Кэсина за волосы и дёрнул вверх. Текст ожидаемо был не на китайском. - Картинки красивые, слова непонятные, подозреваю, незнание французского спасает меня от двойной порции корвалола, – выдал тот, как на духу и оскалился. - Читай, паскуда! – дёрнул его тот грубее. - Мальчик, ты же знаешь, кто я. Зачем такой грубый? Так можно и пальца лишиться, – совершенно без юмора ответил мужчина и сжал челюсти... - Я… А-ааа… - Тьфу, - выплюнул Вэнь Кэсин кусок фаланги на пол, – старших надо слушать. Вежливость, ещё никому не навредила, а вот хамство – ещё как. – Что у вас здесь происходит? – раздался вроде не громкий голос, но его всепроникающим тембром можно было сводить с ума в сексе по телефону. Мгновение назад нахальные и отмороженные скорпионы поджались, напряжённо выискивая на лице босса подсказки – как правильно отвечать, как реагировать, какие интонации использовать. Если бы у главного гада сохранилась хоть толика здравого смысла, он бы понял, что это конец. Организации, пытающиеся не сделать дело, а угодить своему главарю, долго не живут. Правда могут сильно потрепать окружающих предсмертными конвульсиями, но тут уж кому как повезёт. «Не стой под стрелой», говорят строители и не ошибаются. - Ой, кто пришёл! Добрый вечер, заёбушек, – улыбнулся Вэнь Кэсин и сплюнул чужую кровь на пол. Команда криминальных личностей перестала дышать и двигаться, феерично прикидываясь ветошью. С их стилем одежды это было не сложно. - Добрый вечер, Пятачок, – поднял на него глаза с расширенными во всю радужку зрачками Скорпион. – Если этот вечер, действительно, добрый. В чём я лично сомневаюсь. - Я тут чё слышал. У тебя же день рождения. Что же ты со мной ковыряешься. Мог бы сейчас сидеть в кругу любимых, есть именинный пирог, задувать свечи, ждать ночного фейерверка. Веселиться. Петь, плясать и так далее. - Вот сейчас и повеселимся, – шепнул тот и выщелкнул нож, - держите его! Давно хотел себе кожаную сумочку. - Г-г-глава С-с-се, может не надо? – кто-то боязно пропищал из-за спины. - Г-г-глава Чжао же сказал, не убивать, – добавил ещё кто-то, но также пугливо. - Глава Чжао, - выделил Се Ван первое слово, - подарил мне его на день рождения. И сказал, делать с ним, что хочу. - О! А что он сказал? – тут же влез нездорово жизнерадостно пленник. – Ну, когда дарил меня тебе? Помнишь слова, да? На долгую память? Здоровья? Счастья? Люби его как меня? Нет что ли? В помещении воцарилась скользкая тишина, стало слышно, как где-то через этаж, под крышей топочет голубь, а через три перекрытия ржаво капает незакрытый кран. - А что сказал? – не унимался Вэнь Кэсин. – Ну не знаю, может он придумал какие-то более изысканные и изящные поздравления. А то желать каждый год одного и того же. Тебе, наверно, надоело, да? Он же каждый год тебя поздравляет, да? - Заткнис-с-с-сь, – прошипела та же девица, что полчаса назад так резво стремилась подопрашивать. - Ой! Ну вот я, например, каждый год сестрёнке, которую, к слову, на помойке нашёл, что-то придумываю. Рассказывал недавно, что на Венере ей бы уже исполнилось восемь лет, на Марсе – девять, на Юпитере – полтора года, а на Меркурии – вообще семьдесят три. Предлагал выбрать свою планету, чтоб ко дню рождения заказать красивый значок. - Х-хватит, – пролепетал кто-то ещё из подручных и, не в силах вынести давящую атмосферу, тоненько завыл. - А песенку он тебе пел? Ну, которую всем детям поют. «С днём рождения тебя! С днём рождения тебя! С днём рождения, с днём рождения, с днём рождения тебя!» Твой ифу же точно знает, когда ты родился, да? Или он какие-то другие даты запоминает? Когда ты впервые накосячил? Когда упустил клиента? Сколько надежд