Неужели это сон ?

Выстрел...

Полиции, которая приехала на подстанцию и прорвалась в помещение, удалось ликвидировать преступника. Все опасное и страшное закончилось... Оля находится в крепких объятиях любимого мужа, а Паша, в свою очередь, не готов отпустить жену ни на минуту. Ведь только что мог ее потерять. Однако что-то не так... Оля как-то странно себя ведет. Ее тело едва обмякло в руках мужчины... Однако и этого было достаточно Паше, чтобы понять, что что-то произошло... Отстранившись от женщины, он посмотрел в ее голубые, словно два глубоких океана, глаза. Там отображался сильный страх и непонятность... Брюнетка присела на пол и оперлась о дверь. Ее взгляд перевелся на преступника, неподвижно лежавшего в луже крови. – Эй... Солнышко, ты чего? – встревоженно спросил Паша. – Все хорошо – едва улыбнувшись – Я просто испугалась – крепко сжав руку мужчины, объяснила Оля. – Ольчик, но он целился в твою сторону. Он мог попасть – вырвав руку и оглядывая брюнетку, сказал Рыков. – Паш, он не попал – сдавленно, но уверенно утвердила Оля. Однако взяв жену за плечи и наклонив ее вперед, Павел увидел то, что его очень сильно испугало... На белом медицинском халате, в районе сердца, просочилась кровь... Здесь ни откуда появился Кулигин с медицинским ящиком. Переживая за своих друзей, он отправился в помещение сразу после полиции, не дожидаясь разрешения. – Паш, у вас все хорошо? – с надеждой на лучшее, поинтересовался мужчина. – Нет – махая головой – У нас огнестрельное. Давай стерильные бинты и пластырь – снимая верхнюю одежду, объяснил Рыков. – Паш… Да все в порядке – прерывисто дыша, заверила Оля. – Конечно в порядке. Кто сказал, что не в порядке... Ольчик, ану наклонились – взяв жену за плечи, попросил муж. Сняв халат, расцепив черное платье, Паша заклеил рану пластырями и вернул Олю в прежнее положение. В этот момент, брюнетку начало трясти. То ли от осознания того, что скоро все закончится... То ли от нехватки воздуха... Костя надел на руку заведующей тонометр и измерял давление. – Так… Дыхательная недостаточность. Пулсь на лучевой артерии не определяется - обдумав весь анамнез, объяснил Паша. – Тоны сердца очень глухие – тихо произнес Кулигин. – Так… Любимая моя, ну давай смотри на меня… Ты чего – взяв лицо Оли в свои руки, сказал Рыков – Будь со мной. Ты меня слышишь? – Даа... - переведя глаза на мужчину, задыхаясь сказала брюнетка. – Отвечай… Слышишь? – Даа.. - уже громче, повторила Оля. – Пульс нитевидный… 120 в минуту – разъяснил Костя – Паш… – взяв за руку любимого, сказала Оля. – Я здесь… Я рядом, не бойся – сжав руку женщины, ответил мужчина. – Когда ты рядом… Я ничего не боюсь… – улыбнувшись, продолжила Оля. – Правильно – спокойно ответил Павел, у которого внутри присутствовал страх – Пулька… Она же в спину попала. – Пулька – засмеявшись, повторила брюнетка. – Все будет хорошо... Я обещаю – улыбнувшись в ответ, сказал Паша. – Прямые признаки тампонады сердца – слушая сердцебиение Оли, Костя прервал разговор супругов. – Я знаю – обреченно, ответил мужчина. – Давление 60 на 20, сатурация не определяется – посмотрев на пульсосксиметр, разъяснил Кулигин. – Большая кровопотеря, шок 4 степени. Давай трангексамова, а я ставлю катетер – раздумывая над своими действиями, сказал Рыков. Во весь коридор разнесся раздирающий крик Оли, которая не смогла выдержать боль. – А я пока Олечку обезболю – поцеловав – Оля… Сейчас боль уйдет – подбадривая брюнетку – Давай натрия хлорид – литр и гкг-500. – Паша, все серьезно. У тебя план хоть есть? – волнуясь за жизнь Арефьевой, спросил Костя. – План… Конечно есть – выпуская воздух из шприца, подтвердил Рыков. – Какой? – Ну как какой. Восстановить кровопотерю – вводя препарат в катетер. – А дальше? – А дальше увидим - беря стетоскоп и измеряя давление - Не понял... – Что там? – Давление 60 на 0. Пульс вырос, где-то 150... Нужна интубация – Паша, ты сошел с ума? Она в сознании. Соберись с мыслями... – Значит, введем в медикаментозный сон - совсем не раздумывая над своими действиями, сказал мужчина. Главной и единственной задачей, стоящей перед ним, было спасти любимую жену всеми способами . – У нас времени на это нет – здраво размышляя, заверил Костя. – Бегом за экг. Я вожу диазепам. Кулигин скрылся за углом длинного помещения. Коридор... Вокруг ни души... И только двое, любящих друг друга людей, остались здесь. Они искренне надеются, что судьба подарит им возможность остаться вместе, но... Но они двое врачи, и двое прекрасно понимают, чем все может закончиться. От осознания этого факта не хочется жить ни Оле, ни Паше. Ведь он не сможет без любимой жены, а она – без любящего мужа.

