–С первым апреля!

***

      Когда все уже бежали высказывать Шоте всё, что они о нём думают, Бакуго хитро улыбнулся и тихими быстрыми шагами направился в общежитие, прямиком за Мидорией. Он же там сейчас один, только один в окружении знакомых стен и больших плакатов с Всемогущим.       Громко стукнув дверью, которая была проходом в гостиную, Бакуго уже наготове разнести всю эту комнату к чертям собачьим.       Поднявшись к комнате задрота, он прислонился ухом к проёму, дабы убедиться, что Деку сидит там. Услышав негромкую музыку, похожую на заставку с фильма про героя номер 1, он зловеще ухмыльнулся и, вздохнув, отошёл от двери.       В комнату Изуку раздались тяжёлые настойчивые постукивания кисти, заставившие его вздрогнуть. Машинально поставив фильм на паузу, а после и закрыв ноутбук, Мидория приподнялся с кровати, пытаясь не издавать ни малейшего звука.       Тишина и молчание со стороны задрота начали бесить Бакуго и, постучав ещё раз, он крикнул:       – Открывай эту чёртову дверь!       Услышав знакомый голос Каччана, Мидорию будто передёрнуло. Страх усилился, а сердцебиение участилось. Всё-таки глотнув тяжёлый комок в горле и небрежно поправив кудряшки, Изуку подошёл к двери. Несколько секунд посуетившись и, спросив себя, стоит ли это делать, Мидория открыл дверь.       Быстро выглянув в проём, будто боясь увидеть злого монстра, пришедшего его съесть, он боязко глянул на лицо Кацуки, в ответ тот лишь улыбнулся.       – Зачем?.. – только и смог выдавить из себя Мидория, и уже хотел продолжить, как его перебили.       – Мне пофиг, что там сказал Айзава, я пришёл за обещанным призом. – ответил Каччан, уперевшись рукой в стену, обок головы Изуку.       Услышав это, задрот покрылся заметным, смешным для Кацуки румянцем. Он даже не подозревал, что Бакуго настолько хочет получить приз. Изуку хотел возразить, объяснив, что никакие слова учителя не должны влиять на их «дружеские» отношения, но ему опять не дали договорить.       – Не смей возражать, ублюдок!       Потянув руку на ручку двери, и сжав пальцы на ней, Кацуки с силой дёрнул её на себя. Мидория не удержался и полетел за ним, упав на грудную клетку Каччана, прижимаясь к ней руками, дабы не упасть.       – Прости, прости! – сразу сообразив в какой позе они стоят, Изуку отпрянул от блондина, закрывая смущённое личико руками.       Улыбнувшись во все зубы, Кацуки наклонился к голове Мидории, снижая их расстояние к минимуму.       – Эй, Изуку... – прямо по уху Мидории прошёлся мягкий ласковый, будто бархат, голос. Его сердце на секунду замерло, ожидая следующих непредсказуемых действий со стороны бывшего обидчика. Обняв спину зелёного руками, Кацуки ещё ближе наклонился, их губы с Мидорией почти соприкоснулись.       – Изуку... Всего один поцелуй... Пожалуйста... – Кацуки использовал запрещённый метод замедления работы мозга Мидории: ласка и попрошайничество. Вместе это образовывало комбо, которое могло заставить сердце Изуку сжиматься от жалости. Об этом «секрете» знали только Бакуго и Инко, в то время как первый часто этим пользовался, вторая не хотела заставлять сына делать что-либо через силу.       Подняв взгляд на Кацуки, зелёный на секунду задумался, стоит ли верить ему...       Обдумав «предложение» Бакуго (если это можно так назвать), Мидория поддался вперёд, почти невесомо прикасаясь губами к щеке Кацуки, пока тот растерянно вглядывался в веснушчатое лицо.       Легонько оттолкнув от себя блондина, Мидория мило улыбнулся, будто ничего и не было, и полушёпотом, но так, чтобы Кацуки точно услышал сказал:       – А если хочешь чего-то большего, чем чмок в щёку, пригласи меня на свидание!       И убежал в комнату, оставив Каччана наедине со своими мыслями.