Проваленный захват

Спроси кто-нибудь Чую Накахару, он бы охотно признал, что был крайне удивлён, когда перед ним внезапно появился Эдогава Рампо из Вооруженного Детективного Агентства. Парень заявил, что пришёл остановить мафиози. Чуя знал, что Рампо центр ВДА именно из-за интеллекта. Всем было известно, что никакими боевыми способностями он не обладал. Так что Накахара излишне пренебрежительно, с едва заметными нотками замешательства высказал детективу свои сомнения. На что тот лишь нахально ухмыльнулся и выдал семь чёртовых слов, что заставили кровь в венах мгновенно вскипеть: – Но разве ты уже не проигрывал Дазаю? Его взбесило даже не упоминание поражения. Он, конечно, не любил оставаться в дураках, но если бы и пришлось выбирать человека, который гарантированно его победит, Осаму стал бы лучшим вариантом. Нет, из себя его вывело другое – Рампо не знал ничего о тонкостях их с Дазаем отношений, и тем не менее, имел наглость подтрунивать над ним. Он не знал как закрутилось их внезапное знакомство, как Дазай манипулировал событиями, чтобы Чуя вступил в Портовую Мафию. Он даже не подозревал, как ненавистны им были первые совместные миссии, и как в последствии всё переросло в заботу друг о друге. Он представить себе не мог как часто Накахара подлатывал этого суицидника после очередной неудачной попытки, и сколько раз тот, в свою очередь, приносил на себе убитое в хлам тело Чуи, после использованной Порчи. Он понятия не имеет, как они были готовы умереть и убить друг за друга. Разве мог этот детективишка прочувствовать всю боль Чуи, когда Дазай ушёл из мафии и бросил его одного. Вот именно. Он не знал ни о чём из этого. Мафиози был уверен, что несмотря на великий ум, Рампо не догадывался насколько сумбурными, но глубокими были узы, что связывали бывших напарников. Поэтому он не имел никакого права использовать это против него. Чуя угрожающе оскалился, намереваясь припечатать Эдогаву к земле за чёртову дерзость. Как вдруг остановился. Он уже давно не был таким безрассудным, как раньше. Конечно Накахара знал, что многие воспринимают его, как тупую разъярённую шавку, что кидается на всех без разбора. Справедливости ради, он сам никогда и не пытался доказать обратное. В конце концов то, что противники недооценивали его способность мыслить самостоятельно, только играло на руку. Естественно, Чуя без проблем анализировал ситуацию и был способен построить собственные планы; тем не менее, если появлялась возможность, он с готовностью делил обязанности, чтобы самому полностью отдаться драке. Чуя не был болваном, оттого и чувствовал, как что-то во всей этой ситуации казалось неправильным. Агентство знало, что Накахара являлся сильнейшим эспером мафии. Уж точно знало, что именно ему Мори передавал бразды правления, когда отлучался по делам. И тем не менее, расправиться с ним отправили человека, который не только ничего не смыслил в драках, но и своими выходками так и напрашивался на оплеуху. Буквально каждая деталь кричала, что это ловушка. Чуя не понимал, как именно всё работает, но стало очевидно одно: напасть на Рампо означает захлопнуть капкан. Так что к чёрту это дерьмо. Он с большим трудом приказал себе успокоиться. Стоило плечам расслабиться, как мафиози высокомерно прошёлся взглядом по человеку перед ним: – Ты думаешь, тебя можно сравнивать с Дазаем? – спросил он с ухмылкой. Изобразить её было совсем несложно, ведь такая аналогия звучала просто смешно. – Даже не знаю. Смог бы ты, будучи моим напарником, за три года наизусть выучить мельчайшие особенности моего боевого стиля? Или, может, ты бы смог в свои пятнадцать стать Исполнителем, с богатым опытом в сражениях? Чуя видел, как глаза Эдогавы расширялись с каждым сказанным словом, и мысленно себя похвалил – видимо всё шло вразрез с планом детектива: – Дазай конечно тот ещё тупоголовый расточитель бинтов, но он, по крайней мере, компетентен. Чего не скажешь о тебе. Развернувшись на каблуках, Накахара активировал Смутную Печаль и зашагал по стене здания. Он спокойно сможет добраться до места назначения и по крышам. Уходя, он поймал себя на мысли, что ему бы очень хотелось взглянуть на физиономии членов Агентства, когда они узнают, что их план, каким бы грандиозным он ни был, провалился.