Дерзкий & Опасный/Трогательный & Заботливый

      С тех пор как Сяо Чжань определился о чем, а точнее, о ком будет его фильм, он каждый день после занятий отправлялся на тренировку к Ибо. Иногда к ним присоединялся мистер Беннет, но чаще они все же оставались вдвоем.       Но при этом, как бы сильно их не тянуло друг к другу, каждый из них полностью отдавался подготовке к конкурсу, не отвлекаясь даже на краткие поцелуи, ведь в их случае, остановиться потом было очень сложно.       Хотя работать все равно стало гораздо проще, ведь и без прикосновений друг к другу, каждый ощущал присутствие рядом родного человека, его энергетику, тепло и негласную поддержку, от чего силы всегда удваивались и практически никогда не чувствовалась усталость.       Ибо мог самозабвенно танцевать по несколько часов подряд, а Сяо Чжань безустанно бегать, а порой даже ползать по классу, ловя удачные ракурсы, и пытаясь передать картинку именно такой, какой он сам ее видел.       Когда Ибо все же останавливался, чтобы сделать небольшой перерыв, они пили воду, падали на диванчик и подолгу целовались, словно заряжая друг друга для следующего рывка.       Порой Сяо Чжань снимал Ибо в парке. Однажды они обнаружили просторную открытую местность, усеянную пожелтевшей листвой. Ибо начал дурачиться, как в детстве подбрасывать в небо охапки листьев и заливисто смеяться. Сяо Чжань замер, окидывая того внимательным взглядом, а затем попросил его станцевать.       Ибо сразу понял, что просил Сяо Чжань не для празного интереса, поэтому резко вспоров носком кроссовка ковер из листьев, обернулся вокруг собственной оси, создавая вихрь из той самой листвы. Пока Сяо Чжань снимал, Ибо импровизировал. Он танцевал, как чувствовал, и в этом заключалась его особенность.       Позже они грелись какао с зефирками в их любимом кафе недалеко от парка, просматривая отснятый Сяо Чжанем материал. Все, что он снимал для своего будущего фильма, они всегда смотрели вместе. Ибо, взглянув свежим взглядом, мог дать какой-нибудь совет, как и Сяо Чжань порой предлагал ему менять локации для съёмки.       Они являлись друг для друга самыми главными критиками, и самой большой поддержкой. От того работа шла слажено и продуктивно, обещая скорые плоды успеха.       В один из таких дней Сяо Чжань после занятий уже спешил присоединиться к Ибо на тренировке и, возможно, поискать какую-нибудь интересную локацию после, но тот встретил его виноватой улыбкой и сожалеющим взглядом.       Оказывается мистер Беннет отменил тренировку и попросил Ибо помочь ему на мастер-классе для факультатива. И чтобы Сяо Чжань не скучал, Ибо предложил его в качестве личного куратора Эрику, которому срочно понадобилась помощь с монтажом.       Сяо Чжань плохо понимал, чем мог помочь студенту с художественного, но Ибо никогда не отказывал, да и перед Эриком он все ещё был в долгу.       Эрик встретил Сяо Чжаня на входе в кампус. Несмотря на улыбку, вид у него все равно был сконфуженный.       Оказаться в комнате где формально Ибо все ещё числился, но не застать самого Ибо, было до жути странно. К тому же, учитывая тот факт, что он уже практически перебрался к Сяо Чжаню, в самой комнате мало что говорило о том, что он здесь вообще когда-то жил.       Проект, с которым нужно было помочь Эрику оказался той ещё задачкой со звездочкой, да и непонятно каким боком вообще относился к худфаку. Но Сяо Чжань все же в этом разбирался, поэтому старательно делал все то, для чего его, собственно, позвали.       Когда на телефон Эрика пришло сообщение, он облегчённо выдохнул и легонько пихнул Сяо Чжаня в плечо, искренне благодаря за помощь и сообщая, что ему срочно нужно идти.       Покидая кампус, Сяо Чжань чувствовал, как внутри начинало зарождаться слишком явное подозрение, что все происходящее казалось ему до жути странным. И вроде бы ничего необычного, но все же...       Чтобы отвлечь себя от внезапного приступа паранойи, Сяо Чжань решил написать Ибо, чтобы узнать, занят ли он ещё. Когда от него сразу же прилетел ответ, где он сообщал, что пока не знает, когда получится освободиться, и, похоже, факультатив мог затянуться надолго, неприятное чувство множеством острых иголок вновь окружило успевшее успокоиться сознание Сяо Чжаня.       И очередное сообщение от Ибо, в котором он просил, чтобы Сяо Чжань не ждал его и езжал домой, лучше не делало.       