***

"Пока Костя побежал за прибором ЭКГ, мы с Олей остались сами... Наедине... Только она и я... Ее выражение лица не показывает никаких эмоций, однако на глазах блестят капли слез.

Сидя напротив нее, я думаю, когда она стала такой неотъемлемой частью моей жизни и этого чертового воздуха, которым я дышу.

Она смотрит на меня разбитыми голубыми глазами. Этот взгляд вызывает у меня желание вырвать свое сердце и положить его к ее ногам..."

***

"Перед глазами начинает все плыть... И нет, не от того, что я теряю сознание, или еще что-то... А от слез, которые начинают наворачиваться на мои глаза... Как все по глупому. А я могла спасти и себя и ребенка, просто покинув подстанцию ​​быстрее. Мои мысли становятся спутанными. Боль понемногу отступает, ведь препарат начал свое действие. Ожидая Костю Паша ввел мне диазепам, или что-то в том роде. Я конкретно не услышала, когда он объяснял. Хотя... Это, наверное, уже лишнее. Врачом работала не долго, но медицинское образование имею... И все прекрасно понимаю. Прямое попадание – это смерть. Однако любимый муж не теряет надежды спасти меня. И хватается за каждый момент, чтобы сохранить мою жизнь. Здесь появился Кулигин, который подключил меня ко всем этим проводкам. На одной руке красуется катетер, а на другой затянут тонометр. – Так... Низкий вольтаж комплекс qrs. Высокие гостроконечные зубцы Т в грудных отведениях – грамотно разъяснил Паша. – Все признаки тампонады – заключил Костя. – Паш – через силу произнеся слово, обратилась к мужчине. – Да любимая, да... - ответил Паша. – А ты представляешь... - проглотив подступивший ком - я беременна... – Как беременна? – переглянувшись с Кулигиным, переспросил Паша. – А так... У нас мог быть ребенок. Доченька, а может сыночек... Нет, все-таки девочка. Маленькая такая, копия наша… Твои ямочки на щечках, мои голубые глаза… – едва улыбнувшись, начала я – Я бы ее так любила, косички бы заплетала, разные платьица бы одевала. Да и ты был бы рад маленькой принцессе. Я знаю, как ты хотел детей. Ты извини меня, что скорей не рассказала. Хотела сюрприз сделать на Новый Год... – дав волю слезам, сказала я. – Ольчик, ну ты чего – проведя ладонью по моей щеке – У нас все будет хорошо. И доченька у нас будет... Ты чего меня бросать собралась? – Паш… Я очень устала – сдавленно произнесла я. – Я знаю... Борись... Ради нас, борись - с навертывающимися слезами, попросил Паша. – Обними меня. Двух слов было достаточно, чтобы любимый выполнил мою просьбу. В его объятиях так тепло и не страшно... – Никогда бы не подумала, что... - вдыхая воздух - что так сильно смогу полюбить совсем чужого человека... Ставшего таким родным. В этот момент я почувствовала на своих губах трепетный и необходимый мне поцелуй. Всегда любила, как мой плюшевый мишка Рыков меня целует и вкладывает туда всю свою любовь. Этот поцелуй был последним в моей жизни... Перед глазами стало все темнеть, воздуха все больше не хватало, а тело просто не слушалось меня. Последнее, что я почувствовала, так это то, что Паша крепко крепко прижался к моей груди. Люблю его больше жизни..."

***

С того момента, как преступник был убит, прошло 30 минут. Во дворе подстанции все врачи и фельдшеры ждут новостей. Однако все тихо... И без того пасмурное небо затянули тяжелые снежные тучи, и оно приобрело серый цвет. Начал падать постепенно усиливающийся снег. А морозный ветер пробирал насквозь. Сама погода внушала страх и неизвестность. Однако никто не терял надежды.

Как мы будем без Ольги Кирилловны? А как это Паша переживет?

Именно эти вопросы крутились в головах рабочих.

***

Все в том же коридоре находятся 3 человека... Оля, которая неподвижно сидела на полу. Паша, крепко прижавшийся к жене, не будучи готовым отпустить ее. И Костя, который прокручивает в голове всевозможные варианты, как спасти Арефьеву. – Паш, она сознание потеряла – заметив это, громко сказал Кулигин. – Так, интубируем – отстранившись от Оли, разъяснил мужчина. – Не успеем. Паша, ее нужно в стационар, на операционный стол. Олю нужно спасать. Ты хочешь, чтобы твоя жена и ребенок остались живы? – Хочу – махая головой, со слезами произнес Паша. Его взгляд опустился вниз... По полу, цвета светлого дерева, медленно растекалась кровь - Кость... – Черт... Давай так... - размышляя над дальнейшими действиями, сказал мужчина - Сейчас мы беремся за Олю. А потом если удастся то и сохраним беременность. Ты согласен? – Да да. Главное ее спаси, пожалуйста – переходя на крик, согласился Рыков. В этот момент прибор ЭКГ издал, пронизывающий душу, писк. – Асистолия... - опустошенно, заключил Паша.