Умен, храбр, совершенно бессовестен и жаждет власти

Уже в лифте Жданов вдруг вспомнил, что оставил в своем кабинете мобильный телефон. Пошарил по карманам и в ответ на вопросительный взгляд Кати сказал: - Кажется, я оставил его на зарядке. Он выскочил из лифта, бросив на ходу: - Ты спускайся, я щас, быстро, только туда и обратно. Тут же Андрей начал нетерпеливо жать на кнопку вызова соседней кабины. Правильно ли было, что он ее отпустил? Какое-то неприятное колючее чувство возникло у него, когда он увидел, как скрывается лицо Пушкаревой за съезжающимися серебристыми дверями. Это потерянное, беспокойное выражение тут же внушило и ему смутную тревогу. И еще немного сердитое, заметил он про себя, словно Жданов делал что-то такое, чего раньше себе никогда не позволял, и к чему девушка не привыкла. Она ведь могла и без него уехать, хотя и не возражала, когда он предложил ее подвезти. Но ведь могла? О! Эта всё могла. После таких мыслей Андрей тщетно уговаривал себя действовать спокойно. Его спесь и самоуверенность как рукой сняло. Наверное, не прошло и трех минут, пока он влетел в офис, почти выдрал из аппарата питающий шнур и так же бегом ворвался в лифт, и покатил вниз, следя за уменьшающимися номерами этажей. Могло быть и быстрее, но насколько он знал, инженерная мысль еще не додумалась до таких скоростных спускоподъемных систем. Выбегая на парковку и выскребая ключи из кармана, глазами Жданов уже искал свою машину и фигурку Кати около нее. Машина была на месте, там, где он ее утром оставил. Но Пушкаревой там не оказалось. Зато прямо в проезде стоял инфернальный тонированный джип. Машина уже набирала скорость, оглушительно визжа ремнем генератора, но задняя дверь была еще приоткрыта. И перед тем, как чья-то мужская рука захлопнула ее, Андрей увидел краешек пальто Кати. Тут же джип стартанул и скрылся за поворотом. Все произошло так быстро, что Жданов даже не успел сориентироваться. Он стоял, все еще тяжело дыша от недавнего бега, и заворожено смотрел на чернеющие следы, оставленные шинами резвого джипа. Только когда шум мотора затих, Жданов, словно ракета, сорвался к своему «Кайману». Его руки от напряжения и испуга мелко тряслись, он долго не мог попасть ключом в замок зажигания, пока, наконец, не сдвинул машину с места и не ударил по газам. «Черт подери!.. – сбивчиво, лихорадочно думал он. – Что же это такое?!.. Какой там был номер?!.. Что-то «н»… что-то «е»… Кажется, шестьсот семьдесят пять? Или нет? Семьсот шестьдесят пять? Господи!!! Как же, а?!. Шестьсот шестьдесят шесть? Ну, такое бы я не пропустил!..» Он выехал из здания и оглянулся. У похитителей Пушкаревой был запас времени, чтобы скрыться. И хотя на дорогах в этот ночной час было уже пустынно, все равно, искать черный джип в Москве, не зная его номера, было бесполезно, все равно, что считать песчинки на Лазурном берегу. «Что ж делать-то теперь?.. Позвонить? - Жданов одной рукой достал телефон и поблагодарил небо, что догадался его сегодня зарядить. – Малине? Отцу? Может, в милицию? Ах, не то, всё не то!!!» Жданов выехал на дорогу без особой цели, но, не снижая предельно допустимой скорости. Может быть, он думал, бег автомобиля подхлестнет скорость его собственных мыслей. «Что я наделал только! Зачем мне понадобился этот дурацкий телефон? – горько причитал он про себя, пристально вглядываясь в любую черную машину, которые, пусть редко, но попадались ему по встречной или которые он, нещадно шахматя и нарушая разметку, обгонял на своей полосе. – И что это за Катенька такая? Да у нее ж на роду написано попадать во всякие… легкие и тяжкие… А может, это со мной непорядок?» Жданов обогнал какой-то джип, вроде бы похожий на тот, в котором увезли Катю. Но когда он вывернул голову, то увидел за рулем молодую женщину, а рядом с ней подростка. Вряд ли это были злоумышленники. «И зачем она им? Вообще? – снова газуя, вопрошал Жданов. – Кто бы это там ни был!» Впереди был перекресток. Заметив его, Андрей, чуть ли не теряющий сознание от мучительного выбора, куда теперь свернуть, скосил на обочину и резко затормозил. Только раздраженные гудки пролетающих мимо машин воткнулись в обшивку. Ему надо было подумать, перед тем как действовать дальше. И ему нужен был собеседник, с которым можно было бы посоветоваться. Определенно необходимо было позвонить. «Позвонить? Ну конечно!» - вдруг догадался он. – «Идиот, тупица несчастный! Сначала Кате надо позвонить!» Он нервными пальцами кое-как нашел ее номер. Последнее время он не так часто звонил ей, точнее, редко, еще точнее, никогда, поэтому пришлось лезть в записную книгу. Кляня себя за то, что не выучил заветный номер наизусть, он набрал его и нажал кнопку вызова. После гробового молчания пошли длинные гудки, что само по себе было уже обнадеживающим. Потом раздался щелчок соединения и Жданов выкрикнул: - Алло! Алло! Катя! Кать! В трубке молчали, дыхания не было, только какие-то довольные голоса слышались на заднем фоне, да еще смех. - Алло! Катя! – повторил Жданов, впечатывая трубку к уху. - Алло, кто это? – раздалось вдруг из шипящей пустоты чье-то вальяжное, мужское. - А это кто? – яростно спросил Андрей, пытаясь сдержать бой сердца. - А кого вам надо? – спросила трубка гнусным спокойным голосом. - Я звоню Екатерине Валерьевне Пушкаревой, и прошу немедленно передать ей телефон, - закипая, еще успел выдавить из себя Жданов. - Кате, что ль? – спросили на том конце. – А не могу! - Это еще почему? – опешил от такой наглости Жданов. - А она занята, - сказал невидимый собеседник и отключился.