Сяо Чжань решил все же не бить тревогу и не включать ненормального бойфренда-параноика, поэтому забросив телефон в карман пальто, отправился к своей машине. В конце концов, Ибо ведь знал, где жил Сяо Чжань, да и не единожды приезжал к нему на такси. Если Ибо сам написал ему ехать домой, значит, освободится действительно поздно, и не нужно было караулить его возле колледжа, тем самым подтверждая собственные параноидальные мысли.       По дороге домой Сяо Чжань совсем скис. Практически весь день он не видел Ибо. Не то, чтобы такое случалось впервые. Просто за последнее время он так привык, что большую часть суток они проводили вместе, что сейчас особенно остро ощущал, как становилось невыносимо одиноко, когда Ибо не оказалось рядом.       Зачем вообще нужно было возвращаться в квартиру, если без Ибо дом совсем не дом? Без его мальчика квартира снова становилась прежней: холодной, угрюмой и слишком пустой. Сегодня Сяо Чжаню особенно не хотелось ощущать этот холод. А с другой стороны, чего он хотел? Он ведь сам ничего не сказал Ибо.       Из лифта Сяо Чжань вышел совсем поникший и удивлённо вскинул голову, когда просторная прихожая встретила его до боли знакомым, но давно забытым ароматом любимого блюда, а из глубины квартиры доносились голоса, сменяясь звонким смехом. Сняв пальто и сбросив обувь, Сяо Чжань буквально побежал на звуки и, оказавшись на кухне, застыл на пороге с отвисшей челюстью и широко распахнутыми глазами.       Возле стола стоял Ибо, в милом фартуке, раскатывая скалкой тесто. Сбоку от него, рядом с плитой расположилась невысокая миниатюрная женщина средних лет. Ее Сяо Чжань узнал бы среди тысячи похожих. Она до сих пор отдавала предпочтение строгим платьям и собранным на затылке волосам в аккуратную гульку.       - Люси, - старательно работая скалкой, позвал Ибо, - я делаю правильно? Или нужно тоньше?       Женщина обернулась, чтобы оценить проделанную Ибо работу и сразу же наткнулась взглядом на ошарашенного Сяо Чжаня.       - А-Чжань! - улыбнулась она, откладывая на стол деревянную лопатку и вытирая руки о кухонное полотенце.       Сяо Чжань наконец-то вошёл в кухню, приближаясь к женщине, бережно перехватывая ее ладони.       - Люси, я так рад тебя видеть. Но как ты здесь оказалась?       Та ласково улыбнулась, разбавляя свой строгий образ внезапным теплом.       - Разве я могла не приготовить нашему А-Чжаню его любимую пасту в такой особенный день? И, между прочим, мне помогал Ибо. Гляди, как идеально он раскатал тесто для лапши.       При упоминании Ибо, Сяо Чжань будто опомнился, выпустил ладони Люси и подошёл к нему. Ибо широко улыбался, а на его правой щеке виднелся мазок от муки.       - Значит, мастер-класс по танцам у мистера Беннета, - улыбнулся Сяо Чжань, протягивая ладонь и стирая с мягкой щеки муку.       Ибо, казалось, ничуть не смутился, начиная сиять ещё ярче.       - С Днём Рождения, Чжань-гэ!       Сяо Чжань готов был разрыдаться, вот так вот при всех, как девчонка, ещё и подвывая. Он уже давно перестал праздновать свой день рождения. Люси каждый год его поздравляла, иногда приезжала, но в последние годы они только созванивались. И Сяо Чжань понимал, что он сам в этом был виноват, ведь отгородился абсолютно от всех, даже тех, кто желал ему добра.       Ещё каких-то пару минут назад он чувствовал себя самым одиноким человеком на земле, а сейчас рядом с ним были дорогие сердцу люди, которые собрались здесь ради него, широко улыбаясь и напоминая, что его праздник действительно был особенным, а не являл собой очередной день в календаре.       - Чжань-Чжань, иди мой руки, а мы с Ибо пока накроем на стол, - заметив подступающие слезы в его глазах, вмешалась Люси.       Сяо Чжань несколько раз моргнул, кивнул в знак согласия, а затем отправился в ванную.       Когда Сяо Чжань вернулся, на столе уже стояли три порции его любимой домашней пасты с фирменным соусом от Люси. Раньше она готовила ему лапшу на каждый его день рождения, в последний раз Сяо Чжань ел ее давно. Очень давно.       - Конкретно эту порцию лапши Ибо раскатывал и нарезал сам. Он очень хотел принять участие в приготовлении твоего любимого блюда, Чжань-Чжань, - сообщила Люси, с теплотой глядя на Ибо.       - Но соус готовила Люси, - краснея ушами, сообщил он. - Так что не волнуйся, Чжань-гэ, будет вкусно.       Сяо Чжань легонько рассмеялся, усаживаясь за стол.       - Я уверен, что будет вкусно. Мой Бо-ди способный.       