ты опять спустил на ветер? В горле Скорпиона что-то щёлкнуло. Или это были сильно сжатые костяшки пальцев. Вэнь Кэсин не следил, он уже слишком разошёлся, чтоб смотреть по сторонам и притормаживать перед светофорами. - Не может быть! – притворно возмутился Вэнь Кэсин, и все скорпиончики, кажется, приготовились бежать. Ну, кроме самого главного, конечно. – Он даже ничего тебе не подарил? Глава Чжао даже не вспомнил, про твой день рождения? Ты поэтому такой грустный? Душераздирающее зрелище. - Я? Грустный? Ты что, слепой? Погляди вокруг! – обвёл он руками пыльный, заброшенный склад, пахнущий мышами, серой и почему-то кислой капустой. – Отчего это мне быть грустным? Сегодня же мой день рождения. Самый лучший день в году! Разве ты не замечаешь?! Посмотри на все эти подарки! — он помахал ногой из стороны в сторону. — Посмотри на именинный пирог! - А фейерверки? - А фейерверки будут вечером. Эй, ребята, тащите взрывчатку. Господин Вэнь не верит, что у нас весело. - Может не надо? - Мы сейчас вам пирог купим? - Это плохая идея… - Кто там недоволен моими идеями? Вы разве не знаете, что нельзя спорить с человеком в день его рождения. Плохая примета, – скользящим шагом Скорпион мигом оказался возле говорившего и мазнул по горлу ножом. Тот упал, дрыгаясь и разбрызгивая свежую кровь. – Вот так от плохих примет избавляются. Кто-то ещё не хочет праздновать? Это ничего, ничего особенного. Все же не могут веселиться, да? А некоторым и не приходилось. Ничего не поделаешь, - захохотал Се Ван, вытирая нож о куртку убитого. - Б-б-босс, что нам сделать? - Вы разве не знаете? Именинный пирог? Хоровод! Поздравительная песенка, – вклинился Вэнь Кэсин и, словно именно он был их главарём, а не сидел сейчас привязанный к стулу, избитый и окровавленный, все тут же засуетились. - А подарки? – вдруг озадачился Се Ван и моргнул как сова. - Сейчас-сейчас босс. Мы вам галстук купили. - А я, пожалуй, спою песенку, - подмигнул Вэнь Кэсин и бодро заголосил на мотив рэпчика какой-то странный текст: «трум-тум-тум-тирим-бум-бум. В лесу родилась палочка, в лесу она росла. И много-много радости детишкам принесла» - Это что же получается, у меня настоящий день рождения, - совершенно неожиданно возрыдал Скорпион, - и даже с подарками. Хорошо бы ещё ключик от банковской ячейки получить. - Как же достало слушать эту ебанину-с-причитаниями, - закатил глаза Вэнь Кэсин. – Я для тебя и так стараюсь, и эдак. Даже песенку спел. - Ну вот и отдай мне ключ. Ифу очень просил. - Твой Ифу тебя даже не поздравил. - А хочешь… А хочешь, я его у тебя куплю. Сколько там денег спрятано? Дам вдвое. Или хочешь, втрое? Ты ж не зря Пятачок, за пятачок удавишься. - Ну кто! Кто придумал эту идиотскую трактовку. Я не поэтому Пятачок. Давно никому не рассказывал, но тебе расскажу. У тебя же день рождения. Тебя надо радовать. - Да, да, да, – согласно кивал тот, с оловянным, пустым выражением лица, словно разум навсегда покинул его тело, почёсывая подбородок дулом и – попирая все правила безопасности – держа палец на спусковом крючке. - У меня в детстве был друг. Ему легко давался рукопашный бой, а мне не очень, ещё и проблемы с запястьем были, но зато я виртуозно выучился стрелять. Мог из ружья попасть в подкинутый в воздух пятачок так, что дырка оставалась ровно по центру… Вот поэтому он там меня и прозвал. А не из-за денег. Хотя деньги тоже люблю. - Но как же быть с Ифу? Он же… он же ждёт! Он весь день на тебя потратил, улыбался тебе, обещал, а потом не пришёл. Я вспомнил. Я всё понял. Это ты виноват, что Ифу меня не поздравил, – резво подскочил Се Ван и наставил на Вэнь Кэсина пистолет. - А теперь праздновать!