Лапша в тарелке Сяо Чжаня была далека от идеальной. Недостаточно тонкая и не такая ровная как хотелось бы. Но для Сяо Чжаня это была самая лучшая домашняя лапша, которую он когда-либо ел. Он ее ещё даже не пробовал, но уже был уверен в том, что ему обязательно понравится. Ведь Ибо, у которого была личная неприязнь к готовке и чуть ли не физическая боязнь кухни, старался именно для него. Он замесил тесто, раскатал его скалкой, а затем нарезал. Он так сильно старался именно для него, для Сяо Чжаня, и это было по-настоящему бесценно.       Накрутив на вилку немного лапши, Сяо Чжань под сопровождение взволнованных взглядов Ибо и Люси, опустил ее себе в рот.       - Ммм, как вкусно, - жмурясь от удовольствия, сказал он. Ибо облегчённо выдохнул, наконец приступая к собственной порции. - Я же говорил, что Бо-ди способный.       - Просто Люси хороший учитель, - улыбнулся Ибо, следом тяжело вздыхая. - Но все же готовка - это что-то совершенно невообразимое для меня.       Сяо Чжань и Люси одновременно прыснули, на что Ибо тоже не выдержал и рассмеялся.       - Чжань-Чжань, - внезапно заговорила Люси. - Ибо говорил, что ты подал заявку на конкурс и прошел в финал. - Сяо Чжань кивнул, не прекращая жевать. - Я так рада, что ты решился. Ты очень талантливый мальчик, всегда был таким. И я уверена, твоя мама гордилась бы тобой. Ты вырос красивым, статным парнем, и достойным человеком. У тебя доброе и заботливое сердце, как и у госпожи.       Когда Люси заговорила о матери Сяо Чжаня, тот вмиг перестал есть. Ибо бросил на него обеспокоенный взгляд, но вопреки его опасениям, тот тепло улыбался, а в следующий момент, протянул через стол руку и крепко сжал дрожащую ладонь Люси.       - Спасибо, Люси. Спасибо тебе за все.       Позже Сяо Чжань начал расспрашивать Люси о ее жизни, чем она сейчас занималась, как ее здоровье и как поживала ее семья. Люси не так много говорила о себе, в основном возвращалась в воспоминания, ещё когда она жила и работала в доме семейства Сяо. Вместе с Сяо Чжанем они вспоминали забавные истории из его детства, чем веселили Ибо, тому было интересно узнать ещё одну сторону своего Чжань-гэ, поэтому он внимательно слушал, время от времени задавая интересующие его вопросы.       А завершением вечера стал любимый торт Сяо Чжаня, который, разумеется, испекла Люси, а Ибо помогал украшать и устанавливать свечи.       Для Сяо Чжаня спели всем известную именинно-поздравительную песенку, располагая на столе торт, в ожидании, когда именинник задует свечи.       Скрестив пальцы в замок, Сяо Чжань закрыл глаза и уверенно загадал: "Пусть так будет всегда". Потому что этот вечер был одним из самых лучших и теплых в его жизни.       После того как Сяо Чжань задул свечи, Ибо мазнул кремом ему по щеке, тот проделал ту же махинацию по отношению к нему, когда парни одновременно посмотрели на Люси, та предупреждающе выставила перед собой ладони. Хихикая, Сяо Чжань все же оставил маленький след крема на кончике ее носа.       - Люси, это дресс-код моего праздника, - развел руками Сяо Чжань и Люси ничего не оставалось кроме, как согласиться.       Торт оказался таким же вкусным, каким Сяо Чжань помнил его ещё со своего детства. Этот вечер в целом напоминал машину времени, которая на несколько часов отправила его в прошлое. В то, где не было боли и сожалений, и где его окружали только любовь, улыбки и беззаботное счастье.       И сейчас, глядя на хихикающего Ибо, запихнувшего в рот чуть ли не половину куска торта, от чего забавно надулись его щеки, и на смеющуюся с этого зрелища Люси, Сяо Чжань мог искренне сказать, что он был счастлив.       После того, как с тортом было покончено, Люси засобиралась домой. Сяо Чжань предлагал ей остаться у него в гостевой комнате, но та лишь согласилась на такси до ее дома.       Сяо Чжань со стороны наблюдал за тем, как Люси прощалась с Ибо. Она что-то говорила ему с суровым выражением лица, на что Ибо кивнул и искренне ей улыбнулся. Люси обняла его на прощание, а затем вместе с Сяо Чжанем скрылась в лифте, ещё раз махнув Ибо рукой на прощанье.       - Этот мальчик. Я очень рада, что он появился в твоей жизни, - начала Люси уже на улице. Взяв Сяо Чжаня за руку, она ласково ему улыбнулась. - Чжань-Чжань, ты всегда был солнцем, которое согревало и озаряло всех, кому посчастливилось тебя узнать. И я рада, что сейчас снова вижу это солнце в твоих глазах. Будь счастлив, мой мальчик, и никогда не отпускай руки того, кто заставляет тебя сиять.       - Ни за что на свете, ведь он и есть мое солнце, - серьезно ответил Сяо Чжань. А затем, уже ярко улыбнувшись, сжал хрупкую фигурку женщины в крепких объятиях. - Спасибо, что была сегодня со мной, Люси, спасибо, что не оставляла с момента моего рождения. Ты никогда не была для меня прислугой, я всегда считал тебя родным человеком.       Сяо Чжань услышал тихий всхлип, а затем его талию обвили дрожащие тонкие руки и легонько сжали в ответных объятиях. Вскоре подъехало такси, и когда Люси отстранилась, она уже улыбалась, но в выразительных глазах все ещё блестели слезы.       Не прекращая улыбаться, они помахали друг другу на прощанье, а затем Люси села в такси и уехала. Сяо Чжань подождал, пока машина скрылась за поворотом, и только потом вошёл в здание.       Ибо суетился возле камина, который он уже успел разжечь, услышав шаги, он обернулся, широко улыбаясь.       - Я разжёг камин, ты не против? - спросил Ибо. Вместо ответа Сяо Чжань в несколько широких шагов пересёк гостиную, обхватил ладонями его лицо и, прежде чем он успел что-то понять, впился в его губы, вкладывая в поцелуй весь тот коктейль чувств, которые переполняли его на протяжении всего вечера.       - Спасибо, Бо-ди, - отстранившись и прижавшись лбом ко лбу Ибо, прошептал Сяо Чжань.       - За что? - Ибо, кажется, вовсе не дышал, утопая в янтарной глади бездонных глаз напротив.       Сяо Чжань легонько покачал головой, все ещё прижимаясь к его лбу.       - Просто спасибо.       Некоторое время они так и стояли, глядя друг другу в глаза и ощущая тепло родного человека. В какой-то момент они оба словно вышли из транса, наконец отстраняясь. Ибо тут же улыбнулся и Сяо Чжань моментально отзеркалил эту улыбку.       - И все же, Бо-ди, - начал он, - откуда ты узнал, что у меня сегодня день рождения? Даже в колледже не знают. И как ты с Люси связался? Ибо коварно стрельнул глазами.       - В твоём личном деле все написано. А телефон Люси указан как контактное лицо, с кем в случае чего, нужно связываться в первую очередь.       - А...       - Попросил мистера Беннета, он помог достать информацию, - не дав договорить, отчеканил Ибо. - Я провернул все это ещё несколько недель назад, и был очень рад тому, что твой день рождения ещё не прошел.       - Я встречаюсь со шпионом, - рассмеялся Сяо Чжань, утаскивая Ибо в объятия. - Жаль, что твой день рождения уже был. Но ничего, в следующем году я устрою для тебя лучший праздник.       - Погоди, а ты откуда знаешь, когда у меня день рождения? - слегка отстранившись, спросил Ибо. Сяо Чжань коварно ухмыльнулся.       - Личное дело, Бо-ди. И ты же помнишь, что для меня в колледже открыты любые двери. Так что добыть о тебе информацию не составило особого труда.       - И это я тут шпион? - наигранно возмутился Ибо, на что Сяо Чжань невозмутимо пожал плечами и хотел уже снова прижать его к себе, возвращая прежние объятия, но тот внезапно и вовсе их разорвал, словно что-то вспомнив.       - Чжань-гэ, у меня есть для тебя подарок!       - Бо-ди, а разве устроить лучший день рождения в моей жизни, это не подарок? - изогнул бровь Сяо Чжань. Ибо смущённо махнул рукой.       - Это то, чего ты заслуживаешь, а не подарок. - Схватив Сяо Чжаня за руку, он потащил его к дивану. - Чжань-гэ, посиди пока здесь, я скоро вернусь.       Ибо умчался из гостиной, судя по звукам удаляющихся шагов, он направлялся в спальню. Но буквально через несколько секунд Сяо Чжань услышал все те же торопливые шаги, а затем в гостиную вернулся Ибо. Сев на диван рядом с Сяо Чжанем, он протянул ему продолговатую бархатную коробочку. Ибо был сильно взволнован. Он постоянно ерзал на диване, словно в любой момент был готов вскочить на ноги и убежать. Ибо больше не улыбался, но глаза горели нетерпением и предвкушением.       А вот Сяо Чжань немного завис на столь прекрасном зрелище, в прочем, когда коробочка вместе с ладонью Ибо начала подрагивать, он будто опомнился, вытянул руку, принимая подарок.       Под внимательным взглядом Ибо, Сяо Чжань открыл коробочку, кажется, даже переставая дышать, чтобы никоем образом не повредить подарок.       Внутри лежал браслет из белого золота. Сяо Чжань осторожно подцепил пальцами украшение и заметил, что к одному из звеньев был прикреплен небольшой кулон в форме кинопроектора. На самом кулоне в нижнем правом углу были выгравированы его инициалы.       - Ты очень переживаешь из-за конкурса, - осторожно начал Ибо, нервно комкая пальцами подол собственной футболки. - И я знаю, чего именно ты боишься. И не то, чтобы ты не понимал того, что я сейчас пытаюсь сказать. Но я хочу, чтобы ты знал, что для меня ты самый лучший, самый талантливый, особенный. Мой гэ. Я всегда буду на твоей стороне. Всегда поддержу. Но пусть этот браслет станет для тебя чем-то вроде талисмана или оберега. В моменты, когда страхи снова начнут одолевать, прикоснись к нему и почувствуй, что я всегда рядом.       Сяо Чжань не мигая смотрел то на браслет, то на Ибо, не в силах выдавить из себя даже звук, не то что слово.       - Чжань-гэ, что-то не так? Я поспешил с таким подарком? - когда от Сяо Чжаня так и не последовало никакой реакции, начал тревожиться Ибо. Тот резко замотал головой и наконец улыбнулся. Ибо выдохнул.       - Нет, Бо-ди, мне очень нравится, это такой особенный подарок от особенного для меня человека! Просто...       - Просто? - снова занервничал Ибо, крепче сжимая подол многострадальной футболки.       - Погоди секунду, сейчас сам все увидишь, - ответил Сяо Чжань и прежде, чем Ибо успел отреагировать, выбежал из гостиной.       Полностью сбитый с толку Ибо растерянно моргал, когда Сяо Чжань вернулся, усаживаясь обратно на диван. Кажется, он даже запыхался, так спешил.       - Вот, я хотел подарить перед поездкой на первый тур конкурса, но раз уж сегодня так складываются обстоятельства, - скороговоркой выпалил Сяо Чжань, вручая Ибо похожую коробочку.       Продолжая растерянно моргать, Ибо принял подарок и тут же его раскрыл. Внутри обнаружилась цепочка из белого золота с кулоном в форме пары кроссовок. На каждом кроссовке были выгравированы инициалы Ибо.       Он вскинул на Сяо Чжаня растерянный взгляд, на что тот улыбнулся, вынимая цепочку из коробочки и надевая ему на шею.       - Не то, чтобы ты не понимал того, что я сейчас скажу. Но я хочу, чтобы ты знал, что ты для меня самый лучший, самый талантливый, уникальный. Мой Бо-ди. Я всегда буду на твоей стороне, всегда поддержу и приму любое твое решение. Но пусть этот кулон станет для тебя чем-то вроде талисмана или оберега. В моменты усталости, или когда просто соскучишься, прикоснись к нему и почувствуй, что я рядом.       Теперь, вместо растерянности в глазах Ибо считывалось неподдельное счастье.       - Поможешь надеть браслет? - улыбнулся Сяо Чжань. - Мне он так нравится, хочу поскорее примерить!       Ибо тут же бросился к украшению, обвивая золотым ремешком самое драгоценное для него запястье.       - Красиво, тебе идёт, - словно завороженный смотрел на тонкое запястье Ибо, наконец расплываясь в улыбке.       - Тебе тоже, - сказал Сяо Чжань, протягивая руку и осторожно касаясь кончиками пальцев кулона на шее Ибо. В ту же секунду тот перехватил его ладонь, заставляя посмотреть ему в глаза.       - Я тебя люблю, Чжань-гэ. Очень сильно.       Лицо Сяо Чжаня вмиг стало серьезным. Ибо все ещё сжимал его ладонь, поэтому он переплел их пальцы, резко дёргая его на себя, не разрывая зрительного контакта, и ощущая горячее дыхание на собственных губах.       - Я тоже люблю тебя, Бо-ди. Безгранично.       А затем Сяо Чжань подался вперёд, сокращая те крохи расстояния, что между ними остались, и прижимаясь к любимым губам чувственным поцелуем.

***

      Сердце стучало где-то в горле, в ушах шумела кровь, ладони безбожно потели, а нижняя губа опухла от постоянных терзаний зубами.       Ван Ибо и раньше участвовал в различных танцевальных конкурсах, но все они были не настолько масштабными - в рамках школы или одного города. И даже тогда Ибо чувствовал груз ответственности, который нес, представляя свою школу.       Но сейчас он стоял на сцене, где собрались танцоры из нескольких штатов, каждая группа и соло являлись профи, а ещё Ибо был самым младшим среди всех участников, и этот факт нагружал ещё большей ответственностью.       Ещё за кулисами, когда Ибо прибыл вместе с Сяо Чжанем и мистером Беннетом для участия в первом туре, на него смотрели с откровенным любопытством. Многие знали и помнили Легенд, а тут приехал какой-то сопляк, способен ли он был вообще отстоять честь одного из известнейших колледжей, и выйдет ли в таком случае сражение равным?       Ибо замечал эти насмешливые взгляды, прекрасно понимая, что в нем никто не видел соперника. Но он больше не злился, его даже веселила сложившаяся обстановка. Он-то думал, что с подобного рода вниманием к своей персоне распрощался ещё в колледже. Но, видимо, даже на столь именитых конкурсах существовала своя иерархия, которой нужно было придерживаться. Что ж, Ибо собирался придерживаться лишь собственных принципов и чувств. Он приехал сюда танцевать, а остальное уже его не касалось.       Участники тянули жребий, разбиваясь по номерам. Всего было двадцать пять номеров. На сцену выходили группы по пять участников, команда так же считалась за одного участника. Каждой из пяти групп танцоров давалось десять минут. Ди-джей без предупреждения менял треки, под которые танцоры должны были моментально подстраиваться. После окончания времени, судьи должны будут уйти на совещание, которое занимало полчаса. Из двадцати пяти участников во второй тур смогут пройти только десять.       Ибо был в последней пятерке, что довольно сильно напрягало. Он всегда предпочитал выходить первым, будь то экзамен, обычный дружеский баттл в старой студии или же выступление на конкурсе. Быть первооткрывателем нелегко, но все же лучше, чем ожидать собственной очереди и наблюдать за трясущимися участниками вокруг.       Ибо тоже волновался. Пусть и старался не показывать этого, пряча дрожащие ладони в карманы. Но кто, как ни Сяо Чжань был способен заметить даже малейшее изменение на лице своего мальчика.       Когда на сцену вышла предпоследняя группа, он обхватил ладонями лицо Ибо и мягко улыбнулся.       - Больше всего на свете мой Бо-ди любит танцевать. Ты не должен никому ничего доказывать. Просто выйди на эту сцену и растворись в атмосфере танца. А я буду смотреть только на тебя. Так что, если вдруг почувствуешь панику, найди меня, я буду оберегать твой покой.       А когда Сяо Чжань договорил, подался вперёд и со всей нежностью, на которую был способен поцеловал Ибо в лоб, словно передавая ему собственное спокойствие.       И сейчас, когда Ибо стоял на сцене в завершающей первый тур пятерке, ощущая, как ноги постепенно становились ватными, он сразу же нашел среди толпы родные глаза. Утопая в тепле янтаря, Ибо непроизвольно потянулся к кулону, подаренному Сяо Чжанем и крепко его сжал. Металл приятно холодил разгоряченную кожу, моментально унимая дрожь.       И когда заиграл первый трек, Ибо со спокойным сердцем сделал то, что умел лучше всего - с головой ушел в танец, полностью растворяясь и подчиняясь каждому биту.       Десять минут, на первый взгляд не так уж много, но, когда ди-джей все чаще начинал менять треки, которые по ритму достаточно сильно отличались, а участникам при этом приходилось все время фристайлить, волей не волей, а все же начинала накатывать усталость. Но Ибо, подпитываемый чистейшим адреналином готов был танцевать хоть целый день.       Ибо не смотрел на остальных, он был сосредоточен только на собственном танце, а ещё на родных глазах, в которых непоколебимая вера пересекалась с откровенной гордостью. В него верили, им гордились, и Ибо не собирался подводить.       Когда стихли звуки последнего трека, знаменуя завершение состязания, все участники тяжело дышали. Даже когда, поблагодарив за выступление, судьи позволили танцорам покинуть сцену, те все ещё прибывали в лёгкой прострации, отправляясь за кулисы лишь спустя пару мгновений.       Ибо все ещё тяжело дышал, когда за сценой его чуть не снес с ног мистер Беннет, сгребая в крепкие объятия.       - Ибо! Ван Ибо! У меня нет слов. Я ведь каждый день вижу тебя на тренировке, но в очередной раз был сражен наповал!       - Правда? Я выступил достойно? - когда учитель отстранился, Ибо попытался посмотреть тому в глаза, чтобы разобрать эмоции.       - Достойно? - мистер Беннет был шокирован подобным вопросом. - Да там весь зал смотрел только на тебя!       - Не знаю, как насчёт зала, - послышался родной голос, а следом на талию Ибо легли теплые ладони, прижимая его к надёжной груди, - но мое внимание было приковано исключительно к одному танцору.       Ибо моментально расплылся в широкой улыбке. Как же он любил, когда Сяо Чжань вот так подкрадывался со спины, крепко обнимал, ласково целовал в висок, шепча на ухо слова, от которых сердце заходилось в истерике.       Мистер Беннет, самый понятливый в мире преподаватель, тактично ретировался за закусками, а Ибо тем временем, развернулся в кольце рук, поворачиваясь к Сяо Чжаню лицом. Ладони сами потянулись к любимому лицу, смыкаясь на затылке.       - Покажешь мне, насколько сильно тебе понравилось, как я танцевал?       Сяо Чжань ухмыльнулся, подаваясь вперёд и прижимаясь к губам напротив. И как в танце Ибо, изначально поцелуй был мягким и плавным, постепенно углубляясь, завоевывая, вылизывая и лаская.       Когда вернулся мистер Беннет, оба парня тяжело дышали, а в глазах все ещё бушевало неистовое пламя. Мистер Беннет, в очередной раз делая вид, что ничего не заметил, протянул Ибо сэндвич и воду.       - Там участникам устроили небольшой банкет. Тебе тоже стоит поесть.       - Может, я не пройду во второй тур. Тогда поеду домой и поем, - Ибо старался звучать весело, словно он шутил, но панический смешок в конце вдребезги разбил старательно выстроенную конспирацию. С обеих сторон на него посмотрели такими убедительными взглядами, что он лишь виновато улыбнулся и начал разворачивать свой сэндвич. - Хорошо, понял, я поем.       - Хороший мальчик, - улыбнулся Сяо Чжань.       - Мистер Беннет, Чжань-гэ, а вы? - растерялся Ибо.       - У нас будет полно времени, когда ты будешь готовиться ко второму туру, - успокоил его учитель. - Сяо Чжань, присмотри за Ибо, ему лучше не сталкиваться с другими участниками, не нравится мне их настрой. Я ненадолго отлучусь.       - Конечно, мистер Беннет, не беспокойтесь, - кивнул Сяо Чжань.       - Куда это он? - спросил Ибо, когда учитель ушел.       - Он встретил преподавателей из других колледжей. Вероятно, хочет переброситься с ними парой слов. Не волнуйся, я же с тобой. Ешь свой сэндвич.       - Чжань-гэ, я не могу спокойно есть, когда ты голодный, - надул губы Ибо, но жевать все же продолжил.       - А кто сказал, что я голодный? - вскинул бровь Сяо Чжань, следом ухмыляясь. - К тому же, я планирую пообедать иначе.       - Ты это о чем? - не понял Ибо.       Сяо Чжань наклонился вперёд, большим пальцем медленно стёр с губы Ибо кетчуп и погрузил его себе в рот, начиная легонько сосать.       - Чжань-гэ, что ты делаешь? - судорожно проглатывая остатки обеда, спросил Ибо.       Выпустив палец изо рта, Сяо Чжань хитро улыбнулся.       - Бо-ди, ты слишком напряжен. Я понимаю, что переживаешь из-за конкурса, но перед вторым туром тебе лучше расслабиться.       - И что ты предлагаешь? - спросил Ибо, залпом осушив практически все содержимое бутылки с водой.       В ответ Сяо Чжань лишь хмыкнул, хватая Ибо за руку и утаскивая в неизвестном направлении. По пути Ибо лишь на секунду задержался, чтобы выбросить пустую бутылку и бумажный пакет от сэндвича. Когда Сяо Чжань затолкал Ибо в гримерную и запер дверь на ключ, тот выглядел откровенно шокированным, хоть изначально и понимал, к чему все шло.       - Откуда ключ? - растерялся Ибо. Сяо Чжань улыбнулся хитрым котом.       - Я умею договариваться с людьми.       А затем, прежде чем Ибо успел что-либо сказать, Сяо Чжань легонько толкнул его в грудь, заставляя плюхнуться на стоящий позади диван.       - Чжань-гэ... - начал Ибо, но не смог договорить, так как его рот закрыли быстрым, но требовательным поцелуем.       - Бо-ди, у нас на все про все пятнадцать минут, давай поговорим чуть позже, - прошептал Сяо Чжань в губы Ибо, не без удовольствия наблюдая, как тот судорожно втянул воздух.       Сяо Чжань опустился перед Ибо на колени, ловкие пальцы быстро разобрались с хитрой шнуровкой, приспуская штаны вместе с бельем.       - Чжань-гэ, может, не та-а-ак, - последняя попытка Ибо достучаться до здравого смысла Сяо Чжаня так же была с треском провалена, потому что тот, без лишних прелюдий и предупреждений, перехватил его все ещё расслабленный член, начиная активно надрачивать. - А к черту все! Хочу тебя, Чжань-гэ, очень сильно хочу!       И словно в подтверждение собственных слов, Ибо подался бедрами вперёд. Его член за считанные секунды налился кровью, сверкая красной крупной головкой, которую Сяо Чжань сразу же не задумываясь лизнул, начиная активно сосать, как всего несколько минут назад он делал с собственным пальцем.       Ибо откинулся на спинку дивана, кусая костяшки, чтобы не застонать. Даже начать мычать было бы слишком, в конце концов, это был не танцевальный класс в их колледже, а гримерка в здании, где проводился важнейший конкурс, в котором Ибо вообще-то принимал участие. И если бы кто-то услышал доносящиеся из гримерной стоны, а следом вышли бы они с Сяо Чжанем, даже думать особо долго не пришлось бы, чтобы сложить два и два. Конечно, им вряд ли что-то сказали бы, но стыдоба то какая! .       Закончив с головкой, Сяо Чжань резко насадился на член, заставляя Ибо в очередной раз подкинуть бедрами и громко засопеть. Сяо Чжань начал медленно двигаться, то поднимаясь, то вновь насаживаясь, при этом крепко сжимая губы. У Ибо натурально шла кругом голова, ему ещё никогда не было настолько трудно сдерживаться. Перед глазами все плыло, сердце так бешено колотилось, что, казалось, в любую секунду могло выскочить прямо через глотку.       Тем временем Сяо Чжань выпустил член изо рта, приступая к яичкам, медленно всасывая каждое по очереди, одновременно аккуратно массируя мошонку умелыми пальцами. Ибо снова подбросил бедрами, сдерживаться больше не было абсолютно никаких сил, хотелось большего и как можно скорее. Уже даже не смущал тот факт, что они находились в гримерной, поскольку все естество Ибо сейчас было сосредоточено у него между ног, где так правильно устроился Сяо Чжань, лишая его своим вертким языком последней капли рассудка.       Когда Ибо всего затрясло, а очередной стон прозвучал больше как мольба, Сяо Чжань понял все без слов. Поднявшись с колен, он расположился над Ибо, ладонями упираясь в спинку дивана.       - Бо-ди, - хрипло начал Сяо Чжань, - я бы с удовольствием остался здесь с тобой хоть до завтрашнего утра, но у нас осталось не так много времени. Так что постарайся сейчас не сдерживаться и делай так, как тебе хочется, хорошо?       Ибо тяжело дышал, чувствуя, как его член дернулся на предложение Сяо Чжаня. Тот тоже это почувствовал, опустил взгляд, ухмыльнулся, а затем снова посмотрел на Ибо.       - Порой с твоим дружком мне гораздо проще найти общий язык, чем с тобой, Бо-ди.       - Насчёт языка в самую точку, - ухмыльнулся Ибо, сжимая кулаки, чтобы его голос не звучал, как скулеж.       - Тогда продолжим, - отозвался Сяо Чжань, отталкиваясь от дивана и снова опускаясь на колени. - Я начинаю, Бо-ди, помни, о чем мы договаривались.       После этих слов Сяо Чжань ещё немного подразнил языком головку, а затем резко насадился на весь свой максимум. На этот раз Ибо все же заскулил, выгибаясь дугой. Сяо Чжань немного подался назад, а затем снова насадился и расслабил горло, призывая Ибо к действиям.       Ибо понимал, что если сейчас же не начнет двигаться, то, как минимум, задохнётся, а как максимум, сгорит от жара собственного тела. Поэтому он послушно дёрнул бедрами, потихоньку начиная толкаться в податливый рот. Одну, собранную в кулак ладонь, Ибо все так же отчаянно прикусывал зубами, чтобы хоть как-то заглушать рвущиеся из груди стоны, а пальцами второй мягко схватился за волосы на макушке Сяо Чжаня, осторожно направляя.       Ибо толкнулся сильнее, скорее на пробу, и не почувствовав никакого сопротивления, наконец с головой ушел в инстинкты. Отпустив себя, Ибо трахал горячий рот так, как ему было удобно, заполняя тишину гримерной пошлыми хлюпающими звуками и тихим мычанием.       По подбородку Сяо Чжаня тонкими нитями спускалась слюна, волосы взъерошила ладонь Ибо, губы опухли и покраснели, но все так же невыносимо сладко сжимались вокруг его члена. Ибо уже точно не знал, от чего его накрывало больше: от коктейля собственных ощущений, или блядского вида Сяо Чжаня.       Заметив, что Ибо уже был на грани, Сяо Чжань добавил руку, массируя яички, а следом обхватывая член у основания и стараясь двигаться в разнобой с толчками Ибо.       Тот глухо зарычал в кулак, в ту же секунду его толчки стали жёстче, а пальцы на макушке Сяо Чжаня сильнее сжали волосы. Когда Сяо Чжань почувствовал во рту пульсацию горячей плоти, он резко сжал горло, добавляя стимуляции, следом принимая ещё несколько особенно яростных толчков.       Финальный стон Ибо все же прорвался сквозь сжатый кулак, а в следующую секунду Сяо Чжань почувствовал, как в его горло прыснула теплая, вязкая жидкость. Быстро все проглотив, он слизал с головки остатки спермы, не забыв при этом звонко причмокнуть распухшими губами.       - Ты там что-то говорил насчёт обеда, Бо-ди? Вот я и пообедал. Очень сытно, а главное, питательно.       Ибо хрипло фыркнул. Он все ещё, растекшись бесформенным нечто, лежал на диване и до сих пор не мог привести в порядок дыхание.       Аккуратно надев на него белье и штаны, Сяо Чжань снова склонился над любимым лицом, опираясь ладонями на спинку дивана.       - Теперь Бо-ди выглядит расслабленным, я рад, - улыбнулся уголком рта Сяо Чжань.       - Я пиздец какой расслабленный, Чжань-гэ, - с трудом связывая слова, сказал Ибо.       - Отлично, значит, мой план сработал, - ответил Сяо Чжань, чмокая его в губы.